Ты - придурок! Но, кажется, не такой уж плохой...

— Ты очень пунктуален, — заметил Сиэль, подходя к альфе. Они договорились встретиться у кинотеатра за полчаса до начала сеанса. — Не имею привычки опаздывать, — приветственно улыбнулся и тут же ответил на реплику парня. — Обычно, это участь омег. — Стараюсь выходить заранее. Не трачу много времени на сборы. — Еще один плюсик, — словно сам себе ответил Себастьян. — Если насчитаю еще как минимум три, в тебя не грех будет влюбиться. — И сколько насчитал? — Четыре. — Семь — твое счастливое число? — негромко рассмеялся омега. — Можно и так сказать, — кивнул парень, не разглядев в этом ничего смешного. — А какие еще плюсы ты нашел во мне? — скромно полюбопытствовал омега. Ему интересно было узнать. И таить ничего не стали. До кинотеатра ведь дойти еще надо, занять себя разговорами — самое то. Так и узнают друг друга поближе, и проникнутся симпатией. — Первое заключается в силе, ты можешь за себя постоять. Это необычно, особенно в наше время, и меня это привлекает. Второе — это внешность. Ты довольно красив и это тоже цепляет. Третий плюсик кроется в твоих мозгах. Все-таки мне нравятся омеги с интеллектом. Отсутствие же… в общем, проблем потом не оберешься. Не имея своего мозга, они выносят мозг других. Ну и четвертый плюсик получил сегодня. Это пунктуальность. — Оу... От озвученного списочка Сиэль зарделся. Он и не думал, что все вышеперечисленные качества можно отнести к плюсам. Кроме внешности, конечно же. Уж этот пункт для многих альф считается самым основным. Кто захочет встречаться с серой мышью? — Я тебя поразил своей откровенностью? — со слабой усмешкой полюбопытствовал Михаэлис, стоило только заметить реакцию на свои слова. — Можно и так сказать, — Сиэль отвел взгляд куда-то в сторону. А обаяние у альфы было велико. Еще чуть-чуть и он позорно попадет в лапы. — Ну, а у меня есть какие-нибудь плюсики с твоего взгляда? — сменил тему в иное русло. — Или, как это можно назвать по-другому — положительные качества. — Поскольку я знаю тебя с не очень хорошей стороны — в плюсы могу отнести только то, что ты сказал и про меня. — Оу, — иначе стал улыбаться парень, ощутив приятное и теплое чувство, разливающееся в груди, — значит, мы идем вровень. Это довольно мило. — Но мне нужен альфа, на фоне которого я бы чувствовал себя слабее. Я хочу иметь опору, сильную и крепкую. — И все же, почему ты решил следовать по стопам отца-альфы? Эти попытки показать себя, не боясь ввязываться в бой между альфами и бетами. Защита омег от посягательств всяких придурков в стенах школы. Почему не хотел остаться таким же, как все омеги? Который нуждается в сильном защитнике. — Сколько я себя помню, — Сиэль улыбнулся теплее, — со мной много сидел отец. Папа работал, поскольку отцу нужно было получить образование. Потом они поменялись местами, но все равно отпечаток остался. — Так о том, что у твоих родителей огромная разница в возрасте — правда? — искренне изумился Себастьян. До сего дня он считал это бредом. Поговаривали, что о-папа Фантомхайва и вовсе годился в отцы а-папы. — Двенадцать лет. Там долгая история. По сути моему папе ставили бесплодие. И это привело его к знакомству с отцом. — Хм, — задумчиво протянул Себастьян, что-то начиная просчитывать в своей голове. А после выдал: — Я как-то читал о случае, связанным с бесплодием. Так вот выяснилось, что тот омега смог родить близнецов сразу, как повстречал однажды своего истинного. Сейчас это такая редкость. Хотя… мои родители были истинными. — Мои тоже! Моему отцу было семнадцать, когда они по незнанию меня зачали, — издал негромкий смешок. — Но я был долгожданным ребенком, поэтому получил всю их ласку и заботу. — Тебе повезло, — улыбнулся в ответ Себастьян. — Да, — Сиэль достал телефон, пролистывая фотографии. — Мне тут всего пару дней от роду. Забирали из роддома. И показал фотографию счастливой пары с младенцем. Удивительно, как это оно еще сохранилось в телефоне. Обычно ведь столь редкие фотографии распечатывают и хранят в рамках, как воспоминания. Себастьян внимательно стал разглядывать семейным портрет. И на самом деле — альфа выглядел куда моложе омеги. Но если не придираться к мелочам — обычная счастливая пара, получившая долгожданного ребенка. — Я смотрю на это, — Сиэль забрал телефон, — и понимаю, что любая мечта сбывается. Что всего можно достичь. — И какая же у тебя мечта? — Когда я был маленький, то действительно хотел найти альфу, похожего на отца, чтобы он любил меня и оберегал. А сейчас я просто хочу отучиться, получить хорошую карьеру и, возможно, встречу альфу, забеременею и разбежимся. Как-то разочаровался я в нынешнем сборе альф. Вот чего не ожидал услышать Себастьян. Он даже остановился, думая, что просто ослышался. А в его взгляде читался шок. — Прости, что? — Что? — Ты себя стороны слышал? Настолько бредово звучит твое желание: Встретиться с альфой, забеременеть и разойтись. — Почему же бредово? — Потому что это бредятина. Если так разочаровался в альфах, так иди на искусственное оплодотворение. Или что же ты хочешь, залететь от кого-то и держать это в тайне? Ах нет, вариант покруче, — усмехнулся Себастьян, чувствуя как в душе начинает закипать злость, — потрахаешься с мудаком, который клал болт на продолжение рода, которому абсолютно плевать, будут у него дети или нет, а потом разойдетесь. Удобно же! Почему бы и нет? — Почему ты так вскипел? — опешил от такой бурной реакции Сиэль. — Я даже не уверен, что мы будем встречаться через пару месяцев. — Знаешь, — остановился снова Михаэлис, чувствуя разочарование в конкретной личности, — я не уверен, что с таким как ты есть вообще смысл строить какие-то отношения. С такой идиотской мечтой. — Возможно, — Сиэль тоже остановился. — Но только не говори мне, что ты, меняя омег, как перчатки, мечтаешь о семье. У меня нет гарантий, что альфа будет меня любить, не сбежит к любовнику или любовнице, которая вильнёт красивой задницей. А я в будущем хочу банально отдавать свою заботу кому-то. — Вот именно, — криво усмехнулся. — Моя мечта иметь семью. Нормальную, любящую семью. В которой есть оба родителя. В которой ребенок будет окружён вниманием! В которой все будут живы и здоровы! — К чему ты сказал последнее?.. Сиэль вообще не понимал, что за ерунда происходит. Они даже встречаться не начали толком, а уже ссора на пустом месте. — К тому, что я рос один. У меня не было семьи, — вдруг совершенно спокойно и отстроенно ответил альфа. А после развернулся и пошагал в обратную сторону. — Подожди! — Сиэль ухватил его за руку. — Я не понимаю... — Мой о-папа умер, когда мне было три. Опухоль мозга. А после отец едва не покончил с собой. Но когда пришел в себя, стал встречаться с омегами. Не важно, парни или девушки. А я был лишён внимания обоих. За воспитанием следили лишь няни. Такое у меня детство. И такая жизнь. Поэтому я мечтаю о семье. Настоящей. А ты, имея все, сам же от этого отказываешься. И меня это бесит в тебе. Просто неимоверно. — Я... — Сиэль сглотнул, во взгляде читалось искреннее сожаление, — не думал, что тебя заденут мои мысли, — руку непроизвольно сжал сильнее. — Я никогда не встречался с альфами, хотя были предложения. Но когда ты нравишься только тем, кто меняет омег, становится не так весело, а детские мечты о прекрасном принце разбиваются к чертям. — Я встречался со многими омегами лишь потому, что хотел насолить отцу. Показать, каким он меня «воспитал», пока трахался со шлюхами, пытаясь в них разглядеть папу. Но с недавнего времени он стал капать мне на мозг, призывая получше к тебе присмотреться. Ведь ты ему нравишься. И я готов был завязать с короткими интрижками, чтобы попробовать с тобой создать отношения. Но… — горькая усмешка, — черт с два. С такими мечтами нам не по пути. — А мечты можно и поменять. И если ты правда такой, каким себя показываешь сейчас, я готов все это пересмотреть, — щеки омеги покраснели и он опустил взгляд от стыда, совсем такого поворота не ожидал. — Возможно. Но не сегодня, — альфа осторожно отнял свою руку. — Нет никакого настроя идти на ужастик. И вообще куда-либо. Я хочу побыть один. И хотел бы Сиэль что-то сказать, да не смог. Слова застряли в горле, поэтому лишь кивнул, отпуская Михаэлиса. Сегодня он посмотрел на парня совсем с иной стороны. На душе стало отвратительно. И поделиться ни с кем не поделишься. А Себастьян, вывернув душу наизнанку, отправился куда глаза глядят. Брел бездумно, погруженный в тяжёлые мысли. До тех пор, пока не добрался до ларька с алкоголем. Сердце ныло в груди. И он вспоминал. Свою прошлую жизнь… в окружёнии лицемеров. И ни одного доброго человека. Никого, кто действительно, от чистого сердца, желал бы помочь. Только один человек любил его по-настоящему. — Папа…