Ночь в Ваканде

- Ты отрастил бороду. - негромко констатирует Джеймс-Баки, выводя пальцами правой руки невидимые узоры по обнаженному плечу своего Капитана. - Тебе идет. Смотрится брутально. - Не колется? - заботливо интересуется Стив. Баки усмехается: - Не заметил. - он бы и падение гигантского астероида двадцать минут назад вряд ли бы заметил, слишком увлеченный наверстыванием упущенного в третий раз подряд на пару с таким же тактильно оголодалым Стиви. Их первый раз в двадцать первом веке. Удивительно, что это вообще случилось. Джеймсу до сих тяжело дается осознание, что он подымал руку на того, кого следовало защищать, не жалея жизни. И не просто поднял смертоносную металлическую руку, а хладнокровно ранил, выполняя приказ врага - избивал, вкладывая в удары всю жестокую силу, целился, стрелял, попал по цели - три пули в живот - едва не убил. Стив застал его врасплох. Ворвался в его хижину, как торнадо в тихое фермерское хозяйство. Сбил с ног. Не давая опомниться, заткнул рот горячим поцелуем и всё произошло само собой. Три раза подряд. Как оказалось, суперсолдаты тоже не всемогущи. Даже им в таком деликатном деле требуется небольшая передышка. - Ты как? - интересуется Стив, нежно целуя разомлевшего лучшего друга в висок. Баки блаженно выдыхает и жмурится от удовольствия, ластясь к Стиву всем телом: - Будто только что сорвал самый крупный джек-пот в истории. - Готов сорвать его в четвертый раз или отложим на завтра? Вместо ответа Баки перекатывается на живот, подминая под себя Стива, и какое-то время, пока мгновенно скрутившее возбуждение ещё поддается осознанному контролю, неподвижно лежит, уткнувшись носом в щетинистую щеку Стива и вдыхая запах родного человека. Баки так много хочет ему сказать, но вместо долгого рассказа, для которого сейчас не время и не место, выбирает более простую формулировку. - Ты для меня всё. - произносит Баки, дыша Стиву в губы. Лучший друг, брат, напарник, любовник, возлюбленный, вторая половина души, без которой жизнь - не жизнь. Всё это остается недосказанным, но Стив понимает без слов и улыбается той редкой, полной живых счастливых чувств, улыбкой из сороковых, предназначенной только для одного человека на всем белом свете, прежде чем найти губами губы Баки. * * * - Ну и куда мы теперь? - не ожидая ответа, сонно интересуется Баки. Стив целует его в макушку, обнимает так, будто пытается вплавиться в него, стать одним целым и отвечает едва слышно: - Я тебя больше никогда не отпущу, Бак. Жизнь отдам, но не позволю упасть. Вместе до конца, каким бы он ни был.