под покровом ночи.

Себастиан сделал очередную затяжку и передал сигарету Курту. Он выдохнул дым через ноздри и еле заметно улыбнулся, когда услышал очень тихое "Табачный дракон" со стороны Хаммела. Тот всегда так называл Бастиана, когда он это делал. Сам Курт так не мог. Пытался несколько раз, но всё заканчивалось приступами кашля и вопросом Себастиана: «Зачем ты вообще это делаешь?» Хаммел и сам уже не помнил, зачем взялся за сигареты. Просто однажды он вышел на балкон вслед за Бастианом, накидывая ему на плечи плед, потому что тот был простужен, и попросил сделать пару затяжек из чистого любопытства. Сначала было сложно. Первые разы он жутко громко кашлял как только начинал вбирать в себя едкий дым, а пару раз даже выронил сигарету во время приступа кашля. В такие моменты Смайт обычно обнимал его одной рукой за плечо, целовал в висок и доставал новую сигарету, шутливо приговаривая, что с таким курильщиком сигарет не напасёшься. Курт смотрел на Себастиана, у которого это получалось с такой лёгкостью и даже долей эстетики: то, как он зажимал сигарету между губ, как держал её между пальцев, как медленно втягивал в себя сигаретный дым, слегка прищуривая глаза, а затем также медленно его выдыхал, иногда делая это через ноздри — он невольно засматривался на него и все те три или четыре, или пять минут не мог отвести взгляда, будто заворожённый. Что-то в нём, именно курящем, было не так. Он был всё также красив, но что-то менялось. И это притягивало ещё больше обычного. После первых неудачных попыток Хаммел не сдавался и стал чаще выходить с Себастианом на балкон, через раз выпрашивая у него сделать пару затяжек, давая обещание, что в этот раз он точно не уронит сигарету. Смайт всегда усмехался такому порыву Курта пристраститься к курению, но возражений никогда не высказывал. В конце концов, не ему, курильщику со стажем, кого-то судить. Со временем это действительно вошло в привычку. У Курта не вызывал дикого восторга сам процесс курения, скорее некий трепет вызывал тот факт, что они делят это на двоих. Они всегда раскуривали одну сигарету. Себастиан чуть больше, Курт чуть меньше. Хаммел считал это чем-то интимным. Иногда Себастиан любил вбирать в себя много дыма, разворачивать Курта к себе лицом, брать его пальцами за подбородок, медленно выдыхать дым в приоткрытые губы и крепко целовать после этого. В какой-то момент они оба окрестили это "Поцелуем дракона". Они знали, что у такого поцелуя есть своё название, но они дали ему своё, считали его более особенным. Постепенно Себастиан переставал курить где-то вне дома. Он больше не выходил на перекур в рабочее время, не курил с одногруппниками, а затем даже не курил в отсутствии Курта дома. Это стало их ночной привычкой. Они курили после секса, курили в перерывах между идиотскими ТВ-шоу, ставили фильмы на паузу, чтобы такими же укутанными в плед перебраться на балкон и покурить, они курили перед сном. В какой-то момент на балконе даже появилось небольшое кресло, в которое садился Себастиан и сажал на колени Курта, а иногда раздвигал ноги, позволяя Хаммелу сесть между ними и прижаться своей спиной к его груди. Себастиан часто изображал табачного дракона. Курт часто по-драконьи его целовал. Они делили эту вредную, ночную привычку на двоих. И считали это чем-то до головокружения интимным.