Я всегда буду рядом

Начало их отношений стало завязываться не сразу, совсем не сразу. Они долгое время не придавали друг другу значения, будто бы их ненамеренно пытались не связывать, хотели, чтобы они не существовали друг для друга, как отдельные личности в целом. Они не жили - существовали, и никто из них никогда не думал друг о друге. Вечный эгоистичный ребенок в роли дьявола и вечно странствующий Каин, братоубийца, наказанный за содеянное самым жестоким способом - бессмертием. И напрашивается вопрос: почему они никогда не пересекались, хоть оба и были адскими созданиями? Каин больше не был человеком, но чувствовал и понимал людей до сих пор, сколько бы времени ни прошло, а Люцифер на какое-то время смирился с тем, что его судьба - быть дьяволом и наказывать грешников за плохие поступки, совершённые в жизни, но смирился ненадолго: в нём то и дело пробуждался бунтарский характер самовлюбленного ребёнка, единственного, родившегося с белыми крыльями и изгнанного править адом, царством мертвых. Тяжелые судьбы скрепили двух неземных созданий прочной нитью, которую невозможно разорвать и в то же время невозможно заметить. Поэтому они никогда не пересекались, поэтому их разделили и поселили рядом, ведь всем известно, что пряча на видном месте, найти гораздо сложнее... — Оставь! Положи на место руку, идиотка! — Мэйзикин вскрикнула, негодуя и яростно возмущаясь тому, что ей приходится обучать одну из новеньких демонесс, которую ей, как своей правой руке, доверил Люцифер. — Откуда ты такая взялась? Никто не учил основам? — Мэйз громко фыркнула, выражая недовольство в который раз. — Части тела не выбрасывают, а вновь пришивают и снова отрубают, причиняя боль. Почему я должна объяснять такие простые вещи? — послышался сожалеющий вздох. Новенькая неуверенно кивнула, молча соглашаясь, что все поняла, и под чутким руководством демона-перфекциониста продолжила пытки. В замёрзшем аду кипела жизнь, а пытки, несомненно, любимая работа для демона, получающего от каждого стона, крика, полувсхлипа невероятное наслаждение. Но старшие демоны, такие как Мэйз, не только почитали хозяина, но и переживали за него, ведь он был для них всем. Мэйз переживала за Люцифера, однако тщательно пыталась скрывать это от подопечных, чтобы в них всегда оставался дух демона-садиста, не испытывающего никаких сожалений перед насилием, только — удовольствие. Мэйз незаметно пропала из поля зрения новенькой, стоявшей в полном замешательстве. Тронный зал пустовал. Мэйз неспешно прошлась до трона, занимающего центральное место в огромном помещении, совсем не согревающим и не успокаивающим душу. Впрочем, у демонов нет души, а значит и успокаивать нечего, да и некому, даже если бы душа имелась: Люцифера здесь не было. Длинные, невероятно красивые пальцы с завораживающей грациозностью касались клавиш фортепиано, выдавая грустную, но чарующую мелодию, всем известную в исполнении Боб Дилана, коротающего свои деньки в очереди перед входом в рай или ад. Всем приходится ждать своего черёда, в том числе и ему. От него дьявол и узнал, как играть на фортепиано. Мэйз так и не нашла в аду Люцифера, начиная все больше за него волноваться. Кто же не уследил за тем, что дьявол и Каин могут встретиться на земле? Кто же знал, что они оба оказались в одном городе и в одном месте, даже не замечая этого? Хотя нет, Каин, наверняка, заметил, не мог не заметить. Странно, но мне не нравится его грустное выражение лица, точнее подавленное, будто весь мир рухнул на него в тот момент, как я на него посмотрел. Очень странно. Каин в первый раз за тысячелетия почувствовал, как сердце что-то давит, царапает когтями, рвёт зубами, а душа мечется внутри, сталкиваясь с лёгкими и сбивая дыхание от непереносимых ощущений. Люцифер доиграл и обернулся в сторону Каина. Он уже давно чувствовал на себе его пристальный взгляд. Их глаза встретились, и у обоих спёрло дыхание, сдавило горло от боли. Люцифер поперхнулся от неожиданности, резко вставая и направляясь к заинтересовавшему его объекту. Каин не переставал наблюдать за ним; будто прикованный, наслаждался им: от плавной, скользящей походки до изменения черт лица. — Вам чем-нибудь помочь? — вежливо поинтересовался Люцифер, облокачиваясь о барную стойку. Он впервые почувствовал себя неуютно под пристальным взглядом мужчины, нагло смотревшим на него и не произносившим ни слова. Люцифер сглотнул, занервничав, и ослабил галстук, сейчас казавшийся туго натянутым вокруг шеи. Его движения были неуклюжими, а сам он прерывисто задышал. — Что за черт? — смачно выругался дьявол, уже стараясь не обращать внимания на посетителя его клуба. А клубом он обзавёлся только сегодня. Каин, как заворожённый, смотрел на молодого красавца, оказавшегося слишком близко. Мужчина был возбуждён, причём стояк нехило упирался в штаны, а сам Каин с трудом скрывал возникшие трудности руками, в то же время не в силах оторвать взгляд от объекта желаний. Он резко встал, прижимая парня к стойке и не давая пошевелиться. — Я тебя хочу, — без официоза уверенно сказал Каин шокированному от его слов Люциферу. Тот даже не мог слова произнести, что странно, а выпирающее достоинство мужчины напротив упиралось между ягодиц. Люцифер только и смог издать что-то похожее на стон, и Каин, не заставляя себя ждать, подхватил его за бедра и посадил на барную стойку, совсем не заботясь о взглядах, направленных на них. Губы жёстко впились в чужие, вырывая у обоих тихое поскуливание от удовольствия. Обоим не терпелось продолжить начатое. Люцифер успел только щелкнуть пальцами, как они уже оказались на кровати в его покоях, а Каин жадно кусал и облизывал губы Люцифера, одновременно с этим резкими движениями разрывая на нем одежду, не думая о ней, как о чем-то важном, ведь сейчас сознание обоих заполонило страсть и желание, не больше. Так они думали. Люцифер изогнулся в спине. Руки Каина бессовестно ласкали его тело, изучали каждую выемку, выпирающую косточку. Сладкое причмокивание и соприкасающиеся члены вызывали волну эмоций у обоих, в особенности у Люцифера. Он и подумать не мог, что в первый же день пребывания на земле его жёстко, со страстью, оттрахает мужчина, причём божественный мужчина или, скорее, дьявольски сексуальный, который вызывает в Люцифере бурю эмоций, делает его чувствительным и сентиментальным, причиняет приятную боль, царапает, кусает и нежно, ласково, но крепко удерживает подле себя. Как человек может подарить столь незабываемые ощущения? И как человек может повредить дьяволу? Люцифер не мог погрузиться в раздумья с головой, так как сейчас в него безумно, жёстко и быстро вколачивались, вырывая громкие и хриплые стоны глубокого бархатного голоса, не перестающего безбожно пошло охать и ахать. Люцифер почти с любовью отвечал на ласки неизвестного мужчины, эротично облизывал его соски, легкими поцелуями очерчивал ключицу и, переходя к заветным губам, грубо впивающимся внутрь, переходя к языку, пытающемуся взять контроль, который и так принадлежал ему изначально, полностью отдался Каину.