Из пепла

24.12.96 — вт Операция закончилась поздно ночью. Когда Лили Поттер вышла из палаты Гарри, она была совсем без сил. Хорошо, что у дверей ее караулил Джеймс. За все время, что он провел рядом с операционной, мужчина ни разу не присел. Он так волновался, что усталость отходила на второй план. — Как он? — этот вопрос был таким банальным, но таким важным. Джеймс постарался вложить в голос всю твердость, на которую он был сейчас способен. Лили подняла на него глаза. В отличие от мужа она вышла собранной. В поведении женщины чувствовались сила и уверенность. Супруга всегда была серьезной, когда дело касалось здоровья детей. Джеймс посмотрел на нее с теплотой, и в тот же миг женщина преобразилась. Вместо уверенной и непоколебимой Лили стала хрупкой. На лице появилась усталость. Стали заметны круги под глазами. Губы слегка дрожали то ли от проведенной тяжелой операции, то ли от страха за сына. Женщина буквально упала в объятья мужа и уткнулась в его парадную рубашку, которую Поттер так и не сменил после рождественского приема. Джеймс понял, что супруга плачет. Он прижал ее к себе и, молча, ждал. Мужчина чувствовал, что Гарри жив и операция прошла хорошо, хоть Лили и не сказала ни слова. Сириус с Питером стояли в стороне, когда вышла Лили. Они слышали заданный Поттером вопрос, поэтому подошли ближе. Когда вместо ответа женщина начала плакать, мародеры растерялись. Но Джеймс им уверенно кивнул и дал понять, что все хорошо. Тогда Блэк хлопнул Поттера по плечу и, забрав с собой Питера, удалился. Через некоторое время мародеры собрались за столом в общей комнате. Она предназначалась для отдыха постояльцев нескольких блоков, однако, ночью тут не было никого. Никого, кроме мародеров. Джеймс сидел так, будто не было нескольких часов на ногах около палаты сына. Мужчина был собран настолько, насколько позволяли обстоятельства. Рядом с ним стоял пустой стул, который предназначался для Лили. На спинке висел плед, заботливо принесенный Джеймсом супруге. Сириус сидел напротив Поттера. Он выглядел уставшим, хотя и пытался скрыть свое напряжение расслабленной позой и непринужденной игрой с чайной ложкой, которую он вертел между длинными пальцами. Между Джеймсом и Сириусом сидел Питер. Его глаза бегали по друзьям и окружающей его обстановке. Он взволнованно качал ногой, но, несмотря на нервозность, мародер, как и все, молчал. Джеймс смотрел куда-то в пустоту, когда вошла Лили, левитируя перед собой поднос с чайником, чашками и сладостями, которые она нашла на кухне. Женщина опустила поднос на стол и начала разливать чай. Она все делала медленно, пребывая в своих мыслях. — Дорогая, давай я, — Джеймс встал и аккуратно забрал чайник. Супруга села и непонимающими глазами посмотрела на мужа и чайник в его руках. Что такое? Тут она поняла, что одну из чашек доверху наполнила заваркой и даже не заметила, как та перелилась еще и в поднос. Как такое могло произойти? Лили потупила взгляд на свои руки. Они дрожали. Волна паники и темноты готова была накрыть женщину с головой, но Лили держалась. Нельзя поддаваться эмоциям сейчас. Когда Джеймс сел, то сразу вручил ей чашку теплого чая и накрыл пледом. Супруга хотела улыбнуться, но сил не было даже на это. Вместо этого она спросила: — Как Эмили и Рон? — Они спят, — успокоил ее Поттер. Он успел зайти в блок, предназначенный для них. Мужчина осмотрел беглым взглядом комнаты и не мог не загордиться своими детьми. Вопреки всем обстоятельствам они смогли обустроить комнаты для всей семьи. Пусть, дети успели не все, но они сделали очень много. Лучше всего выглядела их с женой спальня. В центре стояла большая кровать, явно трансфигурированная из двух маленьких, которую аккуратно застелили. В шкафу все было разложено по своим местам. На стенах висели несколько семейных фотографий. Стоит надеяться, что они не единственные сохранившиеся. Рядом со шкафом стоял небольшой, но очень тяжелый чемодан. Туда Джеймс успел вовремя упрятать свой кабинет, библиотеку и лабораторию жены. В спальнях детей порядка было меньше, но кое-что они тоже смогли разобрать. В общем, они хорошо поработали. Эмили отец обнаружил спящей на своей кровати прямо поверх покрывала. Рядом с ней развалился Каспер. Джеймс укрыл дочь розовым одеялом, которое нашёл на соседней кровати в груде еще не разобранных вещей. Затем глава дома зашел в комнату Рона, но подопечного там не оказалось. Наверное, он ушел к Гермионе, не стоит об этом говорить Лили. Его вещи были в беспорядке, а вот гардероб Гарри был разобран. Рон или Эмили — интересно, кто постарался? — Хорошо, — кивнула Лили и сделала глоток. От ее голоса Джеймс вернулся в реальность. — Может, ты пойдешь спать? Ты так устала, — спросил Поттер. — Нет, я хочу остаться, — махнула головой жена. — Тогда будем считать наше ночное собрание открытым, — со вздохом объявил Джеймс. — А не лучше ли завтра? — предложил молчавший до этого Сириус. — Нет, надо закончить все сегодня. — Тогда первый вопрос за мной, — оживился Блэк, — Как крестник? Лили отставила чашку в сторону: — Мы вовремя подоспели. Ранение тяжелое, пришлось наложить несколько серьезных заклинаний, но его жизнь вне опасности. — И он сможет даже в квиддич играть? Лили невольно улыбнулась, посмотрев на Сириуса. — Да, даже на твоем мотоцикле кататься. Хотя не сразу, конечно. — Главное, что он жив, — подбадривающее сказал Питер. — Да, — согласилась женщина, — Кстати, Питер, я хотела сказать тебе спасибо. — М-мне? — недоумевал мародер. — Конечно, ты же пытался остановить кровь? — Я? — Я сначала даже не поняла, почему кровотечение не столь сильное при таком ранении. Но на месте было некогда разбираться. Я лишь потом осознала, что это заклинание помогло. В общем, спасибо. Возможно, именно эти сбереженные секунды помогли Гарри. — Я… Все ради Гарри, — выговорил Петтигрю. — Так ты у нас медик, — кивнул другу Сириус. — Я… Да. Все было так быстро. Я… Я даже не запомнил, — махнул головой Питер. — Спасибо, — присоединился к благодарностям Джеймс, а сам вновь погрузился в мысли. Что-то у него не складывалось. Больно много всего не сходилось, хотя… История проста. Или нет? — Питер, можешь рассказать все еще раз? — попросил Джеймс друга. С одной стороны, заставлять друга повторять все снова неправильно. С другой же, ему надо выяснить все подробности произошедшего с сыном. — Я же… уже говорил, — нервничал Петтигрю. — Да, Джеймс, — заступилась Лили, — Зачем? Все и так понятно. — Так надо, дорогая, — кивнул Поттер и сжал руку супруги, — Начинай, — кивнул он Питеру, — Ты пришел и? — Я пришел, — повторил Петтигрю, но Джеймс перебил его: — Кстати, зачем? — Ам… Я был в Дырявом котле и слышал, что пожиратели… — Ты был в Дырявом котле? — перебил друга Сириус. — Да, — кивнул Питер и нервно сглотнул, — Я… Матушка попросила меня кое-что купить к Рождеству из сладостей в Косом переулке. Я договорился с владельцем лавки, что зайду как обычно через черный ход. Но он предупредил, что после похищения девчонки из Хогвартса пожиратели следят за переулком. Продавец перенес встречу в Котел. — Хитро, — шмыгнул носом Блэк, — Хозяин Котла он же и нашим, и вашим все рассказывает. — Да, — закивал Хвост, а у самого у висков собирался пот, — Хозяин — Том — он объявил, что Котел свободная зона. Хотите кого-то задерживать ждите на улице и не лишайте, мол, выручки. — Знаю, знаю, — подтвердил Поттер, — За лишнюю рюмку пожиратели закрывают на это глаза. Что дальше? — Ну вот. Встретились мы в Дырявом котле. А пока я его там ждал, то услышал, что за девчонку объявлена большущая награда, — Питер потер вспотевшие руки, — Думаю, вот теперь-то эти черти начнут носом землю рыть. Поэтому и рванул к вам. Предупредить чтобы. — А дальше? — Пришел и слышу голоса на кухне… — Что говорили, не разобрал? — спросил Джеймс. — Нет, очень тихо было. Я пошел туда, думаю, может, вы вернулись с приема. А там такое! — Конкретно, что ты видел? Пойми это очень важно, — нетерпеливо поинтересовался Поттер. — Я зашёл, когда Джинни уже нож вонзила в Гарри, — Лили издала звук похожий то ли на вздох, то ли на всхлип. Джеймс, который так и не отпускал ее руку, сжал ладонь еще крепче, — Я вроде подбежал к ней и откинул в сторону, а потом связал. — Она не сопротивлялась? — удивился Джеймс. — Ну, брыкалась вроде… — растянул предположение Питер. — Тебя убить не пыталась? — Сохатый, она же не ожидала, что Хвост придет. Вот и растерялась, — встрял Блэк, пока рассказчик кивал. — Наверное, но при ее подготовке это странно, — Джеймса до сих пор что-то смущало. Питер это чувствовал. Он сглотнул и продолжил: — А после я побежал за помощью к вам. — Только сначала залечивающие заклинания наложил, — напомнил Сириус. — Да, правильно, — приободрился мужчина, — Теперь точно все. Дальше вы все знаете. — Да, — уже с большей уверенностью в лице сказал Поттер-старший. Петтигрю еле заметно выдохнул. Допрос окончен. — Странно, что все произошло на кухне, — Джеймс уже не спрашивал, а рассуждал. — Она готовила, — выскочило у Питера, и он поспешил добавить, — Наверное. — Готовила? — Да, мы договорились, что она приготовит часть праздничного ужина, — тихо сказала Лили. — Точно, — даже привскрикнул Сириус, — В коттедже чем-то вкусно пахло. Я когда появился, даже поверить не мог, что произошло что-то. — Тебе бы только поесть, Бродяга, — хмыкнула Лили. — Ну, я привык, что в твоем доме всегда вкусно пахнет с кухни, — ответил Сириус, — Хотя странно, что она готовила, если собралась бежать… — Может, она отравить нас вдобавок хотела? — с неприязнью предположила женщина. — Без палочки она бы смогла попасть в лабораторию? — спросил Блэк. — Нет, исключено, — Лили задумалась, — Возможно, она решила использовать палочку Гарри? — Сохатый, а что ты думаешь? Джеймс повернул голову в сторону Бродяги. Что он думал? Что он думал, как аврор? Как отец? Как друг? Его выводы сходились с очень нежелательным результатом. И этим результатом, пусть косвенным и нереальным, был Питер. Но разве может быть замешан в этом лучший друг? Зачем это ему? Быть такого не может! — говорило сердце, в котором навсегда впечатана дружба неразлучной четверки. Но разум и выучка аврора твердили обратное — Хвост лжет. Весь рассказ от и до, его поведение указывали на ложь. Сколько раз Джеймс видел таких людей? Сколько он разоблачил их на допросах? И ведь всегда был прав. Грюм даже как-то говорил, никакая сыворотка правды не нужна, если на допросе Поттер. Может, сегодня он всё-таки ошибается? За день столько произошло, поэтому показалось ему всё. Да, и Питер такой нервный от волнения. Он же герой сегодня! Гарри спас! Не может он оказаться… предателем… Нет! Хватит на сегодня глупостей! Надо выспаться, а только потом выводы делать! — Джеймс, ты с нами? — жена легонько погладила его по руке и попыталась заглянуть в глаза. — Да, просто никак все в голове уложить не могу, — устало произнес мужчина и взял в руки чашку остывшего чая, — Прости, Питер, что я так замучил тебя расспросами. — Все в порядке, — хмыкнул Питер и положил в рот конфету, — Я понимаю. — Ну, Питера же ты точно не подозреваешь? — шутливо сказал Блэк. — Нет, — Джеймс посмотрел на Бродягу, — Конечно, нет. Не успел Поттер объявить об окончании собрания, как в дверь постучали. Вошел молодой паренек на вид чуть старше Гарри с Роном. — Мистер Поттер, Вас вызывает к себе глава Ордена, — быстро проговорил вошедший и от смущения начал краснеть. Джеймс припоминал его. Это стажер в авроры из последнего набора. Школу окончил, годик позанимался и вот уже стажер. Поттер поставил на стол так и нетронутую чашку. — Я сейчас приду, — кивнул он мальчику. Тот затоптался на месте. — Мне велено без Вас не п-приходить. — Даже так? Ладно, идем, — Джеймс поцеловал супругу и кивнул друзьям, — Расходитесь по домам, не ждите. После этого мужчина вместе с зеленым аврориком пошел в административный комплекс, где располагался кабинет Кингсли. Ноги у Джеймса уже подкашивались, но он смог подняться в кабинет главы Ордена. Мальчика он оставил в приемной, а сам вошел внутрь. Кабинет Бруствера был не очень большим, но и не маленьким. В красных цветах. По центру у дальней стены стоял массивный стол из красного дерева. За ним на стене висела потрепанная карта магической Британии. У других стен располагались темные стеллажи с книгами, папками и разными магическими приспособлениями. В центре комнаты лежал восточный ковер, который придавал уют этой комнате. Кингсли стоял спиной к двери, когда Джеймс вошёл. — Вызывали? — Да, Джеймс, — Бруствер повернулся лицом и медленно начал обходить свой стол, — Где ты ходишь? Целое поселение подверглось нападению Пожирателей, а глава аврората даже не подумал ко мне зайти! — У меня… — Я знаю, что Гарри в больнице. И понимаю, что тебе тяжело. Но вряд ли ты ему можешь сейчас помочь. Ты же аврор, а не колдомедик! Мало того, ты глава аврората! Дементор меня поцелуй, не надо было тебя назначать на эту должность! Если ты ее игнорируешь! — Кингсли сорвался на крик. Он вышел из-за стола и встал напротив Джеймса. Он был в ярости, и Поттер понимал, что лучше молчать, пока обычно уравновешенный глава Ордена не выговорится, — Больше десяти лет этот маленький городок никому не был нужен! В нем было несколько наших семей! Они жили спокойной жизнью! А теперь все в срочном порядке эвакуировались сюда! Ради безопасности остальным членам Ордена, живущим среди маглов в разных концах Англии, тоже рекомендовано перебраться сюда! Мы столько лет мирно жили! А теперь должны прятаться как крысы? Что произошло? Твой сын ранен, твой дом взорван. Я не дурак, понимаю, что шли за тобой. Встает вопрос, в чем прокололся мой глава аврората? — ярость медленно отступала, но суровый и серьезный взгляд Кингсли так и не сходил с Поттера, — Хотя, наверное, я уже знаю ответ и боюсь, он мне не понравится.

***

Сириус вернулся на Площадь Гриммо далеко за полночь. Он даже не хотел смотреть на часы, понимая, что рассвет не замедлит от этого свое появление в окнах. Мужчина быстро прошел на лестницу и начал подниматься в свою комнату. У него было одно желание забыться во сне хотя бы до утра. Вдруг перед ним возник Кикимер. Из-за его появления Блэк даже оступился, но не упал, так как удержался за перила. — Чего тебе надо? — огрызнулся Сириус на домовика. — Хозяин, Вас ожидает брат в гостиной. — Какого черта, он в гостиной? Терпеть не могу эту комнату. Скажи, пусть спускается в столовую. Хотя, стой, я сам скажу, а ты подай что-нибудь съедобного и вина. Только нормального, а не то, что мне суешь, — не обращая больше внимания на домовика, мужчина продолжил подъем. — Слушаюсь, хозяин, — услышал он вдогонку и какое-то неразборчивое брюзжание, давно присущее старому Кикимеру. Когда Сириус поднялся в гостиную, брат дремал в одном из старых кресел. — Любуетесь своей родословной, лорд Блэк, — нарочито громко сказал Сириус. Регулус не удивился такому приветствию. Он медленно открыл глаза, потянулся и сказал: — У нас с тобой одна родословная, если ты забыл. И если вспоминать английские традиции, то Лорд из нас ты, — Сириус прыснул, — Да, да, ведь ты старший. Это же ты не будешь отрицать? — Зато я буду отрицать, что принадлежу к этой семье. Мать собственноручно выжгла меня с гобелена. Будь ее воля, она бы и из жизни меня стерла, — Сириус встал около брата и протянул руку для приветствия. — В этом я не далеко от тебя ушел, — Регулус встал и пожал брату руку. — Пошли вниз. Я приказал Кикимеру приготовить что-нибудь. — Идем, — кивнул брат и направился вниз. Но старший брат медлил. — Я сейчас подойду, — сказал Сириус и пошел в свою комнату. Там он из беззаботного и задиристого старшего брата превратился в уставшего мужчину, да еще и злого на брата за его слизеринские наклонности. Быстро тот о долге вспомнил. Ну что ж, придется платить по счетам. Блэк подошел к комоду и достал оттуда мешочек золотых галеонов. Там было немного. Сириус никогда копить не умел. Вряд ли это покроет хоть десятую часть суммы, но надо же с чего-то начинать. Мужчина взял деньги и спустился вниз. Войдя в столовую, он заметил, как Регулус ругает домовика. Старший Блэк встал в дверях и сложил руки на груди, наблюдая, как брат машет перед домовиком куском сыра. — Смотри это плесневый сыр. Его надо выкинуть, — домовик что-то пролепетал в ответ, — Не дури, Кикимер! Я знаю, что ты прекрасно отличаешь сыр с плесенью и плесневый сыр! Еще раз такой подашь и пожалеешь! Сириус молча наблюдал. Он знал, что этот старый ворчливый домовик, если и послушает кого-то, то это будет Рег. Наконец, брат отпустил Кикимера и повернулся. Сириус не стал медлить: — Вот часть суммы, — сказал он и кинул мешок к концу деревянного стола, где сидел брат. Мешочек вопреки его ожиданиям упал на середину. Но несколько монет высыпались и покатились по столу до Регулуса, — Остальное отдам сразу, как… — «продам мотоцикл» подумалось ему, но произнес он другое, — Как найду. Младший брат отстраненно посмотрел на галеоны. — На самом деле, я пришел узнать, что произошло. Все ли живы? Кому досталось от Уизли? — Регулус посмотрел серьезно на брата, а потом кинул взгляд еще раз на деньги, — Хотя приятно осознавать, что ты помнишь наш спор, — мужчина наигранно в стиле старшего брата сверкнул глазами. Но к монетам не притронулся и подумал: «А выиграл ли он спор?» Он вспомнил поведение Уизли на балу, и что-то ему подсказывало, что все не так просто, как кажется. Сириус смягчился. Он рассказал, что произошло в двух словах, но вдаваться в подробности явно не собирался. «Как в детстве начинал дуться, когда спор проигрывал, так и сейчас» — подумал Регулус. Он выслушал краткое описание событий и решил, что за подробностями придет в другой раз. Выпив глоток вина, младший брат кивнул старшему, а потом направился к камину. — А деньги? — крикнул вдогонку Сириус. — Пусть пока тут полежат, — ответил Регулус и с очередной мыслью, что его брат не умеет проигрывать, ступил в камин, — Я хочу кое-что проверить. На этом младший Блэк исчез, а старший осушил свой бокал и отправился спать.