Save me from myself...

Парни вернулись домой только ближе в четырем часам утра. На пороге в квартиру Чонгук остановил Юнги, поставив сумки. – Юнги хён, поставь пакеты на пол и дай свою правую руку. – М? Зачем? – Буду сейчас еще и твой отпечаток сканировать, чтоб мог внутрь попасть. – Откуда такое доверие? – На интуитивном уровне хён. – Странная у тебя интуиция... Но да, я правда не хочу делать что-то плохое. Держи лапу. Сказав это Шуга подносит свою ладонь к Чону. Чонгук же, в свою очередь, вводит какой-то код и подносит свою к аппарату сканирования, после чего берет руку Юнги и прикладывает к этой замысловатой чудо технике, сверкающей голубыми огоньками. Сканер пиликает и дверь открывается, впуская, теперь уже двух, хозяев квартиры. Парни берут свои пакеты обратно в руки и несут их по направлению на кухню, перед этим разувшись в прихожей. Затащив пакеты на кухню, Чон принялся их разбирать. Шуге же было поручено разложить ванные принадлежности. Взяв все нужное, он по быстрому топает в ванную. Зайдя внутрь, он кладет пакет на стиральную машинку. Сначала достает шампунь и бальзам ставя рядом с Чоновыми на полке около ванны. После берет маски, открывает шкафчик и убирает их в первый ящик. Ставит зубную щетку в стаканчик на раковине и смотрит в зеркало. Разглядывает свое отражение в ярком свете ламп. Темные впалые круги под глазами, полопавшиеся капилляры, острые скулы, растрепанные волосы.. Его снова накрывает волной отвращения. К горлу подступает ком тошноты. Ему противно от самого себя. Запястье отдает новой волной боли, ведь Юнги со всей силы сжал его рукой. Новый приступ. Невыносимо противно. Хочется стереть свое отражение, сделать себе больнее. Маниакальное желание саморазрушения накрывает его новой волной, он снова начинает тонуть в своих мыслях без возможности всплыть на поверхность, вдохнуть воздуха.. Будто уходит ниже ко дну. В непросветную тьму. Глаза застилает темная пелена. Внутренний голос кричит. Громко отдаваясь в голове эхом. Ничтожество. Урод. Как ты себе еще глаза не выколол. Смотреть становится больно. Глаза режет от подступающих слез. Юнги продолжает с силой впиваться в свое снова кровоточащие запястье, а взглядом смотрит всё сильнее в свое отражение. Которое уже начинает плыть перед глазами, расходясь темными пятнами в подсознании парня. Он сильно жмурит глаза. До боли. Хочет стереть свое отражение. Но не может. Оно уже отпечаталось на подкорке мозга, засело глубоко в голове. Когда он последний раз смотрелся в зеркало? Месяц назад? Возможно. Чем это закончилось? Да ничем. Он тогда просто напился до беспамятства, желая сдохнуть. Сейчас же желание не поменялось. Все еще противно от самого себя. Мерзко. С кухни слышится крик. Его зовут. Громкий звук бьет наобум в черепной коробке парня, отталкиваясь от стен и оседает эхом в ушах. Юнги как будто рывком вырывает из вороха уничтожающих мыслей. Он отталкивается ослабевшими руками от раковины и выходит в коридор, направляясь на кухню. Чонгук, видя заходящего на кухню Юнги, облегченно выдыхает. Чайник закипает, громко бурля, стреляет кнопкой. Чон берет две кружки и ставит на стол, наливая кипяток, добавляя чайные пакетики черного чая и насыпая по три ложки сахара в обе кружки. Двигает одну к севшему напротив парню. Смотрит так внимательно, мешая сахар в своей кружке против часовой стрелки, слегка позвякивая ложкой о стенки. Юнги слегка ежится под этим внимательным взглядом, протягивает руки с натянутыми на них рукавами черной толстовки, к своей чашке, берет ее и подносит к губам, слегка дуя на горячий чай. Делает пробный глоток. Приятное тепло разливается в горле. Чай не такой горячий, как у Чона, ведь тот предусмотрительно разбавил его холодной водой из графина. Юнги немного расслабляется, мысли потихоньку начинают отступать. Темноволосый расползается лужицей по дивану. Давно ему не было так спокойно от простого чая и человеческого присутствия рядом. Веки начинают тяжелеть от усталости. Но Юнги не хочет спать. Наглая ложь. Парень пытается убедить себя, что сон ему не нужен, что он может еще не спать пару дней.. Но его организм так не думает. День был максимально насыщенным. Чертовски насыщенным. Наверно самый яркий на события день за всю его чертову жизнь. Но он сознательно не хочет спать. Боится. Боится того, что снова будет ночью. Каждый раз так. Стоит ему только погрузиться в царство морфея, как его личные демоны начинают пляску по нервной системе парня. Кошмары. Он их видит каждую ночь, стоит ему только заснуть. Это ужасное склизкое чувство страха, которое окутывает его по среди сна. Липкое и мерзкое. С холодным потом по спине, болью в висках и искрами перед глазами. С немым криком в раскрытом от ужаса рту. С пересохшим горлом и онемевшим телом, в очередном приступе судорог. Фантомные боли прошлись по телу парня. Его передернуло. Он машет головой в надежде отогнать сонное наваждение. Не особо выходит. Глаза продолжают слипаться все сильнее, а силы покидают тело парня. Юнги невыносимо устал. За последние пару дней его скитаний, он спал не больше 7 часов. Собственно, это и сказалось на нем. Состояние парня оставляло желать лучшего. А точнее лучшего отдыха и крепкого сна. Юнги сдался, проваливаясь в небытие. Его глаза окончательно закрылись, а тело постепенно расслабилось. Парня начало клонить в бок, он валится на диванные подушки, подминая под ноги одну, руки же прячет глубже в рукава толстовки, максимально их натягивая, так что бы не было видно ни одного пальца. *Чонгук* Я сижу за столом, думая о всякой фигне, например о предстоящей гонке завтра. Фигня та еще если честно. И это не потому что мне не нравится гонять. Нет. Я обожаю скорость. Чертовски сильно. Тут дело в другом. В том что эта гонка будет с Моном. Может он и неплохой, но когда дело касается меня и наших соревнований, он превращается в истеричную суку с нездоровым желанием победить любым путем. То есть завтра без подстав и попыток отправить меня на тот свет не обойдется. К сожалению. А так не хочется всего этого гемора. Придется напрячься. Ну и ладно, не привыкать. Пока я прибывал в своих размышлениях, Юнги уже умудрился допить чай и завалится спать прямо на диване. Ну уж нет. Меня это не устраивает. Спать он будет на кровати. Рядом со мной, потому что не дай бог он проснется и выкинет очередную херню. А так, из-за моего чуткого сна, я буду точно знать, что он встал. И в случае чего смогу это предотвратить. Надо будет его к психологу записать. Срочно. А то его не здоровое отношение к себе видно за километр. Не хочу чтоб он страдал. Встаю из-за стола, подхожу к мирно посапывающему парню и беру его легкую безсознанную тушку на руки. Несу его в свою комнату. Из приоткрытого окна дует легкий ночной ветерок, приятно охлаждая помещение. Кладу его на расправленную кровать ближе к стене. А сам ложусь со стороны окна. Юнги начинает ворочаться во сне, при этом тихо поскуливая. Слышу хрип. Парень начинает дергать рукой, так будто его держат, а он пытается вырваться, но безуспешно. Поворачиваюсь в его сторону. Он лежит спиной ко мне. Начинаю его гладить по голове, тихо нашептывая что он не один, что все будет хорошо, что это всего лишь сон. Обнимаю его со спины. Напряженное до этого тело парня, начинает расслабляться, он перестает дергаться и скулить. Дыхание выравнивается у обоих. Чонгук даже не заметил как перестал дышать от волнения за парня, лежащего в его объятьях. Чон не понимает почему Юнги вызывает в нем столь нетипичные эмоции. Для парня это в новинку: делать что-то для других, переживать за других, волноваться, хотеть уберечь. Даже будучи в отношениях с девушками, ему было абсолютно пофигу на их жизнь, эмоциональное состояние, чувства. Юнги же очень странно влияет на него. Не только в эмоциональном плане, но и в физическом тоже. Стоит Чону дотронуться до него, то его сразу окутывает очень сильным потоком тепла, исходящем от Юнги. Стоит провести по волосам парня, как на кончиках пальцев, разрядами тока осядает тепло. Это очень странное, но до дрожжи приятное ощущение. Поэтому Чон сильнее прижимается к парню перед ним. Ему очень тепло. Даже горячо. Так приятно. Чонгуку нестерпимо хочется утонуть в этом океане тепла. Что он и делает, укрывая себя и Юнги одеялом, прижимаясь максимально плотно, будто пытаясь впитать, человека перед ним, в себя. Чон вдыхает запах его волос, утыкаясь в макушку парня. Ему спокойно. Так спокойно ему не было даже в объятьях матери в детстве. Удивительно. С этими мыслями парень закрывает глаза и засыпает.