Не заставляй меня страдать, я так долго был в пути, я старательно пробивался вперед
3 марта 2018 г., 21:51
Хосок слез с Мина, открыл дверь и вышел в прохладный вечер, застёгивая куртку, а затем помог Юнги вылезти из машины. Юнги посмотрел на Хосока и у него перехватило дыхание: его лицо было всё ещё красным, а губы припухшими в тех местах, где Мин прикусывал слишком сильно. Это было затишье перед бурей.
Юнги увидел, как целый Сокджин вылез из Хаммера. Он подбежал к нему и крепко обнял. Сокджин не ожидал такого проявления чувств, но ответил тем же.
— Прости, что не сказал. Наушники прослушивали, а ещё я заметил, что в последние дни за мной следят.
Юнги начало наполнять чувство страха. Они потеряют всё.
— Что мы им скажем, хён? Мне страшно, — сказал он сам не свой.
Они отпрянули друг от друга, когда услышали щелчок, а повернувшись, увидели целящегося в них Чонгука.
— Кто вы вообще такие?
Сокджин и Юнги по привычке подняли руки вверх. Хосок встал между ними и Чонгуком, протягивая руки, чтобы забрать у того пистолет.
— Опусти пистолет, Куки. Ты что, с ума сошёл?
Чонгук его проигнорировал.
— Давайте я угадаю. Пинк и Шуга, — указал он дулом сначала на Сокджина, а потом на Юнги.
— Тэхён, — не выдержал Хосок. — Угомони своего мужа. Если он сегодня в кого-нибудь выстрелит, я клянусь…
— Почему бы тебе ему не рассказать? — спросил Чонгук у Юнги. — Расскажи, кто ты, и что делаешь здесь. Расскажи, зачем ты с ним играешь.
У Юнги зашумело в ушах. Он боялся открыть рот, опасаясь, что просто разрыдается. Его спас Сокджин.
— Пожалуйста, опусти пистолет. Мы объясним.
— Я спросил Юнги, — Чонгук разозлился и выстрелил в небо. — Я слышал их разговор — Камджи и его дружка — о том, что их агенты работают по нашему делу, как они нас захватят, как они хотят заполучить Хосока живым, чтобы он барахтался, как рыба на крючке.
— О чём он говорит, Юнги? — испуганно спросил Хосок.
У Чонгука затряслись руки.
— Куки, — сказал Тэхён, выходя вперёд. — Извини.
Чонгук озадаченно на него посмотрел, а Тэ подставил ему подножку и тот упал, выронив пистолет, который подхватил Тэхён. Он разрядил оружие и поцеловал Чонгука в лоб.
— От этого избавились, — сказал он. — А теперь просветите нас. Чонгук уж точно вменяемый. Мы можем стоять тут до самого рассвета, но вы расскажете нам всё. Как вы связаны с Камджой? Ты первый, Юнги. А затем ты, всадник в маске Блэк.
Юнги посмотрел на Хосока и у него закололо сердце, когда он увидел его выражение лица. По нему было видно, что он хотел, чтобы всё это оказалось неправдой, чтобы Юнги предоставил какое-то объяснение, от которого всё бы пришло в норму. В мыслях Мин уже попрощался с Чоном.
— Мы агенты из бюро, Сокджин — мой кузен и напарник. Наши мамы тоже были шпионами. Нас учили этому с самого детства. Я работаю на бюро с шестнадцати лет. Меня отправили к вам, чтобы я задержал вас вместе с Камджой, — говорил он, не поднимая голову, потому что не хотел видеть, как на него смотрят остальные, а дальше вообще перешёл на шёпот. — Я должен был помогать вам до последнего, до ограбления. Тогда бы появилось бюро, чтобы задержать вас и Камджу.
— Боже. Господи, я такой тупой, — сказал Хоби дрожащим от злости голосом. — Я знал, что что-то не так с самого начала. Я говорил, что никто не просит простой гонки. Я говорил, что узнаю правду, но оказался таким дураком. Я повёлся на флирт, на волосы, на… Боже, я действительно думал, что нравлюсь тебе. Я чуть не потерял всё, к чему стремился, потому что на самом деле думал…
— Ты не дурак. Пожалуйста, послушай, я…
— Юнги пытается сказать, что да, так всё начиналось. Нас послали за тем, чтобы мы вас задержали, но потом мы узнали правду. И прежде, чем вы решите снова держать нас под дулом пистолета, я попрошу вас внимательно послушать, потому что несмотря на то, что вы решите сделать с нами после, эта информация пригодится всем присутствующим на этом пшеничном поле, или где мы там стоим. Юнги всегда себя недооценивает, поэтому объясню я, — вмешался Сокджин. — Мы с Юнги — самые лучшие агенты в этом отстойном бюро. Мы быстрые, мы умеем делать практически всё, а ещё у нас было ужасное детство, благодаря чему нас очень трудно эмоционально скомпрометировать. Да, хуже ваших историй детства, хулиганьё. Мы никогда не видели наших отцов, переезжали из города в город, из провинции в провинцию практически каждый месяц.
Наших матерей убили, когда мы были маленькими, прямо в нашем доме в Тэгу, стреляя в окна, проехав мимо и оставив за собой только лужи крови. После этого наша жизнь превратилась в постоянные миссии, порученные правительством. Они говорили прыгать, а мы спрашивали, как высоко. Нам сказали, что это дело будет операцией по задержанию Камджи — типичный захват картеля, — но они совершили одну фатальную ошибку, которую кто-нибудь другой, возможно, и не заметил бы: они сказали нам, что костюмы Чонгука находятся в распоряжении правительства.
Если честно, это было бы неважно, если бы я не занялся тайной слежкой за Юнги на вечеринке Камджи и не увидел там костюмы. Я проверил и никто не заявлял о потере. Такую важную разработку никогда бы не потеряли, поэтому у меня появились подозрения. На кого мы вообще работаем? Что на самом деле это за миссия? Так что сразу после вечеринки я стал искать правду: кто убил наших матерей, зачем они нас забрали, как Камджа связан с бюро. И я нашёл правительственный проект по клонированию. Они хотят заменить настоящих солдат клонами и снабдить их костюмами вундеркинда. Знаю, звучит не очень оригинально, да и я вообще больше предпочитаю Звёздный путь. Правительству нужно было финансирование, Камдже нужны были влияние, территория, люди. И вот они сошлись. Насколько я знаю, им пока не удалось создать правильных клонов, они все пока недоделанные: либо не могут говорить, либо ничего не понимают, либо всё сразу, а есть такие, которые просто не поддаются контролю, с проблемами управления гневом. Всех существующих клонов либо уничтожили, либо содержат в коме.
Ещё одна вещь, которая меня удивила: не то, сколько денег выделил Камджа бюро, а то, сколько времени они вместе работают — около пятнадцати лет. Наши матери расследовали дело без ведома бюро, а под конец года вообще ушли в самоволку, потому что собрали столько информации, столько доказательств нарушения прав человека. Всех молодых грабителей, преступников, незарегистрированных спортсменов бюро собирали и держали на человеческих фермах. Поэтому они и лишили нас мам. Вот такое дело.
Вы можете смотреть на нас, как на предателей, или можете поступить разумно и посмотреть с такой стороны: двое высококвалифицированных агента с инсайдерскими знаниями предлагают вам помощь, даже просят вас принять их помощь.
А ты, Ромео, — кивнул он Хосоку. — Я понимаю, что ты сейчас вспоминаешь все романтичные моменты и считаешь, что всё было не по-настоящему, но с самого первого дня, как Мин «Я мёртв внутри» Юнги с тобой заговорил, я сразу сообразил, что ты ему понравился. Я сказал ему об этом первым же делом. Я сказал: «Не влюбляйся в этого козла в кепке». Он меня послушал? Нет. Поэтому, если ты считаешь, что кто-то сможет разыграть тот диалог, который мне пришлось слушать пару минут назад и о котором я бы предпочёл вообще забыть, подумай ещё раз. Он просто исполнял свою работу. Он поставил на кон всю свою жизнь ради тебя. Так что думай, великий гонщик. Что выбираешь?
Сокджин достал пистолет из своей кобуры, снял с предохранителя и положил в руку Чонгука.
— Твой ход.
***
Сокджин улыбался, сидя на заднем сидении в минивене. Они все ехали из гаража домой, а он думал, что надо начинать писать речи на профессиональном уровне. Конечно, всё не стало замечательно: Чимин всё ещё хмурился, а Чонгук вернул ему пистолет с ненужной силой, но ещё он сказал: «Поехали, умник», что Сокджин расценил за своего рода дружелюбный ответ. Тэхён похлопал его по плечу, прежде чем залез на свой байк. Хосок молчал, сев в машину Юнги, так что, возможно, и у них не всё потеряно. Намджун подпевал какой-то песне, а Тэхён пытался выучить свой любимый рэп. По крайней мере, они с Юнги были живы и им было, где переночевать. А ещё ему очень хотелось посмотреть на дом, услышать разговоры за столом и, наконец, принять во всём этом участие. Они подъехали к дому и Сокджин поразился, насколько нормальным всё выглядело. Ему было непривычно, что Намджун с лёгкостью ввёл код, а затем все завалились в дом и побросали свои рюкзаки на диван, а куртки на стулья. Сокджин остановился в проходе. Ему было нечего кидать, поэтому он просто немного расстегнул молнию на куртке. Он оглянулся по сторонам в поисках Юнги, но увидел, что Хосок уводит его на задний двор. Им было, о чём поговорить. — Эй, всадник в маске Блэк, — позвал его Тэхён с кухни. — Меня зовут Сокджин. И вообще, там был наездник в маске Блэк. — Ага, неважно. Юнги сказал, что ты умеешь готовить? Сокджин улыбнулся, снял куртку, оставив её на столе, и пошёл на кухню.***
Юнги вышел за Хосоком во двор, приготовившись молить о прощении, объяснять подробнее, уточнять, что они с Сокджином уберутся из их жизни, как только закончится миссия. И, конечно же, принимать потенциальный отказ. Он уже настроился сказать, что он бы с таким тоже не встречался, тоже бы не доверял. Дорога от полей до гаража была тихой и неловкой. Хосок смотрел в окно, а Юнги не выдержал и включил радио. — Куда мы идём? Хосок не ответил, а просто продолжил идти, пока они не дошли до той части двора, которая выходит в тускло освещённый переулок. Тогда он остановился и повернулся к Юнги. — Где будет спать Сокджин? — Что? Хосок подошёл ближе и Юнги оказался зажатым между ним и стеной. — Ты слышал меня. — Послушай, — сказал Юнги, смотря чуть выше плеча Чона. — Я знаю, что ты любезен со мной, чтобы никто не чувствовал себя дискомфортно, это твоя работа в качестве лидера. Но я что-нибудь придумаю. Я понимаю наше положение. Мы можем спать в одной комнате или по очереди спать на диване. Юнги не поднимал глаза, пока не услышал, как Хосок сделал ещё один шаг вперёд. Теперь они соприкасались плечами и носами. Когда он решился посмотреть, то увидел ухмылку на лице Хосока, которую за это время научился любить и ненавидеть. — Я тебе правда понравился в первый же день? — Ну, я об этом не задумывался, но Сокджин сказал… Хосок ухмыльнулся ещё больше. — Я, конечно, знал о своей красоте, но ты можешь поверить, что я совратил секретного агента? — Хосок, пожалуйста, не издевайся… Чон взялся за подбородок Юнги и поднял его вверх. — Я спросил, потому что подумал, что ты, возможно, захочешь спать в моей комнате? Не пойми меня неправильно. То, что ты собирался сделать, ужасно, но я знаю, каково это, расти, словно животное: когда тебя тренируют под одно, а все остальные качества игнорируют. Я понимаю важность долга и как он может тебя поглотить, когда в жизни больше нет ничего. Ни семьи, ни верности, ни любви. Что ещё тебе оставалось делать? Но теперь у тебя есть семья. У тебя появились те, кому можно быть верным. Возможно, и любовь тоже возникла. Так что я обо всём подумал и решил, что я не хочу тебя отпускать, Мин Юнги. Если ты, конечно, не против. Юнги упёрся своим лбом в лоб Хосока и закрыл глаза. — Но только не ври мне больше. Я не думаю, что смогу пережить такое второй раз, — прошептал Чон. — Я клянусь, что больше никогда не буду тебе врать. Клянусь, клянусь… — Юнги придвинулся ещё ближе, касаясь губ Хосока и повторяя свою клятву. — Я тебе верю, — сказал Хосок, улыбаясь. Он засунул руки в карман и пошёл обратно. — Заранее извиняюсь, если столкну тебя ночью с кровати. Юнги улыбнулся и догнал Хосока, радуясь, что всё так хорошо разрешилось. Он засунул руку в задний карман джинсов Чона, убрав её только тогда, когда они завернули во двор, где уже сидели остальные и ждали еду.***
— А это жареная курица с розмарином, — пояснил Сокджин, поставив блюдо на стол. — У вас было всё необходимое, но вы, почему-то, не пользуетесь продуктами. И ещё, я бы не стал покупать замороженную курицу, лучше свежую. Секрет заключается в том, чтобы намазать саму птицу маслом и розмарином, чтобы вкус чувствовался везде. С этим блюдом можно пить, что угодно, но я заметил, что вы любите пиво. И ещё вы можете готовить её с рисом или с пюре, или даже с пастой. Сегодня я сварил рис, потому что, вроде, его все любят и его легко готовить. Они все открыли рты от изумления, пока Сокджин разделывал курицу, выделяя каждому по равному кусочку. — Ничего себе, — сказал Намджун, попробовав. — Это просто вау. — Он профи, — объяснил Юнги. — Но он готовит только тем, кто ему нравится. — Что ты врёшь? — засопротивлялся Сокджин, поправляя волосы. — Я готовил тебе много раз. — У тебя никого нет, кроме меня, — ответил Юнги, засовывая целый кусок птицы в рот. — Ладно, согласен, — неохотно сказал Чонгук. — Это очень вкусно. Спасибо, что приготовил. Надеюсь, обошлось без яда. Тэхён пнул его под столом. — Не переживай, — ответил Сокджин. — Я бы не стал портить отличную курицу на тебя, фальшивый Тони Старк. Чонгук закатил глаза, но улыбнулся и продолжил есть. — Сколько розмарина ты добавляешь к маслу? — задумчиво поинтересовался Чимин. — Так я и рассказал.***
Юнги осторожно подошёл к комнате Хосока, после того, как помог Сокджину поменять постельное бельё и сказал, чтобы тот не трогал провода. Он тихо закрыл за собой дверь, вцепившись в одну из диванных подушек. Хосок только вышел из душа и сидел на краю кровати с мокрыми волосами в своей старой футболке, которая оголяла его плечи. — Привет, — сказал Юнги. — Привет, — ответил Хосок, подвинулся и похлопал рядом с собой. — Ты можешь лечь у стенки, чтобы я нечаянно тебя не скинул. Юнги забрался на кровать, внезапно ощутив неловкость, думая, каким неуклюжим он казался, и улёгся между Хосоком и стеной. Хосок встал, чтобы выключить свет, а затем снова вернулся в кровать. Юнги смотрел в потолок. Какое-то время в комнате было слышно только их дыхание. Он почувствовал, что Хосок двигается и хотел незаметно посмотреть, но увидел, что тот лёг лицом к нему, а затем ткнул Юнги в щёку. — Я не хочу спать. Юнги улыбнулся. Глаза Хосока были яркими даже в тускло освещённой комнате. Чон поёрзал и Мин ощутил запах его цветочного шампуня. — Я тоже, — сказал Юнги. Хосок убрал чёлку с его глаз. — Думаю, это будет проблемой. — Что? — Как ты предлагаешь мне засыпать каждую ночь, когда ты лежишь рядом весь такой сексуальный? Юнги засмеялся. — Кто бы говорил. Кто вообще придумал твою футболку? Сатана? Ты специально её надел, чтобы переманить меня на тёмную сторону? Хосок усмехнулся и притянул Юнги к себе за воротник. — О чём ты говоришь? Это ты само воплощение зла. Юнги больше не стал тратить время, а вовлёк Хосока в жадный поцелуй. Мин запустил руки под рубашку Чона, прощупывая рёбра и бёдра. Хосок начал поглаживать соски Юнги через футболку, немного ущипнув, а затем спустил руку ниже почти до его задницы, и раздвинул его ноги своей ляжкой. У Юнги перехватило дыхание, но он сделал то же самое, вцепившись в футболку Хосока. Они оба уже были готовы. Юнги стал двигать бёдрами, прижимая Хосока ближе и сильнее. Одним лёгким движением Чон перевернул Мина, взявшись за его талию, и оказался сверху, начав медленно двигаться. Он улыбнулся и зажал рот Юнги рукой, когда тот громко застонал. — Чёрт, — прошептал Юнги ему в ухо. — Я тебя хочу. Давай?.. — У меня нет… принадлежностей. Они все в машине. Юнги прикусил нижнюю губу Чона. — И кто после этого испорченный? Трахаешься только в машине? Хосок начал ставить Юнги засосы на шее, не останавливаясь двигаться. — Езда или смерть — вот мой девиз. Юнги поменял их позиции и оседлал Хосока, прижимая его к кровати и двигая бёдрами, усмехнувшись, подаваться вперёд. — Езда, говоришь? — Я неясно выразился? — Пока нет. — О, чёрт… Юнги снял с него футболку и провёл языком по соскам. Затем он начал спускаться ниже, одновременно стягивая с Хосока трусы, задержавшись в области лобка, а затем спустился до мягкой кожи внутренней поверхности бёдер. — Юнги, зачем ты так издеваешься? Боже, я умираю… Хосок не закончил начатое предложение, так как Юнги коснулся губами кончика члена, вылизывая устье. — Господи Иисусе… Юнги полностью заглотил член Хосока, позволяя головке коснуться задней стенки его горла, а потом стал вылизывать от начала по основанию и к концу. Он немного остановился, наслаждаясь видом дрожащего Хосока, метающегося по кровати. Его и так мокрые волосы прилипли ко лбу, а футболка совсем помялась. — Так теперь мы становимся святыми? Ты же назвал меня дьяволом. Хосок двигал бёдрами, прося Юнги продолжить. — Ты он и есть. Настоящий Люцифер. Юнги не стал говорить, а снова взял его полностью в рот. Он не стал смыкать губы, позволяя слюне произвольно стекать, и Хосок крепко, но нежно, взял его за волосы, толкаясь вперёд, пока Мин не издал звук, похожий и на вдох, и на стон, и на плач. Чон толкнулся в последний раз и кончил прямо Юнги в рот. Юнги проглотил, продолжив сосать, пока член не стал мягким. — Охренеть, — сказал Чон, пытаясь выровнять дыхание. Юнги снова лёг рядом с ним и втянул его в длинный поцелуй. Мин улыбнулся, погладил его по волосам и потёрся носом об его нос. — Хм. — Что? — Мило, что ты думаешь, что мы закончили. Хосок облизнул руку и запустил её в штаны Юнги. Он улыбнулся, почувствовав, как тот становится твёрдым под его прикосновениями. Юнги крепче вцепился в футболку Хосока. — Блять. Хосок сжал головку между большим и указательным пальцем, другими пальцами продолжив водить по всей длине. Юнги подался вперёд и Хосок закинул свою ногу на ногу Юнги, чтобы раздвинуть их шире и прижать к кровати. — И что же ты делаешь, плохой мальчик? — Чёртов… — прохныкал Юнги, потеряв контроль, а Хосок увеличил темп и резко остановился, когда Мин был уже близко. Он продолжал так делать, пока Юнги не стал стонать, забыв о необходимости быть тихим, забыв про то, что их могут услышать. Но Хосок не сдавался, продолжая быстро водить рукой, а затем начал массировать головку второй рукой, пока Юнги не достиг пика и не кончил ему в руку, не в силах остановиться кричать его имя. Чон погладил Юнги по спине и нежно поцеловал, а затем достал из тумбочки влажные салфетки, чтобы вытереть его. После они легли лицом к лицу. Юнги прижимался к Хосоку, положив руку на его талию. — Я тебя ненавижу. Хосок улыбнулся и поднял бровь. — Ты — зло. Хочешь меня погубить. Искушение из искушений. Хосок тихо засмеялся и закусил мочку уха Юнги, проводя языком по серёжке. — Не наушник, да? Мин улыбнулся. — Не наушник. Хосок промычал и закрыл глаза. — Однозначно позволю тебе покататься на мне в Мустанге на следующей неделе. — Ты имеешь в виду покататься с тобой в Мустанге… — Нет, ты всё правильно услышал. Спокойной ночи, Юнги. Юнги улыбнулся, поцеловал Хосока ещё раз, а потом провалился в сон, который ждал практически всю жизнь.
