Признаться сначала себе

Минами слишком долго ждала, изредка в нетерпении пощелкивая ручкой. Последний урок, пусть и в первый день учебы, тянулся невыносимо медленно, а ведь ей еще нужно было решить вопрос с клубной деятельностью. Как только девушка ступила на порог школы, ее буквально закидали приглашениями о вступлении в различные клубы. Но Минами уже задолго до поступления знала, чем будет заниматься. Вернее, продолжать заниматься. Еще в детстве родители Минами отдали ее в музыкальную школу, где ребенок сразу увлекся игрой на скрипке. Спустя многие годы оттачивания своих музыкальных способностей, результат не заставил себя ждать. Впервые Минами выступила на внешкольном конкурсе музыкантов, когда ей было четырнадцать лет. Она тогда покорила и аудиторию и жюри. Многие говорили, что это уже довольно поздно для первого своего появления на публике, но Акисава была другого мнения. Наблюдая не раз за провальными выступлениями детей, ей было их неимоверно жаль и в то же время страшно. Ведь, возможно, это был их первый в жизни провал, и девушка не могла себе представить, сколько боли и разочарования они испытывали в момент своего первого поражения. Минами была уверена, что многие дети после такого и вовсе не могли оправиться, бросали занятия музыкой. Ее бывшая подруга, с которой она была знакома с детства, была для девушки показательным примером для этого. Подруга-пианистка с прекрасными музыкальными данными, определено имеющая талант и тягу к музыке, с треском провалилась на генеральном выступлении на детском конкурсе. После этого Минами потеряла с ней всякую связь. Ее подруга бросила музыкальную школу, большую часть времени начав проводить дома. Все попытки поговорить были тщетны. Так Акисава потеряла свою первую и единственную подругу. И с того времени в душе рыжеволосой поселился глухой страх подобного провала и последующего отчуждения от любимого дела. А ведь ей так хотелось поделиться своими чувствами со всем миром через звуки ее скрипки! И именно поэтому ей постоянно приходилось отгонять тяжелые мысли и большую часть времени заниматься оттачиванием мастерства игры. Чтобы не было провала. Минами, определенно, удалось достичь своей цели. В этом году она ставила перед собой ориентир покорить более высокие вершины — выступить на конкурсе юных талантов, в котором могли принять участие ученики из любой префектуры. Высокая планка. Прозвенел спасительный звонок. Минами первая вскочила и метнулась в сторону выхода, не обращая внимания на возмущенные возгласы учителя. Сейчас не это важно. Девушка не долго искала нужный кабинет. Дернув ручку, дверь с легкостью приоткрылась, и Минами, не медля, вошла в помещение. У нее не было слов. Первым она обратила внимание на инструменты. Слои пыли. Такое запущенное состояние музыкальной аппаратуры и прочих вещей вызвало в ней полное недоумение. Как вообще так можно обращаться с музыкальными инструментами?.. Это варварство, не иначе. Но и другое не менее поразило Минами. «На них давно не играют… Что в этом клубе происходит вообще?» — Вы что-то хотели? От неожиданности девушка обернулась на голос. Перед ней стоял невысокий пожилой мужчина и с печальной улыбкой смотрел на нее. Минами замялась и поспешила поклониться. — Простите! Здесь было открыто и я подумала… — девушка не закончила и мельком взглянула на старика. Тот лишь продолжал улыбаться. — Ничего, мне даже приятно. Вы первая, кто зашел за сегодняшний день, — мужчина как-то странно прищурился и завел руки за спину. — Так чего вы желаете здесь найти? Минами со стороны выглядела так, будто ей задали сверхсложный вопрос по ее любимой физике. Она уже и забыла, зачем вообще пришла. — Да! Простите… — девушка в некотором замешательстве посмотрела на старика. — Ватанаби-сенсей. — Ватанаби-сенсей, я… пришла, чтобы записаться в музыкальный клуб. Я уже много лет учусь играть на скрипке и планирую продолжать этим заниматься и в старшей школе! — Минами выпалила свою непродолжительную речь на одном дыхании и вперила изучающий взгляд на учителя. Тот лишь устало выдохнул и на мгновение прикрыл глаза. — Ничего не получится, мне жаль. Клуб с этого года временно закрыт, — Минами не поверила своим ушам. — Что?.. Но почему? — она ничего не понимала. — Совсем недавно руководитель этого клуба ушел из жизни. Никто еще не может привести дела в порядок. Я сам возглавляю литературный кружок и иногда присматриваю здесь за всем. Но, знаю, что недостаточно, — старик покосился на пианино, стоящее в пыли и с грустью усмехнулся. — Извините, я все поняла, простите, — Минами не знала, куда себя деть. И почему она сейчас чувствовала себя во всем виноватой?.. — Я, пожалуй, пойду. — Я уверен, вы найдете себе что-то еще по душе. Минами ничего не ответила на это. Она была слишком подавлена этой новостью. Выбежав из кабинета, Акисава и не заметила, как оказалась у спортзала. Она отчетливо слышала звуки ударявшегося мяча. Но ей было совершенно безразлично, что происходит вокруг. — Ты пришла записаться в клуб? Собрание для девушек по волейболу уже прошло. Знакомый голос. Минами безразлично взглянула на говорившего и даже нисколько не удивилась, что в мыслях она оказалась права. «Иваидзуми Хаджиме, да?». Но вот только сейчас ей меньше всего хотелось с кем-либо разговаривать. Не сейчас. Парень тем временем внимательно смотрел на девушку. Ее пустой взгляд немного напрягал даже Хаджиме. Про себя он тем временем успел отметить, что по ее внешним данным сложно было представить девушку в качестве волейболистки, однако парень не понаслышке знал, насколько внешность бывает обманчива. Во всех смыслах этого слова. Ойкава доказывал этот факт каждый день своим существованием. — Нет, я… Минами оборвали самым наглым образом. Из двери эффектно выскочил тот самый тип, который неадекватно вел себя еще утром. Его она, конечно же, тоже запомнила. Ойкава Тоору. — Ива-чан, мы скоро начинаем отрабатывать нападение, у нас и так осталось только около часа до прихода девушек. Быстрее, сегодня я хочу попробовать отточить точность броска с задней линии, — Тоору поначалу даже не заметил рядом с Хаджиме девушку, лишь возмущенным взглядом окинул друга. Минами же вновь была удивлена поведению этого парня. «Совсем другой человек». Эта мысль совершенно внезапно возникла в голове у рыжеволосой. И правда. Сейчас, смотря на Ойкаву Тоору, она больше не видела нахального самовлюбленного парня. Перед ней сейчас был серьезный и абсолютно адекватный человек без всяких эмоциональных выкриков. «Из него получился бы неплохой актер». Тем временем Ойкава, проследив взглядом за Хаджиме, все-таки заметил рядом стоящую Минами. Самодовольная улыбка тут же появилась на его лице. — О, это ты та самая первогодка! Тебе так скоро понадобилась помощь Ойкавы Тоору? — Ойкава заинтересованным взглядом окинул девушку, отчего той стало совсем не по себе. «И что он ко мне цепляется?» — Мерзикава, успокойся, — Иваидзуми закатил глаза, скрестив при этом руки на груди, — она пришла не к тебе. Минами-чан, я думаю тебе стоит подойти завтра или же подождать, пока вернется женская команда. У них сейчас пробежка. — Да не собиралась я записываться к вам в клуб! — как показалось девушке, это заявление прозвучало слишком громко. Слишком грубо. Парни немного в недоумении посмотрели на нее, даже самодовольная ухмылочка Тоору моментом стерлась с его лица. Минами почувствовала, как ее щеки заалели. «Черт!» — Я… — уже более спокойным тоном начала девушка, — я очень хотела записаться в ваш музыкальный клуб, но… он закрыт. Капитан и ас Сейджо понимающе кивнули на это. — Да, без Оямады-сенсея этот клуб быстро придет в запустение. Мне жаль, — в голосе Хаджиме действительно можно было уловить нотки сочувствия. Он прекрасно видел, что девушка была в полной растерянности, по ней видно было, что музыкальный клуб должен был стать для нее чем-то важным, особенным. Возможно, как для него волейбол. — Минами-чан! Знаешь, если ты не найдешь себе ничего подходящего, у нас есть свободное место менеджера, — Ойкава как-то таинственно подмигнул девушке, отчего по спине невольно пробежал холодок. — Эй, ну где вы там оба?! — из спортзала послышался недовольный возглас. Парни словно опомнились, а Ойкава вспомнил, зачем вышел вообще. — Прости, Минами-чан, у нас действительно мало времени. Да, подумай насчет предложения. Удачи! — Ойкава поспешил ретироваться, потянув за собой и друга, который лишь молча кивнул в знак прощания. Минами же, как только дверь со стуком захлопнулась и послышались сначала недовольные, а затем и разгоряченные воодушевленные возгласы, еще несколько минут стояла, облокотившись у стены. Предложение Ойкавы Тоору было для нее совсем неожиданным. Но ей даже думать не нужно было над возможным решением. «Никогда не любила спортивные командные игры. Нет. Я буду заниматься музыкой. И у меня уже есть одна идея».