Тридцать полных оборотов

Текст с минимальной вычиткой       Широкий зал, похожий на каменный мешок, озаряли еле видные при солнечном свете голубые прозрачные всполохи. Они возникали на местах сотворённых иллюзий, магических троп, на которые шагнули студенты-смельчаки.       Гарри хотел бы насладиться чувством робкой надежды, отдалённым напоминанием об Отряде Дамблдора. Но его ожидало другое дело: надо было выслушать откровение Мародёров.       Те стояли поодаль, напоминая Гарри себя самого и Рона в ожидании очередной ядовитой отповеди профессора Снейпа или гневной выволочки от профессора Макгонагалл.       Джеймс смотрел вперёд себя невидящим и ничего не выражающим взглядом. По лицу стоящего рядом с ним Сириуса тоже ничего нельзя было прочесть — кроме готовности следовать за своим другом. Оба старались держать спину прямо, оба выглядели так, словно проглотили по жерди. — Итак… — Томпсон сложил руки на груди и прямо посмотрел на обоих парней. — У меня есть предположение насчёт темы нашей беседы. Поэтому говорите коротко и по существу.       Поттер побледнел ещё сильнее, но взгляда не отвёл. Глухим, чуть хрипящим от волнения голосом он признался в том, что пробрался в личные покои профессора. Джеймс попытался целиком перетянуть одеяло вины на себя — но Сириус сделать этого не дал, говоря о том, что именно он предложил проникнуть в комнаты.       Гарри прервал парней взмахом руки: — О степени вашей вины судить не вам. После факультатива я отведу вас к директору, а пока вы будете помогать мне во время занятия.       Глядя на Джеймса, который от новости о директоре побелел ещё сильнее, артефактор подумал, что самому парню, видимо, может потребоваться помощь.       Гарри объяснил парням, что студенты, вышедшие из иллюзии, могут чувствовать лёгкое недомогание: им необходимы лёгкий Энервейт, стакан воды или просто время, чтобы вернуть себе ориентацию в пространстве. — Я тоже буду помогать ученикам, но ещё две пары рук лишними не будут. — Томпсон улыбнулся, хотя и понимал, что подобное не сможет отвлечь ребят от мыслей о походе к директору. Оба наверняка думали об исключении и о последствиях, и о реакции своих семей…       Артефактор постепенно схлопывал иллюзии. Сначала он подвёл к заключению испытания для тех, кто был помладше. Студенты один за одним вываливались из порталов: кто-то ещё был с палочкой наготове, кто-то ощупывал себя, видимо, пытаясь отыскать следы от заклинаний, а кто-то просто ошалело глядел по сторонам.       Поттер и Блэк, несмотря на своё моральное состояние, всячески помогали ученикам. Гарри заметил, как некоторые девицы разыгрывали целый спектакль с обмороками и другими уловками — лишь бы удержать внимание одного из парней подольше. Слизеринцы — как и всегда — держались обособленно, справляясь своими силами несмотря на малое количество студентов факультета.       Пока Мародёры были заняты делом, артефактор отправил безликого Патронуса к директору, предупредить того о скором посещении.       Когда студенты окончательно пришли в себя — что легко определялось по громкости гомона и активному обсуждению прошедших событий — Томпсон поблагодарил всех за участие и объявил о дате следующего факультатива. — В следующий раз иллюзия будет общей, и я отправлюсь вместе с вами. А на сегодня всё.       Он с улыбкой смотрел на уходящих школьников, греясь в лучах их улыбок и горящих глаз, забыв на миг обо всех тревогах. И даже странный взгляд Снейпа не смог омрачить момент. — Что же… — Когда зал покинула последняя стайка студенток, Томпсон повернулся к Джеймсу и Сириусу. — Пришло время навестить кабинет директора.

***

      Дорога к директору с самого начала не задалась — Джеймс понял это сразу.       Всё началось с Пивза, который заголосил о том, что Поттер-Обормоттер и его дружок исключены из Хогвартса. Профессор при этом никак не отреагировал на полтергейста и тот продолжал метаться над ними под сводчатым потолком вопя всё громче и громче.       Джеймс с трудом держал себя в руках — но использовать какое-либо заклинание в коридоре прямо за спиной профессора, к которому они совсем недавно залезли в комнаты, было перебором даже для Мародёров. Шагающий рядом Сириус, видимо, мучился такими же думами.       По пути к лестницам они столкнулись в большой группой сокурсников. Пивз не замолкал ни на минуту — и многие стали оборачиваться в их сторону и шептаться. Поттер впервые захотел провалиться сквозь землю; Сириус только выше поднял голову. Бродяга выглядел непрошибаемым — но ровно до того момента, как в толпе увидел Регулуса.       Сириус небрежно помахал тому рукой — но Джеймс знал, чего ему стоило выдержать промелькнувшее в глазах младшего брата беспокойство. К счастью, вскоре одна из лестниц отнесла их подальше от толпы, а Пивз улетел куда-то ввысь, увидев в одной из галерей Кровавого Барона. Остаток пути они проделали в тишине.

***

      Минерва Макгонагалл была обеспокоена.       Декан Гриффиндора, несмотря на внешнюю невозмутимость, каждый раз внутренне вздрагивала, когда в одном предложении фигурировали слова «директор», «просит зайти» и «ваши студенты».       Поднимаясь к кабинету Альбуса по движущейся круговой лестнице, она вполне чётко различала голос Финеаса Блэка, самозабвенно спорящего с директором. — Да как вы смеете! Обвинять наследника благороднейшего дома в подобном! Неслыханно! Неслыханно! — Финеас… — Это возмутительно! Блэки никогда и ни к кому не пробирались! — Финеас…       Не желая ждать ни минуты и предчувствуя самое недоброе, Минерва быстро поднялась по оставшимся ступенькам и отрывисто постучала в тяжёлую дверь. Та отворилась, демонстрируя женщине следующую картину.       Перед директорским столом стояли Поттер и Блэк: бледные, без следа привычных уже ухмылок, сосредоточенные — такими она не видела их даже на С.О.В. Неподалёку от них, в тени гобелена стоял профессор Томпсон. Его лица не было видно, только круглые стёкла очков отражали пляшущий в камине огонь.       Альбус не сидел по обыкновению за столом, а стоял сбоку от него, сложив руки на груди, как делал это ещё в бытность преподавателем Трансфигурации. Он еле заметно кивнул Минерве, посылая ей уставшую улыбку. Позади него бесновался Финеас Найджелус Блэк — насколько это возможно для портрета. Остальные директора с интересом наблюдали за происходящим со своих полотен; некоторые не стеснялись шептаться и показывать пальцем на Финеаса.       Тот, не обращая внимания на смешки и шёпот, с упоением перечислял заслуги рода начиная с тринадцатого века. — Финеас, я буду признателен, если мы перейдём от родословной семейства Блэк к настоящему времени. — В ответ прошлый директор Хогвартса лишь оскорблённо осёкся и удалился из портрета. — Что же… Профессор Томпсон, будьте любезны, расскажите профессору Макгонагалл о случившемся.

***

      Артефактор чувствовал себя неофитом на первом испытании Гильдии.       Томпсон хотел лишь соблюсти формальность, привести не в меру любопытных парней к директору — а после назначенной им отработки переговорить с Дамблдором с глазу на глаз об изъятии у Мародёров их Карты. Но он позабыл, что просчитывание ходов было характерно, скорее, для Рона или Гермионы — и никак не для него самого.       Поэтому вместо запланированной тихой и быстрой беседы случилась истерика Финеаса Блэка, вызов Макгонагалл, которая пока ещё ничего не знала, — зато Гарри за шесть лет обучения прекрасно мог представить, как она отреагирует на новости о взломе преподавательских комнат. — Профессор Томпсон, я буду вам очень признательна, если вы наконец сообщите мне, что здесь происходит.       Гарри чувствовал себя первокурсником, опоздавшим на первый же урок Трансфигурации, но никак не профессором.       Губы Минервы Макгонагалл вытянулись в тонкую нить, а ноздри трепетали. Краем глаза артефактор видел лёгкую улыбку Дамблдора: директор наверняка получал наслаждение от разыгрываемой сцены!.. Собравшись с мыслями Томпсон сообщил декану Гриффиндора о том, что два её студента — Джеймс Поттер и Сириус Блэк — взломали защиту его личных комнат и проникли в них, пока он отлучался по личным делам.       На целую минуту в кабинете воцарилась тишина.       Минерва Макгонагалл молчала — и молчание её было страшнее, чем самый громкий крик.       Декан Гриффиндора повернулась к свои студентам, посмотрела каждому в глаза — и отвернулась от них, словно тех и не существовало. — Дом Гриффиндора лишается двух сотен баллов. Отработка… — А отработку, профессор Макгонагалл, я хотел бы обсудить только в присутствии преподавателей. — Быстро проговорил Дамблдор, точно поджидавший этих слов.       Он с улыбкой отошёл от стола, кивнул ни живым ни мёртвым Джеймсу и Сириусу, попросив тех вернуться в гостиную факультета. Когда дверь за студентами захлопнулась, директор произнёс: — А теперь, Минерва, я хотел бы приоткрыть завесу тайны.       Внутри у Гарри всё оборвалось. Сердце пропустило удар, превращаясь в глиняный комок и устремляясь куда-то к горлу, перекрывая дыхание. — Дело в том, что профессор Томпсон, — продолжил Дамблдор, — является членом Ордена Феникса. И он выполняет очень опасную и сложную миссию…       Артефактор не смог сдержать вздох облегчения.       Томпсон так привык к тому, что его подлинная история известна только директору, что даже не думал до сего момента о том, что о ней может узнать кто-либо ещё. Ему не хотелось воображать возможных последствий; особенно не хотелось думать о том, какой катастрофой могла бы обернуться огласка, если бы слухи достигли Пожирателей.       Гарри из-за потока тревожных и сумбурных мыслей пропустил большую часть речи директора; тот уже призвал большой чайный набор, вазочку лимонных долек и наколдовал для всех троих красивые и удобные кресла.       Профессор Макгонагалл смотрела на артефактора с уважением. Он же чувствовал себя неловко, словно вор или пустоголовый дурак-Локонс, присваивающий чужие заслуги. — Сириуса и Джеймса на этот шаг толкнули никак не злокозненные намерения, я в этом убеждён, — проговорил Дамблдор, наполняя чашки ароматным чаем. — Их заинтересовал профессор Томпсон. Не исключено, что они заподозрили его в некой деятельности… — Это не оправдывает их поступок! — Дорогая Минерва, я и не пытаюсь их оправдать. — Директор лучезарно улыбнулся. — Поэтому мы и остались здесь, чтобы обсудить будущую отработку. Я думаю, что Сириус и Джеймс смогут быть полезны в изысканиях профессора Томпсона. Вместе с ним, я уверен, они раскроют самые лучшие свои качества.