Просто так ничего не бывает

Настоящее время

Сеанс непрошеных воспоминаний был прерван звоном оповещательных каминных чар. Так как прийти в мой дом рано утром мог только один единственный человек, мне пришлось сказать Викки, чтобы она наложила на котёл чары Стазиса, и выйти из лаборатории. Ну конечно, я была права, когда предположила, что увижу именно Люциуса Малфоя, входящего в гостиную из моего камина. — Доброе утро, красавица! — отвратительно жизнерадостно поприветствовал он меня. — Привет, — недовольно буркнула я в ответ, складывая руки на груди. — Мы же договаривались, что ты не будешь мне докучать неурочными визитами. Чего тебе надо, Люциус? — Что такое, девочка моя, ты сегодня не в духе? Критические дни? — ехидно поинтересовался он. — Критические дни будут у тебя, если я не смогу доварить Омолаживающее зелье для Нарциссы, — озлобилась я в ответ на его иронию. — Говори, зачем пришёл? — Да уж не затем, чтобы насладиться твоим милым характером и полюбоваться на твою очаровательную мордашку, — усмехнувшись, подколол меня Малфой. — Ты ещё помнишь, что находишься под моей опекой? — Да, — недовольно отчеканила я, — осталось меньше трёх лет. — Ну, не кривись, если ты за это время замуж выйдешь, то избавишься от неё гораздо раньше. Кстати, сколько тебе сейчас? — Почти три месяца назад восемнадцать отмечали, забыл что ли? Это старость, Люциус. — Я тоже прекрасно умела язвить. — Сварить тебе зелье для улучшения памяти? — Не стоит. Надеюсь, у тебя с памятью всё хорошо, и ты знаешь, какая дата приближается? — Пять лет со дня смерти профессора Снейпа? — с нарочитой наивностью глядя на него, спросила я. — Девичья забывчивость, Эви? Как это мило, — скривился в ответ он. — Ладно, я освежу твои воспоминания, дорогуша, — он приосанился и патетично произнёс: — Через неделю исполняется пять лет со дня Великой Победы над злом! В Хогвартсе состоится юбилейный бал, и ты пойдёшь туда в составе нашей семьи, как наша самая любимая опекаемая сиротка. — Нет! — отрезала я. — Да, Эвелина! — Нет, я сказала! — Да, я сказал! Ты туда пойдёшь! — надавил голосом он. — И ты, красотка моя, будешь там блистать. — Он окинул мою недовольную физиономию оценивающим взглядом и со смешком добавил: — В меру твоих скромных сил, разумеется. Внезапно я ощутила такую усталость, как будто меня выжали как лимон в чай, и поняла, что больше не способна пикироваться с ним. — Малфой, хватит издеваться, я сейчас не в той форме, чтобы оттачивать твоё остроумие, — я обессилено опустилась на гостевой диванчик, стоявший неподалёку от камина. — Я не хочу туда идти. Я просто не могу. Пожалуйста, Люц, ну, не заставляй меня, а? Он подошёл к диванчику, на котором я понуро сидела и, приподняв мою голову за подбородок, заставил посмотреть ему в глаза. — Эви, прости, я всё понимаю, правда, — наконец-то он прекратил насмехаться надо мной и заговорил более серьёзно, — но моей семье это очень нужно, ты же знаешь наше положение. В Министерстве магии витают всякие… не особо хорошие тенденции, новый Кабинет абсолютно не лоялен к бывшим Пожирателям смерти. А наша семья ещё не так крепко стоит на ногах, как хотелось бы, и очередной «сеанс бравирования богоугодным делом опеки над детьми-сиротами» — твои слова, кстати, — может положительно сказаться на нашем имидже, тем более что вчера Гринграссы наконец-то дали согласие на брак Драко и Астории. — О, поздравляю. Твоя мечта начинает сбываться? — Пока не с чем особо поздравлять, — грустно ответил Люциус и устало присел на диванчик рядом со мной. — Семья Гринграссов не участвовала в войне, они ничем не запятнали себя, поэтому долго артачились, несмотря на то что эта помолвка была заключена ещё нашими отцами. Они опасаются связываться с семьёй пусть и оправданных, но бывших Пожирателей смерти, поэтому нам надо всеми доступными силами укреплять своё реноме в обществе, ты же понимаешь. — Понимаю, конечно, — ответила я, действительно прекрасно зная, что хорошую репутацию в нашем закостенелом мирке не так-то легко заработать, а уж вернуть… — Кажется, старинный друг, тебя действительно припекло, раз ты поднимаешь все активы, даже такие никчёмные, как я. — Ты вовсе не никчёмный актив, моя дорогая, — снисходительно похлопал он меня по руке. — А какой же я?! Ни рожи, ни кожи, ни магии! — Я со злостью запустила лежащей на диване расчёской прямо в камин и со стоном согнулась, уткнувшись головой себе в колени. — Так, это уже не похоже на обычные девичьи капризы. А ну-ка признавайся, что с тобой происходит, Эви? — Он приподнял меня за плечи и развернул лицом к себе. — Давай рассказывай, дружище, добрый дядюшка Люциус готов выслушать тебя. — Если бы ты знал, Люц, как мне надоело это маленькое магическое ядро! Я заколебалась пользоваться помощью Викки в накладывании Стазиса, который раньше мне давался с лёгкостью. Ядро, конечно, существенно подросло после магического совершеннолетия, но этого всё равно мало. Мало! Я так много хочу сделать, но не могу, потому что моего потенциала не хватает. — А я тебе сто раз говорил, возьми помощника, и пусть он за тебя колдует над котлами, а ты будешь только командовать. — Да кто меня вынесет?! — Это да, твой характер выдержать сложно, — усмехнувшись, подтвердил он. — Подобного уникума найти будет непросто. Но ты сама виновата в том, что все считают тебя злобной фурией, Эвелина. Ты слишком жёстко, по-мужски, добиваешься своего, никому не делаешь поблажек и совершенно не склонна к сентиментальности. Заказчики от тебя буквально плачут, а потом бегут ко мне жаловаться на самодурство моей воспитанницы. А уж про твои отношения с Коллегией зельеваров я и не говорю.  — Потому что там сидят одни закостенелые дураки! — злобно стукнула я по коленке, возмущённо вспоминая, как воспринимали все мои наработки другие зельевары. — Думают, что если я юная девушка, то и мозги у меня такие же… неиспользованные, потому эта свора и разговаривает со мной этак снисходительно. — Ну сама подумай, кто из убелённых сединами мэтров будет тебя слушать. Ты же знаешь, как ты выглядишь? — Да понимаю я всё, Люц. Не сыпь мне соль на раны, — устало махнула я на него рукой, откидываясь на спинку дивана. Справиться с моим характером может только Малфой, поэтому заказчики, не сумевшие найти со мной общий язык, идут к нему. И этому лису как-то удаётся уболтать меня так, что я выполняю некоторые заказы, которые не собиралась делать. Это способность Люциуса знать все мои слабые места, жутко меня раздражает, поэтому я на него перманентно злюсь. — Возможно, тебе стоит дать Роду наследника, — между тем продолжал рассуждать он, — ядро сразу вырастет и это решит все проблемы. — Ой, хоть ты не начинай, — застонала я. — Мне достаточно того, что Нэнни регулярно из Франции шлёт письма с вопросом: когда же она станет прапрабабушкой? — Ну, её можно понять, — улыбнулся Малфой, — возраст-то солидный уже. Кстати, как там её дела? — Вот у неё как раз всё отлично. Я отпоила её омолаживающими и оздоравливающими зельями, так что она у меня теперь резвее любой молодухи, хотя ей скоро восемьдесят стукнет. Активно занимается благотворительностью в фонде лорда Нилроя. Похоже, уже окрутила деда самого лорда, так что тот добровольно помогает ей во всех начинаниях. — Во даёт старушка! Слушай, может возьмёшь с неё пример и тоже кого-нибудь окрутишь? — Да кого я с моей внешностью и характером могу окрутить? Я не умею кокетничать и добиваться своего с помощью разных женских уловок. Меня совершенно не интересует впечатление, которое я произвожу на мужчин. Единственный мой вариант — это завязать мужику-бедолаге глаза, да напрыгнуть сверху. — Ну-ну, ты слишком строга к себе, дорогая. — Он окинул мою фигуру оценивающим взглядом. — Ты вполне отъелась на воздухе Франции, подросла, слегка округлилась где надо, цвет лица прекрасный, волосы опять же… — Ага, и фамильный Снейповский нос, — фыркнула я. — Тебе будущего ребёнка не жалко, если ему такое счастье достанется? — А ты в папаши подбери красавчика, может от него смазливая внешность ребёнку перейдёт, — он ехидно усмехнулся. — Кого-нибудь похожего на Поттера, например. Видела его недавнее колдофото с сыновьями? Ах, какие там детишки получились, загляденье просто: красивые, черноволосые, зеленоглазые. Как будто мисс Уизли в их «производстве» и не участвовала. — Тут он пристально посмотрел на меня. — Кстати, говорят не всё спокойно в звёздном семействе. Поттер ещё тот ходок, оказывается. Ты ведь читала газеты? «Да уж, я ЭТО читала! И мало того, я активно любовалась колдографией Поттера (снятой каким-то ушлым папарацци), на которой он сидел в ресторане в обнимку с дамой явно не слишком тяжёлого поведения. И думаю, именно это любование и вылилось сегодня в мой первый, в новой жизни, эротический сон». Вспоминая себя прежнего, могу признать, что профессор Снейп никогда не был особо охочим до удовольствий человеком, он скорее считал себя асексуальным. Ему мало требовались услуги особого рода, и он редко ходил к жрицам любви, предпочитая самостоятельно по-быстрому сбросить напряжение. Да и с той жизнью, которую он вёл в последние годы двойного шпионства, даже эти желания возникали не часто. А я за прошедшее время, находясь вдали от родины, наивно думала, что избавилась от навязчивых мыслей о Поттере. Ведь это тело было ещё очень молодо, сексуальные желания меня не беспокоили, да и на чувственные эксперименты никогда не тянуло. Как видно, до поры… Стоило только мне вернуться в Англию и увидеть изображение своего наваждения в газете, как чувства накатили в тройном размере». Тут я поняла, что задумалась и слишком долго не отвечаю на вопрос Малфоя, поэтому скрывая свои эмоции, поспешила исправиться: — Ну и зачем мне эта информация, Люциус? Давай не будем больше о Поттере, — твёрдо заявила я, скривившись. — А почему, собственно, не будем, Эвелина? Хватит жить прошлым и упиваться жалостью к себе! — принялся вещать Люциус. — Да, у Поттера уже есть двое чудесных близнецов-наследников и третий не за горами, да и вся семейка Уизли плодится как кошки. Магическую Британию вообще в последнее время охватил настоящий бейби-бум. Все стараются жить и радоваться, и только ты сидишь и, страдая, киснешь в одиночестве. А ведь ты женщина теперь, Эвелина. Тебе не только магическое ядро увеличить надо. Твоё настоящее предназначение — это замуж выйти, детей родить, род продолжить. Ну, сколько ещё ты будешь прятаться от мира и от мужчин, в конце концов?! — Люциус, ты же знаешь, что мне даже думать о сексе с мужиком противно, а ты говоришь — «замуж», «детей родить». Страшно сказать, сколько времени я потратила на то, чтобы себя женщиной осознавать. Да хотя бы говорить о себе в женском роде! А сколько душевных сил мне потребовалось, чтобы смириться с этим неказистым телом, ты просто не представляешь. Короче, я тебя прошу — оставим эту тему. — Хорошо, как скажешь. — Он встал, собираясь уходить. — Послушай, на днях состоится торжественное открытие нового родильного отделения в Мунго. Будут присутствовать все важные лица. Прогуляйся на это мероприятие с Нарси. Тебе, когда ты всё-таки задумаешься о наследнике, хорошо оборудованная больница тоже не помешает. Или ты во Франции планируешь рожать? — Нет, я уже напутешествовалась. Больше никуда ехать не хочу, наши родные туманы мне как-то милее. Кстати, я тебе ещё не говорила: на днях нанятый мной частный детектив нашёл останки Лилианы Смит. Оказывается, она погибла спустя всего полгода после рождения Эвелины: была зарезана в какой-то пьяной драке и выброшена в безымянную могилу. Нужно будет перезахоронить её рядом с матерью. Возможно, закажу родовой склеп. Ведь Нэнни, когда узнает, наверняка захочет, чтобы я положила её рядом с ними, когда придёт её время. Короче, надо будет ряд вопросов решить. Так что я останусь в Англии. — Понятно. Ну ладно, если что нужно будет, ты обращайся, я всегда помогу. Кстати, Эвелина, а ты это имя на своё Родовое поменять не хочешь? — просчитывая что-то в уме, спросил Малфой. — Нет, пока. Его никто, кроме тебя, да гоблинов не знает. Пускай живёт Эвелина Смит. Возможно потом, когда рожу… Посмотрим. — Как знаешь. Слушай, а может мне, как законному опекуну, своим волевым решением устроить твой брак? — опять перешёл на ехидный тон Малфой. — Нарси давно готова тебе мужа подыскать, чтобы поспособствовать твоему семейному счастью, детка. Попросим её подобрать кого посмазливее, да чтобы не особо переборчивый был… — Вот только попробуй, Люц! — вскинулась я. — Отравлю! Раз проклясть я тебя пока не могу, и вдарить тебе по-простому кулаком в рыло тоже не получится, то остаётся только яд, и я не посмотрю на то, что мы знакомы уйму лет. — Ладно-ладно, не злись, — он показушно поднял ладони вверх, — я осознал твои угрозы и отступаю. Но и ты меня пойми, — тут его тон изменился, став слегка угрожающим, — если ты не хочешь, чтобы я выдал тебя замуж по сговору, то уж на такую малость, как один раз пойти на бал Победы ради своего доброго и всё понимающего опекуна, ты сподобишься. — Скажи, какой чёрт дёрнул меня тогда перейти под твоё опекунство, Малфой? — простонала я. — Ну-ну, не переживай так, дорогая, я же твой старинный проверенный друг и желаю тебе только добра, — снисходительно улыбнулся Люциус и направился к камину. — Итак, я пойду, обрадую Нарциссу, что завтра к десяти утра ты прибудешь к ней для совместного похода по магазинам с целью покупки нарядов для бала. — Нет, только не шоппинг с Нарциссой, — после его слов я без сил повалилась ничком на диван, уткнувшись лицом в подушку, — я же сдохну там, Люц. — Наоборот, милая моя, я считаю, что это пойдёт тебе на пользу. Так, — посмотрел он на часы, — сегодня у нас двадцать пятое апреля, значит, у тебя и Нарси впереди есть целая неделя, чтобы насладиться милыми женскими радостями и во всеоружии прибыть второго мая на бал. — Неделя?! О не-е-ет. — О да! И я уверен, что тебе даже понравится, ведь после удачного шоппинга и твоего последующего приемлемого поведения на балу, я удовлетворю тот недавний запрос на новое и крайне дорогостоящее оборудование для лаборатории. — Правда? — Я подняла голову от подушки и с недоверием посмотрела на него. — Да, я обещаю. Так что будь умницей и не подведи меня, детка. До встречи. — Пока, — уныло попрощалась я со своим «добрым» опекуном, величественно скрывшемся в зелёных всполохах каминного огня. — Вот ведь… змей-искуситель! Манипулятор чёртов, сначала невзначай пригрозил нежеланным браком, как кнутом, а напоследок взмахнул пряником, да ещё каким. Да уж, ничего не скажешь, если Люциус Малфой подкупает, то подкупает с размахом, — против воли восхитилась я, вспомнив баснословную стоимость обещанного оборудования, которое позволит мне варить экспериментальные зелья, практически не прибегая к помощи домовика. «Ну что же, Эвелина, как ни прискорбно это признавать, но, видимо, тебе придётся смириться с активным участием в весьма насыщенной "милыми женскими радостями" неделе».

***

Мы с Нарциссой стояли в глубине зала, спрятавшись в тени колонны, и дожидались начала торжественного открытия родильного отделения, вполголоса обсуждая разнаряженных гостей. Вдруг неподалёку от «нашей» колонны нарисовалась парочка: Гарри Поттер со своей глубоко беременной женой, которые, не видя нас, начали негромко обсуждать качество напитков, подаваемых на этом мероприятии. Не прошло и минуты, как рядом с четой Поттеров материализовался молодой домовик и, в панике откручивая себе уши, начал причитать: — Хозяйка Джинни, у нас опять случилась неприятность. Наследник Поттер вместе с наследником Блэк, подрались с господами Уизли, Уизли и Уизли. Старая Тинки не может их успокоить, а миссис Уизли ругается, грозится и хватается за сердце. Бедная, бедная миссис Уизли… — О, не продолжай, Донки, я понял — тёща в опасности! — рассмеявшись, прервал Поттер домовика, взмахом руки отсылая его назад. А потом обратился к жене: — Дорогая, тебе вредно волноваться, я сам разберусь. Пойду угомоню и всыплю там всем по паре раз. Ты оставайся на открытие, всё-таки данный «объект» тебе очень скоро понадобится. Так что осмотрись и проверь здесь всё, как можно лучше. — Хорошо. Иди, мой храбрый лев, проведи воспитательную работу и спаси мамочку, — весело ответила ему жена. «Какие милые семейные отношения, — с болью в сердце слушая их диалог, мысленно скривилась я. — А говорили, в семье Героя пробежала чёрная кошка — врали, по-видимому». — Потом заберёшь меня? — продолжала тем временем миссис Поттер. — Конечно. Как всё закончится, пришли мне Патронус — я возьму этих наследничков, подхватим тебя, и пойдём в кафе. А потом вечерком, когда тёща успокоится, я сгружу их ей и сам аппарирую тебя в квартиру, а то ведь кое-кто меня сожрёт, если я не прослежу за твоей безопасностью. — Отлично, дорогой, спасибо. А ты чем вечером заниматься собираешься? — Ну, мы сегодня с Джорджем собирались пойти развеяться. — Гарри, вы опять в салон к Лулу? Ты давай поосмотрительнее там, а то снова слухи пойдут. — Не волнуйся, солнце, я буду осторожен, обещаю. — Ладно. Пока, милый, — ответила Джинни и громко чмокнула его в щеку. Поттер сразу аппарировал, а его жена отошла от колонны, за которой «прятались» мы, и направилась к группе беременных женщин, стоявших неподалёку. После её ухода, я переглянулась с Нарциссой и в сердцах громко сказала: — Вот ведь кобель! — Тише ты, мы же здесь не одни, — осадила меня она, любезно улыбаясь и раскланиваясь с проходившими мимо дамами. — Нет, ну ты слышала? — вняв предостережению, тихо, но возмущённо зашептала я ей на ухо: — Он открыто говорит своей беременной жене, что собирается идти развлекаться! В салон! К проституткам! И она так спокойно это воспринимает?! — Ну... мало ли какие у них отношения. Тебе-то что за дело? — Тут её глаза округлились от осознания: — Эви, о Мерлин, Эви! Это то, что я думаю? Неужели до сих пор не прошло? — Нет… — я понуро опустила голову и без сил прислонилась к колонне. — Наоборот, гораздо хуже стало. — Так, всё, дорогая, соберись! — быстро взяла себя в руки истинная леди Малфой. — Не время растекаться лужей. Надо достойно пережить это мероприятие, а дома — поговорим.

***

— Рассказывай! — с порога потребовала Нарцисса, едва мы переместились в гостиную Малфой-менора, и она расположилась на гостевом диванчике. — Чего тебе рассказывать? — недовольно посмотрела я на неё. — Я — дура! Влюблённая дура. Вот и весь рассказ! — Я не могла стоять на месте и начала нервно нарезать круги возле камина. — Видимо и в этом теле — я однолюбка. Северус Снейп всю жизнь любил Лили Эванс, но хотя бы мог заниматься сексом с другими женщинами. Я, как Эвелина, не люблю и не испытываю сексуального желания ни к кому, кроме Гарри Поттера. — Вот! Я так и знал, что в твоём отношении к Поттеру что-то не чисто! — внезапно громко произнёс стоящий у дальнего окна Люциус. — Твою же мать, Малфой! — Подпрыгнула я от испуга, услышав эту реплику. — Откуда ты здесь взялся, Люц? Подслушиваешь?! — С чего бы это мне подслушивать? — оскорбился он. — Я тут давно стою и не виноват, что вы меня не заметили, когда ввалились сюда все в расстроенных чувствах. — Он подошёл к нам, уселся на диванчик поближе к жене и внимательно посмотрел на меня: — Случилось что-то? — Поттер, случился! — гневно ответила я. — И уже давно. — Понимаешь, милый, — начала объяснять мужу Нарцисса, — наша Эвелина испытывает к мистеру Поттеру нежные чувства. А сегодня на мероприятии мы услышали, что он, ну… не совсем верен своей жене. — Ну, это не новость, в газетах же писали, — недоумённо посмотрел на меня Люциус. — Одно дело слухи прочитать, а другое — своими ушами услышать, что сегодня вечером он с Джорджем собирается развлекаться в салоне «У Лулу», — вяло махнула я рукой, плюхаясь в кресло у камина. — Значит Поттер из тех мужиков, кто считает что «хороший левак укрепляет брак», раз таскается к Лулу, но с женой не разводится, брачные узы не рвёт, — задумчиво произнёс Люциус. — Возможно это твой шанс, детка. — Ты о чём? — О том нашем разговоре про «получить ребёнка от красавчика». От Поттера не убудет, а ты одним махом решишь все свои вопросы. Тебе же неплохо было бы забеременеть именно от сильного мага, а кто как не победитель Тёмного лорда прекрасно подойдёт на эту роль. К тому же, забеременеть в процессе лишения девственности — это очень хорошо для магического потенциала ребёнка. Малфой вскочил с дивана, и начал возбуждённо ходить взад и вперёд, обрисовывая свой план, пока мы с Нарциссой обалдело слушали его. — Мы знаем, что Поттер сегодня вечером будет в салоне «У Лулу». Поэтому ты поступишь так: придёшь туда, изобразишь из себя одну из посетительниц, которые инкогнито ищут там мужиков на одну ночь, и в процессе беседы подсыплешь ему в бокал что-нибудь специфическое. Так чтобы он слегка отрубился, но нужная тебе часть тела функционировала. У тебя же есть на примете какое-нибудь зелье с подходящими свойствами? — Ну, предположим, есть... — задумчиво кивнула я. — Вот и чудно! Значит ты: хватаешь нашего мачо и в постель. А для верности прикуёшь его наручниками к кровати, чтобы не сбежал, если очухается в процессе. Потом сядешь сверху и по-быстрому всё провернёшь. Кстати, помнится ты мне говорила, что собираешься улучшить стандартное зелье Плодородия. И как, результат есть? — Да. Модифицировала. Оно для девственниц. С обезболивающим эффектом, — слегка заторможено ответила я, раздумывая над его безумным планом. — Надо будет запатентовать. Как раз хотела это обсудить с тобой на днях. — Вот! Не зря же ты его улучшала. Для себя наверно делала? — Угу, были такие мысли. — Постойте! Минутку! — громко сказала Нарцисса, прерывая наш диалог. — Что это такое вы тут обсуждаете? Не будучи замужем, втихаря забеременеть от Поттера! Вы оба с ума сошли? Это же не этично! — Да ладно тебе, этично, не этично! — возразил ей муж. — Он уже от жены шляется, надо этим воспользоваться, пока не поздно. Пока эти двое пытались переспорить друг друга, я молчала и всё больше и больше проникалась дерзким планом Малфоя. — Мало того, что это само по себе обман, так это будет ещё и кража ребёнка из рода! — тем временем продолжала возмущаться Нарцисса. — С чего бы это «кража», дорогая? Я не думаю, что магия это так воспримет, ведь у нашего доблестного Героя их уже почти трое. — Тут Люциус прав, — подключилась я к спору. — Я ведь ранее потратила довольно много времени, чтобы подробно изучить «родовые» вопросы, так что с уверенностью могу заявить, что в данном случае мой ребёнок не будет считаться «воровством из чужого рода», так как у Поттера уже есть двое полноценных наследников для обоих его родов. А вот Принцам сильный наследник очень нужен. И Роду, кстати, безразлично буду я при этом замужем или нет, ведь именно я выступаю в роли регента. А уж мне самой муж тем более нафиг не сдался. — И всё равно, так нельзя! — не оставляла своих попыток нас вразумить Нарцисса. — Эви, если Гарри тебе не безразличен, то можно провернуть это как-то по-человечески. Подойти, познакомиться, привлечь, соблазнить и сделать всё по обоюдному согласию, в конце концов. — Я не собираюсь уподобляться своре фанаток нашего Золотого героя и бегать за ним по пятам, капая слюной. Да и не получится у меня вот это всё: «привлечь», «соблазнить». Стыдно сказать, я даже целоваться не умею. Мне и раньше-то целоваться особо не с кем было, а уж в новой жизни и подавно ни разу не пришлось. — Вот как раз целоваться тебе с ним и не обязательно, — ехидно вставил свои пять кнатов Люциус. — Вы как хотите, но я считаю, что с любимым человеком так не поступают! — Да? А как я, по-твоему, должна поступить? Подойти к нему и сказать: «Здрааасьти, мистер Поттер, — запищала я противным голоском. — Я вас так люблю! Так люблю! Трахните меня, прошу! Хочу от вас ребёнка!» Так что ли? Да у него таких желающих, две дюжины на пучок. На меня он и не посмотрит!  — Ну-у-у, — протянул Люциус, — есть же Оборотное. — Его нельзя использовать в момент зачатия. Я об этом уже думала, этот вариант отпадает. А меня в моем истинном виде захочет только извращенец. — Вот уж неправда! — возмущённо вскочила Нарцисса, вздёрнула меня на ноги и принялась обходить по кругу, оглядывая со всех сторон. — Да, у тебя фигурка-веточка. Худенькая, но ведь всё на месте. Грудь в наличии имеется — ребёнка выкормить хватит. Ноги прямые и стройные, талия тонкая. Сравнение с фигуристой миссис Поттер конечно не в твою пользу, но неужели мужик не возбудится, если на нём будет прыгать голое молодое тело? А, Люциус? — лукаво посмотрела она на мужа. — Дорогая, ты же знаешь: я хочу — только тебя! — он галантно поцеловал жене ручку. — Но если рассуждать чисто умозрительно, то я с тобой согласен. В подобной ситуации мало кто сможет устоять. И судя по последним новостям, наш мистер Поттер не из таких. — Во-во, — фыркнула я, снова падая в своё кресло. — Кобелина он, первостатейная. — А собственно, почему тебя это так задевает? — пронзительно посмотрела на меня Нарцисса. — Рассыпался образ Прекрасного принца, да? — Ну, можно и так сказать. Не знаю, может мне просто обидно, что каким-то проституткам можно… — я не знала как выразить словами разрывающие меня чувства. — Я всегда думала, что он жену любит. Что он правильный, верный, а он… — Так, ладно, отложим лирику в сторону, — деловым тоном прервал мои душеизлияния Люциус. — Если ты ЭТОГО на самом деле хочешь, Эвелина, то надо действовать решительно. И действовать именно сегодня. В другой раз мы не будем знать, когда он будет у Лулу. Ну, ты готова: да, нет? — Да… — глядя в пол, тихо ответила я, но потом подняла голову и твёрдо посмотрела на чету Малфоев: — Прости, Нарцисса, но я решилась. Действуем, Люциус. — Отлично. Тогда не будем тянуть кота за нескромные места. Предлагаю такой порядок действий. Вечером я пойду в салон сам. Мы же с Поттером хорошие знакомые, так что не будет ничего странного в том, что я подсяду к ним. Поговорю, напою, отвлеку Уизли и подолью Поттеру твоё зелье. Ты наденешь маску-инкогнито, закрывающую лицо (они там специально у входа лежат) и сядешь куда-нибудь за столик. А когда придёт время, я дам тебе знак. Ты, как бы невзначай, подойдёшь к нему перекинуться парой слов, и вы переместитесь наверх, в заранее снятый номер. Ну, а дальше там разберёшься, по ходу. Возьми с собой на всякий случай два пузырька своего зелья Плодородия, один заблаговременно выпьешь, второй перед самым «процессом», чтобы уж наверняка. Как тебе план, Эви? — Довольно приемлемый, лучше ведь всё равно нет. — Ну… я, конечно, подобные поступки не одобряю, но и спорить больше не буду. Ты у нас «девочка» давно взрослая, думай сама, — смирившись, подытожила Нарцисса. — Всё, Эвелина, поднимайся, некогда рассиживаться, надо готовиться. Задействуем моего особого домовика, чтобы привести тебя в порядок в определённых местах. — В каких ещё местах? — недоуменно посмотрела я на неё. — В тех самых, Эви, — сделала она многозначительное лицо, взяла меня за руку и аппарировала в ванную комнату.

***

Наш безумный план вполне удался. И вот уже я стою в ступоре перед кроватью с прикованным к её изголовью Поттером и смущённо рассматриваю его нагое тело. Не то чтобы я являлась большим знатоком мужской красоты. Не считая нескольких лет в Хогвартсе с его общими душевыми, в своей прежней жизни я имела сомнительное удовольствие любоваться только своим прежним телом, а тому до идеала было далеко. А вот Поттер, на мой предвзятый взгляд, был… практически идеален. Да, банально звучит, но другого слова я не могу подобрать. Заметно, что аврорское настоящее отлично сказалось на его теле. Нет, он не был огромным качком, но мышцы отчётливо просматривались во всех положенных местах; кубики, бицепсы и остальная ерунда, которую положено иметь настоящему мачо девичьих грёз, вполне себе наличествовали. Я стояла, рассматривала его беззащитное тело, и вдруг именно сейчас на меня накатили сомнения, и я задумалась о правильности того, что я собираюсь сделать. От раздирающих противоречий и нервного напряжения меня начало трясти мелкой дрожью. Я поняла, что если буду продолжать тянуть время, то сорвусь и сбегу, плюнув на все свои планы. Нет, этого я допустить не могу! Как сказал какой-то магловский писатель: «постоянно колеблется только маятник». Ну, была не была, пора приступать к делу.