Семья.

      В дороге страх клокотал в груди у Лары. Конечно, она вырвалась из пут, что свил вокруг неё муж, но теперь перед ней была полная неизвестность. Она не была уверена, что Алессандро просто отпустит её, оставит её и детей в покое. Он всегда грозился забрать детей в случае её ухода, сейчас это было главным страхом.       Отъехав от дома на небольшое расстояние, Джиллиан сбавила скорость. Теперь за рулём она чувствовала себя спокойнее и могла позволить себе бросать взгляды на попутчиков. Лара, казалось, мыслями была совсем в другом месте. Даже дети были напряжены и молча смотрели в окна. Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, Джилл решила включить музыку. Она как-то не учла, что практически весь её плейлист состоит из песен Лары. Как только зазвучали первые ноты «Je suis malade», Лара тут же оживилась и перевела взгляд сначала на проигрыватель, а потом и на Андерсон. - Прости, если тебе некомфортно, я могу выключить… - тут же начала оправдываться блондинка, протягивая руку к кнопке. - Нет, - Лара накрыла её руку своей. – Не стоит. Я просто удивлена. - Мне действительно нравится твоя музыка, твой голос.       Лара так и не отнимала руку, так что Джиллиан немного изменила их положение так, что теперь её рука мягко сжимала руку брюнетки. Лара вытянула свою ладонь и смущённо опустила её на колени, снова устремляя взгляд в окно. Дети тоже оживились, заслышав музыку. - Какой красивый голос, - не задумываясь, сказал Диего. – А кто это?       Джиллиан некоторое время думала, стоит ли сказать, что на записи сейчас звучит голос их матери, но её обогнала Лу. - Похоже на мамин голос. – Медленно сказала она. - Да, так и есть, едва улыбаясь, ответила Джиллиан.       В голове Лары роились вопросы. Когда она пошла не тем путём? Когда она оступилась так, что даже родной ребёнок теперь не догадывается, что слышит её голос? Когда она отказалась от него? Ответ был предательски прост. Всё это случилось в тот момент, когда она ответила на ухаживания Алессандро. Она сама не заметила, как начала тихонько подпевать себе под нос, однако от Джиллиан это не укрылось. Она сделала музыку немного тише, чтобы слышать голос настоящей Лары, которая сидела сейчас прямо рядом с ней. Когда начался сольный фрагмент, по щекам Лары медленно потекли слёзы, а голос лишь стал громче. Несмотря на сильные эмоции, он не дрожал, несмотря на все эти годы молчания, голос Лары был всё так же силён. Джиллиан была так восхищена ей и её внутренней силой, что сама не смогла сдержать слёз, глядя на Лару сейчас. Однако голос той предательски дрогнул. Андерсон снова протянула руку, касаясь бедра Лары. В этом движении не было никакого сексуального подтекста, лишь желание приободрить, показать, что та не одна. Лара сперва вздрогнула, отчего от Джилл сжалось сердце, но в следующий момент, осознав, что это не рука её мужа (слишком уж нежным и мягким было прикосновение), накрыла ладонь блондинки своей. Как только закончилась песня, дети разразились аплодисментами. - Мам, ты прямо как настоящая певица, - улыбаясь, сказал мальчик.       И пусть в его словах не было никакого злого умысла, они ранили её. Но она не стала этого показывать. - Да, малыш. – Сказала она. – Только не «как» я была настоящей певицей. - И ты до сих пор ей являешься, - едва сжимая бедро, сказала Джиллиан. И прежде, чем брюнетка успела ей возразить, добавила, - ребята, а хотите услышать самую популярную песню вашей мамы? - Конечно! – в один голос ответили дети, а Диего чуть было не начал хлопать в ладоши от радости.       И пускай взрослые всё ещё были напряжены, дети расслабились. «Это именно то, что им нужно», - подумала Джиллиан, ведь впереди их ждёт очень непростое время. Оставшийся путь они проехали, слушая музыку, которая изредка прерывалась восхищениями детей и восхищёнными взглядами, которые Андерсон украдкой бросала на Лару. Её всегда восхищал музыкальный дар этой женщины, она была полностью согласна с теми, кто нарёк голос брюнетки «ангельским сопрано». Джилл всей душой надеялась, что Лара не заметит её взглядов. Но та всё видела…