Где Ребекка?

Все снова собрались в библиотеке. Кейт, как ни в чем ни бывало, поздоровалась с Джоном. Изабелла кивнула и вернулась к разговору с управляющим. Майкл пожал ему руку и пожелал скорейшего выздоровления. Джон вопросительно взглянул на Шерлока. — Я же должен был объяснить твое отсутствие за завтраком. — То есть когда ты сказал, что мы проспали, имел в виду то, что проспал я, а ты позавтракал? Детектив проигнорировал вопрос и подошел к мистеру Саммерсу. — Рад познакомиться с вами лично. — Взаимно, молодой человек. — Мы ждем гостей? – спросила Кейт. — Да, — ответил Холмс. – Очень важных гостей. Дверь в библиотеку открылась, и в комнату вошли трое мужчин. — Мистер Блайт, — представил Шерлок мужчину средних лет с военной выправкой. – Начальник полиции округа. — Добрый день, господа, — пробасил Блайт. – Дамы, — он отвесил полупоклон. — Рады видеть вас в нашей скромной обители, — машинально поздоровалась Изабелла, удивленно рассматривая прибывших гостей. — Мистер Крейтон, психиатр. Врач оказался высоким, атлетически сложенным молодым человеком. Черты его лица были правильными и не лишенными привлекательности, но взгляд был острый и сосредоточенный. — Здравствуйте. — И, наконец, мистер Дингли, юрист. — Добрый день. Мистер Дингли — маленького роста, страдающий отдышкой мужчина — улыбнулся присутствующим и сел на ближайший стул. — Все в сборе. Начнем. Завещание, которое зачитывал уважаемый мистер Саммерс, признано действительным. Майкл от удовольствия хлопнул в ладоши. Кейт привстала со своего места, но ничего не сказала. — На каком основании? – резко спросила Изабелла. — На том основании, - ответил детектив, глядя ей в глаза, — что вы убили Марию и похитили ее дочь. Изабелла побледнела. — Что? Управляющий встал из-за стола и направился к Шерлоку. — Вы смеете обвинять уважаемую женщину? — Да, мистер Холмс, — подал голос начальник полиции, — хотелось бы услышать историю целиком. А еще лучше получить доказательства. — Что вы вменяете ей? – спросил юрист. — Два убийства и похищение. Миссис Витнерс утопила Марию, украла ребенка и спрятала его у женщины, которой когда-то помог её отец. Изабелла знала, что бесплодна, и ненавидела женщин, которые рожали детей как кошки. Как только Мария переступила порог дома Витнерсов, она была обречена. Несомненно, миссис Витнерс страдает от психического расстройства, как и ее отец и его брат, но обладает от природы более сильным характером и устойчивостью. Ей удается держать болезнь в узде. Скорее всего, она солгала мужу о том, что забеременела сразу после того, как о своём положении объявила Мария. Изабелла подкупила врача. Когда невозможно стало находиться в поместье, иначе всё бы открылось, тот же врач направил ее в клинику на сохранение. Даже мужу не разрешалось посещать Изабеллу. Он общался только с доктором, который заверял будущего папу, что состояние его супруги стабильное, с ребёнком всё хорошо, но любое волнение, даже вызванное посещением горячо любимого мужа, может нарушить хрупкий баланс. Естественно, Артур Бэйли верил и не настаивал. По срокам Изабелла должна была родить через месяц после Марии. Изначально она планировала взять ребенка из дома малютки. Она приехала бы в поместье с новорожденным и ни в чём не уступала бы Марии. Но, к несчастью последней, акушерка была так впечатлена красотой малышки, что рассказывала о ней на каждом углу. Эта информация дошла до Изабеллы, которая как раз подыскивала младенца, отвечавшего ее высоким требованиям. Выслушав, какой красавицей родилась Ребекка и какой она станет, когда вырастет, как удачно выйдет замуж, и вообще, какая у нее будет счастливая судьба, Изабелла поняла, что не сможет найти брошенного ребенка, который затмит дочь Марии. Такие дети не рождаются в неблагополучных семьях, от них не отказываются. Изабелла почувствовала, что ее план сорвался, она проиграла, так и останется женщиной второго сорта, несмотря на происхождение и деньги. Тут ее болезнь и дала о себе знать. Временное помешательство, состояние аффекта. Можно называть по-разному, а по факту она приехала тайком, затаилась в лесу, дождалась удобного момента, убила Марию и забрала Ребекку. В запасе у Изабеллы было несколько недель. Однако ждать долго она не могла — ребёнок подрастал, и ей не удалось бы обмануть даже наивного Артура. Врач принял девочку без вопросов, сделал все необходимое и сообщил супругу, что Изабелла родила преждевременно, ребёнок в тяжёлом состоянии, как и она сама. Прежде чем Артур увидел жену и дочь, прошло не меньше месяца. За это время Ребека изменилась до неузнаваемости и превратилась в Кейт. Пережив стресс – потерю матери – она отказалась есть, сильно похудела, темные волосы выкатались, от постоянного плача она побледнела и перестала быть так разительно похожа на свою мать-испанку. Изабелла опасалась, что девочка будет расти похожей на Марию. Она старалась держать дочь в ее комнате, почти не выпускала гулять. Кейт обучали дома наемные репетиторы, всё это под предлогом болезненности ребенка. От такой жизни она и вправду стала болеть. К тому же, наследственная болезнь психики никуда не делась. Изабелла однажды поняла, что девочка действительно нуждается в помощи и отправила ее в лечебницу. Оттуда Кейт вернулась тихой и спокойной, что ввело Изабеллу в заблуждение. Болезнь Кейт не отступила, а прогрессировала. В лечебнице она научилась отлично притворяться, и это сыграло решающую роль в том, что лечащий врач ее выписал. Она притворилась наивной, влюбленной девушкой, обольстила его и преспокойно вернулась домой. Шерлок бросил красноречивый взгляд на Джона. Доктор опустил глаза. — Кейт хотела выбраться из-под гнета матери. Любыми средствами. Изабелла не замечала странного поведения дочери, потому что ее мысли занимала другая проблема. Ее отец узнал, о том, что она сделала. Женщина, у которой Изабелла прятала Ребекку, перед смертью позвала к себе старшего Витнерса, попросила у него прощения и рассказала о том, что произошло. В ярости он разбил плиту с именем Ребекки в фамильном склепе. Затем наведался к нотариусу и составил новое завещание. Вечером того же дня он позвал Изабеллу к себе. Он предложил ей покаяться, сказал, что намерен лишить ее всего, если она не восстановит справедливость. Но Изабелла не могла позволить правде выйти наружу. Ее жизнь была бы разрушена. Мучимая противоречивыми чувствами Изабелла довела себя до такого состояния, что перестала отдавать себе отчет в собственных действиях. Она отравила отца в надежде, что он не успел изменить завещание, и никому не рассказал ее историю. После этого Изабелла зажила спокойно, до тех пор, пока Майкл случайно не нашел второе завещание. Кара, хоть и запоздало, но настигла дочь Витнерса. — Все это лишь теория, — спокойно сказала Изабелла. — У меня есть результаты экспертизы, которые подтверждают, что ваш отец умер от отравления, а вовсе не от аневризмы. — Возможно, кто-то отравил его, но при чем здесь я? Джон поразился тому, как невозмутимо вела себя миссис Витнерс. — И уж тем более я ничего не знаю об убийстве Марии и похищении ее дочери. — Конечно, сбор доказательств и показаний свидетелей… Шерлок продолжал говорить, в то же время дверь в библиотеку открылась и на пороге появилась красивая испанка. Она пошла по комнате к Изабелле. Детектив продолжал что-то рассказывать, он словно не замечал гостью. Его спутники вели себя так же. Когда женщине оставалось пройти несколько метров до миссис Витнерс, та вскочила и с искаженным ужасом лицом закричала: — Не подходи, Мария, ты сама виновата, я ничего не могла с собой поделать!!! Испанка не обратила на ее вопли никакого внимания и продолжала идти. Тогда Изабелла схватила со стола нож для разрезания писем. — Сколько раз мне нужно убить тебя, чтоб ты, наконец, сдохла?! Она кинулась на женщину, но Шерлок оказался проворнее и перехватил занесенную для удара руку Изабеллы. Ему на помощь подоспел начальник полиции. Он защелкнул наручники на запястьях миссис Витнерс. Психиатр тоже подошел и что-то шепнул полицейскому. Тот кивнул и молча вывел присмиревшую женщину. В библиотеке воцарилась тишина. Шерлок и Крейтон обменялись взглядами и вернулись на свои места. — Это мисс Аделия, — представил испанку детектив, — кузина Ребекки. У Марии осталась в Испании младшая сестра, и ее дочь любезно согласилась помочь нам с изобличением убийцы ее тети и обретением кузины. — Но где же Ребекка? Этот вопрос задала мисс Мэри. На ее милом личике выражение растерянности сменилось любопытством. Детектив оглянулся на то место, где секунду назад сидела Кейт. В суматохе никто не заметил, как девушка выбралась в сад. Шерлок подбежал к открытому окну. — Джон, за мной! Детектив легко спрыгнул на траву и побежал вдоль изгороди. Ватсон последовал за ним, но выбрал другой маршрут. В считанные минуты он добрался до беседки. Но Кейт-Ребекки там не оказалось. Доктор в растерянности оглядывался, как вдруг заметил что-то белое по центру пруда. — О, нет. Шерлок! Джон уже успел стянуть свитер и скинуть ботинки, когда детектив добрался до него. Он молча указал на пруд. Никаких сомнений: они видели подол белого платья, в которое была одета девушка. Доктор зашел в воду, не смотря на теплую погоду, она оказалась ледяной. Он поплыл, резко выбрасывая вперед руки. Добравшись до середины, Джон удостоверился, что это действительно Кейт. Он подхватил ее и поплыл обратно. Шерлок помог ему вытащить девушку на берег. Доктор сделал все, что мог. Детектив молча смотрел на тело. — Мне очень жаль. — Тебе жаль?! Жаль? — Ее бы отправили в лечебницу, может, так даже лучше. — Шерлок! Вдалеке послышалась сирена скорой помощи. Майкл подошел и в ужасе отшатнулся. — Бедная девочка! — Надеюсь, дальше вы разберетесь сами. Детектив развернулся и пошел к дому. Джон подобрал одежду и последовал за ним. Медики бежали через садовый лабиринт. Полицейская машина затормозила у ворот, и детективу пришлось задержаться. Ватсон молча прошел мимо. Он поднялся к себе и остановился в нерешительности. Шерлок без стука зашел в комнату. — Я не мог это предвидеть. Джон достал чемодан и начал складывать вещи. — Что бы ты ни сказал, будет только хуже. — Она была лживая маленькая дрянь. Она не достойна твоего сострадания! Детектив схватил Ватсона за предплечье и развернул к себе. — Она не виновата в том, что больна. Неужели чужие жизни для тебя совсем ничего не значат? — Нет. Не все. Ты ведь знаешь. Джон промолчал. — Я говорил с ее кузиной, она обещала отвезти Кейт на родину матери в лечебницу и заботится о ней! Я узнавал, там очень хорошие условия! — Ты лжешь, уверен, что ты знал, чем все закончится. — Не знал. Ватсон отвернулся. Шерлок почувствовал, что виски сдавливает стальным обручем. Он словно окаменел, не мог ничего сделать, сказать. Как в кошмарном сне, от которого не можешь очнуться. Человеческие отношения казались ему такими простыми со стороны. Наборы примитивных действий, обусловленные химией, становились сказочной чащей, когда это касалось его лично. Темной, опасной, непролазной чащобой. Безвыходным сплетением ветвей. Шерлок готов был пробираться сквозь них, даже если бы ему пришлось ободрать все мясо до костей. Но никто не мог гарантировать, что выход существует. Может, есть только эта темная чаща? Он пробирается сквозь нее, чтобы увидеть бесконечную пустоту? От этой мысли детектива бросило в холодный пот. Без окружающих людей он сам перестанет существовать. Можно презирать их, чувствовать свое превосходство, но только до тех пор, пока люди вокруг. Его выдающиеся способности видны только в процессе работы, связанной с теми же людьми, сам по себе он ничего ни для кого не значит. Шерлок не мог сущестовать отдельно, как решение не существует, пока не поставлена задача. Он боялся выйти и обнаружить пустоту, но и оставаться в неведении уже не мог. В конце концов, он тоже человек, с теми же химическими процессами, с теми же чувствами. Пусть он смог подчинить их голосу разума. Пусть кокон из колючих ветвей удерживает всех на расстоянии. Это не может продолжаться вечно. Что он почувствовал, когда увидел, как Кейт наклонилась над Джоном, чтобы поцеловать? Ревность? Страх? Это было жестоко, остро, больно. Словно перед ним разбилось стекло, и осколки пронзили его тело и его разум, превратив четкую структуру на мгновение в беспорядочную мешанину. Он должен был это остановить. Сейчас. Немедленно. И он это сделал. Сделал даже чуть больше чем планировал. Но смерть девчонки действительно стала неожиданностью. Для Шерлока она была уже не опасна, разоблачена, а значит, Джон уже не поверит ей. Детектив недооценил ее. Готова на все. Рассчитывала ли она на такой исход? Шерлок припомнил ее выражение лица перед тем, как арестовали Изабеллу: да, она знала, к чему приведет ее поступок. Терять ей было нечего. Джон всегда был на его стороне, ничто не могло заставить его изменить мнение. Кроме мысли о том, что Шерлок намеренно довел невинного человека до самоубийства. Если детектив не придумает, как исправить ситуацию, он рискует навсегда остаться в темной чаще острых ветвей, наедине со своими мыслями и чувствами.Что ему нужно сделать? Что будет уместным понятным и достаточным? Шерлок крепко зажмурился. — Чужие жизни меня действительно мало интересуют. Это правда. С точки зрения общества, это плохо. Но общественное мнение защищает нас. Если никто не знает, чья жизнь для меня действительно дорога, этот человек в безопасности. Ватсон перестал упаковывать вещи и обернулся. — Мне жаль, что ее смерть расстроила тебя. Но мне не жаль, что она умерла. Шерлок сделал глубокий вдох, понимая, что не может облечь в слова то, что нужно сказать. Он замолчал и посмотрел Джону в глаза. — Надеюсь, что мне не придется выйти в пустоту, — тихо сказал детектив и развернулся чтобы уйти. — Шерлок. Холмс остановился. — Ты можешь сказать это по-человечески? — Это прозвучит ужасно глупо, — еле слышно ответил детектив. — Только не для меня. — Я люблю тебя, Джон. Не оставляй меня.