Красные против Зелёных

Тук-тук, тук-тук, тук-тук… Стук сердца грохотом отдавался в голове. Он был единственным, что Эдд слышал в тот момент. На этих ударах сконцентрироваться было гораздо легче, чем на окружающем шуме. Звуков было не так много, но все они, при попытке к ним прислушаться, отдавались звоном ушах. Несмотря на такое состояние, Эдвард хорошо осознавал происходящее, до определённого момента. Он всё помнил. Помнил и понимал. А от чего бы не помнить и не понимать, если Гоулд всё время находился в сознании? Но Эдд потерял нить происходящего после удара чем-то по затылку, так что не помешало бы разобраться, что происходит именно сейчас. Вопреки подсознательному желанию оставаться в состоянии овоща, Гоулд напрягся, пытаясь прислушаться, или хотя бы оглядеться. Только в тот момент Эдвард в полной мере осознал своё состояние и издал какой-то хриплый звук, похожий на стон. Болела голова, да и вообще всё тело, в особенности грудь. Нда уж, изрядно же те ребята постарались, избивая его… — Гляди, очухался. — раздался чей-то низкий голос над головой Гоулда. — А я те чё говорил! Пульс есть, дышит, вот и очухался. — противно усмехнулся другой человек. Его голос был более высокий, да ещё и гнусоватый. Эдд через силу приподнял голову и сквозь полумрак смог разглядеть силуэты двух человек, возвышающихся над ним. Но детали рассмотреть не получалось, слишком темно было, боль мешала сконцентрироваться, да и Гоулду было как-то плевать. Важно другое: эти двое его куда-то тащили. Тащили настойчиво и бесцеремонно, волоча по полу, вцепившись в воротник старого пальто. Сволочи, так ведь и порвать могут… Руками или ногами пошевелить не получалось, они были крепко связаны. Эти парни что, серьёзно думали, что Эдвард убежит от них в таком состоянии? Да и смысла убегать не было. Он сам сюда пришёл, сам пробрался на опасную территорию. У него была цель, и отступаться он от неё не собирался, а если бы и собирался, то уже поздно. — И чё нам теперь делать? — продолжал обладатель низкого голоса. — Как чё? Дотащим эту тушу до комнаты допросов, там уж пускай разбираются! — отмахнулся гнусавый. Эдд прохрипел в ответ что-то невнятное. Он хотел проверить, осталась ли у него способность нормально говорить, но в груди всё как-то болезненно сжалось даже быстрее, чем Гоулд успел что-то произнести. — Заткнись! — рявкнул гнусавый, треснув Эдвада в живот и заставив того сжаться, снова простонав. — Говорить будешь в комнате для допросов! Эдд решил подчинится. Смысла говорить что-либо сейчас, в принципе, было. Так что оставалось лишь лежать беспомощным мешком, пытаясь утихомирить боль и дожидаясь конца пути. Дошли они минут через 5-10. Этот короткий промежуток времени тянулся для Гоулда бесконечно долго, ему уже успела осточертеть эта беспрерывная болтовня гнусавого, так что он был только рад, когда эти двое остановились, взяли его подмышки и втащили в какую-то комнату, освещаемую лампочкой. Свет больно ударил по более-менее привыкшим к темноте глазам, заставив Эдварда зажмуриться. В это время сопровождавшая его парочка с горем-пополам усадила мужчину на стул, перекинув руки через спинку, и, судя по отдаляющимся голосам и звуку захлопнувшейся двери, ушла. Только тогда Эдд приоткрыл глаза и, всё ещё немного щурясь, огляделся. Надо же. Он как будто бы в детективном фильме. Классическая комната для допросов, со столом, двумя стульями, на одном из которых он и сидел, дверью сбоку… Только зеркала-окна во всю стену не хватает. Хотя, окошко, правда, было, но только под потолком. Значит либо это такая планировка странная, либо он в подвале. Судя по сырости и обшарпанным стенам, более вероятен второй вариант. Отлично. Пришёл поболтать, а его избили и затащили в подвал. Хотя, в принципе, на более тёплый приём он и не рассчитывал. Здесь чужих не терпят. Здесь чужих боятся. А он ещё ого-го какой чужой, причём для всех. Это, судя по всему, и стало почвой для таких отчаянных действий. В какой-то момент мозг просто выдал очевидные варианты выживания: «Либо ты сдашься красным крысам, либо ты попрешься сюда, надеясь на чудо». Эдвард не крыса, и уж тем более не красный. У него не было ни хвоста, ни красной формы, ни ублюдских намерений, потому он выбрал второе. И вот оно. Чудо. Чудо, мать вашу! Ну его ведь не убили сразу. — «Значит будут допрашивать» — мрачно отметил Гоулд, склонив голову. Плевать. Он знает, что будет говорить. Скрип двери и размеренный звук шагов нарушили тишину в комнате. Эдд голову не поднял, взгляд его был направлен в стол, потому лица собеседника Гоулд не видел. Зато, когда вошедший сел, мужчина смог разглядеть его руки. Он сложил их на столе перед собой, скрестив пальцы. Руки были оголены по локоть, все в синяках, ссадинах, царапинах, которые отчётливо выделялись на фоне общей бледности кожи, на ладонях было подобие велосипедных перчаток. Выглядывавшие из-под них костяшки пальцев были стёрты в кровь и, судя по всему, только-только начали заживать. Кем бы ни был допрашивающий, дрался он явно много. Хотя, кто сейчас сражается мало? — …так, Эдвард Гоулд, полагаю? — чуть прокашлявшись, начал вошедший. Опа. А по голосу на драчуна-бандита не похож. Напротив, тон голоса явно отдаёт высокомерностью, так обычно говорят дофига интелликтуалы. Хотя и лёгкая хрипоца слышится, но это толком ничего не значит. — Ну что ж, давай решим всё тихо и мирно, хорошо? Просто отвечай на мои вопросы и никто не пострадает. — в ответ на это Эдд лишь тряхнул головой. Шея затекла, да и кровь с носа неприятно текла по лицу. Но собеседник, видимо, воспринял это действие как согласие. — Зачем ты пришёл сюда? — …Мне нужен ваш лидер. — хрипя, кое-как выплюнул Гоулд. — Зачем конкретно? — уточнил допрашивающий, а Эдвард лишь повторил сквозь зубы: — Мне. Нужен. Ваш. Лидер. — фраза была отрепетирована до предела, въелась в мозг, но это и нужно было Гоулду. Он ведь шептал эту фразу по пути сюда, как мантру, потому что это был единственный для него шанс выжить. Он готовился к чему угодно, хоть к пыткам, знал, что боль затмит всё, поэтому было просто необходимо зазубрить это наизусть. Вот и после следующих вопросов мужчины, что-то про то, на кого Эдвард работает, почему не сопротивлялся при захвате, почему, в конце концов, не отвечает на вопросы нормально, Гоулд вторил ему всё то же: — Мне нужен ваш лидер. Допрашивающий устало и раздражённо выдохнул, судя по всему, потерев переносицу. — Господи всевышний… Эдвард, ты пойми, лидер и сам хочет с тобой поговорить, но моя задача, как его правой руки, узнать прежде, опасен ли ты для него. Отвечай, ты работаешь на Красного Лидера? Или на кого? — …а ты поверишь, если я скажу? — хрипув, оскалился Гоулд. Допрашивающий, видимо, немного расслабился, поняв, что Эдд всё-таки способен нормально вести разговор. — Нет, я не поверю. Но был приказ именно твоим словам верить. — хмыкнул мужчина, и пальцы его правой руки размеренно застучали по столу. — Заметь, мы не начали тебя сразу пытать. Тебе это перепало от лидера по старой дружбе, ты должен быть благодарен. — …по старой… дружбе? — недоумлённо моргнул Гоулд, но головы так и не поднял. — …так… Кто он?.. — Погоди, ты пришёл к нашему лидеру, даже не зная, кто он? — изумился мужчина и, схватив допрашиваемого за волосы, заставил его поднять голову. — Эдвард, ты что, дурак или да? Тогда-то, взглянув на безумно знакомное лицо сидящей напротив персоны, у Гоулда нашлись силы на самое искреннее изумление. Но удивление это было приятное, светлое, как и волосы допрашивающего. — …давно не виделись, Жополицый. — Эдд слабо усмехнулся, оглядывая знакомую физиономию, ныне изменённую лишь лёгкой щетиной и мертвецки бледной кожей. — Рад знать, что ягодицы на твоём подбородке всё ещё живы-здоровы. — Рад, что ты всё ещё такой же тупой ублюдок. — кивнул Марк, отпуская волосы Эдда и откидываясь на спинку стула. Вот теперь можно и поговорить. — Но, если быть честным, рад видеть знакомую рожу, хоть и не самую приятную… — Эдд снова попытался усмехнуться, но в этот раз грудь всё же снова пробила боль, напоминая о себе. Гоулд невольно что-то промычал от боли и блондин, заметив это, вопросительно приподнял бровь. — …Это тебя так на входе избили, что от простых слов сжимаешься? — хмыкнул Марк и, получив в ответ сдавленный кивок, усмехнулся. — Круто. Зря я так их отчитал. Надо замолвить за них словечко перед командиром… — П-погодь, но если ты — допрашивающий, то где-то здесь и твои дружки водятся? — Я бы на твоем месте не говорил так неуважительно. Если мой «дружок» тебя услышит, то ты вылетишь отсюда на расстрел Крысам или, ещё хуже, на промывку мозгов им же. — фыркнул блондин, скрестив руки на груди. А Гоулд не дурак, Гоулд прекрасно понимает намёки. Но этот факт не помог ему удивиться меньше. — Так значит, Эдуардо…? — Да. — раздалось со стороны двери. Повернув голову, оба мужчины увидели его. Он стоял, оперевшись о дверной косяк, но при этом даже лёгкая улыбка на лице не уменьшала строгости и серьёзности его вида. Всё та же зализанная, но теперь чуть лохматая причёска, маленькие усики, потрёпанное не меньше Эдвардского, но более дорогое пальто с эмблемой Сопротивления на груди, перечёркнутым знаком Красного Лидера… Это был всё тот же высокомерный Эдуардо. Но всё же что-то в нём поменялось. Эдд не мог понять, что конкретно, но теперь у него язык не поворачивался сказать, что этот человек когда-то чуть ли не волосы на себе рвал от мысли, что он в чём-то хуже Гоулда. — …З-здравствуйте, командир. — наконец опомнился блондин, резко вставая и чуть ли не роняя стул. — Сейчас формальности ни к чему, Марк. — покачал головой Эдуардо, кладя руку в старой кожаной перчатку на плечо своему главному помощнику. — Ну что, узнал что-нибудь у нашего друга? — Пытался, но нормальный диалог смог завязать только минуту назад. Прошу прощения за это. — Эх ты, Марк-Марк. Так и знал, что нельзя тебе это доверять. — цокнул командир, подходя к объекту их обсуждения. Блондин виновато опустил голову, в ответ на что Эдуардо усмехнулся, обойдя Гоулда сзади. — Да расслабься ты, бить не буду. Но ты, конечно, молодец, начал разговор с человеком, избив и связав его. Так дело не пойдёт… — Эдвард почувствовал какое-то шевеление сзади. Ему что, руки развязывют? — Командир, погодите, но… — Цыц. Я тут главный. — отрезал в ответ Марку Эдуардо, продолжая своё дело. — …он прав. Не боишься, что я тебе врежу? — выдавил из себя после долгого молчания Эдд, чувствуя, что его кисти теперь могут двигаться свободнее. — Ты никто, чтобы тебя боятся, Эдвард. — покачал головой Командир, и руки Гоулда оказались свободны. — Точнее, теперь не никто, а некто. Ты заинтересовал меня своим появлением. — Как же рад это слышать. — с максимальным сарказмом в голосе выплюнул Эдд, с трудом наклоняясь и развязывая ноги. — К чему такое презрение? Не ты ли рвался сюда ко мне, а? — Я рвался не к тебе, а к лидеру сопротивления. — Ну так вот он я, пред тобой! Чего ж тебе ещё надо? — хмыкнул Эдуардо, и Гоулд, разогнувшись, прикрыл глаза, вытирая остатки крови с лица тыльной стороной ладони. Пара простых действий, а у него уже сил не осталось… Как же он себя до такого довёл? — Мне… мне нужно… — собравшись с мыслями, Эдд хотел уже было начать говорить о своих целях, но почувствовал палец у своих губ. — Тссс, не здесь. Пойдём. — хмыкнул Эдуардо, кое-как помог Гоулду встать и повёл его следом за собой, к выходу из комнаты. Эдвард не сопротивлялся. Сил не было на сопротивление. Возможно, именно поэтому Эдуардо и не боялся его? — Командир, вы уверены, что хотите, чтобы этот разговор проходил наедине? — попытался, видимо, вразумить своего начальника Марк, заставив того остановиться. — Абсолютно уверен. Что-то ещё? — Я переживаю за вас, Сэр. — Переживания здесь ни к чему. Что он может со мной сделать? — Всё что угодно, вы знаете это. — Мне плевать. — Командир… — У меня нет времени на разговоры, Марк. — Но командир! — Замолчи, не хочу тебя слушать! — ЭДУАРДО! — не выдержав, крикнул блондин, но когда объект зова развернулся, замер. — Что? — этот вопрос был задан чисто из вежливости. Командир смерил подчинённого настолько уверенным взглядом, что Марк не решился ничего возразить. — …Будь осторожнее, Эдуардо. — …Приму к сведению. А теперь иди, Марк, для тебя ещё есть дела. На этом диалог был завершён. Эдвард, думавший, что его поведут по тому же тёмному коридору, по которому его только что тащили, был приятно удивлён тем, что сразу же войдя в тёмный коридор они свернули куда-то направо и пошли по уже более освещённому пути. Пока они шли, Гоулд успел искоса приглядется к Лидеру Сопротивления, отмечая те детали, которые он не заметил ранее. Большие мешки под глазами, прихрамывание на правую ногу, чуть поджатые губы с еле видной засохшей кровью, на перчатках тоже еле заметные следы крови… С логикой у мужчины всё было в порядке. В совокупности с переживаниями Марка, всё это выливалось в одну картину: Лидер Сопротивления часто подвергался нападениям, что вполне понятно. Ведь здесь чужих не любят, здесь чужих боятся. Вот и причина. Возможно, одно из нападений было недавно. Эдвард, видимо, выбрал не самый лучший момент для появления в этих кругах. Но тем ценнее был шанс, что ему дали. И он его постарается не упустить.