Безмолвные желания

Наступила новая учебная неделя спустя свободные летние дни. В школах среди подростков полным ходом идёт обсуждение многих тем, связанных с каникулами. Элитная частная школа Сеула этим тоже не отличалась. Богатые детишки вовсю голосили и хвастались своими "достижениями" в виде новой игрушки, поездки, популярных знакомых и прочего, что считается для таких кругов вполне стандартным делом. Лишь парень, чьё имя Ким Тэхён, не вписывающийся в столь эстетичное учебное заведение, заполненное всевозможными предметами классического искусства, сидел около окна в столовой в компании своего привычного одиночества. Такого родного и тёплого одиночества, что окружало его на протяжении всех прожитых лет. Были моменты, когда ему казалось, что рядом есть люди, которым можно было довериться и кто был опорой. Когда-то в недалеком прошлом наступил день, когда главная опора прекратила поддерживать его: день, когда Тэхён прекратил дарить людям солнечную улыбку, день, когда его психика дала трещину. Кожа юноши была бледной, под глазами небольшие оттенки фиолетового, а на самом лице читалось понурость. На нём была черная толстовка с капюшоном, а не строгий коричнево-бордовый пиджак с эмблемой на груди, как у остальных. Не любил Тэ сковывающие вещи и плевать он хотел на правила. Он вяло ковырял еду на подносе, готовый вот-вот оказаться лицом в её содержимом, если бы не звонок на урок, который помог кое-как оклематься и продолжить существовать с этой слабостью во всем теле и болью в желудке. Спустя несколько минут, Тэхён уже сидит за партой, запустив пальцы в каштановые волосы, которые до безобразия стали взъерошенными, он видел перед собой лишь нечёткие изображения, а последнее, что коснулось его ушей перед тем, как потерять сознание, было: "Класс, поздоровайтесь, это Мин Юнги и Чон Чонгук, они братья и теперь будут учиться с вами...". — Тэхён, ты как? — слышится знакомый голос после пробуждения. — Что случилось? — хрипит Ким, принимая сидячее положение и оглядываясь. "Школьный медпункт" — констатирует факт в мыслях. — Когда представляли новеньких, ты упал без сознания и начал задыхаться. — Черт. Опять. Не волнуйся, Чимин, я в норме, — он выдавливает из себя улыбку, но Пак видит в ней лишь наигранность. — Всё не в порядке, Тэхён. Ты когда был в больнице или в доме родителей? До сих пор не принимаешь их деньги? — Не важно. Чимин молчит. Он знает, что Тэхён ненавидит говорить на эту тему. Ненавидит своих родителей, ненавидит эту школу и ненавидит себя. — Ты снова не ешь? Ким отворачивается, но принимает зеленое яблоко от друга, на что получает счастливую улыбку. Тэхён это замечает и внутри разливается тепло — Пак бесспорно умел располагать к себе людей, неспроста в школе его все любят. Разве можно испытывать негативные чувства к заботливому и такому невообразимо милому парню? Тэ дружит с ним уже около двух лет и это, пожалуй, единственный человек, с которым ему приятно находиться. Но Чимин добр с каждым и дарит частичку себя всем, до боли обидно и неприятно делиться. Тэхён прячет все в себе и не в состоянии показать даже благодарность, но старший всё понимает и привычно нежно шепчет:"Не за что". — Но они действительно такие красивые, как ты мог не заметить? Чонгук, который с таким... — Пак прикрывает глаза, мечтательно вздыхая, — кхем, хорошим телом. Он отнес тебя в медпункт! А блондинчик... Он такой горячий. В общем, он сложил вещи в твой рюкзак и ринулся следом. Я даже с ними поговорил, они такие замечательные! — чуть ли не визжал рыжеволосый. Заметочка:"Пак Чимин слишком эмоциональный, слишком болтливый и просто слишком". — Что за хуйня, Чимин? Они не переборщили со своим выпендрёжем? Ясно же, хотят себе отличную репутацию заработать с первых дней, — фыркает Тэхён, проходя мимо своего кабинета. — Я иду домой. До завтра. И давай, убавь свой уровень гейства хоть на пару процентов, испугаешь своих идолов. — Не меняешься... — выдыхает старший, провожая взглядом спину Кима. Тэхён не появляется в школе на следующий день, ссылаясь на плохое самочувствие. Он отлеживается на диване в большой квартире, пока в желудке запевал церковный хор. Год назад Ким переехал в квартиру своего старшего брата, который часто находился в отъездах. С родителями он ссорился по любому поводу, особенно часто это начало происходить после его расставания с любимым человеком. Это буквально перевернуло в его жизни всё. Он первый раз полюбил и первый раз был сломлен. Тэ стал закрытым, отдалился от близких и получил лишь негатив с их стороны, получил одиночество и чувство ненужности. Рано или поздно его терпение должно было закончиться. Он отказался от их денег, но из школы уйти не мог, всё-таки остался последний год, нужно было хотя бы отучиться, а там уже как пойдёт. А ещё директором этой школы являлся его отец, что было одной из причин, почему он не ел в столовой, доводил себя до изнеможения, ведь знал, что шестерки отца все ему доложат. Юноша до сих пор не понимает, зачем его хёну такие хоромы, если он появляется в Сеуле раз в месяц от силы, но это только на руку. Зарплата будет лишь через два дня. Конечно, бариста получает не много, но на скромную еду и личные расходы хватает. Но иногда в его расчетах происходят сбои и в моменты, как сейчас, приходится идти на крайние жертвы. Ким стоит около двери в продуктовый магазин и ,решившись, натягивает капюшон на голову, заходя. Он быстро прошелся по рядам с разными продуктами, останавливаясь около рамёнов. Оглядевшись, запихивает две пачки себе под толстовку и стремится покинуть магазин, как можно быстрее, но... — Эй, а заплатить не хочешь? Чья-то рука хватает его за локоть и притягивает к себе, из-за чего страх обдал новой волной. То был парень ростом с него, худого телосложения и с обесцвеченными волосами. Они стояли далеко от кассы, а как успел переварить информацию Тэ, он явно не являлся работником магазина. — Я не понимаю о чем ты, отпусти, — Ким не смотрит на чужое лицо и резко дергается, из-за чего пачки летят из-под толстовки. — Черт. Ну и что? Сдашь меня теперь? Давай. — Если не умеешь воровать, то умей просить. — Да кем ты меня считаешь?! — злится Тэхён и хочет уйти, но вновь его останавливают и ведут к кассе. Школьник подготовился к последствиям и уже представлял, как отец будет на него кричать и бить, ведь как может сын уважаемого Ким Хонсэ своровать в маленьком магазинчике дешевую лапшу? Однако, ничего не происходит. Незнакомец оплачивает две пачки рамёна, шоколадный батончик, сигареты и соджу, после чего оба выходят на улицу. Он протягивает Киму неудавшиеся украсть продукты и поверх кладёт шоколадку. — Ты странный, — Ким складывает руки на груди. — я это не возьму. Зачем ты это сделал? — он не замечает, как залип на лице его недо-спасителя, который уже тянет к губам сигарету. "Красивый" — проносится в мыслях. — Гордый какой. Считай, что я твой ангел-хранитель, малыш, — блондин подмигивает с усмешкой. — И что плохого в том, чтобы быть странным? Так интереснее. — Ангел? Люцифер если только. Что ж, воспользуюсь Вашей добротой, до нескорой встречи, — выхватив из рук продукты, Тэхён быстрым шагом стремится покинуть это злополучное место, дабы не нахвататься проблем. — А ты милый. — Ты говоришь это, когда я к тебе задницей повернулся, в курсе? — фыркает в ответ Тэ, обернувшись, и находясь уже на довольно приличном расстоянии. — Именно, — улыбается незнакомец, выдыхая новую порцию сгустка дыма в воздух. — Странный, странный, такой странный, — бубнит себе под нос школьник, стараясь как можно быстрее покинуть это место. Прошла неделя. Время переваливает за 10 вечера. Часом ранее об ущербности Кима напомнил человек, без которого он когда-то не мог представить свою жизнь. И сейчас он сидит в баре, рассказывая бармену о том, что его мучает. Бутылка соджу и незнакомец выходит дешевле, чем прием у психолога, да и эффективнее. — Знаешь что, Ёвон? Я ненавижу себя за то, что ждал его. Так отчаянно и глупо ждал. Я им так долго болел, мне казалось, что я никогда не пойду на поправку. Словно раком болела моя душа, понимаешь? Я не трогал эти больные клетки, не позволял заразе разрастаться внутри себя, хотел их вырезать. Я был заполнен любовью, такой тёплой, позволяющей видеть мир в розовых очках. Я говорил много раз, что умру без него и я умер, я не чувствую себя живым. Весь мир идет дальше, почему? Почему мир такой эгоистичный?! — он срывается на крик и запивает всё ещё одной рюмкой. Подобные припадки у Тэхёна редко случаются. И вроде всё нормально идёт, он свыкся со всем, но всё тело разрывает от боли, если на раны надавить. Он смотрит пустым взглядом в стол, готовый с минуты на минуту провалиться в мир снов. — Чон, сделай одолжение, возьми у парня телефон. Надо кому-нибудь его забрать, — говорит бармен другу, который всё это время сидел рядом с говорливым Тэхеном. — Ого, ещё один красавчик. Мне везёт, — Тэ пьяно улыбается, смотря на незнакомца, взявшего его телефон, но тут же засыпает, чувствуя сошедший стресс. Чимин приезжает через 15 минут и отвозит бессознательное тело домой. — Ваш чек. Всего доброго... — бормочет стандартную фразу пожилой продавец, но не успевает тот среагировать, как в ответ лишь слышен звон колокольчика над входной дверью эзотерического старого магазинчика. Школьника и след простыл. Юноша кое-как добрался до своей квартиры, остерегаясь знакомых, которые часто над ним издевались за странные увлечения. — Ну что ж, мистер инкуб, надеюсь, хоть Вы посетите посетите моё скромное жилище, — пробурчал Тэхен себе под нос, завязывая небольшой хвостик на макушке и поправляя безразмерную худи, длинной чуть ли не до конца домашних шорт, после чего цепляя на переносицу очки и приступая к делу. Дедушка Тэ был со своими чертями в голове, а одного даже подарил своему любимому внуку, ведь тот так любил его сказки перед сном, где с помощью его книги он мог вызывать демонов и делать волшебные зелья. Именно из ванильной пыли фей и огня драконов появился Тэхён, как утверждал дедушка маленькому мальчику. Через некоторое время подготовки, на полу был выстроен круг из свечей, а в нем кошачьей кровью самца и самки вычерчены надписи на латинском; в середине стояла миска с жижей, над которой студент мутил порядком двух часов, следуя рецепту в книге. Тэхён и сам не знает, зачем страдает такой ерундой, ведь он уже давно не ребенок, но маленькая вера осталась, а ещё возрос процент недотраха, тоски по ласкам, по ощущению кого-то рядом. Да. Ким Тэхён вызывает инкуба. Ким Тэхён обладает прекрасной внешностью и телом, но отказывает всем. Ким Тэхён, возможно, сходит с ума. Парень стал в круг, зачитывая заклинание, от которого заплетался язык и в окончание, махнул содержимое мешочка в миску внизу, зажмуривая глаза. Он замирает, не дышит, дрожь пробегает по телу табуном, ведь тусклый свет комнаты больше не одинок, его перекрывает едкий дым, окружая все предметы. Это заставляет мальчишку прокашляться и осесть на пол. Сердце бешено вытанцовывало чечётку в груди, стремясь пройти сквозь ребра от напряжения. Неужели получилось? — Вызывал? Ким словно окаменел, не отрывая взгляда от незнакомого силуэта, который буквально через пару секунд стал чётким изображением. Возле него оказался симпатичный высокий парень с видными рельефами на теле. На нем была черная длинная футболка с большим вырезом на груди, демонстрируя крепкую шею, грудь и четкие ключицы. Черные узкие джинсы с дырками отлично смотрелись на его бедрах, а волосы отливали шоколадным оттенком. Идеальный. — Вы... инкуб? — подал, наконец, неуверенный голос хозяин квартиры. — А ждал ещё кого-то? — парень присел, обнажая ряд белоснежных зубов в улыбке. В очень недоброжелательной улыбке. — Действительно. Только инкуб может быть настолько завораживающе красивым... — Ким взглядом бегал по лицу незнакомца, вспоминая, что уже видел его в одном из снов. Или всё-таки не снов? Пришло осознание того, что у него действительно получилось, на что мозг выдал ряд отрицательных моментов. — У меня получилось. Так! Нет! — восклицает тот и отскакивает к стене. — Я лишь хотел попробовать! То есть... Секс с таким богом... сатаной... в общем, я был бы рад! Знаете, я бы очень хотел, чтобы именно вы украли мою розу вновь, вторглись на коне в мою крепость, сделали бутерброд из моих булочек и... в общем, не хочу я умирать, господин инкуб! Я знаю, что после... "этого" Вы заберете мою жизнь. Это был отчаянный шаг, ведь у меня уже года два не было ничего... — тараторил Тэ, чуть ли не скуля и с выступающей влагой на глазах. Ему ещё никогда не было так страшно, как сейчас. — Ох бля... Прости, Гуки, я уже плачу от смеха, — внезапно появившийся блондин с повязанной клетчатой рубашкой на бедрах, кладет руку на плечи инкуба, а тот, как успел подметить потерянный Тэ, сам чуть сдерживается, чтобы не засмеяться. В отличии от первого, этот был чуть ниже, достаточно худым,чем больше напряг мальчишку, было в нем что-то пугающее, но такое притягательное. Но, присмотревшись, юноша вспоминает, что это именно он был в магазине и испортил его план с маленьким ограблением. — А? — Ким смотрит испуганными глазами на двух парней, сливаясь со стеной сзади него. 10 минут назад. — Юнги, у нас 107 или 106 квартира? — Зеленая дверь, — басит парень, плетясь где-то сзади по ступенькам, ведь как специально в день их переезда в доме сломался лифт. Чонгук, чья физическая форма помогла не почувствовать себя выжитым пенсионером после двухдневного кросса, стоял на 11 этаже с чемоданами между двумя зелеными дверьми. Одна из которых была приоткрыта. — Твою. Мать, — на последних силах произнес Юнги, доходя с сумками и рюкзаком на плечах до друга. — За остальным пойдёшь один, иначе будешь меня собирать по полу. — Дядь, может тебе трость купить? — Я тебе и без трости кое-что присуну, щенок, — шипит блондин и несильно бьёт по чужому затылку, после чего открывает дверь и закидывает вещи в квартиру. — Да всего на год младше, Юнгез, не заводись. — Что это? — кивает он на приоткрытую дверь и прислушавшись, подходит ближе, становясь зрителем сия представления нового соседа. Чонгук пробормотал что-то в ответ, забросив вещи в коридор квартиры и присоединившись к любопытному другу. — Тихо ты, — закрывает Юн рот младшему, когда тот начинает в голос смеяться. — Лучше нам с этим шаманом не связываться, не хочется проснуться с отрубленной головой кота на подушке. — Подержи, — Чон отдает джинсовку и только хочет выйти, как получает от друга легкую домовую шашку для эффекта. — О, это же Тэхён. — Пиздишь, не можем мы жить рядом с ним, я всё просчитал, — Юнги присматривается внимательнее. — Это он. Значит не всё. — Потом разберемся. Ладно, так даже интереснее. Включай свои актерские способности, — Юн хлопает по плечу брата и тот в нужный момент появляется. Сейчас. — Тебе тяжело было подождать ещё 5 минут? Интересно же, что эта ведьмочка ещё выкинет, — ухмыляется Чонгук, не сводя взгляда с недоумевающего парня, который сейчас больше напоминал котенка перед сворой псов. — А сучка от тебя открыто течет, Гуки, — Юнги садится на корточки рядом с Тэ, почти невесомо касаясь кожи на щеке. — А наш новый сосед вполне... — блондина резко отталкивают и тот падает на копчик, опираясь сзади руками. — Пошли вон из моей квартиры! — кричит Тэхён, внезапно поднявшись на ноги и указывая на дверь. — А ты что, следишь за мной? — спрашивает тот у Юна. — Парень, да мы ничего не хотели сде... — Через три секунды зову охранника, а после вы будете ночевать последующую неделю в обезьяннике! — Хён, пойдём, — обращается тот к брату, отходя к двери. — Но ты зови, если что. Всажу свою положительную энергию в твою... ауру, — Чон рефлекторно захлопывает дверь, видя летящий предмет в его сторону. После чего тут же слышится звук вдребезги разбитого стекла. Тэхён весь залился краской, то ли от гнева, то ли от смущения. Он стоит посреди комнаты и боится даже дышать, чтобы не осознать уровень своего позора. Парень отчетливо слышит смех за дверьми и, не сдержав эмоции, крушит в доме весь свой эзотерический атрибут. В стороне не остаётся и книга, полетевшая в мусорное ведро. Нет ни одного места, где парня бы не донимали. Единственное место, где ему было спокойно, это его большая квартира, в которой он чувствовал себя в безопасности, свободным и более-менее счастливым. Да, Ким обладал красотой, но, по сложившимся обстоятельствам, не попал в список "элиты школы". Он был тем, кто носил множество образов, но сам не осознавал этого, ведь к Ким Тэхену привязано множество слухов, они все разные и каждый видит этого парня по-своему. Ким ложится в кровать, стараясь заснуть, но когда вечерние мысли давали спокойно упасть в царство бога сновидений? Он вспоминает случай в магазине и то, что произошло недавно, из-за чего хочется визжать, как же стыдно. Как принять тот факт, что теперь в квартире напротив живут два идиота с несладкими характерами? Необходимо любыми способами с ними не пересекаться, это ведь не так сложно. — Чонгук?! — внезапно подрывается парень с кровати. — Хён?! Они братья?! Нет, не может быть, Чимин ведь другое имя говорил, бред. Да и если это, то имен таких полно. Спокойно, Тэхён, жизнь не настолько любит стебаться над тобой. Тэхёну снятся мягкие объятия в крепких руках, которые, казалось бы, могли спрятать его от всего мрака в мире. Сон прерывается из-за вибрации под боком. Будильник. Дойдя до ванны, он принял решение вновь не идти в школу и направился дальше на пригретую за ночь постель. Однако, знакомые голоса за дверью привлекли его внимание. Брюнет вышел в коридор и, шоркая тапочками по полу в коридоре, прильнул к чужой двери, стараясь послушать, что там за крики у новых соседей. — Юнги, ты должен лучше меня понимать, что тут свою гордость надо спрятать в жопу, иначе мы провалим... — Чон открывает дверь, но, не ожидав кого-то за ней, недоговаривает. Сонный Тэхён также этого не ожидает и, потеряв опору, падает в объятия парня напротив. Всё как во сне. Грудь Чонгука такая горячая даже через ткань рубашки и пиджака, а крепкие руки придавали эмоциональное спокойствие и защищенность. — В гости решил заглянуть? — тихий голос над ухом и Тэхён резко хочет оттолкнуть парня, но те же самые руки не дают этого сделать, почувствовав сопротивление. — Отпусти, — шипит тот, упираясь ладонями в чужие плечи. — Ты пришел на мою территорию и говоришь, как мне надо поступать. Неправильно это как-то, не находишь? — А ты вчера зашел на мою территорию, так что мы в расчете. — Отпусти его, — произносит Мин, находясь в паре метров от парочки, делая глоток черного кофе. И Чонгук отпускает. — Ты что-то хотел? — совсем безэмоционально произносит тот, явно с испорченным настроением. — Да... Мне бы этого ...Молоток есть? — первое, что пришло в голову Кима. — Значит, ты проснулся и понял, что тебе нужен молоток в семь утра? Или изгонять злых духов будешь? — Юн облокачивается о стену, не сводя взгляд со своего объекта. — Вижу, ты нормально себя чувствуешь, но в школу опять не собираешься. — Да я просто... — Тэ поднимает взгляд и осознает очень важную деталь. Оба парня в школьной форме. В той, что носит он сам. — Я уже здоров и сегодня буду, — он тут же жалеет о своих словах и скрывается в своей квартире. — Что он слышал? Этот мальчишка нам может помешать, будь осторожнее со словами, — говорит Юнги. — Нам надо было изначально держаться от него подальше. — Хён, он нам ещё понадобится, так что не спеши мой план со счетов списывать. Вторым уроком была физкультура, она проходила на улице, парни уже вовсю играли на футбольном поле, а девушки наблюдали, вместо того, чтобы заниматься гимнастикой. В частности, их взгляды были прикованы к новеньким. Тэхён старается незаметно для учителя подсесть на лавочку и принять форму мебели. Он не пришел на первый урок и опоздал на второй. Прийти вовремя он просто не мог, да и вовсе сомневался в том, что надо идти на физкультуру. Солнце с самого утра пекло и находиться на улице желания никакого не было. Ким словил взглядом Чонгука в красной футболке и черных шортах, в такой форме и при таких физических действиях, его рельефы читались еще лучше обычного. Тэ залип, сканируя тело, а-ля земной аполлон, пока его взгляд не встретился со взглядом Чона. Он с усмешкой подмигнул, из-за чего девушки завизжали, но они и понятия не имели, что это было адресовано тихому парнишке на лавочке, который в волнении перевел взгляд на другую часть поля. Под обзор попался Юнги, на котором была такая же одежда, что и на его брате, так как находились они в одной команде. Тэхён удивился, заметив, что парень вовсе не такой хилый, как могло показаться. У Мина также были заметны крепкие плечи и голени, его лицо было сосредоточено, а взгляд прикован к мячу. Секунда, другая и блондин срывается с места, перехватывая мяч и ведя его к воротам, обходя сквозь своих соперников с сопровождением приторных голосов недо-фанаток, скандирующих его имя. Тэхён сам распереживался, забьет ли сейчас гол парень, закусывая губу и прижимая руки к груди. Удар. Гол. Команда в красном восхищается игрой новичка, а Чон что-то ему говорит, после чего тот на секунду оборачивается к Тэхену. — Ким Тэхён! На поле! — голосит тренер и бросает голубую футболку. Тэ не может сопротивляться и смиренно выходит, спотыкаясь и чуть ли не падая. Всю игру он стоит в стороне или делает вид, что участвует. Пока к его ногам не попадает мяч, а парни в красном не летят на него. Он тут же бьет по нему и по счастливому случаю передает его человеку из своей команды. Находясь теперь на середине поля, он старается уловить местонахождение мяча, но, повернув голову, видит его перед собой. Слишком близко. Мяч приходится на лицо, разбивая парню нос. Уши закладывает, а перед глазами застилается белая вспышка. Он оседает на землю, не понимая происходящего, словно то был сон. Приходит русоволосый окончательно в себя, когда медсестра обрабатывает ему раны в медпункте. Он видит перед собой пожилую женщину и теперь чувствует, как болит его нос, к которому прикладывают холодную вату с некой мазью. — Я тебя уже второй раз тащу сюда. Почему мне за это не платят? Ох уж эта моя добрая душа. До жути знакомый голос касается барабанных перепонок Тэхёна. Повернув головой со слабой болью в шее, замечает Чонгука. — Тебя никто не просил. — Вот как. Даже спасибо не скажешь? — Спасибо. А теперь уходи, я планирую тут пролежать оставшийся день. Медсестра покинула кабинет, пока Тэхён жалобно цеплялся взглядом за ее спину в надежде, что это поможет и он не останется один на один с этим парнем. — Уверен, что прямо сейчас тебе не нужны лечебные силы инкуба, — Гук опирается на край койки ладонями по обе стороны от младшего, поднимая на него взгляд с ухмылкой. — От тебя воняет потом, отойди, — он отворачивает голову и пытается оттолкнуть того, прижимая руки к плечам напротив. — Ты этого действительно хочешь? Уверен, Тэхён? — шепчет Чонгук, приближаясь катастрофически близко к бледной шее. Ким всем своим существом ненавидит этого нахального парня, он нарушает его личное пространство, делает всё, чтобы питать отвращение, но... Тэхён так давно не испытывал близости, а Чонгук излучал неимоверное количество феромонов и манипулировал, как только мог. Обжигающее дыхание расплывается по шее, заставляя тихо и с дрожью выдохнуть. — Тэхён! — врывается рыжеволосый, чуть ли не сбивая дверь с петель. Ким с такой же резкостью отталкивает Чона, приходя в себя. Ему однозначно нельзя оставаться с ним наедине и также срочно надо найти себе партнера на одну ночь. Если бы не одна проблема — Ким Тэ застенчивый парень и боится даже лишний раз обнять кого-то, не говоря уже о сексе с незнакомцем. Чон лишь довольно улыбается, видя смущенное лицо мальчишки и, перекинувшись словом с Чимином, покидает комнату. Следующие 3 дня Тэхён избегает братьев. Не пересекается с ними в доме и в школе, на уроках боится лишний раз посмотреть в их сторону. Жизнь усложнилась от вечных побегов, но этот вариант ему больше пришелся по вкусу. Оба братца, а особенно младший, действовали на нервы своими пошлыми шутками. Если Юнги был ещё более-менее нормальным, то Чонгук отнюдь не занимал место хорошего мальчика. Чимин с раннего утра заражал всех теплой энергией и звал на экскурсию по школе, где он являлся экскурсоводом. Эта школа имела много предметов искусств на всех этажах и кабинетах, но самое лучшее находилось на 4 этаже, где был специальный зал с подлинными картинами, скульптурами, декоративно-прикладными работами известных мастеров. Этот зал был собственностью директора, тут также проводились встречи, отдыхали важные гости. Чимин знал историю каждого предмета и любил проводить экскурсии для новичков или просто для тех, кому интересно. Естественно, с позволения директора. — Тэхён, пойдем с нами, ну чего тебе стоит? Хочешь остаться с другими и провести 2 часа на улице, зарисовывая растения? — Пак тянет друга за руку, пока тот намертво приклеился к двери кабинета. — Лучше так. Там будет мой отец и эти два недо-альфача. И чего именно они настояли так на этой экскурсии, не понимаю, — Тэ вырывает руку и чуть ли не летит к парте, чтобы рыжеволосый из-за препятствий его не достал. — Нам еще потом в театр ехать. Культурное развитие? Культурный садизм. Представляешь, как мой мозг будет выебан этим количеством скуки и моральной неприязни? — Вот как значит, ладно, — Чимин сложил руки на груди и обиженно ушёл, оставляя Тэхена одного в кабинете. 10 человек внимательно слушали Чимина, в том числе и директор, который хотел еще раз поприветствовать новых учеников. Пак часто смотрел на братьев, которые говорили между собой, а Юнги записывал что-то в блокнот. Они выглядели сосредоточенными, не так, как в обычное время. Пак решил списать это на их интерес к данной теме. Тэхён с трудом открыл глаза и простонал от боли в шее и спине. Всё-таки заснуть на парте было не лучшей из его идей. Пустой кабинет наполнился хип-хоп музыкой, заставляя парня принять вызов. — Да... — Ты где? Я думал, что ты в другом автобусе, но никто тебя не видел, — звучит раздраженный голос Чимина. — Черт. Я проспал. — Ты что?! Тэхён, поднимай свою задницу и тащись к метро. А еще ты не видел Сокджина и братьев? — Можно я останусь, а? И нет, не видел, — Тэхен подбрасывает рюкзак на плечо и идет по пустому коридору. — Если учитель обнаружит, что кого-то из вас нет, то вам не просто влетит, вам... — Ясно, ясно, скоро буду, не ной, — Ким уткнулся в экран телефон, смотря на расписание поездов, подходя к двери. — Тэхен! — к нему подбегает запыхавшийся Джин. — Ты тоже пропустил автобус? — Ну да. А ты-то чего? — Так вышло, — парень улыбается и почесывает смущенно затылок. — Ладно, пойдем, доберемся на метро. Ты, кстати, не видел Юнги и Чонгука? — Видел их минут 20 назад, когда они выходили из музея. — Но ведь Чимин закончил экскурсию раньше, я в этом уверен. Ладно, не важно. Парни выходят из школы и замечают братьев, направляющихся обратно в здание. — Эй вы! Учитель До от нас живого места не оставит, — голосит Сокджин и берет за запястья двух удивленных парней, таща к воротам. — Что за дела? — спрашивает Чонгук, всё-таки не вырываясь из хватки одноклассника. — А то, что сейчас мы спасаем наши жизни. Тэхён всю дорогу держался рядом с Джином, пока Юн и Чон были в стороне, говоря о чем-то между собой. Когда ребята зашли в нужный вагон, Сокджин разговорился с братьями об новом фильме. На удивление Тэхену, трое хорошо разговаривали, пока тот сам стоял в стороне, наблюдая за изменяющимися картинками в окне. На следующей остановке зашло много людей и вагон принял режим банки, а люди в ней - сардин. Кима затолкали к стене, ровно как и Юнги. Он упирался спиной в плакат на стене вагона, а сам Тэ был неудобно прижат к парню. Он пытался отодвинуться назад, но ощутил в затылок чужое дыхание, да при том не отменного аромата, противно. "Почему он смотрит на меня?" — первая возникшая мысль при встрече со взглядом напротив. Ким отворачивает голову в одну сторону, но встречается с подмышкой полной женщины — не лучшая перспектива на ближайшие три минуты. Потом поворачивается в другую, где был раздраженный мужчина с недоброжелательным взглядом, он отчего-то шикнул на мальчишку, знатно напугав того. В момент он почувствовал обхватившие его руки на спине, которые вплотную придвинули вперед. — Долго собираешься ерзать? Стой смирно, — безэмоционально говорит Юнги куда-то в шею. — Ты мне не нравишься, я не хочу стоять с тобой. — То есть, предпочтешь отвратных незнакомцев вместо меня? Кажется, я видел у того мужчины нож. Тэхен молчит и из-за давки только крепче прижимается к парню. Крайне неудобно, крайне неловко. Вновь щеки принимают вид спелых яблочек. К счастью, на остановке вышло половина народа, что позволило легче дышать. Но лишь на мгновение. Новый заход и опять нарушение личного пространства. — Тэхен, признай, что тебя тянет ко мне. Ким поднимает голову и вновь перед ним стоит блондин, но его тут же отвлекает странное ощущение на шее. Влажный язык Чонгука проходится по коже, попутно вдыхая ванильный аромат. — Эй! Уберись, — рычит Тэ с желанием уйти. Он прижат между двумя самыми ненавистными ему людьми, а шанса на отступление и быть не может. — Тут же люди. — Пообещай, что мы продолжим в укромном месте и я прекращу, — тихо произносит Гук в самое ухо. Тэхен молчит, пока из его уст непроизвольно вырывается тихий полустон. Бедро Юнги упирается между его ног, надавливая на пах, пока рука Чона скромно подлезла под толстовку, а следом и прорывается под кромку брюк. Юнги становится плотнее, чтобы закрыть происходящее собой, в то время как Чонгук делает то же самое со своей стороны. Рука блондина подлезает под боксеры, сжимая в руке ягодицы и ощущая пробежавшую дрожь по телу Кима. Пальцы Чона уже обхватывали член, ласково проводя манипуляции. — Не надо... — тихо мотает тот головой и размякает в чужих руках. Ноги не в силах держать, поэтому в качестве опоры послужил в большей степени Юнги. Тэхену хотелось разреветься и провалиться под землю, до такой степени ему было стыдно. Он мог ожидать от них всё что угодно, но не это, они действительно ненормальные. Парню стыдно за то, что ему нравится и он не в силах отбиваться. Внимание сразу двух парней, как в яойной манге, которой любит себя побаловать тот на ночь. Но это не блядская манга, это реальность, в которой чужие руки доставляют ему удовольствие среди толпы людей. Мальчишка ощущает, как рука Мина присоединяется к руке Чона, но лишь на секунду, собирая естественную смазку с головки и возвращаясь обратно. Фаланга пальца с трудом входит, пока Гук останавливается на головке, массируя ее большим пальцем. Ким впивается в плечи Юнги и тяжело дышит, иногда пропуская тихие стоны, которым все-таки удаётся выбиться в реальность. В отличии от Чонгука, Мину все было прекрасно слышно, ведь губы младшего чуть ли не касались его уха. — Заткнись, Тэхён, — шипит Юн, ощущая подступающее возбуждение у себя. — Хватит... Перестаньте... — продолжает скулить парень, игнорируя слова старшего. Он поднимает взгляд, наконец демонстрируя своё лицо. Юнги замирает. Он видит пересохшие приоткрытые губы, красные-красные щеки, несколько влажных локонов волос на лбу и затуманенный взгляд. Взгляд, который Юнги никогда не забудет, который останется отпечатком в памяти. Он старается тут же прийти в себя, отворачиваясь и с неким отборным матом всаживает в кольцо мышц фалангу второго пальца, тут же проникая до основания. Тэхен выгибается со стоном, который был приглушен внешними факторами метро и кладет голову на плечо Чонгука сзади. Теперь очередь Чона прочувствовать мальчишку, который оказался не так прост, как оба предполагали. Тэхёну сносит крышу, он хочет братьев прямо здесь и сейчас, их обоих, как в самых грязных порно-фильмах, артах, аниме, мангах и прочего, что видели его глаза. Казалось, не было вокруг никого, кроме их троих. А вот в планы Юнги и Чонгука не входило возбуждаться и заходить так далеко. После того, как Чон кивнул с безмолвным "У меня", они должны были прекратить, но отчего-то не получилось. Грёбанный мальчишка так и манил к себе, обоим хотелось смотреть на его приятные мучения и продолжать манипуляции. Братья тяжело дышат, а Чонгук, не сдерживаясь, слизывает с шее Тэ бежавшую каплю пота, сразу кусая и оттягивая кожу, оставляя алое пятно, которое в скором времени изменит свой оттенок. Он сжимает в руке чужой орган, грубо надрачивая, пока в тот же такт пальцы Юнги вбивались в парня. Рот Тэхёна прикрывает свободная рука Мина, когда тот с содроганием стонет, ибо пальцы всё же задевают простату. Ким изливается в своё белье и полностью виснет на блондине, пытаясь унять дрожь и привести дыхание в норму, пока в глазах мелькают яркие пятна. Через пару секунд новая порция людей покидает вагон и становится более просторно. Оставшиеся 30 минут поездки, Юнги и Тэхён стоят около стены, не отстраняясь друг от друга. Ким давно уже пришёл в себя, осознал уровень пиздеца, но проблема была сейчас в том, что бежать некуда. Он утыкался лбом в плечо напротив и держал руки на талии. Странно, но Мин не говорил ему уйти, больше не домогался, а просто стоял, обнимая младшего. Чонгук же скрылся, не попадаясь больше на глаза Мина. Всё закончилось, когда двери открылись в нужном пункте. Тэхён тут же сорвался с места, исчезая из поля зрения. Тэхён не приходит в театр и не высовывается из своей квартиры на протяжении недели, он даже взял отпуск на работе, дабы лишний раз не выходить за пределы его маленького мира. Он до сих пор не может прийти в себя после того что произошло, чувствуя себя грязным и отвратительным. Все телефонные звонки он игнорирует, правда в эти "все" входил Чимин и отец. Второй наверняка хотел устроить скандал из-за его частых прогулов в последнее время. Запасы еды были на нуле и умирать от голода парень не планировал. Накинув на себя любимую черную худи с капюшоном, очки и кепку, Ким аккуратно выскальзывает из своей двери. Без каких-либо препятствий, он совершает покупки и возвращается. Черный джип возле подъезда заставляет напрячься, а два мужчины, только что покинувшие автомобиль и идущие прямо к Тэ, вовсе вызывают панику. — Ким Тэхён, пройдемте с нами, Вас хотел видеть Ваш отец, — говорит один из них. — Я... я не хочу, — Ким отходит на шаг и задевает плечом кого-то сзади. — О, ты мне как раз нужен, — голос Чонгука за спиной испугал, но в то же время помог избавиться от страха перед незнакомцами. — Ким Тэхён занят, — вновь пробасил габаритный мужчина. — Занят? Он что, биотуалет? — Чон хмыкает, пряча руки в карманы. — Всё в порядке, Чонгук, — выдавливает из себя Тэ, так и не посмотрев на парня. — Я пойду. Это охрана отца, — Ким последовал за охраной, слыша в ответ от соседа сухое:"Ок", но так хотелось другой реакции. — Нет! Я тебе говорил, что не буду продолжать твое дело! И домой не вернусь! У меня другие планы на жизнь и ты ничего с этим сделать не сможешь, — кричит Тэхен из последних сил уже который час, стараясь донести до отца свои чувства. — Вам никогда не было дела до меня, я лишь плод ваших эгоистических желаний. — Если тебе это так важно, то я попрошу записать нас к семейному психологу, — спокойно говорит мужчина, сидя в кресле и всё-таки отложив стопку бумаг. — Только возвращайся домой. — Год я жил спокойно, вы меня не трогали, что теперь? И... психолог? Серьезно? Ты ужасен, — мальчишка исследовал шагами уже весь отцовский кабинет. — Я надеялся, что ты одумаешься. Но ты даже начал пропускать школу, ты думаешь вообще о нашей репутации? Тэхен сжимает кулаки и с яростью во всем теле хлопает дверью, убегая из ненавистного дома. На улице уже стемнело, у парня было лишь желание завалиться на кровать и, уплетая мороженое, уставиться в любимый сериал. Однако, в его пакете оно уже давно растаяло, а из окна его квартиры шел дым. Тэхен сорвался на бег и, добежав до своего этажа и квартиры, ловит одного из пожарных. — Что произошло? — растеряно спрашивает школьник, смотря на почерневшие от огня вещи. — Вы кто? — Я тут живу. — Видимо, это поджег. Кто-то хотел вам навредить? — Нет... наверное... я не знаю. — К счастью, остальные квартиры не пострадали, но для жилья в ближайшее время Вам стоит найти другое место. Скоро прибудет полиция и мы выясним причину. Уцелевшие вещи остались, но их немного. До трех часов ночи шло следствие и расспрос Тэхена. Людей было немало, всем было любопытно что же произошло, но парень лишь обреченно осел на пол, не зная, куда ему теперь идти. — Тебе есть, где переночевать? — Нет... Но всё в порядке, я лишь... — Он поживет у нас, — улыбчиво произносит из толпы людей Чон. — Нет! — в один голос говорит Юнги и Тэхен. — Хён, — Чон утаскивает старшего чуть дальше, шепча ему что-то. Оба вернулись через несколько секунд. — Ладно. Тебе ведь некуда идти. Можешь остаться. Киму совсем не нравилась эта идея, он чувствовал себя зайцем в лапах голодных гиен. И как бы он не хотел, но других вариантов не было, в дом родителей он не вернется.