Tamed

"Сейбер! СЕЙБЕР!" Она очнулась от своего сна, разбуженная чьим-то неистовым зовом. Тем не менее, даже проснувшись, она по-прежнему не собиралась вставать. Там, где она лежала, было так тихо и уютно, словно она находилась на облаке. «Сон, приходи обратно», но, увы, этот сон неотступно возвращался до тех пор, пока она не осознала, что это не сон, а воспоминание. "СЕЙБЕР!" Она вскочила и тут же почувствовала головокружение, но продолжила сидеть на мягкой постели. Отметив, что на ней больше не надета форма, а на плечах теперь белое хлопковое платье, она задалась вопросом, кто ее переодел и зачем. Оглядевшись вокруг, она обнаружила, что находится в большой, хорошо обставленной комнате, где она еще не была ранее. Судя по слабому свету, проникающему из окна, уже наступили сумерки. Она медленно вспоминала, что произошло, прежде чем она оказалась в этом незнакомом месте. … После занятий она пошла на встречу с друзьями в университетской столовой, как делала каждый день. Когда она прибыла туда, Рин и Широ уже сидели за любимым столиком и болтали. Рин предложила пойти с ними в магазинчик. Поскольку заняться Сейбер было нечем, она согласилась; они подождали пока подойдут Сакура, Илия и Ики, прежде чем идти. Все получили удовольствие от шопинга и остановились перекусить в кафе, поскольку Илия пожаловалась, что не смогла поесть в столовой из-за спешки Рин. Насладившись чашечкой чая и кусочком пирога, они решили разойтись по домам. Она, Рин и Широ уже были на пути к дому, когда рядом с ними остановился черный седан, и из него вышло четверо мужчин в темных костюмах. Двое схватили пытающуюся сопротивляться Сейбер и втащили ее в машину, пока двое других держали Широ и Рин, рвавшихся спасти подругу. Широ выкрикивал ее имя. Один из мужчин заткнул ей рот платком, и она потеряла сознание. … Теперь, встревоженная нынешней ситуацией и обеспокоенная мыслью о друзьях, Сейбер спустилась с большой белой кровати, убеждая себя, что паника – не самое лучшее, что она может сделать. В первую очередь, она должна найти выход из этого места, и единственный путь лежал через эту высокую дверь, которая, она надеялась, была не заперта. Но прежде чем она повернула ручку, дверь отворилась, и Сейбер оказалась лицом к лицу с привлекательным мужчиной со светлыми волосами и кроваво-красными глазами. Его губы изогнулись в ухмылке, когда он поймал взгляд ее зеленых глаз, и, торопливо закрывая дверь, запер Сейбер, прежде чем та успела вырваться наружу. Она знала, кто он. Его звали Гильгамеш, единственный сын самой влиятельной семьи в стране. Для большинства Гильгамеш был королем, воплощением интеллекта, элегантности и великолепия. Многие женщины были готовы упасть к его ногам. Но для нее, он был просто высокомерным, эгоистичным человеком, считающим, что все принадлежит ему. Он учился в том же университете, что и она, хотя был курсом или двумя старше. Впрочем, дело происходило не в школе, где они встретились, а на вечеринке одного из деловых партнеров ее отца. Они не обратили ни малейшего внимания друг на друга, кроме формального приветствия в качестве проявления вежливости. И тем большее изумление и досаду вызвало его заявление о ней, как о своей будущей жене, когда они встретились в следующий раз. - Ты влюблена в меня настолько, что даже не можешь ничего сказать, только смотреть? – спросил он, и Сейбер отругала себя за то, что слишком много думала о бесполезных вещах. - Ты! - она быстро попятилась, чтобы сохранить дистанцию между ними, - Зачем ты притащил меня сюда? Его взгляд блуждал от лица и дальше вниз по ее телу, словно испытывая, и Сейбер не могла не покраснеть. После, его алые глаза встретились с ее зелеными. - Потому, что ты тратишь слишком много времени на этих крестьян, вместо того, чтобы проводить его со мной. Ты должна посвятить свое время только мне, - уверенно ответил он. Сейбер была озадачена его высокомерием. Она не могла понять его страсть к ней, не могла понять его мотивов. - Ты действительно сошел с ума. Я не выйду за тебя замуж, так когда ты прекратишь это? Гильгамеш засмеялся. - К чему спешить, Сейбер. Разве я не говорил, что сколько бы раз ты ни давала неверный ответ, я прощу тебя? В конце концов, ты скажешь да. - Нет! - сорвалась на крик она, раздраженная тем, что он никогда не слушает. И он наслаждался возможностью делать все, что ему заблагорассудится, без всякого стеснения, как сейчас, - Почему ты просто не можешь это принять и забыть обо всем? Он смотрел на нее глазами хищника, выслеживающего свою добычу. Сейбер напряглась. Когда он сделал шаг в ее сторону, она не могла удержаться и не отступить на шаг. - Я решил, что ты будешь моей невестой. Никто кроме меня не достоин тебя, твоего сияния и твоей красоты, - изрек он. Она просто получила комплимент от наиболее тщеславной личности, что она когда-либо знала? Несмотря на высокомерное замечание, его заявление, безусловно, раскрывало его истинное отношение к ней. Но Сейбер решила не зацикливаться на этом, чтобы не отвлекаться. Так что она ответила. - Что? Может, ты просто эгоистичное отродье? Его движение было быстрым, когда он подошел к ней, она попыталась отстраниться, но вместо этого упала на стоящую за ее спиной кровать. Гильгамеш придавил ее прежде, чем она смогла прийти в себя и подняться. Он схватил ее за запястья и удерживал их внизу. Она пыталась вырваться и освободиться, но его сила превосходила ее, и девушка оказалась лицом к лицу с золотым королем. Сейбер покраснела, когда поняла, как близко к нему находится. Действительно, он был очень привлекательным мужчиной, особенно, крупным планом; она мысленно отругала себя за то, что увидела его в таком свете. - Я получаю все, что захочу, Сейбер. Этот мир не может не согласиться со мной, так и ты могла бы последовать его примеру, – произнес он с усмешкой, и, на долю секунды, Сейбер ему поверила. Но она боролась против этой мысли, поэтому, собрала всю свою решимость, чтобы не сдаться ему. - Никогда! – она ответила со всей решимостью, что могла найти в себе, несмотря на неприятное чувство, шевельнувшееся внутри. Еще раз, она попыталась освободиться, но безрезультатно. Веселье, которое доставляли ему ее тщетные усилия, было видно по его смеху. - Ты интересная. Ты пытаешься бороться, даже когда знаешь, что это бесполезно. Это сопротивление делает тебя еще более привлекательной. Так даже гораздо интереснее. Я буду наслаждаться укрощением такой львицы, как ты. Она смотрела на него, зная, что использование силы не принесет никаких результатов. - Этот свирепый взгляд делает тебя опасно милой, - проинформировал он ее. Потом он склонился и прошептал ей на ухо, - И это белое платье тебе определенно идет. Она была так взволнована его замечаниями, что не могла не бороться с вызовом. Он усмехнулся, и это взбесило ее. Не столько потому, что он играл с ее эмоциями, сколько по той причине, что она чувствовала себя возмутительно довольной от его незначительных похвал. Как она сожалела, что не может одолеть его. Почувствовав, как он слегка переместился, замерла, когда его губы дотронулись до ее шеи. - Что ты делаешь?! – она попробовала вновь дать отпор, но вырваться было невозможно. Его поцелуи опускались по направлению к ключицам, из-за чего она почувствовала себя слабее, а сердце забилось сильнее. - Укрощаю тебя, - дал он ответ, и его губы скользнули вдоль ее подбородка, заставляя трепетать. Дыхание участилось, и она тщетно пыталась его унять. Он отстранился на несколько дюймов и заглянул ей в глаза, его губы зависли над ее губами. Затем, он улыбнулся. - Почему бы не сделать ставку, моя Королева? О том, уступишь ты мне до конца этого дня или нет, - соблазнительно произнес он. Она могла ощущать его дыхание, и это каким-то образом пьянило ее. Поддавшись импульсу, она ответила. - Что, если я выиграю? Гильгамеш усмехнулся. - Если ты победишь, я позволю тебе покинуть мой особняк. Но если одержу победу я, ты будешь принадлежать мне. Кажется, его красные глаза гипнотизировали ее. - Это даже не «справедливая торговля», - пробормотала она. - Это не имеет значения. - Как будет определен победитель? – спросила она на выдохе. - Это просто, - сказал он и поцеловал ее. В первую очередь, это было так нежно, что Сейбер заинтересовалась – как Гильгамеш, с его агрессивными методами и эгоизмом мог быть таким. Что-то внутри нее начало разгораться, и она ощутила легкое головокружение. Внезапно, подавляемый до сих пор лев, что она видела в его глазах, был спущен, и поцелуй превратился в голодный и собственнический. Гильгамеш не знал, как долго он сдерживал себя. Но сейчас, когда она лежала под ним, выглядящая такой беспомощной и уязвимой, его полученная ценой огромных усилий выдержка дезертировала. Ее самообладание рушилось; каменную стену смывало волнами страсти, которую она не позволяла себе ощутить. И прежде чем она смогла остановиться, она почувствовала свою реакцию на него, сдаваясь наслаждению, что он ей давал. Когда он отстранился, она задыхалась. - И это то, как я обеспечил себе победу, - на его лице появилась кривая улыбка, когда он это произнес. - Но ты вел не честную борьбу, - переводя дыхание, обвинила она его. Впрочем, ее раскрасневшиеся губы изогнулись в улыбке. Гильгамеш снова рассмеялся. - Моя Королева, в любви и на войне все справедливо. И с этими словами он мягко поцеловал ее.