Я всегда буду рядом

Сердце колотилось как бешеное, стремясь выскочить из груди ранее устрашающего дьявола. Теперь Люцифер ощущал себя настоящим ангелочком, посылающим в мир добро и дарующим людям сверкающие улыбки. Грр, бесит. Мужчина недовольно цокнул, с сердитым выражением лица залезая в ванну, при этом забывая включить воду и сверля стену прожигающим взглядом: казалось, что стена сейчас расплавится от такого внимания к своей непримечательной персоне. Люцифер обречённо вздохнул. Его не покидало чувство, что он оказался в мыльной опере, и главная роль, конечно же, досталась ему. А кому же ещё? Он был почти уверен, что Каин все ещё стоит у запертой двери, ожидая дьявола, чтобы захватить его в свои пресловутые объятия, черт их дери. На самом деле, его объятия самые нежные... Люцифер поник, не зная, как выбить образ Пирса из головы: никогда ещё падший ангел не испытывал таких сильных эмоций к человеку; даже к Хлое он не чувствовал настолько мощного притяжения, как к Каину, с которым он виделся пару раз, и каждое столкновение с ним заканчивается горячим сексом или ссорой на пустом месте(инициатором, естественно, является сам дьявол во плоти). Собственно, как раз это и происходило. Люцифер опять раздул из мухи слона, нагнетая себя чрезвычайно опасными мыслями: лучше не копаться так глубоко в себе, а спокойно поговорить с Каином. Но Люцифер не человек и не был осведомлён об этом, поэтому абсолютно не понимал, как вести себя в данный момент. Менять образы и играть разные роли вошло в привычку, а играть самого себя — отнюдь, сложно. Каин осторожно постучался. Наверное, я перегнул палку. Тревога за состояние дьявола лишь усугубляла ситуацию. Пирс был слишком жестким, слишком заботливым и, наверняка, приставучим, по мнению Люцифера. Все мысли Каина занимало лишь одно существо, сейчас находящееся в ванне и неизвестно что делавшее: Люцифер, сам дьявол. Связался же. Пирс боялся снова допустить ошибку и потерять его, поэтому ждал около двери, с каждой минутой все больше переживая: он из последних сил сдерживал себя, чтобы не выломать эту чёртову дверь, разделявшую их от созерцания друг друга. Каин вспомнил их незабываемую ночь, смущенное лицо Люцифера, восхитительную дрожь, когда он касался его чувствительных мест, когда впивался в нежную кожу, вкушая, пробуя тело дьявола на вкус — истинное блаженство. Каин мечтательно улыбнулся, воссоздавая картины недавней ночи, которая плавно переходила в предрассветное утро. Из окна открывался чудесный вид. Все-таки Люцифер выбирал этот люкс не наугад; он тоже любил долго смотреть вдаль, наблюдая как день сменяется ночью, и так из раза в раз. — Я такой же одинокий, как ты, Люцифер, — сам себе прошептал Каин, не торопясь отходя от двери, дабы накинуть халат: негоже разгуливать в чужих апартаментах голым, да и с улицы веяло освежающей прохладой утреннего весеннего ветра. Пирс подошёл к открытой двери балкона, рукой отодвигая бело-прозрачную занавеску, кажущуюся воздушной и лёгкой от каждого прикосновения ласкового ветерка, осторожно пробирающегося внутрь спальни и наполняющего комнату чистым ароматом цветов и трав. Совсем не казалось, что он находился в центре Лос-Анджелеса, посреди каменных и стеклянных домов. Деревья расслабляюще шуршали листьями; ветер нежными касаниями щекотал траву, очутившуюся в каменном городе, где царствуют бетон и машины, сотрудничавшие вместе с того момента, как грешный человек придумал им применение, лишая природы прав. Но она(природа) всем своим естеством борется за жизнь, продолжает жить, с любовью предлагая людям свои дары: красоту, здоровье, переполняющий лёгкие аромат цветов, трав, пение птиц, оглашающих, что ночь закончилась и пришла пора начинать новый, не похожий ни на какой другой день. Каин облокотился о перила, наслаждаясь и любуясь потихоньку пробуждающейся природой и восходящим солнцем – яркие лучи только начали пробиваться сквозь ночную дымку. На смену беспокойству пришло чувство умиротворения, вселявшее в мужчину уверенность в сегодняшнем и последующих днях. Каин больше не волновался: будь что будет. И хотя сердце все ещё терзали сомнения и испуг, Пирс заполнил их безмерной любовью к падшему ангелу. Как только Люцифер понял, что Каин больше не стоит за дверью, его охватил испуг. Куда это он? Мужчина в растерянности хмыкнул, расстраиваясь. В Марке он любил его чрезмерную заботу, особую предусмотрительность; любил то, как он с осторожностью, будто боясь нарушить его хрупкий внутренний мир, касался его, как обнимал, не давая освободиться, как нежно и страстно целовал, помечая как свою собственность, однако вещью он себя не чувствовал; ему доставляло удовольствие иногда подчиняться ему, трепетать при виде его хмурого выражения лица; для него было в новинку испытывать жгучую боль в груди, когда он был расстроен или чем-то обеспокоен, как и сейчас. Все это было для Люцифера ново, и, сидя в ванной, он старался принять самого себя, чтобы Каин не волновался так сильно и чтобы нельзя было увидеть опечаленное, хмурое выражение на его лице, внушающее в дьявола страх неизвестности; страх быть отвергнутым и покинутым. Неужели я только что признал, что люблю его? В голове все мигом прояснилось. Лицо мужчины покрыл алый румянец; он весь пылал от осознания происходящего. Быть как обычно уверенным и отстранённым от внешних обстоятельств не удавалось: что-то изменилось внутри дьявола. Люцифер принял себя, свою истинную сущность, и крылья, дарованные ему отцом, ясно говорили об этом. Он будто всегда знает, что со мной происходит, — Люцифер зарычал, вновь испытывая на себе эксперименты отца, знатно бесившего его тысячелетиями, пока он пребывал в пламенной геенне. Гори в Аду, никчемный Бог. Злости, обычно присутствовавшей в мыслях об отце, не было, что очень удивило Люцифера, веками держащего обиду на Бога. Мужчина искренне улыбнулся, наконец понимая, кто он и что на самом деле чувствует. Люцифер сделался крайне счастливым от одной лишь мысли об этом. Он включил воду, наконец-таки собираясь помыться. Даже горячая вода не смогла сразу согреть его, что удивляло ещё больше. Обычно дьявол всегда был обжигающей температуры. Видимо, это стресс. Вроде так люди называют физиологическую реакцию на сильные воздействия, неблагоприятно влияющие на внутреннее и внешнее состояние. Именно так. Люцифер удовлетворительно кивнул, погрузившись в размышления. — Он, наверное, заждался, — произнёс дьявол, зная, что здесь его никто не услышит. Люцифер боится оставаться один, потому что мысли, одолевающие его, сводят с ума. Из-за этого он ходит к доктору Линде: нужно выговориться. — Мы так похожи на людей, — как-то обречённо, но с улыбкой прошептал дьявол, обращаясь к отцу. У ангелов такие же хрупкие, не устойчивые к изменениям внутренние организации, которые легко сломать и почти невозможно восстановить. Разбитое сердце не соединить вновь так же, как и душу, разорванную на куски. Но любовь, постигшая Люцифера, будто оживила его, изменила, заставила принять себя. — Я должен сказать ему, — прошептал Люцифер, накидывая на плечи халат и слегка завязывая его спереди. Дверь, слегка скрипнув, распахнулась, открывая вид на спину Каина и яркое, обжигающее солнце, начавшее покидать горизонт. Волосы Пирса чуть колыхались от ветра, а сам мужчина выглядел умиротворённо: тёплый, греющий свет дотрагивался до его кожи так ласково, что Люцифер даже заревновал мужчину к Солнцу. Нужно всего лишь сделать шаг вперёд. Люцифер сглотнул, боясь неправильно, негармонично, не соответствуя окружающей атмосфере, вздохнуть или пошевелиться. До этого момента он был полностью уверен в себе, но стоило увидеть Каина, как сердце камнем ухнуло куда-то вниз, приковывая дьявола к полу. Взять себя в руки оказалось намного сложнее. Мужчина громко выдохнул и направился к балкону, еле передвигая ноги. Пирс обернулся. Солнце будто специально очерчивало силуэт мужчины, выражая черты его лица в самом выгодном свете. Люцифер остановился, поддавшись минутному помутнению рассудка. — Люцифер? Все в порядке? — обеспокоено спросил Каин, не понимая, какие возникли трудности: мужчина замер, с каким-то непонятным и странным взглядом смотря на Пирса. — Что не так? — поинтересовался он, начиная осматривать себя, пытаясь найти проблему, возможно, таящуюся в нем. Однако Люцифер не заставил себя долго ждать, наконец вплотную подойдя к мужчине. Внутри все горело огнём, будто там разверзлись пучины Ада, безразлично пожирающие дьявола изнутри, хотя обычно этот огонь придавал Люциферу сил, благодаря которым он и считался самым страшным существом во всем мире. Но принимая сторону света, любви, внутренний пожар не щадил его: мужчина потерял контроль над этой ужасающей силой, покоряясь более сильным чувствам. — Прости за эту внезапную стычку, — растерянно проговорил Люцифер. — Я хотел сказать тебе кое-что, — он сделал небольшую паузу, собираясь с мыслями, — Я, — Каин приложил указательный палец к его губам, этим жестом говоря, что сейчас лучше не стоит ничего произносить. — Я тоже люблю тебя, — только и сказал Пирс, с улыбкой наблюдая за удивленным выражением лица Люцифера.