Яркое пламя Ада

Следующая неделя прошла для Тсуны в бешенном темпе. Он практически не высыпался из-за того, что его рано утром будил Реборн и заставлял делать домашнюю работу, заданную в школе, ведь вечером выполнять ее будет некогда – тренировка, отнимающая все силы, проводилась именно в это время суток. Плюсом ко всему был постоянный ночной кошмар. Этот демон, Реборн, порой доводил Тсунаеши до белого каления своими постоянными шутками и выходками, вынуждающими нервничать. И в то же время темный мог вовремя остановиться и стать абсолютно серьезным. Эти качества поражали Саваду, заставляя думать о своем владельце. Иногда Тсуна ловил себя на мысли, что Реборн красив, и от этого щеки парня краснели. Сам же Реборн потихоньку начал привязываться к мальчишке. Ну, это он так думал. Темному нравилось наблюдать за этим хрупким парнем, видеть его разъяренный взгляд цвета карамели во время тренировки, когда ему приходилось учиться искусству боя. Также демона волновало то, что Тсуна постоянно не высыпался, хотя время на полноценный сон было предостаточно. Он решил узнать причину недосыпа и, впрочем, как всегда добился своего. Стоило лишь заглянуть ночью в комнату парня и увидеть, как тот беспокойно ворочается на кровати, что-то бурча себе под нос. - Тсуна, проснись, - Реборн потряс мальчишку за плечо. Карие глаза Тсунаеши моментально открылись. И темный увидел в них столько усталости и беспомощности, что какое-то неизвестное ему чувство зашевелилось у него в груди. - Мне так надоел этот кошмар, - прошептал Тсуна и положил свою голову на плечо Реборна. - Я уже не помню, когда спал здоровым сном… Реборн погладил мальчишку по взъерошенным волосам и лег на кровать, заставив Саваду лечь с ним рядом, а потом прошептал: - Спи. Все будет хорошо, просто поверь в это. И Тсунаеши поверил. С этой ночи ему больше не снился горящий лес, ведь Реборн был рядом и охранял его сон… И вот прошла неделя, настал день, когда класс Савады вместе с другими детьми должен был поехать на пару ночей в лес, чтобы «наладить контакт с природой». Так говорил их классный руководитель. - Джудайме, здравствуйте, - поприветствовал Тсуну Гокудера. - Привет, - махнул рукой Савада. - Йо, ребят, - к ним подошел Ямомото. На площади школы Намимори стало шумно. Сейчас все школьники, решившие поехать на вылазку, собирались на школьном дворе и ожидали автобусы, которые должны довезти их до леса. Дети разговаривали и общались друг с другом, делились своими впечатлениями. Тсунаеши пытался найти в этой разноцветной толпе Исами, ведь тот тоже должен был поехать вместе со всеми. Но даже когда приехали автобусы, а детей начали рассаживать по ним, Кейтаро не появился. «Может, заболел?» - пронеслось в голове у Савады. До места, где должен был располагаться палаточный лагерь, добирались около четырех часов: первые пару часов ехали на машинах, а потом шли по лесу пешком. Школьникам пришлось самим ставить свои палатки под чутким руководством… Реборна. Темный умело выдавал себя за работника агентства, что организовало поездку. - Эй, ребят, - окликнул Реборн Тсуну, Гокудеру и Ямамото, - идите и соберите для своего костра хвороста, а девчонки в вашей команде пока почистят картошку. Парням ничего не оставалось, кроме как согласиться и уйти с полянки в лес. Нет, ребята не были против этого, ведь каждый из них понимал, что чем быстрее будет разведен костер, тем быстрее будет готова пища. Пища, которую приготовили они сами. И что-то в этих поисках было такое заманчиво-предвкушающее, заставляющее улыбаться. Тсунаеши наклонился за сухой веткой, которая должна была хорошо гореть. В его руках уже было довольно много палок, кривых и поломанных, с облетевшей корой. Но что-то в этот момент заставило Тсуну напрячься и выпрямиться, оглядеться вокруг себя и прислушаться. Хаято и Такеши заметили это и тоже заозирались по сторонам. - Что-то случилось? – поинтересовался Гокудера. - Прислушайтесь, - зачем-то зашептал Савада, - здесь слишком тихо… ай! В ногу Тсунаеши впилась стрела с красивым синим оперением и белым древком, наконечника не было видно – он впился в плоть, приникая туда. Савада схватился за ногу и зашипел от боли, а потом посмотрел в ту сторону, откуда была выпущена стрела. Хранители моментально оказались рядом с Тсуной, готовые защитить его. Из-за стволов деревьев и кустов вышли люди. Большинство из них были светлыми: ангелы, слышащие, что могут договориться с духами, и феи (так их прозвали за возможность управлять растениями ). Еще здесь были темные: непосредственно демоны и пара вампиров. - Нам нужен лишь этот пацан, - сделал шаг вперед широкоплечий стихийник и кивнул в сторону Тсунаеши. - Вы не получите его, - у Гокудеры на голове появились рога, а в руках динамит. - Зачем вам Тсуна? – спросил Ямомото, доставая из чехла катану. - Не твое дело, падший, - сказал один из ангелов, что расположился на толстой ветке дерева и держал в руке лук с натянутой тетивой. Тсунаеши понял сразу, что здесь без драки не обойдется в любом случае. Он чувствовал, что сейчас сдаваться нельзя, что сейчас необходимо защищаться. Все его тело напряглось в готовности отразить атаку. В лесу повисла тишина. Не было слышно, как ветер гуляет между листвы, как вдалеке смеются дети в палаточном лагере, воздух стал тяжелым и густым. Но вдруг покачнулись кроны деревьев, громко шурша своей листвой. Это послужило началом. Запела стрела в воздухе, но она не попала в свою цель: Такеши отбил ее своим оружием. Светлые и темные кинулись на ребят. На Тсуну обратили свое внимание сразу двое из нападавших. По сравнению с ними Савада казался маленьким и слабым, неспособным постоять за себя. Но какого же было удивление двух ангелов, что решили взяться за него, когда перед ними оказался юный демон. Его хвост мотался из сторон в сторону, а вместо кисточки пылало оранжевое пламя. Сейчас перед светлыми стоял не тот мальчишка, которого приказали захватить, а разъяренный темный, готовый драться до последнего. Увернуться от удара кулака с одной стороны, не позволить зацепить себя ножом, поставить подножку и ударить с ноги в живот. Все это Тсунаеши делал на автомате. За прошедшую неделю Реборн все-таки успел его хоть как-то обучить рукопашному бою. При каждом движении в ноге с новой силой взрывалась боль, и Тсуне казалось, что наконечник стрелы уперся чуть ли не в кость и скребет по ней своим металлическим телом. Стоило Саваде оглушить двух своих противников, как лодыжки обвило какое-то непонятное растение и опрокинуло его на землю. Тсуна больно ударился головой об корягу, из-за чего в глазах залетали красные точки, а сознание покрылось дымкой. Тсунаеши вернул над собой контроль только тогда, когда услышал, как пытается докричаться до него Гокудера. При этом сам темный отбивался сразу от нескольких противников. Губа его была разбита, из нее тонкой струйкой текла кровь, рубашка изодрана и висит клочками на стройном теле, что было сейчас все в синяках и царапинах. Такеши Савада не смог увидеть. Тсунаеши захотел встать, но у него это не вышло. Все его тело было обвито тем колючим растением, которое в самом начале обвивало ноги, и теперь его шипы больно впиваются в кожу. Рядом с Тсуной присел на корточки светлый и посмотрел на него насмешливым взглядом, в котором была доля презрения. - Не думал, что все будет так легко. С твоими дружками скоро будет покончено, так что не рыпайся, - сказал он и потрепал Тсунаеши за щеку. Это стало последней каплей для Савады. Внутри него всколыхнулась ярость и злость, смешенная с раздраженностью. «Да как кто-то, будь он светлым или темным, посмел отнять у кого-то жизнь или свободу?!» - пронеслось в голове у Тсуны. И ярость со злостью вторят этому голосу. Они заполняют его душу и прорываются через нее наружу, выплескиваются и обжигают все вокруг себя, сжигая и уничтожая. Они – лишь малая часть бушующей стихии, вставшей на защиту дорогих ей людей. Светлый, что недавно насмешливо смотрел на Саваду, теперь с ужасом в глазах отскочил от него, широко открывая рот в беззвучном крике. Последним, что увидел Тсунаеши, были Гокудера, чьи глаза засветились восхищением, улыбка Ямамото и огонь, яркий и злой. Следом пришла темнота. Реборн начал беспокоиться практически сразу после того, как он послал мальчишек за хворостом. Он не мог найти себе места после их ухода. Не выдержав, темный решил пойти за Тсунаеши и его хранителями, как что-то затрещало и заревело. Из кустов выскочил какой-то пацан. Он громко кричал, что в лесу случился пожар. Вначале все удивились и посмеялись над ним, но потом, когда треск деревьев стал отчетливо слышен, а серый дым поднялся в потемневшее небо, сомнений в том, что мальчишка не шутил, ни у кого не осталось. Началась паника. - Черт, - выругался Реборн, а потом крикнул, - Рехей, уведи отсюда всех! Сасагава кивнул и кинулся выполнять приказ темного. Сам демон кинулся в лес, туда, где полыхало пламя. Он боялся. Боялся того, что с Савадой может что-то произойти, что он больше не увидит этого мальчишку. Подумать только! Тысячелетний темный привязался к кому-то! Дым и пламя распространялись по лесу. Огонь выл и бушевал, разнося все на своем пути. Из-за опасности быть сожженным заживо, Реборну пришлось расправить свои черные перепончатые крылья и взлететь в небо, чтобы попытаться увидеть среди пекла хоть что-нибудь. Даже в небе чувствовался жар огня, что озарял собой пространство, прогоняя ночную тьму, и был слышен треск и скрип деревьев. Темный смотрел на все это и сжимал свои кулаки от ярости, от невозможности сделать хоть что-нибудь. Ему хотелось закричать, выплеснуть свою злость, броситься в огонь, чтобы помочь тем, кто попал в эту ужасную ловушку. А еще Реборн чувствовал, как больно сжимается сердце от понимания того, что где-то там в этом месиве Тсунаеши. Никогда он еще не испытывал чего-то подобного. Но вдруг из языков пламени вырывается фигурка ангела. Она зависла в воздухе, а потом стремительно направилась к нему. Фигуркой оказался Ямамото, и в его руках был Тсуна, весь израненный и подранный. Такеши подлетел к Реборну и отдал ему бессознательного Саваду. Темный сразу же прижал к себе хрупкое тело. - Я за Гокудерой, - быстро проговорил Такеши и кинулся обратно в огонь. В эту ночь первые два мира содрогнулись, а третий же ликовал – его хранитель пробудился.