Глава 20. Воспоминания
29 апреля 2021 г., 16:38
После знакомства с Микото, который разрешил называть его братиком, жить стало гораздо легче. Больше отношение других людей не задевало так сильно как прежде. И даже невозможность быть той, кем являешься теперь воспринималось как обычная игра. Поэтому слишком неожиданным стало ощущение надвигающейся беды. Подавляющий страх и необузданное желание куда-нибудь убежать, преследовало меня целый день. Впервые столкнувшись с подобными ощущениями, я застыла словно каменная статуя. И настолько сильно углубилась в себя, чтобы разобраться в причине столь сильной реакции интуиции, что упустила возможность избежать этого. Очнулась я только тогда, когда Ка-сан буквально впорхнула в комнату и с радостью пропела:
— Тсу-кун, радуйся! Твой папа приедет через три дня, поэтому день рождение будем праздновать всей семьёй!
— Ах! А ведь нужно столько всего успеть сделать! — воскликнула она и тут же упорхнула обратно.
Стоило мне осмыслить столь «счастливую» новость, как ощущение грядущего стало неотвратимым. Поэтому оставшееся время до моего пятилетия пролетело в один миг. И вот мы стоим в аэропорту в ожидании блудного родителя, чья блондинистая макушка сильно выделялась среди японцев. Однако не он привлёк моё внимание, а старик, что шёл рядом с ним. Он казался таким добрым и ласковым, словно волшебник из сказок, которые мне удавалось прочитать тайком от родителей. Только вот, всё моё естество кричало о том, что стоящий передо мной человек смертельно опасен для меня. Но в то же время интуиция ясно давала знать, что в результате его действий я приобрету гораздо больше, чем потеряю. В связи с этим единственное, что мне оставалось это изображать из себя обычного, но крайне стеснительного паренька. По началу всё было достаточно нормально. Всей толпой мы вернулись домой, где меня поздравили и вручили разнообразные подарки. Потом мы сели за стол и принялись уплетать всё, что мама успела приготовить. Что ни говори, а готовила Ка-сан лучше всех. Только интуиция не давала мне окончательно расслабиться и отдаться той атмосфере, что окутала наш дом. Благодаря этому, когда дедушка Тимотео, как он сам попросил его называть, начал рассказывать сказку о Виджиланте, которая была очень длинной и весьма непонятной, я заметила странный взгляд старика, что словно оценивал меня. Только вот для чего я не знала. Всё же моя интуиция не была всесильной. Но не история была главной проблемой, а кольцо, которое с собой на цепочке он носил. И вроде бы обычная печатка с голубым камнем в середине, однако было в нём что-то притягательное. Стоило ему оказаться в моих руках, как неразборчивый шёпот, что преследовал меня с самого приезда отца и «дедушки», стих. Такого чувства спокойствия и защищённости я не ощущала даже от братца Микото. Я словно наяву почувствовала крепкие надёжные объятия и тихий ласковый голос, приветствующий меня. Пока я пребывала в своеобразном трансе, то не заметила каким холодом и сталью блеснули глаза Тимотео стоило ему увидеть яркий рыжий огонёк, что охватил кольцо. Лишь на периферии сознания послышалось:
— Мне не нужна столь могущественная марионетка!
Эти слова были последним, что я услышала перед тем, как всё моё тело охватила боль. Нет, не так! БОЛЬ! Я отчётливо ощущала, как каждая клеточка организма покрывается коркой льда, а огонёк, что всё это время согревал и защищал меня, стремительно угасал. Благодаря интуиции мне было ясно, что если дать огоньку погаснуть, то и моя жизнь на этом закончится. Поэтому все свои силы я направила на защиту огонька. Уж не знаю сколько длилось это необычное противостояние, но стоило только льду перестать распространяться, как сознание наконец-то покинуло меня.
Когда я очнулась в следующий раз, то сразу же поняла, что нахожусь явно не у себя в комнате и даже не в больнице. Всё же когда тебя со всех сторон окружают ледяные стены с лёгким оранжевым отливом, а сама ты прикована всё тем же льдом к пьедесталу, на котором еле тлеет ранее огромное оранжевое пламя. Единственным, что выделялось в этом ледяном царстве, кроме конечно меня и огонька, был огромный телевизор, в котором буквально через несколько мгновений отобразился потолок родной комнаты. Тут же откуда-то сверху раздался голос Ка-сан, зовущий завтракать. На что оттуда же раздался мой положительный ответ, что было удивительным, ведь я ничего не говорила. Впрочем, услышанный голос хоть и был моим, но звучал абсолютно равнодушно. Всю следующую неделю я наблюдала, как моё тело живёт своей безэмоциональной и бездушной жизнью. И никто, абсолютно никто, этого не заметил! Действительно, что такого?! Подумаешь ребёнок ведёт себя как какой-то робот! Это ведь абсолютно нормально! Я и билась и кричала, но никто так и не услышал меня, а тело всё также не хотело подчиняться. Единственное, что я могла делать, кроме наблюдения, это топить лёд. Поэтому первым делом я избавилась от оков, что сковывали меня, в надежде вернуть контроль над телом. Но этого не произошло. Так прошёл целый месяц моего заточения, за который я поняла, что чем больше льда исчезает, тем сильнее и ярче разгорается мой огонёк. Исходя из этого весь следующий месяц я с удвоенным усилием плавила этот чужеродный мне лёд. Тем не менее когда прошло уже почти три месяца этого ледяного ада, он перестал поддаваться моему огоньку, что уже достаточно окреп. Однако в отличие от прежнего сейчас он был блеклым, словно ему чего-то не хватало. Хотя вернее будет кого-то. По-крайней мере так мне нашептала интуиция. Поэтому я стала искать того или тех, кто поможет мне и спасёт отсюда. Всё же как бы я не храбрилась, но холод и пустота, поселившиеся где-то глубоко во мне, всё сильнее затягивали в свои объятия, поглощая все светлые чувства. Спустя ещё месяц, я почти отчаялась, когда интуиция неожиданно радостно запела. Это было во время очередной бесцельной прогулки моего тела по парку. А если быть более точнее, то в то время, когда оно сидело под деревом и смотрело в никуда. Я с дикой надеждой уставилась в экран и увидела мальчика на пару лет старше меня самой. Но не сам мальчик привлёк моё внимание, а фиолетовый огонёк, что мерно горел в нём. Я тут же принялась хоть как-то привлечь его внимание, отчаянно стуча по экрану. Только ничего не получалось. Я уже почти отчаялась, так как он почти прошёл мимо, как очередной удар проделал небольшую трещину в телевизоре. В этот же миг огонёк ринулся туда и тело охватило знакомое тепло рыжего пламени. Впрочем этот трюк забрал все накопленные силы и огонёк вместе с сознанием начал угасать. И вот, когда я уже решила, что всё кончено, перед глазами раскинулось бескрайнее небо, на котором начали собираться облака. А на месте всепоглощающей пустоты появилась пока ещё тоненькая нить, что связала меня с недостающей частичкой. Осознав, что дальше всё будет хорошо, я всё же уплыла в небытие.
Следующее пробуждение сопровождалось ужасной слабостью во всём теле и фантомными ощущениями оледенения. И я бы уже наверное разревелась от неудачи, если бы не довольно мурлыкающая интуиция и совершенно незнакомый интерьер вокруг, который я наконец-то видела не сквозь экран.
— Вижу ты уже проснулась, — ласковый женский голос отвлёк меня от созерцания потолка.- Маленькая Химе.
С трудом повернув голову к говорившей, я увидела молодую женщину довольно высокого для японки роста с длинными серебряными волосами. Ярко-фиолетовые глаза с нежностью смотрели на меня. Одета она была в нежно коралловое кимоно. В ней также как и в спасшем меня мальчике горел фиолетовый огонёк с голубыми вкраплениями.
— Меня зовут Хибари Юкико, — представилась она, подойдя ко мне поближе.- Вчера днём тебя принёс мой сын, Кёя. Ты помнишь, что произошло? — мягко спросила Юкико-сан, и голубые искорки стали ярче.
Тут же я почувствовала словно меня опустили глубоко в воду и стало так неестественно спокойно, что даже несколько страшновато.
— Вам нет нужды использовать те голубые искорки, — спокойно произнесла я.— Всё же у вас их гораздо меньше фиолетового огонька.
— Ты видишь Пламя? — удивилась Хибари-сан.
— Те разноцветные огоньки называются Пламенем? — уточнила я.
— Верно, — подтвердила она.
А далее последовала краткая лекция о том, что из себя представляет Пламя Посмертной Воли и его основные характеристики. Из всей той информации я вычленила для себя несколько основных пунктов. Во-первых, мой рыженький огонёк называется Пламенем Неба и является центральным, то есть главным среди всей семёрки атрибутов. Во-вторых, из этого следует, что у меня должно быть шесть Хранителей, которых мне предстоит найти. В-третьих, тот мальчик, Хибари Кёя, является моим Истинным Хранителем Облака. В-четвёртых, Иемицу является Внешним Советником Королевской мафиозной Семьи — Вонголы. А тот старичок, который дедушка Тимотео, его начальник, то есть сам Дон. Вот такие вот открытия! Потом мне дали сменную одежду и накормили. Никогда не думала, что буду так счастлива просто кушать и разговаривать. Конечно же меня также познакомили с той частью клана Хибари, что проживала в этом поместье.
Именно так я и познакомилась со своим первым Хранителем и узнала правду о своей семье.
