Чернолунье. Том 1-2

Материк Алькор, королевство Алнаир, г. Гиансар       Даймонд любил чёрный цвет. На все случаи жизни чёрная одежда была его вечным спутником. Ему казалось, что, укрывшись за черной накидкой, он легко мог смешаться с толпой.       Вот и сейчас, накинув капюшон, он шел по мрачным улицам, лавируя между людьми, и чувствовал себя невидимкой. Призраком. Тенью.       Неузнанный, обычный, как все. И никому дела нет до его персоны. И именно в такие моменты он чувствовал себя свободным.       Пусть это и не более чем иллюзия, созданная воображением. Мимолётные мгновения «невидимости» поддерживали в нём надежду, лелеяли давнюю мечту.       Для друзей любовь Дая к чёрному объяснялась профессией — официальная одежда Ордена Теней чёрная с золотым окаймлением и пуговицами. Благодаря этому весь арсенал его составляли черно-белые наряды. Из белого — только рубашки.       Посторонние люди считали, что юноша так привлекает внимание — ведь у него серые волосы и серо-голубые глаза! — но Дай никогда не любил выделятся. Это обременительно. И разве он виноват, что уродился таким «серым»?!       Конечно, внимание дам ему льстило, пока не перерастало в крайнюю степень одержимости и навязчивости.       В тайне Даймонд посмеивался над леди, которое считали, что цвет одежды придает ему холодной таинственности и загадочности. Они считали, что он похож на героя романтических романов. А однажды Дай услышал как девчонки на улице шёпотом называли его «Чёрным Рыцарем». Ну и прозвище! Полнейшая безвкусица в духе банальных любовных книжёнок. Тьфу!       И всё бы хорошо, если б из-за этой истории не страдал его авторитет в обществе. История имела какие-то привкусы мистики, ужасов и проклятий, плюс к ним примешивалась необычная для Алнаира внешность Дая и сплетни, давно гулявшие о нём и превратившиеся чуть ли не в городские легенды.       В столице он — местная знаменитость, известнее разве только принц Лиам. Ещё бы! Официально Дай числился послом, имел звание маркиза, а на деле занимался всем подряд. От охраны королевской семьи до помощи полиции в расследованиях.       В первом повинен был чёртов принц, ибо на все светские (и не очень) мероприятия просил в сопровождение Дая, а не рыцарей. А как он смеет отказать будущему королю? чтоб его!        Удавалось «соскочить» только, если Совет давал Даю особые поручения. Их приказам даже будущий король не мог перечить.       Всегда, когда появлялось задание, юноша с деланым рвением покидал дворец, что не могло не бесить принца. Даю, в общем-то, нравилось его бесить: напыщенный блондин в такие моменты становился капризным ребёнком.       Дай сделал шаг, и что-то хрустнуло под подошвой сапога. Приподняв ногу, парень увидел свое удивлённое лицо в осколках разбитого зеркала.       Впервые за долгое время путешествий Дай заметил, как устал. Большие, вечно грустные глаза казались более серыми, чем обычно. Густые брови нахмурены, тонкие губы сжаты в одну напряжённую линию. И что женщинам может в этом нравится?       Темно-серая челка полезла в глаза, и Дай откинул её привычным жестом.       Увидеть себя в разбитом зеркале — плохая примета.       Юноша ещё больше помрачнел и, перешагнув через осколки, продолжил путь к замку.              Снаружи замок напоминал огромный белый коралл, выросший посреди мрачного пыльного города с однообразными серо-кирпичными зданиями. Остроносые башни величественного строения переливались на солнце от кроваво-красных до молочно-рыжих оттенков. А высокие шпили можно было заметить уже на въезде в столицу.       Замок (обустроенный внутри как дворец) был одной из главных достопримечательностей Гиансара. В нем, за высокими крепостными стенами, прячется королевская семья. Именно прячется, потому что нынче народ неспокоен, много преступности развелось, и революционеры не дремлют.       По этой же причине все из Ордена теней живут в замке, дабы в случае непредвиденности обеспечить королевскую семью надежной защитой. Потому кто-то из ордена всегда должен присутствовать по близости с будущим королем и его семьёй.       Когда Дай прошёл за ворота, один из стражников сообщил ему страшное известие. Несколько минут Даймонд пытался прийти в себя.       Быстрым шагом он направился в сад.

Ⅱ

      Торопливый цокот каблуков эхом отдавался от каменных стен. Высокая мощная фигура вихрем пронеслась по наружному коридору замка, ведущему в сад. Тёмные тучи сгустились над ночным небом, казалось, вот-вот прольётся на землю крупный холодный дождь.       На пути женщины возник стражник:       — Где Дай?! — громыхнула она хрипловатым голосом.       — В-в саду, госпожа, — заикнулся дрожащий как лист, худощавый парень в тонкой темно-серой шинели. Алебарда, в длину выше него самого, дрогнула в его руках.       Дама в ответ кивнула и с грозным ликом направилась вперед. Она с такой силой стучала каблуками по плитке, что, казалось, та сейчас расколется под её туфлей.       Карие глаза метали молнии. Сжав подол платья в руках, чтобы не споткнуться, она спрыгнула с бортика анфилады и через пару шагов оказалась прямо напротив высокого дерева.       Тусклый жёлтый свет факелов едва долетал до огромного раскидистого дуба.       Над могильной плитой, расположившейся среди мощных сухих корней, склонился высокий, стройный человек в чёрной мантии поверх такого же непроглядно-чёрного сюртука.       Длинный капюшон скрывал выделяющуюся серую макушку и благородное лицо с тонкими чертами. Спина напряжена, взгляд пасмурных глаз — острый и жгучий.       Его гнев не бурлил, а горел в венах ледяным пламенем.       — Не люблю я этот убийственный взгляд, — спокойно сказала женщина. — Даже у меня от него мурашки по коже. Видели бы твои «прилипалы», всех бы распугал.       «Прилипалами» она называла девчонок-аристократок, фанаток «чёрного рыцаря» — Дая. Эти барышни видели в нем только таинственного героя из сказки, объект красоты без души. Какой он внутри — плевать. Они сами сочинят ему образ.       Дая терпеть не мог этих пустых разряженных девиц, какими полнился Двор.       — Рэйка… — выдохнул он, повернувшись к собеседнице.       Плечи опустились, и взгляд растерял всю серьезность. Рэйка всегда действовала на него успокаивающе. Быть может, потому что имела довольно скверный и упертый характер, нетипичный для притворных леди, и действовала как глоток свежего воздуха в душной комнате.       С ней Даю не приходилось корчить из себя кого-то вроде принца Лиама: приторно сладкого, дружелюбного и учтивого. Он не такой и не умел притворяться. Мир аристократов ему чужд и вероятно никогда «своим» не станет.       Дай попал в замок не по собственной воле. Вернее, сначала, конечно же, по своей — мальчик хотел лучшей жизни — но теперь едва ли мог сказать, что имел выбор.       — Я…       — Ты замыслил что-то сомнительное, так? — перебила Рэйка с усмешкой на лице.       — Они убили его, — зло процедил Даймонд. — Обезглавили как какого-то…       — Дай, я понимаю твои чувства, — вклинилась она, наградив юношу сочувственным взглядом. — Нелл был другом всем нам. Но никто не застрахован от смерти. Сегодня он, завтра — кто-то другой. Он выполнял приказ до самого конца, и это достойно уважения.       Она подошла ближе и протянула ему руку, грубую, покрытую шрамами и старыми мозолями. Совсем не руку аристократки, никогда не видевшей ни меча, ни сражений. Рэйка Урвия была воительницей, главой Ордена рыцарей.       Немыслимое сливовое платье в белых рюшах и оборках смотрелось на её внушительной фигуре как насмешка. И грозный взгляд, острые скулы да упрямые губы не сгладят ни волнистые локоны, водопадом спадающие по крепким обнажённым плечам, ни самые роскошные платья с дамскими туфлями и бриллиантами.       Ничто не придаст ей больше женственности, чем военный мундир да шпага на поясе, как бы парадоксально это не звучало.       И какой слепец придумал наряжать её как даму в свободное от работы время?       Рэйка выше Дая, а на каблуках и вовсе великанша. Ему всегда становилось не по себе, когда она взирала на него сверху вниз. Дай чувствовал себя маленьким нашкодившим щенком, за которым пришла подчищать мама.       Даймонд взялся за её теплую ладонь и уже почти поднялся, когда она со всей дури зарядила ему кулаком в живот. Воздух выбило из легких, Дай согнулся пополам.       В глазах на миг потемнело, и лишь крепкая хватка Рэйки не давала ему упасть. Рыцарша резким движением поставила его на ноги и зашептала в самое ухо:       — Мы опаздываем Даймонд Леруш. «Совет» созывает срочное собрание, я думаю, ты уже знаешь, что произошло. Мне не нужны проблемы из-за тебя. Сейчас не время раскисать, — она ласково потрепала его по серой макушке. — И что бы я больше не видела этого взгляда, понял? Эмоции запрещены.       Последняя фраза ножом резанула по сердцу. Это было одно из правил жителей замка, которое он особо не любил.       Все, кто служат короне, должны придерживаться правил во всем, а особенно в своем поведении. Не дай бог, кто-то оплошает и опозорит свою благородную фамилию или, ещё хуже, страну!       В небе громыхнуло, и пошел мелкий дождь. Первые капли коснулись головы, когда Даймонд перелезал бортик анфилады. В душе поселилась тоска.       Сегодня ночью он потерял друга и ему даже не дают нормально попрощаться.       Но Дай решил: так просто это дело не оставит. Всё узнает об убийцах Нелла и обязательно отомстит. Не так важны прощания как чёткое убеждение, что враг поплатится. А враг для Дая — всякий, кто вредит его семье, его друзьям.              Внутри дворца всегда светло и неуютно. Для Дая это сверкающее место ассоциировалось с большой золотой клеткой. Однако для какого-нибудь обывателя эти холодные плиточные полы, покрытые бархатными красными коврами; эти белые мраморные стены, украшенные орнаментами королевской семьи; эти громоздкие люстры с хрустальными висюльками и золотые карнизы на позолоченных окнах казались эталоном богатства и роскоши, пределом мечтаний.       Наверное, кому-то взгляды Дая покажутся странными, но дворец никогда не воспринимался им как дом. Конечно, он там жил. И всегда чувствовал себя не в своей тарелке. Чувствовал одиночество.       И был один человек, разделявший его взгляды.       Глаза Дая наткнулись на портрет королевской семьи, висевший прямо над центральной лестницей в холле. И там отсутствовала только одна персона.       Теперь уж её нет нигде на этом свете.       Воспоминание иглой укололо в сердце.              Проскочив пару лестничных пролетов и с десяток комнат, они, наконец, подошли к большим кованым дверям, ведущим в Зал Заседаний Совета.       Стража в серых мундирах и с каменными лицами толкнула тяжелые двери. Они дрогнули и с грохотом распахнулись. Лязг петель прервал словесную перепалку, происходившую внутри.       Перед Даем предстало огромное помещение с высоченными потолками и богатым убранством, как в каком-нибудь театре. Впрочем, внутри всегда царил полумрак, и лишь настенные подсвечники позволяли различать силуэты присутствующих. За полукруглой центральной ложей в больших роскошных креслах расположился Совет. Семь человек в масках.       Чуть ниже них, в других ложах — попроще, но не менее солидных — по правую и левую сторону зала сидели двенадцать человек из Верховных дворянских семей. Лица у большинства недовольные и заспанные. Похоже, их подняли прямо с постели, вырвав из сладких объятий сна.       Непонятно откуда исходил терпкий запах благовоний.       У Дая он ассоциировался с тайной. Ведь в Замке полно разных тайн! И самая сокровенная — кто скрывается по масками «Советов». Никто не знал ни их имён, ни личностей, ни возрастов, только клички: Демон, Железная Дева, Кошка, Лев, Обезьяна и так далее, зависит от маски.       Раньше Дай не раз пытался разузнать про них, проследить, заплатить кому надо, и всё в пустую. У Совета везде имелись глаза и уши. Как ни кстати в самый неподходящий момент всегда объявлялась Рэйка и била его по башке читала нотации за дурные помыслы.       — Не наше это дело, — твердила она с серьёзным видом.       — Но неужели тебе не интересно?! — беленился мелкий Дай, болтая в воздухе ногами, пока рыцарша держала его за шкирку, как щенка. — Совсем? Ни капельки?       Рэйка закусила губу и задумчиво покачала головой.       — Меньше знаешь — живее будешь.       Полезный совет, но Дай не прислушался: загадки всегда манили его, и побороть эту тягу он не мог. Просто стал осторожнее.       Рейка прошла вперёд и поклонилась, прижав правую руку к сердцу, а левую заведя за спину.       Это и приветствие, и выказывание почтения вышестоящим лицам. Обычно действовало на людей магически: смущало, давало почувствовать себя благодушным покровителем и вершителем судеб.       Но Совет встретил её равнодушно, в дворянской ложе кто-то скучающе зевнул, а кто-то гневно сверкнул на новоприбывших глазами. Такая же реакция встретила и Дая, изобразившего тот же поклон.       — Ты задержалась, Рэйка Урвия, — эхом прокатился по залу немолодой басовитый голос. Лица говорившего не разглядеть — маска обезьяны.       — Прошу простить меня Глава, — пролепетала рыцарша, не поднимая склоненной головы. — Это моя вина. Я не следила за временем.       Дай тихо возмутился. Он ненавидел, когда Рэйка выгораживала его перед Советом. Она считала, что прошлый глава Ордена теней хотел сделать Дая своим приемником. Но «проблемного мальчишку» не допустят главенствовать: хороший глава — всегда пример для подчинённых.       А если он не обладает элементарной пунктуальностью и этикетом об этом можно забыть.       Дай не раз говорил, что не хочет быть главой Ордена, но упертая женщина и слушать не хотела.        «Потом сам спасибо скажешь», — её извечный ответ.       Но она не понимает, что Орден для него — страшное бремя.       — Это уже не первый раз леди Урвия, — пробасил мужчина. — Только благодаря успехам ты ещё остаешься главой Ордена рыцарей. Ты же понимаешь, что незаменимых — нет, — он сделал акцент на последнем слове. — В следующий раз я не буду так благосклонен, даже если ты опять начнешь защищать мальчишку.       — Этого больше не повториться. — Рэйка низко поклонилась и отошла к стене, где стояли остальные из Ордена рыцарей.       Даймонд только сейчас заметил их. Десять человек в полном составе.       Каждый, гордо выпятив грудь, сверкал начищенным синим мундиром, обшитым на груди серебряными верёвками. Ну точно павлины на параде.       В хорошем смысле выделялась только Рэйка: она в платье и женщина. Если бы все рыцари надели на собрание платья, тоскливый вечер заиграл бы новыми красками. Хоть веселее б стало. Освежающе.       Дай понимал, как тяжело Рэйке удерживать позицию главы Ордена рыцарей будучи женщиной. Понимал, что больше она не станет из-за него подставляться.       — Займи своё место, Ищейка, — коротко приказал Глава, и Дая передернуло. Он ненавидел это прозвище. Оно уподобляло его животному, собаке. Словно пыталось напомнить, где находиться положенное ему место.       Ищейкой его прозвали в Ордене теней. Там был особый «ритуал» давать каждому новому члену новое имя — как гордо прозвали это унижение в Совете. На самом же деле просто придумывали им клички как каким-то зверям. Кодовые имена!       Впрочем, так конкретно не повезло с «именем» только Даю.       По этой и ещё многим причинам, большая часть рыцарей свысока смотрела на «теней». Некоторые побаивались, остальные — в открытую насмехались. Будучи выходцами из дворянских семей им негоже якшаться со всяким сбродом.       И соорденцы упрекали Рэйку за близкое общение с Даем, за заботу о нём, за попытки защитить его перед Советом. Их дружба — едкая соринка в глазу рыцарского Ордена.       Раз разбить её нельзя — нужно избавиться от одного из субъектов. В последнее время ходит слух, что половина Ордена желает отставки Рэйки.       Дай отошел к стене противоположной рыцарям и встал возле невысокого человека в черном плаще, как у Дая. Это был тайный член Ордена теней по кличке Банши.       Про него почти никто из пяти «теней» (уже четырех, без погибшего Хранителя) ничего не знал: ни какие функции он выполнял, ни какие задания, ни как выглядел.       Все знали только, что он регулярно появлялся на собраниях. В свободное время его не встречали. Летала сплетня, что он всегда в разъездах по сверх тайным миссиям, но почему-то Дай в этом сильно сомневался.       Когда он приблизился, «Банши» ссутулилась и ещё ниже склонила голову, чтобы Даймонд ни за что не разглядел за капюшоном её лица.       — Как я сказал ранее, — прочистил горло один из дворян, сидевших в ложе, — равновесие в нашей стране не устойчиво из-за участившихся восстаний, роста недовольства граждан и распространяющихся как холера революционных движений. А теперь ещё, как вы сказали, — он обратился к Главе Совета, — неизвестные пробрались в замок и похитили опасный артефакт! — его второй подбородок невольно брякнул от возмущения.       — И такая «хорошая» защита у нас в замке…— проворчал старик из самого темного угла ложи. — Кто же отвечает за охрану? Не ваш ли сын? — мужчина сощурился всем своим морщинистым лицом и выразительно уставился на гордо восседавшего во главе дворянских семей мужчину средних лет. Его расшитый золотом темно-зелёный мундир величаво поблескивал в рыжеватых огнях канделябров.       Зачёсанные назад темные с проседью волосы, гордая осанка и взгляд, полный превосходства — всё кричало о том, что он не последняя фигура в Алнаире. Даже Совет часто прислушивался к его мнению. Это был граф Валентайн.       — Мой сын обеспечивает безопасность всем нам. Он распоряжается охраной замка, — размерено, отчетливо проговаривая каждое слово, чтобы все в зале услышали, отвечал он. — Но ни один человек, даже такой талантливый и ответственный, не способен уследить за всеми своими подчиненными. Тем более «тени» не под его ответственностью. А, если вы не забыли, именно «тень» — Хранитель — должен был защищать артефакт.       — И где же он теперь? — прокаркал старик.       — Мёртв, — безразлично ответила женщина из Совета и голос, как раскат грома зловеще пробежал по залу. Эта леди восседала поодаль от главы и носила железную маску девы без эмоций.       Тихий ропот пронесся по ложам:       «Как он мог помереть?!»       «Бесполезный человечишка».       «Простолюдин!»       «Этим теням нельзя доверять…»       Доносились до Дая обрывки возмущенных шепотков. Он до боли в костяшках стиснул кулаки.       — Вы же знаете, что сулит потеря артефакта?! — воскликнул кто-то из противоположной ложи, находившейся над рыцарями.       — Совету не нужно напоминать значение артефактов, — ответил мужчина в медной маске демона, изображавшей искаженную в гневе гримасу с огромными клыками. Все снова затихли. От этой маски у Дая мурашки по коже бежали и не только у него. — Да, владение ими даёт Алнаиру преимущества, с их помощью мы обеспечиваем себе прочную позицию на политической арене. Мелкие, слабые королевства боятся на нас нападать, боятся, что мы сотрем их с помощью наших артефактов…       — И вот один из них украден! — на разные голоса заверещали с лож дворяне. — Его нужно вернуть!       Горделивые, самовлюблённые аристократы начали переругиваться между собой как базарные бабки:       «Заткнись!»       «Не лезь!»       «Надо вернуть!..»       «Нельзя высовываться…»       Перебранивались они на разные голоса.       — Артефакт похищен, — настойчиво повторил Глава Совета в золотой маске обезьяны. Его внушительный голос заставил разбушевавшихся членов Собрания смолкнуть. — Но если мы бросим все силы на его поиски и информация, оглашенная в этом зале просочится за стены замка, шпионы других королевств незамедлительно доложат о нашем ослаблении. Вы же понимаете, что в таком случае нам может грозить новая война!       — А мы только недавно оправились от прошлой! — прокаркала женщина в фарфоровой маске кошки. Она вцепилась ногтями в подлокотники своего кресла. — Вы уже забыли, сколько убытков это принесло?! Вы будете первыми, из чих карманов начнут оплачивать вооружение!       Дворяне возмущенно загалдели, пыл возвращать артефакт у них поубавился.       — Устроим голосование, — объявил Глава. — Кто считает что, вопреки всем рискам, нужно вернуть артефакт, поднимите руку.       Из присутствующих тридцати одного человека руку подняли одиннадцать. Численный перевес был на стороне «против». И Дай находился среди них.       Человечек рядом с ним нервно подергивал край плаща. Было заметно, что Банши хотела поднять руку, но не делала этого по какой-то своей причине. Дай списал это на смущение, хотя и странно, что Банши боится высказаться только из-за «приниженного» статуса «теней». Их голос так же важен, как голос любого члена Собрания.       — Тогда решено! — уверенно огласил Глава. — Не будем зацикливаться на артефакте. И даже если вражеские страны узнают, мы не должны подавать вид и давать повод подкреплять «слухи», — как он уже окрестил похищение артефакта для всех и для себя, — правдой. Всё оговорённое здесь — строжайшая тайна. Страна надеется на вас! — гордо заявил он, встав на ноги, и приложил ладонь к сердцу. Все присутствующие в зале повторили жест. — Совещание окончено! Желаю всем доброй ночи!

Ⅲ

             В отличие от Совета, исчезнувшего сразу после завершения вече, дворяне не торопились расходиться.       Они неспешно покидали свои удобные кресла, о чем-то тихо беседовали, смеялись, точно побывали на ночном театральном представлении. Те, кто не успел, как следует привести себя в порядок, спеша по первому зову Совета, составили основную массу покидающих ложи людей. Не дожидаясь, пока откроют все двери и зажгут ярче свет, они, коротко попрощавшись со всеми своими знакомыми, отправились к выходу.       Дай состоял в их числе и смысла задерживаться, ещё хоть на минуту, не видел.       Рейка хотела пойти вместе с ним, но её отвлекли подчинённые из Ордена рыцарей. Кто-то из них отвесил комплимент её женственному аляповатому наряду, но что Дай лишь скривился, а вот Рэйка вся расцвела как майская роза.       Разговоры продолжились, Дай решил не ждать её.       Его соорденец, Банши, точно в воздухе растворился. Неожиданно и бесследно, как всегда.       Жаль.       Даймонд ужасно хотел узнать, что же за человек прячется под капюшоном.       В потоке выходящих из распахнутых настежь тяжёлых дверей Дай вышел в ярко освещённый сверкающий золотом коридор. За большими окнами второго этажа он видел как бесчисленные кареты аристократов подъезжают к входу замка, как зевают сонные лакеи в ожидании господ.       Дай шёл прямо по коридору в отдалении от основной массы людей и радовался, что хоть в чем-то ему повезло: не нужно ехать ни в какую загородную резиденцию или особняк, чтобы лечь на мягкую кровать с балдахином и, наконец, уснуть; ведь он живет в этом самом замке.       Юноша уже представлял, как лежит на кровати и высыпается за все эти бессонные ночи, которые провел на заданиях. Но его мечтам не суждено было сбыться.       Проходя мимо одного из коридоров, Дая схватили под локоть и утянули в сторону.       — Тише, — шикнула дама, но голос прозвучал глухо, как из-за заслонки. — Не паникуй. Нужно поговорить.       Даймонд растеряно повернулся к собеседнице и отпрянул. Перед ним стояла женщина из Совета. Та самая Железная Дева во всей красе. Вблизи маска оказалась ещё более неприглядной, точно смотришь на безглазый череп страшной металлической куклы. Только благодаря бегающим в узких прорезях глазам, можно было догадаться, что за маской скрывается живой человек.       Женщина, как и другие члены Совета, носила белую многослойную рясу с красными вставками, по краю обшитыми золотыми нитями. Голову её покрывал длинный и плотный белый платок, тщательно скрывавший любые половые признаки, которые могла пропустить и не скрыть ряса.       Открытыми оставались только тонкие кисти рук. На узловатых пальцах сверкали большие перстни из чистого золота, с крупными камнями: рубинами, сапфирами, алмазами. Дай на своем локте чувствовал их тяжесть.       Эта пугающая, мрачная маска совсем не вязалась со светлым сверкающим одеянием.       — Что вам от меня нужно? — поторопился спросить Даймонд, пытаясь отстраниться. Он понимал, что не должен видеться с этой женщиной и если вдруг их кто-то застукает…       — Я рискую не меньше тебя, — прошептала она, угадав ход его мыслей, но всё так же крепко удерживала за рукав. — Я здесь чтобы просить…       — Просить что? — нахмурился Дай, ничего не понимая и не желая понимать, и снова попытался вырваться. Он чувствовал, к чему клонится разговор, и это ему не нравилось.       — С этим справишься только ты, Ищейка, — упрямо удерживая его, шептала женщина. Судя по голосу, ещё молодая. — Я прошу тебя вернуть камень.       — Камень? — недоуменно, с подступающем раздражением переспросил он. — Это артефакт? Тот, что украли?       Женщина активно закивала и, казалось, платок, закрывавший её голову, вот-вот слетит. Дая охватил мандраж.       Он знал, если случайно раскроется её личность — он нежилец. Раньше ему всегда хотел узнать личности людей из Совета, но теперь, когда возможность представилась, он испугался и испугался не на шутку!       — Камень очень опасен… — нехотя выдавила леди. — Он в шкатулке. Его нельзя доставать оттуда. Того кто увидит его… — она напряженно смолкла. Дай догадывался, что скрывалось за этим молчанием: того, кто увидит камень, придется убить.       — Почему не дали официальный приказ, там в зале?! — тихо возмутился он, мельком оглядываясь по сторонам. — Всё уже решено! Меня это теперь не касается! — отрезал он, вырывая у неё свою руку. — А сейчас позвольте откланяться, я устал после миссии и заслужил отдых.       Он уже повернулся к ней спиной и сделал шаг, намереваясь уйти, как женщина схватила его за локоть обеими руками.       — Даймонд! — приглушенно вскричала она. — Постой!       Она притянула его ухо к своим металлическим губам, так, что он ощутил их обжигающий холод, и быстро зашептала:       — Совет не останется в долгу и щедро наградит тебя, — глаза в узких щёлочках забегали по сторонам, боясь, что их могут подслушивать. — Если вернёшь камень, Совет исполнит любое твоё желание: будь то титулы, деньги или свобода.       «Свобода» — эхом пронеслось в голове Дая. Это то, о чем он так долго грезил, о чём боялся говорить вслух. Он мечтал освободиться от Ордена теней, хотел перестать быть «Ищейкой», хотел нормальной жизни без…       — В Кразе, в местном трактире тебя будет ждать наш информатор, — торопливо произнесла она в полголоса. — Ты ведь понимаешь что вся миссия — строжайший секрет? Никто не должен знать. Ни глава рыцарей, ни принц…       — Я понял, — Дай раздраженно перебил её. Теперь ему не терпелось отправиться в путь, но оставался один вопрос. — Есть ли гарантии… по поводу желания?       — Я — твоя гарантия, — в голосе женщины послышалась усмешка. Дай не знал, насколько может ей доверять, но ему хотелось верить её словам.

Ⅳ

             Даймонд не пошел в свою комнату собирать вещи. Вместо этого он направился наверх к комнатам одной из ветвей королевской семьи. Сейчас они пустовали, потому что ни одного члена семьи не осталось после «трагедии».       Шаги эхом отдавались от голых каменных стен. Узкую лестницу уже давно не подметали, оставив раздолье паукам для обустраивания жилища. В воздухе летала пыль, и пахло плесенью. Даже слуги не ходят сюда.       Только Дая.       Он часто навещает этот этаж перед заданиями, словно боится надолго разлучаться с ним. Это место будто отдельный мир в целом Замке. Мрачное, тихое и сонливое. Нетронутое временем.       Дай подошёл к окну, рядом с которым стоял небольшой круглый столик, а на нем — ваза с завядшей розой. Лепестки засохли и местами отвалились. Дай поднял один и тот рассыпался в труху.       — У меня нет для тебя новой розы, — тихо прошептал Даймонд с грустной улыбкой и, услышав смешок позади, застыл. Резко обернулся.       Принц собственной персоной привалился спиной к одной из дверей и насмешливо взирал на удивлённого Дая. Тонкие губы тронула усмешка.       — Ты задержался, я уже начал переживать.       Лиам осуждающе покачал головой.       — Поджидал меня, значит, — скривился Дай, в душе молясь, что принц не застал его с Железной девой из Совета и не пришел учинять допрос по этому поводу.       — Как услышал последние новости, я сразу двинулся к твоей комнате. Но ты всё не являлся. Я занервничал и проверил тут. Как знал! Ты всегда сюда приходишь…       Принца не допускали не приглашали на собрания Совета, и Дай понимал, что тот сейчас хотел у него выяснить. Но решил притвориться:       — Что тебе нужно? — скучающе протянул.       — Не строй из себя дурака, Дай. Я знаю, что ты не бросил свою затею. Ты же продолжал копать под то дело?       Разговор свернул в неожиданное русло. Принц не подробности собрания пришёл выпытывать. Он пришёл узнать, чем ещё, помимо задания, занимался Дай в своё отсутствие.       — Не понимаю о чем ты, — нахмурился Ищейка.       — Все думают что ты, наконец, смирился, но я-то знаю — это не так. Ты слишком долго был под её влиянием, что бы так просто отпустить! Что ты задумал?! — принц ударил кулаком по двери. — Ответь!       Дай поморщился от громкого голоса. Он понимал, что чувствует Лиам, понимал его волнения за жизнь друга. Но Дай не желал, чтоб о нём заботились. Это только его дело. Его и…       — Что ты хочешь от меня услышать?       — Правду.       Даймонд вздохнул и посмотрел в окно. Погода в целом стояла пасмурная, но тёмное небо немного прояснилось. Сквозь тучи пробились редкие, но яркие лучи солнца и выхватывали на деревьях листву подёрнувшуюсярыжиной. Близилась осень.       Юноша нервно закусил губу. Ему тошно признавать правоту принца. Столько воды утекло с того страшного дня, пять лет прошло. Дай и сам уж начал привыкать к обыденной жизни, начал думать, что жизнь налаживается и идёт вперед, когда призрак прошлого внезапно вновь настиг его. Вернулись удушливые кошмары, вернулись ведения и головные боли.       Она не позволила себя забыть.       Дай может притвориться, что её нет, отвернуться, но она всегда рядом, пусть и невидимая для других — он чувствует её. Она притаилась в тени, выжидает. Но он уверен, это лишь затишье перед бурей.       После «Трагедии пятилетней давности» Дай ещё долго не мог оправиться. Каждую ночь его мучали кошмары. Мальчик не высыпался, падала усидчивость, здоровье ухудшалось. Тогда прошлый глава Ордена теней (он же опекун Дая) придумал, как спасти увядающего на глазах ребёнка.       С помощью чародея-целителя Бертам Леруш запечатал его память.       Какое-то время всё шло хорошо. Но стоило приёмному отцу пропасть, воспоминания начали возвращаться.       Они являлись во снах, светлых и страшных, таинственных и ужасных. Сначала это пугало, чуть позже Даймонд понял, что без этого болезненного прошлого он никто — разбитая мозаика. И, как собака, бегущая за хвостом, Дай стал гоняться за воспоминаниями.       Единственным, недостающим и самым важным кусочком памяти стало лицо человека, который когда-то был ему дороже всего на свете. Лицо возлюбленной.       Тогда Дай решил сам во всем разобраться. Выяснить правду о «трагедии», её причины, её зачинщиков. Через несколько лет «успех» в расследовании привел его в Орден теней. Сам того не желая, Дай прошел обряд посвящения и получил новое «имя».       Многие члены Ордена пришли после трагедии и знали о прошлом Дая только из обрывков слухов. А кто действительно знал правду во всех подробностях (принц Лиам и принцесса Шелла) — молчали. За что Дай им очень благодарен.       Расследование того дня официально завершилось. Но только не для Дая. Он чувствовал, что за случившимся стоит нечто большее, чем кучка революционеров, и попытки выяснить истину и отомстить не оставил.       Для всех — Дай смирился. Для себя решил продолжать расследование любой ценой. Тихо. Не привлекая внимания. Лиам версию «для всех» не принял, Шелла, вероятно, тоже. Но влюбленная принцесса рада обмануться.       — У меня нет никаких планов, — ответил Даймонд, облокотив голову на стену.       Частично это правда. Планов действий нет: последняя ниточка привела в никуда. Но принцу знать обо всём этом не желательно.       — Не ври мне! — процедил он. — Я знаю, что ты что-то задумал! И это «что-то» добром не кончится.       Даймонд обречённо вздохнул.       — Ваше высочество, вам бы сказки сочинять. Неужели, больше заняться нечем? Столько сплетен гуляет вокруг, столько костей ещё не перемыто, а вам понадобились мои. Простите, сегодня я слишком устал для этого и хочу уже лечь спать, — он наиграно широко зевнул. — Вам бы не мешало сделать то же. А то кожа лица испортиться. — Дай скривил губы в подобие улыбки, и Лиам затрясся от возмущения.       — Ты мне ещё поуказывай! — вспыхнул он.       — Может, тогда разжалуете меня в звании? — усмехнулся Даймонд.       Принц заскрипел зубами.       — Вот стану королем, вмиг в прислугах окажешься! Ночные горшки будешь чистить!       Дай тихо рассмеялся.       — Спасибо, Ли, — устало улыбнулся он и шагнул в сторону. Принц вдруг больно вцепился ему в плечо и придержал на месте.       — Я серьезно, Дай. Не делай глупостей, — он нервно окинул взглядом коридор, будто кто-то мог послушать их. Понизил голос и чётко произнес: — Они следят за тобой, сам знаешь. И… что-то назревает, я чувствую, — пальцы его дрогнули. — Пусть никто ни во что меня не ставит, пусть никто не верит мне, но я знаю — что-то грядет. Просто… — Лиам тяжело вздохнул и запустил пятерню в волосы. — Просто возьми себе на заметку.       Принц выпустил его и тихо-тихо прошептал в сторону:       — Прошу, будь осторожен.       Дай сглотнул подступивший ком, нахмурился и кивнул. В последнее время в замке действительно стало не спокойно. Странное предчувствие надвигающейся беды охватило его. А теперь, когда принц озвучил это, Даю стало совсем не по себе.       — Ах да! Я знаю о чем ты мечтаешь! — крикнул принц, когда Дай уже ступил на лестницу. — И будь уверен, они тоже знают.       Дай застыл на секунду. Та женщина из Совета не зря упомянула свободу, она знает… А если знает она, то и Совет тоже.       «Чёрт!»       Дай раздраженно взъерошил волосы.       В этот раз придется действовать очень осторожно, ему нельзя оплошать. Вернуть камень и попутно, втайне от шпионов Совета, разобраться с секретами секты и тем, как они связаны с трагедией. Осталось немного…              После ухода Дая Лиам ещё какое-то время стоял в раздумьях. Без него он чувствовал себя незащищенным. Он вообще не любил, когда Дай подолгу отправлялся на задания, а потом ещё и не хотел разговаривать. Ходит весь такой задумчивый и отстранённый. Фи!       А ведь Лиаму одиноко.       В замке все относились к нему без должного почтения — хотя он будущий король! Рыцари Ордена кидали презрительные взгляды, слуги и стража посмеивались. Никто не видел в Лиаме короля. Лишь слабого, спесивого мальчишку.       Он как наяву увидел те надменные глаза и насмешливую улыбку, которую так ненавидел в детстве. Он ненавидел этот этаж: здесь все напоминало о ней, даже сейчас, спустя пять лет.       Лиам распорядился что бы слуги сюда не заходили, не убирались, но Дай все продолжает приходить.       — Почему ты никак не можешь её забыть? — прошипел принц и сжал стебель красной розы, которую все это время держал в руке за спиной. Она больно уколола пальцы.       — Проклятая девчонка! — выплюнул он и зло бросил цветок в вазу. Та жалобно закачалась, но не упала. Принц недовольно цыкнул и пошел прочь.

Ⅴ

             У ворот замка Дая поджидала Рейка. Она улыбнулась, завидев его.       Нелепое платье уже исчезло; его сменил синий мундир с удлинёнными фалдами и серебряными эполетами на плечах. На груди его расшивали всё те же серебряные верёвки, на рукавах — вышивка. Вместо брюк Рэйка носила белую юбку до щиколоток и сапоги.       Ветер играл убранными в конский хвост кудрявыми волосами.       — Долго ты, — бодро начала Рэйка, натягивая на руки белые перчатки. — Решил всё же сбежать?       Дай скривился, точно съел лимон.       — Знаешь же, что нет.       Глаза его блуждали где угодно только не на лице Рэйки. Он не мог рассказать о секретной миссии, а врать не умел.       — Я понятия не имею, куда и зачем ты собрался, — возразила она и взяла его под руку. Они продолжили идти. — Но я очень надеюсь, ты не наделаешь глупостей.       Её бледное лицо выдавало тревогу, как и напряжённые скулы, и нахмуренные брови. Словно, Рэйка всё пронимала без слов. Или, по крайней мере, догадывалась.       — Ты отпускаешь меня? — он насмешливо приподнял бровь. — А если я сбегаю прямо сейчас?       — Ты не такой, — её лицо озарила благосклонная улыбка. — Ты не бросишь нас. Своих дорогих друзей.       Дай ничего не ответил, и она продолжила:       — Чем раньше ты вернешься, тем лучше.       Они подошли к воротам, и стража в серых шинелях, завидев главу Ордена рыцарей, поспешила их отворить.       — А если я не справлюсь? — сорвался с губ невольный вопрос. — Что если опять облажаюсь?       — Я не знаю, Дай, — сипло выдавила Рэйка.       Всё она знала. Каждый человек понимает, что плохого работника увольняют. Вот только увольнение из Ордена теней означает смертный приговор.       — Ты справишься, — подбадривающе улыбнулась она.       Даймонд криво усмехнулся. У него нет выбора. Пан или пропал.       — Кстати, Дай! — воскликнула рыцарша и хитро ухмыльнулась. — Ты же наверняка в глубинку едешь? Вот и поищи себе невесту! Тебе уже восемнадцать, пора задуматься о будущем. Говорят, провинциальные девушки милы и покладисты. Не упусти свой шанс!       Дай поморщился, будто учуял нечто очень дурно пахнущее.       — Да-да, — он закатил глаза и сделал шаг за ворота. — Обязательно.       — И ещё…— тихо добавила Рэйка, — …       Последующие слова заглушил ветер и шум листвы, но Дай прочитал по губам.       Ворота со скрежетом затворились, но юноша всё ещё стоял на месте в оцепенении и пытался переварить смысл сказанного.       «Не смей предать нас», — вот что заявила Рэйка.       Значит, она тоже не доверяет ему, значит, тоже считает, что тогда он был в сговоре с…       Дай до боли сжал кулаки.       Вдруг до его ушей донеслись шепотки. Стражники на посту в полголоса переговаривались между собой. По-видимому, они обсуждали «что-то интересное», ибо украдкой косились на него.       Ярость вспыхнула в Дае, как искра. Ему не показалось, он явственно услышал…       «Шрам» и «Хранитель».       — Что вам известно о смерти Хранителя? — без предисловий накинулся Ищейка на стражу.       Мужчины вздрогнули и недоверчиво переглянулись. У Дая неприятно защемило сердце.       Их взгляды так и твердили: вот он, предатель!       Дай подавил отчаянное желание закричать: «Я ни в чем не виноват!».       Отношение в замке к нему кардинально изменилось после недавнего задания.       Он с группой полицейских ловил опасного преступника — Гиансарского Потрошителя, наделавшего шуму в последние годы. Во время облавы убийца перерезал всех штурмовиков, оставив в живых только Дая. Это подорвало его репутацию в глазах людей, властей и высшего света.       Добивался ли этого злодей? — неизвестно. Зато теперь на все действия Даймонда смотрят с подозрением.       Стражник осмотрелся по сторонам и нехотя рассказал:       — Ходит слух, якобы среди вчерашних воров была убийца Шрам, — он с опаской глянул на Дая и сглотнул. — А еще, говорят, именно она убила Хранителя.       Дай стиснул зубы. Теперь к поводам прикончить Шрам добавился ещё один. В этот раз он точно не упустит шанс. Больше никто из его друзей не умрет по вине «Гиансарского Потрошителя»!       Дай убьёт её!       Стражники испуганно уставились на него, как кролики на голодного волка. Похоже, на лице отразились его мысли.       — Спасибо за информацию, — проворковал юноша и, запахнув черный сюртук, направился к станции.

Ⅵ

             В своем купе Дай сидел один. Паровоз давно отбыл из депо, но соседа по вагону у Дая не появилось. Это радовало, можно спокойно побыть наедине с собой и всё обдумать.       Ему предстояло отправиться в Краз, встретиться там с информатором и вернуть камень. План максимально прост. Ничто не может помешать выполнить задание.       Только дурное предчувствие занозой засело в сердце Дая.       Слишком много вопросов возникало:       Кто украл камень? Шрам? Но зачем? Она же убийца, а не воровка.       Тогда кто за всем этим стоит?       Неизвестно…       Все очень запутанно.       Его просили только вернуть камень, а не копаться в «грязном белье». Но даже так — загадки нужны, чтобы их разгадывать.       Дай выглянул в окно, за ним мерцали городские пейзажи с вонючими заводами, выбрасывающими чёрный пар из труб, и мрачными домами с пыльными улицами.       В отражении позади себя Дай заметил хрупкую фигуру. Девочка-подросток в белом сарафане.       Кожа бесцветная, мертвенно-серая и просвечивает. Темные волосы плывут по воздуху, как под водой, змеясь и колыхаясь, словно водоросли. Подол платья колышет неведомое течение.       Она совсем не изменилась с того дня.       И почему Дай представляет её призрак так? Будто она утопленница. А может… все призраки такие.       — Зачем явилась? — неприветливо бросил он, сверля взглядом отражение девочки. На пустом лице — без глаз, рта или носа — не отразилось ничего. Ответа также не прозвучало.       В этом образе девочка никогда не говорила с ним. Просто стояла позади и таращилась своим размытым лицом. Но в этом молчании Дай всегда улавливал немой укор, и сердце его ныло.       — Исчезни! — рыкнул он. — Ты всего лишь галлюцинация. Фальшивка. Тебя здесь нет!       Он резко повернулся. Но девочка исчезла.       Как всегда.       На всякий случай Дай снова проверил отражение в окне. Пусто. Только он с распахнутыми, как у психа, глазами.       Даймонд откинулся на спинку дивана, глубоко вздохнул и прикрыл веки. Наконец-то мог поспать.