Последняя охота на волков

      Холодный ветер срывал с асфальта пыль и крутил ее у ног. Сэм шагал рядом, и его вопрос, как заевшая пластинка, преследовал Сару до самой остановки:       — Сара, ты уверена?       Она лишь пожала плечами, чувствуя, как внутри все сжимается от нарастающего напряжения. И лукаво улыбнулась. Серьезно? После всего пытается переубедить?       Но через пару шагов она все же резко остановилась, развернулась, заставив ветер поиграть прядями светлых волос:       — Мы с тобой очень хорошо друг друга знаем, и оба понимаем: это бесполезно. Да, Сэмми. Я уверена.       Конечно, он ее знает. Знает как облупленную: чем больше наседаешь, тем меньше шанс того, что она сделает как надо.       — Сара, мне уже давно не десять, — он бросил это как бы невзначай, одновременно махнув рукой Дину, который только что припарковал «Импалу» чуть поодаль. Тот, цокнув языком, вытаскивал из багажника ее походную сумку. Недовольство читалось в каждой линии его фигуры: пока они тут препирались, ему пришлось разгребать последствия их прошлой охоты. Оборотень, мстя за подругу, превратил номер мотеля в свалку, и администратору потребовались убедительные объяснения и куча наличных.       — И что? — Сара задрала подбородок, руки глубоко засунула в карманы. Кожанка Дина, хоть и болталась на ней, сидела по-своему стильно. — Для меня ты всегда будешь сопляком. Я старше тебя, не забывай.       — Всего на два года, — проворчал Сэм. — И вообще, все думают, что старше я.       — Пф-ф! — она фыркнула. — Никто так не считает!       Он прав.       — Считают. Особенно когда дуешься как пузырь. И когда злишься тоже, — сзади раздался голос Дина. Он подошел, встал рядом, поймал ее колючий взгляд и швырнул Сэму тяжеленную сумку. Та глухо бухнулась о землю. — Половину барахла у Бобби оставили. Налегке шустрее.       — Как та горничная? — внутри кольнуло. — Ты ведь к ней подкатывал перед выездом? Она сильно расстроилась?       Дин, поджав губы, пристально глядел на нее. Зеленые глаза смердили холодом; давно она не видела его таким хмурым и серьезным. Сэм, пытаясь разрядить обстановку, завел речь о Крисе Ардженте — старом дружке их отца.       — … нормально, — отрезал Дин, выслушав монолог Сэма. — Учла тот факт, что ее чуть не разорвал одичалый оборотень по милости моей сестры.       Сара тяжело вздохнула, потерев лоб. Дин заводился. Она бросила взгляд на Сэма: Ну что, понял теперь, почему мне надо валить?       — Дин... — Сэм устало потер переносицу и покачал головой.       Она попыталась улыбнуться, но получилось лишь какое-то нервное подергивание уголков губ. Поежилась — кожанка не спасала от пронизывающего ветра.       — Сэм, Дин прав. Я пропадаю, ищу дела и охочусь в одиночку, зная, что вы меня отыщите.       Дин усмехнулся, коротко и безрадостно. Наступила тягостная пауза. Сара судорожно сжала кулаки в карманах, стараясь заглушить бурю внутри. Сэм, как всегда, пытался быть миротворцем, но Сара знала правду: уехать — единственный способ прекратить череду конфликтов и игр в спасение.       — В этот раз ты втянула Джо, — Дин ступил ближе. — О чем ты, черт возьми, думала?       — Она сама предложила помощь! — выпалила Сара, защищаясь.       Дин резко выдохнул, поправил ремень сумки на плече и сделал шаг к ней. В его взгляде не было прежней снисходительности к "маленькой сестренке". Сара давно ему стала казаться опасной в своем безрассудстве.       — Сара, мы могли помочь! Я и Сэм! Но ты снова лезешь на рожон! И знаешь что? Может, ты и права. Вали прочь. Мы с Сэмом разберемся с желтоглазым. Найдем эту сволочь. Я обещал отцу вас беречь. И если беречь — значит послать тебя подальше от всей этой хрени... — он махнул рукой, будто отмахиваясь от нее. — ...то вали. Только не лезть куда не надо. Поняла?       Сара посмотрела на него угрюмо, глаза стали узкими щелками.       — Отца больше нет.       Дин раздраженно и громко фыркнул. Сэм лишь устало вздохнул. Эти бесконечные стычки между двумя холериками изматывали. Дин был как кремень, а Сара... после смерти отца ее охватила та же яростная, слепая одержимость, что и самого Джона, но она гналась за призраком. Видела скрытые смыслы там, где их них. Азазель давно испарился, и если Сэм и Дин на время прекратили выискивать демона, то Сара напротив — вынюхивала как ищейка. Лицо ее осунулось, скулы резко выступили, тени под глазами стали глубже.       Она посмотрела на братьев снизу вверх, подняв упрямый подбородок.       — Значит, решили. Так будет лучше для нас троих.       Противное, склизкое чувство тоски и вины разорвало грудь изнутри. Разве она не имела права горевать по-своему? Разве желание найти и уничтожить того, кто сломал их семью не нормально? Дин должен был понять это лучше всех!       — Если узнаю, что влипла во что-то серьезное – задницу надеру, поняла, ищейка? — Дин приподнял бровь, и в его взгляде мелькнул знакомый огонек, смесь угрозы и братской заботы.       Она хмыкнула, кивнула. Несмотря ни на что, они оставались семьей. Брат все еще напряжен: злится на нее, но вдруг что-то дрогнуло в его глазах. Сара шагнула к нему и обняла. И тут же началась старая дурацкая и детская игра: кто кого сильнее сожмет. Дин вдруг легко поднял ее, ноги Сары беспомощно заболтались в воздухе. Она тихо рассмеялась, уткнувшись лицом в его куртку, пахнущую бензином и оружейной смазкой.       — Дин, автобус скоро приедет.       — В детстве тебя это веселило куда больше, — пробурчал он, отпуская.       На мгновение ее взгляд смягчился. Горячие губы коснулись его щеки в быстром, смущенном поцелуе. Так редко они позволяли себе такие простые знаки близости. Сэм наблюдал за ними, и на его лице наконец появилось подобие облегченной улыбки.       Дин опустил Сару, слегка удивленный, но тут же усмехнулся. После Джона между ними выросла стена: взаимные упреки, борьба за главенство, нежелание услышать. Дин отчаянно цеплялся за роль защитника, Сара видела в этом лишь его эгоизм и контроль. И только Сэм различал правду за этой бравадой. Сара подошла к младшему брату, прижалась к его широкой груди, ощутив, как его большая, мозолистая рука осторожно погладила ее по волосам. Он просил не соваться в неприятности.       Сара закрыла глаза, находя недолгое успокоение в этих крепких объятиях, но гул приближающегося автобуса заставил ее оторваться. Грустная, кривая улыбка тронула ее губы.       — Осторожнее будьте, — она посмотрела по очереди в глаза каждому, и в ее голосе звучала непривычная серьезность. — Если что… звоните сразу, — Сэм кивнул. — Напишу, как доеду.       Я люблю вас. Слова застряли комом в горле. Не смогла. Испугалась этой хрупкой откровенности.       — Сара! — она уже поворачивалась к автобусу, но обернулась на зов. — Старику Крису передавай привет.       — И веди себя благоразумно! — прикрикнул он вдогонку.       — Благоразумно? — Сэм изогнул бровь. — Чувак, хватит уже смотреть это свое средневековое порно.       — Во-первых, там был глюк со звуком! Во-вторых, а что такого? Будто ты у нас такой невинный!       — Дин, — Сэм с укором посмотрел на него.       — Боже, избавьте! — поморщилась Сара, делая шаг к открывшимся дверям. — Все равно нет ничего лучше...       — Всё, заткнись! — Дин резко замотал головой. — От тебя я этого слышать точно не хочу. Давай, вали уже.       Она кивнула, бросила последний взгляд на братьев, стоящих рядом у старой «Импалы», и шагнула в автобус.       Укутавшись в кожанку, пахнущую Дином и дорогой, она помахала братьям в запотевшее окно. Глубокий вдох. Бейкон-Хиллс и попытка затишья. Попытка быть нормальной без стволов под подушкой и вечного страха за спиной.       В кармане завибрировал телефон. На экране всплыло сообщение:       Эллисон встретит тебя.