Съехались, называется...

когда Даня шутит по поводу роста Лизы, она говорит “гномы объявили тебе войну, уебок”. Даня и Лиза шли по супермаркету, скидывая в тележку даже то, что не нужно. Изначально, парень катал Неред в тележке, а та постила сторис в инстаграме. Но тут девушке приспичило купить йогурт. Прям жизненно необходимо. Она побежала в сторону молочных продуктов, оставляя Кашина в недоумении среди пива, которое они выбирали. Данила поспешил за девушкой, решив узнать, что же ей понадобилось. Подойдя к отделу, в который забежала Лиззка, он увидел то, что заставило его давиться от смеха: Лиззка прыгает к самой верхней полке, желая достаться персиковый йогурт. Она вытягивалась, вставала на носочки, даже приоткрыв рот и высунув кончик языка, а после прыгала, дуя щеки после каждой неудачи. Блоггер не сдержался и рассмеялся, привлекая к себе внимание девушки, что уже прищурила глаза, убивая рыжего взглядом. – Что смешного? – Лиза возмущенно смотрит на Данилу, желая сравнять его с землей. – Да увидел, как один гномик пытался допрыгнуть до йогурта. Было очень смешно, я не сдержался, – Кашину нравилось наблюдать за реакцией Лиззки, которая ненавидела шутки про рост. – Мог бы и помочь, между прочим. Ебаный Гулливер. Растишки много ел? – грубо сказала Лиззка, обиженно глядя на Данилу исподлобья. – Побольше, чем некоторые, – Данила подошел к полке и достал йогурт, который хотела Лиза, – пошли, гномик, думаю, мы все взяли. – Ну все. Гномы объявили тебе войну, уебок, – после этих слов девушка убежала к кассам и вышла из супермаркета. «Как ребенок... Зато мой», – подумал Кашин. Лиззка обещала мстить? Лиззка сделала. Теперь они ходили только в те магазины, которые выбирала девушка. А какие она выбирала? Правильно, где двери пониже, и Дане приходилось пригинаться. Да и вообще, все, что брала Лиза, лежало где-то внизу, таскала девушка Кашина там, где все низко, что бедному парню казалось, что скоро он скрючится. Вы думали, Лиза просто так сказала, что гномы объявили Данилу войну? О нет, она устроила ему ад. Чтобы меньше выебывался. Не то, что Даня перестанет шутить, нет. Просто Лиззке хотелось мести за такие шутки. Но война закончилась. Лиззка уже перестала издеваться над Даней. Зато он снова решил пошутить над ней. – Кашин, твою мать, куда ты засунул специи? – Лиззка не могла найти специи, которые всегда стоят на первой полке верхних шкафчиков, чтобы она могла их достать. Но тут она заметила пеструю коробку с разными пакетиками на третьей полке, ну а кто, кроме Кашина, мог их туда поставить, – Данон, блять, ты что сделал? – Не понимаю, о чем ты, – конечно, все он понял, но он не дурак, не скажет. Данила смотрит на злую Лиззку, стараясь сдержать смех от этой ситуации, – Ну ты дотянись, гномик мой, – Кашин достает специи и поднимает руку, не отдавая их девушке, – Или заслужи. – Вот же блять... – Что, прости? Я тебя не расслышал, – Кашин все расслышал, но решил повеселиться подольше – Погода, говорю, хорошая, – да просто восхитительная: дождь, тучи и туман. Типичный Питер. Лиззка не сдерживается и целует парня, зная, что после этого он отдаст специи. Но не тут-то было. Даня просек фишку: – Просто поцелуем не отделаешься. Ты должна ответить за те издевки надо мной, – парень провёл языком по ушку девушки, прикусывая его и оставляя специи на третьей полке, подхватывая Лиззку на руки и неся ее в спальню, раскидывая по пути вещи. – И все таки гномы объявили тебе войну, уебок. Ну а после им было не до мести...