Подарок тьмы

Конец — что это? Никто не знает, что происходит, когда человек умирает. Но мы всю жизнь интересуется этим. Каждый день мы приближаемся к смерти, и каждый день мы спрашиваем, зачем мы живем. Никто не застрахован от гибели. Мы не знаем, когда мы потеряем близкого нам человека или себя. И потеряем ли? Три дня спустя, поезд цирковой труппы. — Куда едем? — подошла Каролина к Дженсену, касаясь его плеча. Он нервно попивал сок и смотрел на вазу с розами. — Думаю, в Сандерленд заглянуть, — улыбнулся он, смотря на предсказательницу. — Отличная новость, нам как раз по пути! Остановимся на денек, — сказала это красавица и ушла передать Джеральдиньо новость. — Правильно решил, мама должна узнать о том, что Лия героически погибла, — кивнула голубоглазая Аделаида и покинула вагон. Кайл сидел пару минут, а потом открыл дневник подруги, который она хранила в сумке. «Если бы я встретилась с мамой, то, может, мне бы стало легче, или нет. Я сама не уверена в этом. Но я уверена в Кайле. Надеюсь, он захочет съездить со мной. Вообще… мне кажется… Кажется, я люблю Кайла» — последняя запись в дневнике девушки. «Дорогая Лия, смешно, что я что-то записываю в дневнике, хотя всегда потешался над этим. Тебя нет со мной уже три дня. Не знаю, зачем я это пишу, я ведь сожгу это письмо. Может, мне тоже так легче. Ты — моя героиня. Всеобщая героиня. Так грустно, что я не могу больше прикоснуться к тебе. Не могу обнять. Я много хочу сказать тебе. Ты мне снишься и поэтому мне еще грустней. Я не могу без тебя, но есть и хорошая новость, я собираюсь увидеться с твоей мамой, если она, конечно, в Сандерленде. Я расскажу, какая ты смелая и отважная. Пусть она знает, что ты была хорошим человек, несмотря ни на что. Я хочу помогать цирку. С этого дня. Поэтому, теперь я часть труппы. Но прежде, хочу узнать о своих родителях. Ах, да, забыл сказать, Дженни и Рей собираются жить вместе где-то, им без разницы, где, просто где-то. А Одри хочет начать жизнь с чистого листа и стать модным дизайнером. Отличное начало новой жизни, по-моему. Жаль, что без тебя. Ты была бы хорошим художником. Фух, ну, вот и всё, конец нашей с тобой истории. Наверное. Прощай, Лия». Парень закрыл дневник и хило улыбнулся, а затем сжег это письмо в камине, а записную книжку решил, всё-таки, оставить и отдать матери. Несколько дней спустя, дом Фрей, Сандерленд. — Так долго искал, — постучал Кайл в дверь небольшого деревянного домика у моря. Через несколько минут дверь открыла женщина сорока лет с приподнятым веком и большими карими глазами. Она была очень худой для её возраста, а около носа красовались маленькие морщинки. Волосы её были собраны в пучок, а нос слегка вздернут. — Здравствуйте, вы что-то хотели? — вежливо задала вопрос дама, стоя у порога. В её руках была чашечка кофе, а рядом лежала газета, которую недавно принесли. Она будто куда-то торопилась, но не спешила прогонять гостя. — Вы Алиса Фрей? — улыбнулся Кайл, после чего протянул черную лилию. — Спасибо, да. А вы кто? — она взяла цветок и недоуменно посмотрела на парня. Поставив кофе на стол рядом, она сменила позу и начала внимательно слушать пришедшего юнца. Её руки слегка потрясывались из-за высокой температуры на улицы и сильного волнения. Женщина держала дверь за ручку и высматривала, не пришел ли кто-то вместе с мальчиком. — Друг вашей дочери. Меня зовут Кайл. — Моей дочери? — та прервалась и застыла в смятении. Её глаза непонятливо засмотрелись на лицо юноши, а рот слегка приоткрылся. — Понимаю, Вам тяжело это понять. Но она жива… была. До недавней поры, и она очень хотела встретиться с Вами, — он протянул дневник и уставился на женщину. — А сейчас она где? — поинтересовалась дама. Её глаза наполнились слезами, а ноги начали подкашиваться. — Она погибла, — отвел взгляд Дженсен, после чего повернулся к ней спиной, — Не вините себя и живете счастливо, она бы этого хотела, — он быстрыми шагами ушёл на поезд, а женщина села у порога и закрыла рот рукой, бегая глазами по всему коридору. — Доченька была жива, — заплакала мама и открыла дневник, в который было вставлено целое послание от Кайла для Алисы. Она, сидя на полу, начала читать эту записку. Её глаза бегали от строки к строке, а понимание того, что женщина никогда не увидит свою дочь проникало незаметно в сознание. «Дорогая Алиса, здравствуйте. Меня зовут Кайл, и я друг Лии. Близкий друг. Я никогда не мечтал встретиться со своими родителями так, как хотела этого она. Этот ежедневник — её душа. Тут много упоминаний разных людей, которых уже нет. На данный момент я могу лишь вам сказать, что Лия была хорошим человеком и делала благие дела. Она была честной и преданной. Она не врала. Единственное, чего она хотела — встретиться с Вами. И у неё почти получилось. Этот дневник поможет Вам понять, кто она и кто я. Кто мы все и как мы жили. Но, дочитав его, пообещайте не отчаиваться и жить своей жизнью. Хорошей жизнью. Вы были дороги ей. Не расстраивайте нашу Лию и будьте живой». Женщина закрыла ежедневник и приподнялась, опираясь на стенку. Её лицо побледнело, а глаза покраснели от свалившейся новости. Здоровье всё чаще подводило Алису, поэтому она решила прилечь и переварить информацию в комнате, ожидая своего будущего мужа с работы. Она, конечно, за столь долгий период, нашла себе ухажера и начала жить по-новому. Фрей старшая даже стала заниматься флористикой, хотя это начало интересовать её совсем недавно. И вроде бы дела шли в гору, она не могла даже ожидать, что дочь прожила больше, чем семь лет, проведенных в семье. Её переполняли эмоции: радость и горе слились в одном флаконе. Женщина зашла в свою комнату, играющую разными красками. Её окружали прекрасные картины, нарисованные в ночи. Но ничего не интересовало мать, как прежде, ведь она читала дневник своей дочери. Еще неделя пути, поезд, направление в сторону США после концертов в Лондоне и Сандерленде. — Какие твои планы? — спрашивал Рей у Кайла, сидя за круглым стеклянным столом.  — Не знаю, что-то, может быть, получится хорошее в труппе. Вообще, хочу в Спаниш Форк, найти маму, если она ещё жива, — парень читал книгу и попивал кофе, гордо сдерживая свои эмоции. — У неё же болезнь, может, ты зря едешь, — заметил собеседник во время тет-а-тета. — Не важно, всё-таки, мой город, надо ненадолго туда съездить, — Дженсен закрыл книгу и встал у окна, будто ожидая чего-то. — Простите, что прерываю, — без стука вошла Аделаида в черных ажурных перчатках, — но, Кайл, ты вроде хотел поучиться? Мне как раз нужен партнер, — подмигнула ему та, а затем взяла за руку и повела за собой. — Вот так и уводят холостяков, — иронично посмеялся Рей, уходя к Дженнифер. — Ты занята? — войдя в вагон, поинтересовался Симонс, плотно закрыв дверь. — Не особо, — повернулась Оак и мило хихикнула. — Ты торт печь собираешься, тут? — он увидел стоявшую на столе подставку для торта и удивился. — Нет, это простой торт, его не надо печь, — застеснялась та и опустила глаза. — Ты всё время опускаешь глаза при виде меня. Я тронул твоё сердце? — засмеялся Рей и подошел ближе. Девушка невольно отвернулась и взяла лопатку, продолжая конструировать из круга сердечко. — Это кому? — встал тот рядом с ней и бросил взгляд на девушку. — Вообще, предполагалось, что это будет сюрприз. Просто торт, нам, — она повернулась к нему и посмотрела на его губы, после чего перевела взор на картину позади. — Ты такая милая, — дивно улыбнулся тот и поцеловал её в лоб. Три дня спустя, Спаниш Форк, Соединенные Штаты Америки. — Ну, вот и приземлились, мы будем тут в течение трех дней, не потеряйся, — пожал руку Джеральдиньо и закрыл дверь, поехав на стоянку, перед этим высадив Кайла. — Удачи, — он понесся куда-то в поисках такси. Поймав машину, он сказал адрес и передал деньги, которые дала ему Аделаида. Через полчаса пути, доехав до своего дома и выйдя из машины, он остановился. Волнение брало верх и, казалось, что сердце выпрыгнет из груди. Парень подошел к стальным воротам и нажал на звонок. Постояв пару минут в ожидании, ему открыла престарелая бабуля, на груди которой был красный медальон с надписью: «Любовь живет вечно». — Здравствуйте, — запиналась бабушка, — Что хотели? — улыбалась та, а на её лице скапливался десяток морщинок. Её нос крючком был немного исцарапан, а голубые глаза плохо видели. На голове у неё творился ураган: кудрявые фиолетовые волосы были зачесаны кверху, что смотрелось весьма странно. — Здравствуйте, тут жила семья Дженсен, знаете такую? — спокойно спросил светловолосый. — Ой, да, припоминаю, — запыхалась женщина, — жили тут пару лет назад, но вот сын у хозяйки пропал, и съехали, а куда не знаю, но у неё сестра ведь была, знаю, где живет, вот, давай тебе напишу, — она взяла листочек и написала всё, что нужно, — иди туда, не ошибешься, — отдала доверчивая старушка бумажку и закрыла дверь. За час Кайл добрался до огромного особняка и зашел на территорию. Он постучал в дверь и стал снова неудачу, но не тут-то было. Дверь открыла тридцатипятилетняя девушка, худая, длинноногая, с глазами изумрудного цвета и длинными каштановыми волосами. Её нос блестел от недавно нанесенной косметики, а глаза были накрашены бежево-золотыми тенями. Надет на ней был белый костюм, подчеркивающий хрупкое телосложение, а на шее висела цепочка с фотографией матери Кайла. — Вы знаете её? — сразу же тыкнул пальцем на подвеску Дженсен. — Простите, — женственный и элегантный голос послышался из её уст, — но так бестактно в мой дом никто ещё не являлся, — указала на невежественность парня женщина. — Извините, — прокашлялся Кайл, — здравствуйте, я ваш племянник, тетя Лили, — хлопал глазами тот, ожидая принятия его в семью. — Что простите? Племянник? — посмеялась дама, не меняя позу уже несколько минут. — Вы мне не верите? Меня зовут Кайл, и я сын вашей сестры, Кристен Элизабет Дженсон. Я могу её увидеть? — он доверчиво всматривался в неотразимые глаза женщины, которая, несмотря на всю стать, была ниже его на голову. Та взглянула на фото в прихожей и хлопнула дверью. Парень, конечно, не ожидал такой реакции и постучал ещё раз. И дверь открылась. — Заходи, — выдохнула Лилиана и указала рукой путь. Собравшись с мыслями, она прошла во внутрь вместе с юнцом и села на диван. — Так ты говоришь, что ты сын моей сестры, который пропал 10 лет назад, — выпрямила спину женщина и уставилась на Кайла. — Да, так и есть. Я жив и здоров, относительно, — развел руками голубоглазый. Тут со второго этажа спустилась кудрявая темноволосая девушка шестнадцати лет. Она вошла в светлую гостиную в своем синем платьице до колена и села в бежевое махровое кресло. Вокруг неё распространялся запах духов, а она лишь прислонила голову к коричневой стене. — Лилиана, это кто? — высокий пронзительный голос зазвенел в комнате. Она сложила ногу на ногу и сморщила брови. — Кайл, твой сводный брат, — тяжело вздохнув и опершись на руки, ответила женщина, почесав шею. — Оу, неожиданно, ты же… умер? — пытаясь не задеть его чувств и высказаться верно, спросила темнобровая. — Как видишь, нет, — по-доброму ответил Дженсен и засмотрелся на картину матери. С верхнего этажа следом за девушкой через некоторое время последовал голубоглазый блондин, очень напоминавший Кайла на лицо. У него были рыжеватые брови и волосы, а губы более узкие, но он всё равно был очень похож на своего брата. — Это кто? — остановился длинноногий у спуска с лестницы. — Наш братик, Айзек, — подмигнула девушка и дотронулась тоненького носа, на котором располагалась пара веснушек. — Оу, неожиданно… ты же умер? — также, как сестра, он сморщился и выпал из реальности на минуту. — Да, как видишь, нет, — закатил глаза Кайл, продолжая сохранять самообладание. — Ого, необычное восстание из мертвых, — нервно посмеялся Айзек и почесал затылок. — Да, никогда бы не подумал, что такое произойдет. Так я могу увидеть маму? — он привстал и взял стакан воды, который ему протянула Нина. — К сожалению, нет. Но ты можешь остаться у нас жить, пока не найдем возможность увидеться с ней, — подмигивала и подавала сигналы флирта старшеклассница. — Прекрати так вести себя, Нина, — спокойно выдала тетя и продолжила разговор, — Твоя мама сейчас лежит в психиатрической больнице и посещать её нельзя, — та поднялась и взяла телефон с камина, открыв какое-то приложение, — Она сейчас не в лучшем состоянии. — А что произошло? — переживал Кайл. — Через два года, как ты пропал, её парень попал в аварию, и она долго лечила психоз. Сейчас у неё всё также биполярное расстройство плюсом клиническая депрессия, шизофрения, — женщина припустила голову. По ней было видно, что разговор явно её не радовал, но она, как стойкая женщина, должна была всё это рассказать, как и поступила. — Так жаль. Я приехал ради неё. Хотел встретиться, — расстроился тот и опустил взгляд. — Но ты можешь остаться, — кивнула Лилиана, — Всё моё — твоё, ты ведь мой племянник, хотя мне с трудом удается в это поверить. Ты мне должен ещё много чего рассказать. — Думаю, сейчас не время для рассказов. Я вернусь через пару лет и поведаю вам всем эту историю, но сейчас я не хочу задерживаться тут. Я выбрал свой путь и буду ему следовать. — Я надеюсь, что этот путь — правильный. Пусть всё получится, — она встала с дивана и прогнала детей наверх. — Спасибо, — послышалось через минуту. Парень подходил к двери и собирался уходить. — Мы всегда тебя ждем. А, ещё. Возьми этот медальон, он принадлежит тебе по праву, всё-таки, наследство, — тетя передала ему цепочку с фотографией матери и попрощалась с парнем у порога, после чего он последовал своей дорогой. Десять лет спустя. Сан-Паулу, Бразилия. Бар «Noite de estrelas». В деревянное здание заходит накаченный щетинистый парень тридцати лет, держащий в руках футбольный мяч. Он подходит к барной стойке и к нему подсаживается симпатичная официантка с виднеющимися скулами, блестящими карими глазами, очень похожими на его, широкой улыбкой и белыми зубами. Девушка также латиноамериканка, спортивного телосложения и высокого роста. Она то приподнимает свои густые брови, то приспускает на место, а потом касается носа и уставшим видом садится напротив него. — Извините, пожалуйста, только не ругайтесь, а то начальство влепит, — девушка показывает всем своим жалостливым видом, как она устала, и парень ей кивает в ответ. — Да ничего, сидите на здоровье, мисс, — он показал жестом руки, чтобы она расслабилась, — Вас что-то беспокоит? Вы такая серьезная, — улыбнулся мужчина, а потом протянул руку, — Меня Рей зовут, а Вас? Могу стать Вашим психологом на пару минут, так сказать, — он мило улыбнулся и стал ждать её ответа. — Ого, у вас необычное имя. Меня Боливия зовут, — протянула девушка руку в ответ. — У Вас тоже, — прервался он и задумался, — не мог и предположить, что в каких-либо заведениях остались официантки, ведь сейчас везде автоматы, — усердно жестикулируя, объяснял Реймонд. — В общем-то и нет. Робот сломался и мне пришлось самой работать, а наше заведение настолько популярно, что я не успеваю. Уже девять вечера и мне надо закрывать кафе по сути, но я так устала, — ненадоедливо изливала душу брюнетка. — Давайте помогу, я как раз сына жду, — сверкнул он своей улыбкой и поднялся со стула. — Да не затрудняйтесь, я сама справлюсь, — начала отнекиваться молодая дама, махая руками. — Мне не сложно, правда, — уверял Рей, на что та кивнула, и они вместе стали прибираться. — А Вы какими тут путями? — во время уборки поинтересовалась Боливия. — С женой отдыхать приехали, а это всё-таки мой родной город, вот, решили заскочить. — Отлично! У нас такой красивый город! Вы видели огоньки в центре? Такая красота! — дивилась девушка, будто это восьмое чудо света. — Да, там прекрасно! Мы раньше любили туда с сестрой ходить, — навевали воспоминания в голову Рея. — О, да, мы с братом тоже! — восхищалась длинноволосая. — А знаете, мы так похожи с Вами, что ощущение будто Вы — моя сестра, — смеялся Реймонд, понимая, какую глупость сморозил. — Хотелось бы, да мой брат пропал без вести, — немного помрачнела красавица, но потом вновь подняла голову и принялась за работу. — Мне жаль, — встал он напротив неё и выказал соболезнования. — Ничего, у меня ещё этих оболтусов! — мило закатила глаза Боливия и продолжила стирать пыль. — Подождете, я за ключами схожу? — она зашла в кладовую и забрала ключики, на которых было написано «Б.С». — Вы так быстро, — подмигнул он и силой мысли затушил огонь в камине, что девушка даже не заметила. — Сейчас, я потушу камин, — она развернулась и удивилась, ведь там остались одни угольки, — Ой, может, ветер, — указав на выход, она сопроводила гостя до него и закрыла дверь. — Вы куда? — задал легкий вопрос Рей. — А, я, жду сестру, мы едем в аэропорт. Летим в Париж по делам, — указала она на ближайшее такси. — О, удачного полета, — он тихонько коснулся её плеча, но тут же убрал руку. — Спасибо, — смущенно ответила собеседница. — Боливия! — подбежала двадцатипятилетняя на вид девушка со спортивной сумкой. Её волосы были очень кудрявыми, а глаза болотного цвета с салатовым оттенком. На ней был спортивный костюм, а фигура казалась слегка худоватой, казалось, что она спортсменка. — Бэй! Тебе 26 лет! А ты всё опаздываешь с гимнастики, — дурачилась сестра. — А тебе 28 и у тебя до сих пор нет парня, чтоб Вы знали, — она тыкнула Рея и дивно засмеялась. — Сестра! Прекрати! Он женат! — в голос смеялась от подкола сестры Боливия. — Вы такие веселые! — хихикнул Реймонд и засмотрелся на Бэй. — Да, мы ещё те хохотушки, но сейчас нам пора. До свидания, — сев в такси, ответила девушка. — Можно один вопрос? Что значат символы на ваших ключах? — он прислонился к двери и буквально расплылся, смотря на девчонок. — А, да, кстати, — начала младшая из сестер, — Она всё ещё свободна, и её символы — расшифровка имени. Боливия Симонс! — толкала сестрицу та. — Удачи Вам, — девушки закрыли окно и уехали, а Реймонд застыл в удивленной позе. — Пап! Я тебя искал полчаса! Ты где был? Я даже маме позвонил! — выбежал мальчонок из-за угла. На вид ему было около восьми лет, а глаза были все в папины, такие же прекрасные. Он запрыгнул на отца и начал разливаться смехом. — Да, — Рей всё смотрел на уезжающую машину и не мог отвести взгляда. — Реймонд Симонс! Я вся испачкалась грязью из-за тебя! Недавно прошел дождь! Никакого стыда! — совсем не изменившаяся Дженнифер подбежала сзади и обняла его, причитая на ходу. — Прости, солнышко, так получилось, — он подмигнул ей и развернулся, — Ну, что, завтра летим в Чикаго? — Да, так давно там не были, лет так… — Десять, — продолжил фразу Рей. — Именно так, — прервалась рыжеволосая, а потом поинтересовалась, — А ты где был сейчас? А то Клей разыскаться тебя не мог. — Да, долгая история, — махнул он рукой и разок поверну голову назад, после чего опустил взгляд и захохотал, — Очень долгая. День спустя, Милан. Дизайнерская корпорация «Мемуары». Одри сломя голову бежит на рейс, так как жутко опаздывает. — Если я опоздаю, — разговаривает она по телефону, — я уволю тебя, Картер, даже несмотря на то что ты мой парень, понял? — нервничала девушка, поправляя макияж на ходу. — Одри, всё будет хорошо, удачного полета, позвони, как долетишь, дурочка, — нежный и красивый пронзительный голос послышался с другого конца трубки, а после только гудки. — Чертов Картер, хоть бы довез меня! — закатила глаза красавица с длинными волосами, на конце окрашенными в красный, — Франческа, отчет должен быть готов через 40 минут! Отправь мне почтой, — пробегая мимо стильного кабинета, крикнула Одри, а затем зашла в лифт. Кэмпбелл стремительно выбежала на улицу в черном кожаном плаще и длинных сапогах. Прямо перед высоким зданием стоял черный кабриолет и красивый молодой парень примерно её возраста. Его глаза искрились, а густые темные брови в течение времени приподнимались. Он был очень высок, одет в кашемировое пальто и черные ботинки. — Картер! Ты приехал? Ради меня? — улыбнулась Одри и крепко обняла его. — Ну, я же не брошу тебя в самый ответственный день! — поцеловал её голубоглазый, а затем, поправив прическу, посадил даму в машину. И они быстро стартонули и поехали в аэропорт. — Ты не забыл? Сегодня приезжает твоя сестра Роза, — повернула голову на него красавица. — Нет, конечно, не забыл. Она мне все уши прожужжала, — скривился юноша и пафосно закатил глаза. — Ну и прекрасно! Тебе есть, чем заняться в моё отсутствие. — Но без тебя всё равно скучно! — подмигнул он и положил руку рядом с рукой девушки. Несколько часов ранее, дорога в Чикаго из Нейпервилла на цирковом поезде. — Ну, что ребята! — все пируют за огромным столом, — Сегодня ровно год, как к нам присоединился Джимми Ричардсон, ой, простите, Джим Великий Повелитель Судьбы, — смеялся Джеральдиньо, снимая шляпу. — Так выпьем за это! — поднял бокал Кайл, сидя у электрического камина. Почти все из труппы были в сборе: Аделаида, Джеральдиньо, Антуанетта, Милания и другие. Только Аманда и Эндрю отсутствовали, так как парочка ждала четвертого ребенка. — А пока наши котятки Аманда и Эндрю пополняют семейство труппы, мы выпьем за то, что с каждым годом цирк зарабатывает всё больше, трюки становятся интереснее, а спецы умнее. Спасибо вам, дорогая семья! С пятнадцатилетием нас! — произнесла тост Аделаида и крепко обняла Дженсена, поцеловав его в щеку. Все начали аплодировать и заиграла музыка, а Кайл подошёл к Джиму. — Джим, ты часть нашей семьи, спасибо за всё, что делаешь. — Да что ты! Я сам захотел, Сэм перед смертью ведь передал мне телепатические данные, и я так нашел тебя. Теперь я тут уже год и очень рад этому. — И я рад, что у меня такой друг, который, несмотря на все невзгоды и издевки над собой, всё вытерпел. Теперь ты тут. С нами, — блондин похлопал Джимми по плечу и вернулся к рыжеволосой красавице, — Подслушивать не хорошо, Адди, всё-таки, мужской разговор, — улыбнулся тот и обнял девушку. — Я рада, что ты здесь, — погладила его по спине девушка. — Ну, что, едем в Чикаго! 10 лет там не были! Кошмар! — задорно голосил Джеральдиньо, пытаясь ещё больше разрядить обстановку. На следующий день все рейсы удачно приземлились в Чикаго. Прекрасный город встречал их с распростертыми объятиями, и каждый бежал на встречу к дому Флойда и Венди. Вся труппа спешила в просторный домик на берегу озера, который пара недавно купила. И вот… большие черные ворота и кирпичный дом, о котором Венди давно грезила. Долгожданная встреча. Кайл заходит в калитку и видит Одри. Его было невозможно остановить, он со всего разгона побежал к темноволосой и крепко-крепко обнял. — Я так скучал, Одри! — шепнул он на ушко. — Я тоже, — в ответ обняла его та и тяжело выдохнула. — Ай-ай-ай, — через 30 секунд прервала объятия Аделаида, — мне начинать искать поводы для ревности? — покраснела девушка и после Кайла также обняла Кэмпбелл, — Я очень рада, что у тебя получилось всё, что ты хотела, дорогая! — Стоп-стоп-стоп, вы что, встречаетесь? — прикрыла рот Одри от изумления. Дженсен кивнул и приобнял свою возлюбленную, не оставляя места сомнениям. Тут с визгом во двор вносится Дженнифер и бежит обнимать обоих сразу. — Боже мой! Мы столько не виделись! — хихикала та, — Я весь полет говорила о Вас. — Замужество пошло тебе на пользу, — засмеялась дизайнерша в ответ. — Точно сказано! А ещё, смотрите, кто здесь! — она указала на Рея, который шел за руку с сыном. — Реймонд Симонс, да Вы похорошели! — забыв все обиды, Одри чувственно произнесла эту фразу и поцеловала парня в щеку, будто те годы, которые прошли и не вставали между ними. — Рей! — заржал во весь голос Кайл и крепко обнял друга. — Кайл! Неужели это тот самый Кайл? — подкалывал его латиноамериканец. — Вы тот самый Кайл? — подбежал сын Рея к блондину. — Тот самый? — наклонился Дженсен и поинтересовался. — Папа про Вас много рассказывал, вообще про всех, но Вы — мой герой. Отважный парень — это круто. Вы — мой авторитет. — Я рад, — пожал тому руку голубоглазый, а потом принялся разговаривать с Дженни. — Ну, как у вас дела? — Прекрасно, — искренне ответила Симонс, после чего устремила взгляд на своего мужа. — Лучше не бывает, — ответил ей Реймонд и приобнял сына. Из народа вышел Джим и помахал всем ладошкой. — Как ты…? — ошалела Одри. — Потом расскажу, — засмущался парень и приобнял недосягаемую раньше из-за роста Кэмпбелл. Тут дверь в дом отворилась и оттуда выбежали две точь-в-точь копии мамы девочки. Одна голубоглазая, другая с зелеными глазками. Обе русые и благородные на вид. — Здравствуйте! — они на минутку остановились, а потом побежали дальше. Из дома вышли Флойд и Венди, держась за ручку. — Ну, здравствуйте, — улыбнулась супруга и вокруг её глаз скопилась пара морщинок. На лице красовались небольшие мешки под глазами и синяки, но это не мешала ей выглядеть всё также прекрасно. — Какие люди! — Одри подошла к Вен и сжала её в объятиях. — Только не раздавите! — хмурый Флойд тут же повеселел и пожал руку Кайлу, — Рад вас видеть, — он кивнул и сверкнул своей улыбкой, после чего все начали проходить в дом, постепенно разговаривая. За пару часов ребята утомились и сели за длинный широкий стол во дворе. В бокалах было что только могло, начиная соком, заканчивая шампанским. — Спустя 10 лет мы, наконец, собрались здесь, в полном составе. Конечно, этот состав трудно назвать полным, но он есть! А это главное! В общем, никакого дерь… никаких несчастий в нашей жизни пусть не будет! Хорошего всем будущего! За тех, кто отсутствует и за тех, кто присутствует! — поднял бокал Джеральдиньо, а затем все начали чокаться стаканами и мило улыбаться, осознавая, что всё реально закончилось. Сейчас можно уверено сказать, что у каждой истории свой конец, у этой — такой.