Эскапизм

"Вы, наверно, знаете то чувство..."

Промозглый ветер колышет еще не успевшие опасть пожелтевшие листья, словно недружелюбные глаза горят окна многоэтажек. Время близится к часу ночи, эти окна явно были бы не раду гостю в это время. На улице, в старом городском парке до неприличия тихо. Только проходя мимо некоторых скамеек можно услышать позвякивание бутылок и пьяное хихиканье, а в кустах чью-то возню и сдавленные стоны. В это время ни один нормальный человек не выйдет на прогулку в такое место. Ну почти. Кутаясь в поношенное, некогда красивое и дорогое, черное пальто, он идет по выложенной камнями дорожке вглубь парка. Часть фонарей по дороге разбита или просто не работает, так что идти приходится донельзя медленно, щурясь и прислушиваясь в надежде не навернуться о что-то или набрести на пьяную компанию. Где-то начали драться два кота. Этот резко начавшийся шум заставил его вздрогнуть, всматриваясь в источник шума, а после, поняв, что это просто кошачьи разборки, расслабленно выдохнуть. Он побрел дальше, пока не вышел на основное площадь парка с большим, но безвкусным фонтаном посреди. Фонтан был выключен. Мужчина сел на грязный каменный, и закинув ногу на ногу достал из кармана пачку сигарет и зажигалку. Закурил, выдыхая и прикрывая глаза. Выпуская клубы дыма, он думал, куда бы двинуться дальше. Продолжить гулять по па парку, или пора вернуться домой. Хотя какой смысл возвращаться домой? Ради мягкой постели и кружке горячего чая? Ну, это уже осточертело. Но холод и сырость улицы, а также перспектива попасть в руки каких-то пьяниц или просто гопников, и быть избитым просто за внешность, тоже не очень-то радовала. Решив выбрать второе, он с неохотой поплелся в сторону своего дома, но окружными путями, желая растянуть дорогу как можно дольше. Стрелка наручных часов приблизилась к двум, когда он оказался у стальной двери подъезда. Потушив уже пятый по счету за дорогу окурок, он выудил из кармана связку ключей и открыл дверь. Дверь открылась с жутко неприятным скрипом, а подъезд встретил запахом канализации, темнотой выкрученной лампочки, и облупившейся штукатуркой на стенах. Поднявшись на четвертый этаж, уже другим ключом он открыл дверь в свою квартиру. Нажал на выключатель и заморгал от резкого и болезненного света. Снял ботинки и повесил пальто на вешалку. Потянувшись, прошел сразу на кухню. По дороге, почему-то, он заглянул в зеркало, которое весило в коридоре во весь рост. Очень высокий, с неестественно длинными руками и бледной кожей, которая, явно, не часто видит солнечный цвет. Стройный силуэт в сером свитере с горлом, черным потрепанным шарфом и темно-синих джинсах. Длинные и вьющиеся рыжие волосы до поясницы были собраны в неопрятный хвост. Ох, сколько же раз он получал за них удары и шепот за спиной "Посмотри, пидарок наверное. Патлы, как у бабы". Но волосы он свои любил, поэтому стричь из-за чужого мнения не желал, хоть и ухаживать за ними, откровенное говоря, не умел. Все время спутывались и сбивались в трудно расчесываемые колтуны, а кроме неряшливого хвоста и пучка не мог ничего сделать. У него были красивые глаза, которые смотрели из-под пушистых рыжих ресниц, прямой нос и тонкие губы. В ушах по несколько разномастных серег, которые так же вызывали ворчание старушек на скамейках. Да, его определенно можно было назвать красивым, несмотря на темные круги под глазами и несколько заметных шрамов: один рассекал рыжую бровь, второй виднелся на губах, а третий, длинной белой полоской полз по щеке и уходил на шею. У каждого шрамы была своя история, но в них сейчас не было особого смысла. Один знакомый, почему-то называл его "Скрипач", хотя рыжий не имел к скрипке ни малейшего отношения, знакомый просто говорил, что он похож на скрипача. Чем конкретно, так и не удалось выяснить Мужчина выглядел довольно необычно для простого населения и за это вполне мог получить по шапке где-угодно. Люди не любили необычное, не принимали и делали выводы исходя из своих стереотипов, но рыжий привык и меняться явно не собирался, продолжая раздражать народ своей нестандартностью. Полюбовавшись на себя вдоволь, он устало вздохнул и продолжил путь на кухню. Включил чайник, достал банку растворимого кофе и сахара. Насыпал в большую, больше похожую на пивную, кружку две ложки кофе и пять сахара, на две тети залил кипятком, а остальное молоком., взял пару эклеров и отправился в свою спаленку. Спальня была не очень большая, но на одного человека места более чем: у стены кровать больше, чем двуспальная, с четырьмя подушками и совершенно не заправленная, прикроватная тумбочка с небольшим ночником, шкаф купе из темного дерева, со снятым зеркалом, письменный стол напрочь заваленный всяким, что столешницу просто не видно под горами барахла, пара прибитых полок с книгами над ним, одно немного обшарпанное кресло на кривых ножках, зашторенное окном с широким подоконником, на котором можно было лежать, хоть и согнувшись в три погибели и умирающий без воды фикус в углу. Из-за количества мебели, спальня казалась хоть и маленькой, но очень уютной. Он поставил чашку с эклерами на тумбочку, а сам разделся до трусов оголяя подтянутое, но не рельефное тело, так же сплошь и рядом украшенное шрамами. Надел клетчатые спальные штаны и забрался под одеяло беря чашку в руки и отпивая довольно выдохнул, откусил эклер и сразу заевшись кремом, но не заметил этого. Произнес в пустоту комнаты: - Ну что ж, Ал, еще один день подходит к концу. Что он принес мне? Ничего. Эх, жаль, что желаемое никогда не станет реальностью, правда? Пожалуй, надо начинать что-то делать, но... завтра, а сейчас самое приятное что может быть в жизни. Рыжий удобнее устроился на подушках продолжая есть и думая, но уже про себя: "-На чем я остановился прошлой ночью? Кажется, на пьянке с ребятами, продолжить ли это или все попробовать что-то новое? Эту сцену я затер до чертиков, но все же" Допив залпом кофе, доев эклеры и довольно улыбнувшись он выключил ночник и лег, забираясь под мягкое одеяло, уложил голову на подушку и сверху накрылся еще одной. Зевая, потянулся и закрыл глаза представляя перед глазами вчерашнюю мечту по деталям...