Просто так ничего не бывает

«Да чтоб тебя, Поттер! — ярилась я, со всех ног выбегая в сад Малфой-мэнора. — За какие грехи ты появился в моей жизни?! Любишь свою жену — ну и люби. Какого соплохвоста ты её упустил, а теперь страдаешь! И я, дура, страдаю тоже». Я добежала до большой, увитой розами беседки, стоявшей на берегу пруда, и решила там задержаться, чтобы немного прийти в себя. Возвращаться в свой пустой дом не хотелось. К тому же я обещала Малфоям, что после вечеринки посижу с ними в тесном кругу, ведь весь прошедший месяц мы и не виделись толком, потому что я крутилась как белка в колесе, осваивая новую лабораторию и нагружая голову, чтобы не думать о Поттере и сексе с ним. И тут меня осенило: я уже могу проверить себя на беременность — срок позволяет. Я вызвала Викки, приказав доставить мне из лаборатории нужный флакон, а потом одним махом выпила принесённое зелье. «Беременна! Ну что же… мне удалось. У меня будет ребёнок!» Я нервно ходила по беседке из угла в угол, а мысли беспокойно метались в моей голове: «Я забеременела. Но ведь я этого и добивалась, так что следовало ожидать. А Поттер об этом не знает. Получается, я украла у него ребёнка. Я должна, должна ему всё рассказать! Ведь он теперь свободен, так что я могу ему признаться. Могу? Нет, он жену любит — моя любовь ему не нужна! И мне никто не нужен! Я вообще не собираюсь замуж — буду растить ребёнка одна. О, Мерлин, от этих мыслей я скоро с ума сойду. Как там было в той книжке? "Я подумаю об этом завтра". Всё, надо успокоиться». Глубоко вздохнув несколько раз, я села на лавочку и принялась размышлять над тем, что предстоит сделать дальше. Вдруг в саду послышались голоса, которые постепенно приближались. Я выглянула в окошко и увидела на дорожке Малфоя-младшего, неспешно идущего рядом с Поттером в мою сторону. «Ай да Драко! Похоже ему всё-таки удалось раскрутить Поттера на откровенный разговор». Собеседники остановились на берегу пруда, неподалёку от входа в беседку, а я переместилась за ближайшую колонну так, чтобы можно было подглядывать за ними в просвет между листьями. Я жаждала услышать как можно больше и молилась, чтобы они меня не заметили. — Любить кого-то и быть влюблённым в кого-то есть разница, согласись? — вдохновенно вещал Поттер. — Любить можно и родных, и друзей и даже, как оказалось, бывшего врага.  — И это был наш декан? — в голосе Малфоя слышалось неподдельное удивление. — Да, это Снейп, ты правильно догадался. «Что? — вздрогнула я от услышанного. — Он сказал — Снейп?! У меня явно слуховые галлюцинации». — Поттер, ты что гей? — Нет, с чего ты взял? Залезать к мужчинам в постель меня совершенно не тянет. Но ведь можно испытывать сильные чувства к человеку своего пола и не иметь при этом к нему сексуального влечения. А Снейпа я уважал. — Неужели? И когда, позволь спросить, ты успел его зауважать? — озвучил Драко мои мысли. — Уж поверь, у меня было время поразмыслить обо всём, пока я на последнем курсе прятался по лесам. Вот тогда я и переосмыслил свои стычки со Снейпом. А когда я посмотрел отданные им перед смертью воспоминания, то осознал, почему мне всё время казалось, что я что-то упустил в отношениях с ним: недопонял, не исправил. А всё просто — он не был мне врагом. На призрачном вокзале, я даже пытался выкупить его жизнь, но, к сожалению, у меня ничего не вышло. «У тебя вышло, Поттер», — не сдержав чувств, еле слышно выдохнула я. — После Победы я не знал, как мне жить дальше. Бесцельно слонялся по дому, пил и страдал, вспоминая всех погибших друзей. И не друзей тоже. Я дико сожалел, что не успел поговорить со Снейпом перед его смертью, объяснить, что больше не ненавижу его, а, наоборот, уважаю и даже, в какой-то мере, люблю. Что хотел бы, чтобы мы стали друзьями. В то время, под влиянием алкоголя и депрессии, меня и пробило на написание стихов. Сегодняшняя песня яркий пример моих тогдашних раздумий о любви, жизни и смерти. — То есть слова из неё: «в двух шагах от края» — это твои мысли о самоубийстве? — Почти. Глупо, конечно, но я был опустошён, страдал и не видел выхода. Вся семья Уизли больно переживала смерть Фреда, даже моя вечно оптимистичная малышка Джинни, постоянно плакала у меня на плече. — Понимаю тебя, Поттер, для моей семьи это тоже было нелёгкое время, — тихо подтвердил Малфой. — Но ведь вскоре у тебя всё изменилось, я прекрасно помню, как радостно ты порхал по благотворительным мероприятиям вместе с молодой женой. Что же произошло тогда в твоей жизни? — А произошло то, что однажды, проходя мимо кухни, я случайно услышал разговор Молли и Флёр, жены Билла Уизли. Дословно их диалог я, конечно, не вспомню, но они говорили об амортенции на основе крови вейлы. Флёр предлагала напоить меня ею и тем самым подтолкнуть к браку. Ведь под действием вейловских чар мне сразу станет легче, Джинни, давно влюблённая в меня, тоже обретёт счастье и всем будет хорошо. Ни я, ни Джинни об этом не узнаем, а будем думать, что сами всё решили и женились по любви. А потом действие вейловской амортенции постепенно и плавно сойдёт на нет, но чувства, возникшие в браке, останутся. Типа, они молодые, «стерпится-слюбится», потом детишки пойдут и всё прекрасно сложится. — Вот это да! И ты это стерпел? Не разметал там всех? — Ты знаешь, Малфой, напротив, — задумчиво ответил Поттер, — услышав этот разговор, я, к своему удивлению, вовсе не разозлился, а наоборот подумал: почему бы и нет? Собственно, что я теряю? Я всегда мечтал о настоящей семье. Мне хотелось, чтобы кто-то любил меня хотя бы вполовину так, как Снейп любил мою мать. К тому же, возможность сделать счастливой Джинни, а вместе с ней и всех её близких, придала бы смысл моему никчёмному существованию. «Короче, Поттер, ты снова положил свою жизнь на алтарь чужих желаний, — с горечью подумала я, слушая это признание. — А впрочем, когда у тебя было иначе?» — В общем, я решил пустить события на самотёк, — продолжал свой рассказ Поттер. — Ты ведь знаешь, Драко, я легко сбрасываю Империо, и эта амортенция была мне нипочём, но я сознательно позволил ей слегка поработить себя. И мне действительно стало легче. А потом, почти сразу после свадьбы, Джинни забеременела, и я был счастлив по-настоящему, потому что хотел детей и любил их всех. Но вскоре навязанные зельем чувства начали остывать, Джинни тоже это чувствовала и постоянно металась, нервничала, потом скандалить начала. Наш брак трещал по швам, но ради детей мы не хотели разводиться, поэтому продолжали жить вместе и терзаться. И вот однажды на благотворительном балу Джинни встретила мужчину и влюбилась в него с первого взгляда. — Ого, она изменила тебе, Поттер? — Нет. Он был женат, и она не собиралась разрушать чужой брак, поэтому поначалу страдала молча, а позже призналась в своих чувствах только мне. Мы поговорили по душам и решили остаться друзьями, а пока просто жить вместе, как близкие люди, но не мешать друг другу в дальнейшем искать счастье в другом человеке. Так что она продолжила просто общаться с этим мужчиной на различных светских мероприятиях. — И как фамилия этого счастливца? — с надеждой в голосе спросил Драко. — А вот этого я не могу тебе сказать, потому что связан обетом Молчания. Так что пари ты не выиграешь, Малфой, уж извини, — усмехнулся Поттер. — Ну что ты на меня так невинно-недоумённо глазками хлопаешь? Думаешь, я не знаю о ставках? За дурака-то меня не держи. Подожди немного, скоро правда будет открыта, а пока терпи, как и все. — Жаль, — скривился Драко, — там на кону не хилая сумма стоит. Ну ладно, обломщик, рассказывай, что было дальше. У тебя прямо не жизнь, а бульварный роман. — Дальше будет ещё круче, — пообещал Поттер. — В дело опять вмешалась моя любимая тёща Молли Уизли. Как потом выяснилось, она втихаря напоила Джинни зельем Плодородия, чтобы та ещё раз забеременела, и новый ребёнок всё наладил и спас наш брак, но вышло по-другому. Под влиянием зелья Джинни пошла и призналась в любви ТОМУ мужчине, и оказалось, что их любовь взаимна. И он даже собирался разводиться, хотя ТАМ в этом плане всё довольно сложно. На радостях у них случился секс, и таким образом Джинни оказалась беременной от женатого мужчины. Когда открылась эта потрясающая информация, мы все собрались в кружок и поговорили, решив, что она родит, будучи в браке со мной, чтобы избежать слухов. А потом, когда его бракоразводный процесс закончится и всё уляжется, мы с ней тихо разведёмся, они поженятся, и он признает своего ребёнка. На том и порешили. — А почему тогда вы с таким скандалом открылись миру? — Потому что магически Джинни очень тяжело давались эти роды. Магия моих родов не смогла ей помочь, пришлось вмешаться ЕМУ. Тут уж сдержать события в тайне не удалось, оставалось только импровизировать. Поэтому я официально позволил ему забрать мать и ребёнка. — И куда он их забрал? — полюбопытствовал Драко, всё ещё не терявший надежды побольше разузнать о таинственном возлюбленном жены Поттера. — Сейчас они трое находятся у меня в доме, на площади Гриммо, так как он, в отличие от Норы, лучше защищён от воздействий извне. И поверь мне, Джинни совершенно счастлива. Я её очень люблю и уважаю не только как мать моих детей, но и как лучшего друга, поэтому и дальше собираюсь во всем помогать ей, её возлюбленному и их сыну. «Всё как всегда у тебя, Поттер… Всё для других. Ничего нового…» — Получается, любовник жены тебя из собственного дома выпер? — съехидничал Драко. — Ага, живу у них на крылечке, сирый и убогий. Вот думаю, Малфой, к тебе на постой попроситься. Ты как — пустишь? — Двери нашего дома всегда открыты для вас, мистер Герой магической Британии, — манерно произнёс Драко и засмеялся. — Спасибо, я запомню твою доброту, — поддержал его смех Гарри. — На самом деле я с сыновьями пока обитаю в Норе. И стараюсь реже показываться на глаза Джинни, потому что молодая мать, в порыве любви ко всему миру, буквально жаждет поскорее пристроить меня в заботливые женские руки. Уж очень переживает, бедняжка, что она нашла свою истинную любовь, а я ещё нет. — Ну, не думаю, что это будет трудно, ведь у спасителя магического мира так много поклонниц. — Вот именно что поклонниц! Они гоняются за моей славой и деньгами, а при встрече смотрят восторженными глазками, как будто на экспонат в музее. Ты себе не представляешь, каким количеством писем они меня заваливают и что в них только не предлагают. — Ну и чего ты тормозишь тогда? — похабно ухмыльнулся Драко. — Жил бы в своё удовольствие, да менял красоток, как перчатки. — А я не такой, Малфой, — серьёзно посмотрел на него Поттер. — Я вырос пусть и в приёмной, но полной семье, где дядя и тётя по-своему любили друг друга. А когда я попал в магический мир, то у меня перед глазами появился пример большой и дружной семьи Молли и Артура Уизли. Даже мои родители, пусть и прожили вместе недолго, до конца любили друг друга. Так что я по натуре и воспитанию не склонен бегать по женщинам и «менять их, как перчатки». Я не хочу видеть рядом с собой какую-то поклонницу-однодневку, которую не интересует ничего кроме преимуществ моего статуса. И которая не понимает, что мне не нужна вся эта слава, я за ней никогда не гнался, все это свалилось на меня, начиная с одиннадцати лет, и не принесло ничего кроме проблем. Я мечтаю приходить домой после тяжёлой работы, и чтобы дома меня встречала семья: любимая женщина, дети. Я не хочу в свободное время тащиться в бар и снимать шлюху на ночь, это все не моё. — Точно не твоё? — прищурился Драко. — А кого тогда недавно сфотографировали в обнимку с проституткой? — Ну, приходится иногда, да, — усмехнулся Поттер. — Ты же мужик, Малфой, должен понимать, что потребности тела никто не отменял. Но с проституткой как-то честнее, заплатил деньги — получил услугу, и никто от тебя ничего лишнего не ждёт. — Как мужик, конечно, я тебя прекрасно понимаю, Поттер, у меня самого такие же проблемы, я ведь тоже довольно известная и далеко не бедная личность. Так что мой совет тебе на будущее — осмотрительнее надо быть в подобных делах. Хочешь, я тебя научу одному фамильному заклинанию, скрывающему внешность? — Спасибо, Драко, — тепло улыбнулся Гарри, — только мне теперь оно вряд ли понадобится, похоже, я уже нашёл своё счастье. — О-о-о, вот с этого момента поподробнее, — заметно оживился Малфой. «О Мерлин, неужели он имеет в виду меня? Нет, это слишком хорошо, чтобы быть правдой». — Примерно месяц назад я встретил в баре девушку в маске инкогнито, которая меня буквально покорила. Мы провели с ней прекрасный вечер вдвоём, и с тех пор я не могу её забыть. Мне до сих пор снятся её глаза. Я безумно её хочу, поэтому желаю разыскать, чтобы заполучить себе. — О, даже та-а-ак? Неужели эта малышка настолько хороша? «Надеюсь, в подробные описания он не пустится…» — обалдев от услышанного, мысленно сделала ставку я. И Поттер не подкачал. — Малфой, ты вроде аристократ, а не подзаборник. Откуда такая неподобающая лорду тяга к скабрезным подробностям? — Вот сразу видно, лорд Поттер-Блэк, — высокомерно проговорил Драко, — что ничего ты не знаешь об аристократах. Да наш брат за закрытыми дверями любому подзаборнику фору даст. «Это точно! — хмыкнула я. — Кому и знать, как не Малфою». — Ну, тебе, конечно, виднее, — засмеялся Поттер. — А что касается той девушки, то могу сказать, что она подарила мне лучший секс в жизни и сразу же сбежала, а теперь сидит тут за стенкой, подслушивает наш разговор и, наверняка, страдает. «Что-о-о!!! Он знает, что я здесь?! Надо бежать!» Пока я в панике безуспешно пыталась вызвать Викки, чтобы с её помощью аппарировать домой, Поттер, велев Малфою убираться отсюда, стремительно вошёл в беседку. — Драко по моей просьбе поставил здесь запрет на аппарацию для твоего эльфа, — произнёс он, пристально разглядывая меня. — Так что сбежать у тебя больше не получится, моя дорогая, можешь не стараться. — Мистер Поттер, — попыталась я принять независимый вид, — какое право вы имеете решать за меня? — Имею, — веско обронил он и подошёл ближе, остановившись на расстоянии шага. — Потому что ты — моя! — Смелое заявление! — Обалдев от такого нахальства, я перестала делать вид, что мы незнакомы. — Ты внезапно рехнулся, Поттер? С какой это стати я — твоя?! — Ты же слышала мой рассказ. Я теперь свободный человек и люблю прекрасную девушку — тебя — что не так? — По-моему ты сказал, что любишь какого-то другого человека, а меня лишь безумно хочешь. — Да, именно так я и сказал. Но одно другому не противоречит. Потому что я люблю всю тебя: твою душу Северус Снейп в теле Эвелины Смит. — Что?! Как ты?.. Откуда ты?.. — от неожиданности я растеряла все слова, но тут меня внезапно осенило, и еле сдерживая ярость, я прошипела: — Этот… гадёныш просто словами рассказал или воспоминания слил? — Слил… — покаянно опустил голову Поттер. — Так что я знаю о тебе всё. Ну, всё, что знает младший Малфой, конечно же. — Я убью Драко!!! — взбесилась я от такой подставы и кинулась к выходу из беседки. — Не убьёшь, — ловко перехватив, удержал меня за руку Поттер, — и даже не будешь пытаться мстить, если не хочешь, чтобы я пострадал. А ты ведь этого не хочешь… моя крошка? — заявив такое, он попытался меня обнять, но я в злобном отрицании выставила вперёд руки. Он покорно отступил на шаг от меня: — Остынь, дорогая. Я поклялся своей магией, что защищу его от твоего гнева и мести. — Поттер, ты идиот?! — презрительная фраза привычно сорвалась с моего языка. — Вам виднее, профессор, — задорно усмехнулся он. — А ты знаешь, что твоё «Поттер» звучит точно так же, как раньше? Только тембр голоса другой, а вот интонации и выражение лица такие же. — Откуда мне это знать? — нарочито выгнув бровь, недовольно процедила я. — О Мерлин, — восторженно глядя на меня, восхитился Поттер, — я так рад что ты, в смысле, ОН жив! — А уж я-то как рада, — пробурчала я, слегка остывая, и пристально посмотрела на него. — Не верю я тебе, Поттер. Когда это ты успел меня полюбить? — А что, для этого нужно много времени? — Да ты просто позавидовал своей жене, что она нашла свою любовь, а ты нет. Вот и придумал себе влюблённость в таинственную незнакомку. А на самом деле… — Что на самом деле? — гневно перебил он меня. — Можно подумать, я всё ещё какой-то пубертатный подросток со спермотоксикозом. Уж поверь, и до встречи с тобой, я недотраха не испытывал, ведь ты не первая женщина, с которой я переспал. Или думаешь, ты супер-пупер секси и лучше тебя не бывает? — О, конечно нет, куда уж мне! — оскорблённо выплюнула я. — Это ты у нас мачо, герой девичьих грёз, который так легко купился на банальную маску-инкогнито. — Моя дорогая, — усмехнулся Поттер, — ты далеко не единственная женщина, которой пришло в голову меня, скажем так, захомутать. Я мог бы освободиться из твоих маггловских наручников за пять минут, авроров от них избавляться на первом курсе учат. Мне просто стало любопытно, что ты будешь делать дальше. Мне были откуда-то до боли знакомы твои глаза, такое ощущение, что я их видел во сне и там же во сне полюбил. А когда после секса ты сбежала от меня, оставив с носом, то я не смог тебя забыть, поэтому и ищу уже второй месяц. — Потому и ищешь, что убежала, а если бы я прыгала вокруг тебя как влюблённая собачка, то ты сразу потерял бы ко мне всяческий интерес. — Не уверен, — окинул он меня задумчивым взглядом. — Ты знаешь, что бывают предназначенные друг другу? — Сказочки для детей или романтически настроенных девиц, — отрезала я. — Нет, не сказочки! Я чувствую, что мне было суждено тебя встретить и полюбить. И ты ведь тоже сразу это поняла, только зачем-то всё продолжаешь и продолжаешь отрицать. «И ведь действительно…» — хмыкнула я про себя, но вслух из вредности всё равно возразила: — Не запрыгни я тогда сама к тебе в постель, никакой встречи бы не было и ничего не произошло. — Какая разница, почему это произошло? Главное, что ЭТО произошло. И хватит об этом. Поттер стремительно преодолел разделяющий нас шаг и, притянув меня за талию к себе, напористо принялся целовать, а когда я уже размякла и перестала показушно сопротивляться, он оторвался от моих губ со словами: — Хочу, чтобы ты больше никогда не закручивала вот так волосы, — заявив это, он запустил руки мне в причёску и ловко вытащил шпильки из свёрнутой бубликом косы, тем самым выпуская её на волю. — Я желаю, чтобы отныне ты носила только косу. Хотя можешь иногда её расплетать. В спальне. — Ого, да ты фетишист, Поттер, — со смешком ответила я, пытаясь не дать понять, что меня заводит подобный тон. — И деспот. Но он мою игривость не поддержал: — Да, — тяжело и многозначительно ответил Поттер, притянув за косу моё лицо к своему, и твёрдо глядя мне прямо в душу своими невозможными глазами. — Ты имеешь что-то против? От властности его голоса меня повело, как тогда, в наш единственный раз. Он молчал, терпеливо ожидая ответа, и мне пришлось напрячь остатки воли в кулак, чтобы сопливо не растечься лужицей рядом с ним, а вспомнить, что у меня вообще-то тоже есть характер. Поэтому, чтобы твёрдо расставить все точки над «и» и предупредить, на что он идёт, я ответила: — Нет, Поттер, я ничего не имею против, но знай — с моей смертью ничего не поменялось. У меня все тот же отвратительный, нелёгкий нрав и прогибаться под тебя постоянно я не собираюсь. — Ну, ничего страшного, никто и не ожидал, что будет легко, — улыбнулся он, ощутимо расслабляясь, а потом закончил шутливо и пафосно: — Герой на то и герой, чтобы преодолевать трудности. Так что… думаю, я справлюсь. Моя Северина. — Что?! — уже в который раз за сегодня удивилась я. — Откуда ты узнал, что моё родовое имя Северина? Драко о нём точно не известно. — Не знаю, — пожал плечами Поттер, — просто почувствовал. Как же ещё могут звать Северуса и Эвелину вместе? — вопросительно посмотрел он на меня и снова поцеловал, на это раз очень нежно. — Думаю, нам стоит пожениться. — Не смеши меня, Поттер. Что мы с тобой будем делать в браке? Ругаться? — Жить! Любить друг друга, детей растить, песни петь. — Песни петь? — Судя по тому, что ты рассказывала Малфоям, твоя мать обладала хорошим голосом. Тебе ведь по наследству перешло, да? Ты пробовала петь? Я никому не признавалась, что иногда напевала, когда меня никто не слышал. Но считала это занятие не вполне достойным. — Ну, пробовала. Так, изредка… — Вот и отлично! Значит, будем петь нашим детям колыбельные вместе. А если по миру пойдём — начнём петь дуэтом, тем и заработаем. — Между прочим, Поттер, — решила слегка пококетничать я, — ты видишь перед собой отличного зельевара, так что по миру мы не пойдём. — О да, я знаю, что ты невеста с хорошим приданым. А вот я, наоборот, мужчина с обременением. — С каким? — недоуменно посмотрела я на него. — У меня двое сыновей-близнецов, крестник метаморф, старый ворчливый домовик и огромная куча рыжих родственников по фамилии Уизли. Кто меня с таким грузом в мужья возьме-е-е-ёт? — дурашливо изобразил рыдания он. — Вот последнее — это самый большой минус, да, — хмыкнула я. — Но зато у тебя есть другие, несомненные достоинства. — Точно! — Он отошёл от меня и, усевшись на лавке, похлопал ладонью рядом с собой. — Иди-ка сюда. — Зачем это? — Буду показывать тебе свои достоинства на практике, пока ты не согласишься стать моей женой, — и он похабно мне подмигнул. — Но-но, придержи коней, Поттер, — я всё-таки села на лавку, но на приличном расстоянии от него, на что он только усмехнулся, — я тебе не какая-то там… — Нет, ты нет… — задумчиво посмотрел он на меня. — Поттер, ты как-то слишком легко принял информацию о том, кто я. В смысле, кем я БЫЛА. — Сам до сих пор в шоке! Но, поверь, я совершенно счастлив, что ты — это ты. Кстати, скажи, почему ты все время называешь меня, Поттер? И тогда тоже так называла, хотя знала моё имя. — Потому что не хотела привязываться, прекрасно понимая, что потом, когда все кончится, стану одной из многих. — Не станешь. Ты — совершенство! — И он, шкодливо улыбнувшись, придвинулся по лавке ближе ко мне. — Ну конечно! А то я себя в зеркало не вижу. Достаточно на нос взглянуть, как совершенство тут же бросается в глаза. — А что нос? Нормальный у тебя нос, вполне себе такой привычный… носик. — Да уж, именно «носик», — передразнила я его. — А характер? — Это да… — театрально вздохнув, он окончательно сократил расстояние между нами и приобнял меня за плечи. — Но мне не привыкать. Тем более, ты такая горячая штучка. — Всё с тобой ясно, Поттер, тебя, как и любого мужика, только секс интересует. — Если с тобой, то да. Но ты же слышала, походы на сторону, когда у меня есть любимая жена, меня не привлекают. Если хочешь знать, я даже Джинни, пока мы с ней парой были, никогда не изменял. — Ага, зато потом оторвался. Учти, дорогой: я тебе всё, что налево хотя бы посмотрит, сразу же и оборву! — Не посмотрит! — сжал он меня в объятиях. — Всё моё «налево», а также «направо», и особенно то, что «посередине», — он многозначительно поиграл бровями, — отныне принадлежит только тебе. — Фу, пошляк! Какой у тебя грязный рот, Поттер, — притворно возмутилась я. — Но ведь несомненно талантливый, правда? — выдохнул он мне прямо в ушко. — Несомненно, — против воли зарделась я, вспомнив его «таланты». — Кстати, ответь-ка мне, Поттер, сколько у тебя было баб, что ты так наловчился в сексе, а? — ревниво задала я давно мучивший меня вопрос. — А сколько тебя устроит услышать? — игриво спросил он, целуя меня в уголок губ. — Пять? Я злобно зарычала и стукнула его рукой по плечу: — Я серьёзно спрашиваю. — Что, мало? — он с деланным испугом отсел на метр от меня и со смехом продолжил гнуть свою линию. — Тогда десять? Нет? Больше? Я разгневанно зашипела и угрожающе надвинулась на него. — Глупая, — ласково сказал он, осторожно ловя меня в объятия и страстно целуя в шею, — баб могло быть много, а любимая женщина только одна! И это ты… моя крошка. Моя Северина! — и вдруг он сильно потянул меня за косу. — А ты, дорогая, где научилась так сосать? Отвечай! — Перестань, — скривилась я. — Кроме твоего члена у меня во рту ещё ни одного не было. Просто я хорошо знаю это занятие… с другой стороны. — Хмм… — протянул он и облизнулся. — Ты не представляешь, как я тебя хочу. Я постоянно вспоминал наш вечер. Пойдём скорее! — он вскочил на ноги и, подняв меня за руку, потянул за собой. — Что? Куда пойдём? — удивилась я, делая пару шагов за ним. — Как это куда? К тебе, конечно. Ведь ко мне пока нельзя. — А ко мне, значит, можно? — Ну что ты ломаешься, как девочка? — А я кто? — нарочито наивно посмотрела я на него. — Вот не надо мне тут, Сев, уж ты-то далеко не девочка. Мы оба взрослые люди. Я знаю, что ты меня любишь, и я прекрасно чувствую, что ты меня хочешь. Я тоже тебя хочу, и я в тебя влюблён. Что ещё надо? Так что сейчас выйдем из зоны, запрещённой для аппарации, вызовешь своего эльфа, переместимся к тебе домой, и начнём осваивать позы, которые не успели в прошлый раз. Да и наручники, помнится, я так и не применил по назначению. Я краснела от его слов и чувствовала, что начинаю возбуждаться. Но ведь нужно сразу донести до него, что я не одна из его безмозглых поклонниц, чтобы с радостным визгом сразу сдаваться. — А ты меня со своими шлюхами не перепутал, дорогой?  — Конечно ты для меня не шлюха, — он остановился и с любовью посмотрел на меня. — И в доказательство этого, я снова предлагаю тебе: выходи за меня замуж. — Ну я не знаю, Поттер, мне надо поду-у-у-мать… — протянула я и только потом поняла, что сама того не желая выразилась прямо как героиня дешёвого женского романа. — Думай быстрее, Севи, я не намерен оставлять нашего ребёнка бастардом. — Ну нет!!! — крайне возмутилась я, останавливаясь и вырывая у него свою руку. — Вот уж об этом тебе точно никто не мог рассказать, я сама узнала, что беременна, только час назад. — Выстрел наугад. Я просто увидел флакон с противозачаточным зельем, который так и остался стоять на столе не выпитым. А под столом валялся пустой флакон от зелья Плодородия. Может в школе я в зельях и совершенно не разбирался, Севи, но теперь я аврор, собирать улики и делать выводы моя профессия. Ты обманула меня, обвела вокруг пальца. Сначала я жутко разозлился, решив, что ты очередная охотница за моим состоянием. Но потом понял, что охотница вела бы себя иначе. Ты у меня из головы не выходила, ведь я чувствовал, что ты тот человек, который предназначен мне судьбой. Влюбился как дурак, с первого взгляда. — Я… я тоже тебя люблю… уже давно люблю, — смущённо ответила я, решив, наконец, перестать скрывать свои чувства. — А когда я увидела твоё фото с сыновьями, то впервые в жизни захотела детей, и не от кого-нибудь, а именно твоего ребёнка с твоими глазами. Прости меня за этот обман. — Уже простил, — Поттер счастливо улыбнулся и нежно поцеловал меня. А потом, обняв одной рукой за плечи, повёл по дорожке в сторону мэнора. — Как жаль, что я не могу сейчас опуститься на одно колено и официально предложить тебе брак. Нужно ещё немного, буквально неделю, подождать. Хотя я уверен, Малфои уже делают ставки, позову или нет. — Ах да, Малфой! — вспомнив поступок Драко, я остановилась в возмущении. — Я всё-таки как-нибудь исхитрюсь и отомщу этому мелкому паршивцу! Он не имел права решать за меня. — Не стоит, дорогая. Давай лучше отомстим ему тем, что сделаем крёстным нашего ребёнка. Судя по моему собственному крестнику, ему будет очень нелегко. Кстати, как думаешь, если у нас будет девочка, назовём её Лили? — Я почти уверена, что это мальчик. — Тоже хорошо. Знаешь, я всегда мечтал, что если у меня будет третий сын, то я назову его или Альбусом, или Северусом. Что ты об этом думаешь? — А что, мне нравится. Альбус Принц. Звучит неплохо. — Альбус Поттер, — твёрдо поправил меня он, — наследник Принц. И я только молча улыбнулась, ощущая себя по-настоящему счастливой. — Ну так что, леди Северина Принц, каким будет твой положительный ответ на заданный мной ранее вопрос? — Со мной не будет легко, Поттер, — оценив шутку, всё-таки сделала последнее предупреждение я. — Не пожалеешь? — Никогда! И вот тут впервые в своей новой жизни, глядя в глаза своему наваждению, я почувствовала, что окончательно принимаю свою женскую сущность. Не просто смиряюсь с ней, а именно принимаю себя, осознаю̀ как женщину — всей душой, принадлежащую своему мужчине. — Тогда я отвечу тебе ДА, Гарри.