Глава 18
23 июля 2019 г., 13:51
Пространственная зона Кирсана, граница сектора.
— Ну ничего себе, яхта? Назвать такого красавца «яхтой» все равно, что обозвать акулу — рыбой. — Красавицу, капитан Бегес. «Ритан» — женского рода, — поправил командира корабля вошедший в рубку Горак. — Здравия желаю, господин майор! — громко поприветствовал его Бегес. И уже шепотом добавил: — вечно у этих имперцев все не как у людей. — Это они и есть? — спросил Горак, подходя к главному экрану. — Так точно, господин майор, — Бегес восхищенно цокнул. — Два резонарных комплекса, рега-сеть, больше десятка фантомных пушек и это не считая всей прочей мелочи. Я бы не хотел встречаться с такой красоткой на темных Тропах Вселенной! На экране внешнего обзора обрамленная ледяной чернотой космоса застыла крупная серебряная капля. Нос корабля находился в широкой ее части. Тут же, от носа и до середины, из корпуса вырастали похожие на щупальца отростки. Они тянулись вперед, практически смыкаясь перед кораблем. Узкая хвостовая часть сейчас была развернута в сторону Кирсана. — Свяжите меня с ними, — распорядился Горак. Императорскую яхту он задержал больше от отчаяния. Летя сюда, Горак надеялся застать военный десант, а нашел только Ритан. Да и «задержал» звучит громковато. Скорее, попросил задержаться. Имперцы недоуменно согласились. Все-таки они в чужом секторе, а Горак здесь со всеми правами. Провоцировать пограничный конфликт никто не спешил. Вот только что он им скажет? Досмотреть яхту он не имеет права: Ритан имеет дипломатический статус. По большому счету они могут даже не пустить его на борт. Да и предъявить им нечего. Тот факт, что они первыми вышли на «Звезду АИ», говорит только в их пользу. Не стали кичиться своим статусом и поспешили на помощь. И опровергнуть это он не может. — Бегес, вы уверены, что поблизости нет других кораблей? — Так точно, господин майор! Кроме нас и Ритана на тысячи лиг вокруг никого нет. А самый ближайший к нам объект — станция аварийной бригады КДО-31. Но она у самого выхода на Тропу. — Ритан, господин майор! — объявил офицер связи. — Включать? Горак кивнул. Через секунду изображение корабля исчезло с экрана, и на его месте появился средних лет мужчина в кителе. «Надо же, они вполне похожи на людей, когда не носят своих балахонов», — подумал Горак, а в слух произнес: — Майор Горак, Внешняя Безопасность Альянса. — Та-Реса, дежурный офицер смены. Я вас слушаю. — Я просил связать меня с капитаном. — Капитана нет в рубке. Я вас слушаю, — повторил алидарец. Соображал Горак быстро. Идея, как ему попасть на корабль родилась за секунду, до появления офицера на экране. — Та-Реса, на борту Ритана присутствуют члены императорской семьи? — Да, — алидарец был односложен. — Позвольте узнать, кто? — А кто вас интересует? — Их несколько? — удивился Горак. — Тогда… Кто из них старший? — Сати Лоэли. — Я могу услышать его секретаря или иного представителя? Та-Реса глянул куда-то вбок и что-то произнес. Слов Горак не услышал. — Что конкретно вас интересует, майор Горак? — спросил он через секунду. — В свете недавних событий, произошедших на «Звезде АИ», и вашего пребывания в зоне бедствия, я бы хотел просить аудиенции. И желательно в ближайшее время. Это крайне важно для установления истинного хода событий. — Ждите, майор, — заявил Та-Реса и сбросил линию в режим ожидания. Ждать пришлось довольно долго, больше получаса. Когда, наконец, линия включилась, то вместо Та-Реса Горак увидел симпатичную девушку и тоже в кителе. — Майор Горак? — улыбнулась она. — Меня зовут Килин, я секретарь Са-Лоэли. Ваша аудиенция назначена через час. Кораблю подходить не стоит, возьмите шлюпку. Когда будете подходить, с вами свяжется диспетчерская служба и даст более точные указания. Всего хорошего! Не дожидаясь ответа Горака, она отключилась. — Шлюпку… — задумчиво повторил Горак. — В шлюпку больше десяти человек не посадишь. Ну да ладно. Капитан Бегес! Готовьте модуль к вылету! Подобные космические полеты Горак ненавидел. Вот такие перелеты между кораблями по времени иногда были равны полету на ближайшую планету. Шлюпка плыла по космосу со скоростью больной черепахи. А с учетом, что на подготовку полета ушло полчаса, к назначенному времени аудиенции он никак не успевал. Они отошли от корабля всего на пол-лиги. От императорской яхты шлюпку отделяло расстояние в десяток раз больше, когда пришел вызов с Ритана. Горак не стал включаться в разговор и был искренне удивлен, когда после сеанса связи пилот выключил двигатель. — Что происходит? — спросил у пилота Горак. — Они велели заглохнуть и ждать. — Чего ждать? — Есть у них такая штука, господин майор. Сейчас сами все увидите. Шлюпка продолжала медленно дрейфовать к яхте. Минуты текли в томительном ожидании. Внезапно судно содрогнулось всем корпусом. — Приготовьтесь, господин майор, сейчас будут перегрузки. Не успел пилот договорить, как Горака вдавило в спинку кресла. Перегрузочный импульс был кратким: сработала система стабилизации. Но после ее включения давление не вернулось в норму. Вместо этого появилось ощущение тошноты и эффект расплывания реальности. — Интересно, что это все значит? — подумал Горак. — Такие ощущения должны появляться только при выходе на Тропу. В обычном космосе такого не бывает. Но здесь Тропы нет, да и не может быть эффект расплывания реальности таким длительным. То, что он пробыл в полете всего семь минут, Горак узнал только по часам. Его временное восприятие оказалось напрочь сбито этим полетом. Но стоило им вернуться в нормальное состояние, как Горак обратился к пилоту: — Где мы сейчас? — Внутри корабля — Уже? — Да, господин майор, они затащили нас сразу в док. Не стали тратить время на наши маневры. Сейчас давление выровняется, и можно будет идти. Наличие подобного оборудования на имперском корабле стало для Горака неприятным сюрпризом. Он уже давно не сталкивался с техническими новинками, но как он пропустил такое, Горак понять не мог. А может быть, он ничего не пропускал. Альянсу так мало известно про алидарскую технику, что, вполне возможно, неприятный сюрприз их ждет еще не один раз. — Можно идти, господин майор, — сообщил пилот, снимая переговорную рацию. Горак кивнул, сделал знак десантной группе следовать за ним и открыл переходной шлюз. Он впервые оказался на борту алидарского корабля. Большого корабля, а не маленького истребителя. Хотя особой разницы Горак не заметил. Длинная темная кишка, едва подсвеченная всполохами на стенах, вывела их к следующему переходу. Еще один шлюз, и двенадцать человек ступили на внешнюю палубу «Ритана». Здесь их ждали всего трое. Горак предполагал, что сопровождения будет намного больше. А так… — Рады видеть вас на «Ритан», майор Горак, — поприветствовала его молодая девушка. — Килин, секретарь Са-Лоэли, — представилась она, хотя этого можно было не делать. Горак прекрасно запомнил ее во время их разговора по связи. Других встречающих она представить не удосужилась, тут же перешла к делу. — Аудиенция назначена только вам, господин майор. Вашим людям придется остаться здесь. Выбора у Горака не было. Велев десантной группе вернуться на шлюпку, Горак отправился вслед за секретарем. Если бы Горак не знал, что это настоящий боевой корабль, то ни за что не поверил бы в это. Ему приходилось летать не только на человеческих кораблях, но и на инопланетных, вот только такого технического беспредела, он нигде не встречал. Коридоры «Ритана» были темны. Они едва освещались какими-то лампами, то ли масляными, то ли спиртовыми. Гораку невольно вспомнился отчет техников шестилетней давности. Ведь тогда он так и не поверил, что космический корабль может освещаться открытым пламенем. Но сейчас он убеждался в этом лично. По крайней мере, те светильники, что он видел, действительно пламенели. Килин провела его по нескольким палубам и более чем десятку отсеков. И все они поражали Горака своей величиной и внешним видом. Во-первых, откуда столько места? Только непосвященный человек может сказать, что при отсутствии силы трения можно делать корабль какой угодно формы и вместимости. Помещения на космическом корабле были рационализованы до минимума. Ведь помимо жилых отсеков, присутствуют еще и технические нужды. На нормальном корабле двигательные отсеки занимают 30% общей площади. Плюс топливные, водяные, воздушные баки. Плюс вспомогательные системы воздухо- и водоочистки. Плюс еще куча других, не таких крупных, но не менее важных систем, от работы которых зависит жизнь экипажа. Все это в сумме занимает 64% общей площади корабля. И только 36% отводится на жилые помещения. 36% — это узкие, только чтобы могли разминуться два человека, коридоры. Каюты размером два на полтора метра, рубка управления, где, заступив на вахту, можно было покинуть свое место только по головам товарищей. Единственным просторным помещением являлась столовая, совмещенная с зоной отдыха. Только здесь можно было собраться группой из двадцати человек или устроить небольшое состязание без риска что-нибудь разнести. А здесь как будто не знали про это. Коридоры, по которым Килин вела Горака, имели больше двух метров в ширину, причем из-за скудности освещения они вообще казались нескончаемыми. Лестницы, не крутые трапы, а самые настоящие спиральные лестницы поднимали их с палубы на палубу. Кроме этих самых коридоров Горак мало что видел, поэтому, когда очередной поворот привел их в просторную, ярко освещенную приемную, даже слегка растерялся. Килин не остановилась, а сразу направилась к одной из пяти дверей, что тут находились. Быстро взяв себя в руки, Горак бросил на помещение профессиональный взгляд. Похоже, это жилой блок, ну, или его аналог. Пять дверей должны быть каютами, объединенными общим холлом. В холле мягкая мебель, пара столиков, они даже не привинчены к полу. Непростительная халатность на космическом корабле. Что они будут делать при малейшем сотрясении. Одно попадание из резонара, и все это полетит по воздуху легким перышком. В пылу боя любой незакрепленный предмет является дополнительным поражающим фактором. На этом основано действие некоторых орудий, задача которых не пробить внешнюю обшивку, а причинить внутренние разрушения. А еще лучше — вызвать пожар. Открытое пламя — смерть если не для корабля, то для отсека точно. — А вот это не про имперцев, — подумал Горак, с подозрением рассматривая огненные чаши, освещающие холл. — Такое ощущение, что законы физики и гравитации на них не действуют. Горак попробовал прикинуть, сколько кислорода должны жечь такие фонари. По самым грубым подсчетам выходило, что такой корабль мог находиться в космосе не больше двадцати минут. Потом все на нем должны задохнуться… — Прошу вас, господин майор, — открыла одну из дверей Килин. Горак не стал тянуть время и шагнул внутрь. Кабинет сати Лоэли выглядел по-родному практично. Если отвлечься от огненных ламп, с которыми Горак все еще не мог смириться, то так мог выглядеть и его собственный кабинет, занимай он чуть более высокое положение, чем сейчас. Рабочий стол, динамическая карта, сбоку от стола — пульт, чем-то напоминающий управляющую панель капитана корабля. Хотя за последнее Горак поручиться не мог. Как выглядит капитанская консоль имперского линкора, он ни разу не видел. Все лаконично и удобно, как и полагается на военном судне. Хозяин кабинета выглядел в таком окружении вполне гармонично. Наметанным взглядом Горак сходу определил в Са-Лоэли профессионального военного. Совсем молодого — насколько помнил Горак, сати было то ли двадцать два, то ли двадцать три года — но уже успевшего проявить свой талант в военном деле. — Калдор Горак, майор Службы Внешней Безопасности Альянса. — Са-Лоэли, прошу вас, майор, — указал он на одно из стоящих здесь кресел. Горак сел. Сати был совсем краток. Представился даже не титулом, а скорее обращением, заранее отметая возможные «ваше высочество», как иногда пытались называть членов императорского дома на Просторе. Не упомянул он так же, что является командующим алидарским флотом, причем уже не один год. Но, несмотря на это, одет Са-Лоэли был не в мундир. И не в обычное алидарское платье. На нем был странного вида глухой черный костюм. Узкие брюки заправлены в высокие грубые сапоги, а на плечах наброшен длинный черный плащ. Где-то Горак уже видел такой наряд. Быстро промотав события назад, он остановился на своем пребывании в холле. В одном из простенков там висела картина. Он зацепил ее лишь мельком, но там, на фантастическом всаднике, был очень похожий наряд, только лицо было закрыто маской. Где-то глубоко в подсознании Горака зазвенел звоночек. Какая-то очень важная мысль должна было вот-вот родиться. Да только время было неподходящим. Горак в уме сделал закладку: «Картина — Са-Лоэли», — решив подумать над этим позже. — Я вас слушаю, господин майор, — первым начал разговор сати. — Позвольте поинтересоваться, Са-Лоэли, вы уже устранили неполадки на вашем корабле? — Да. Мы сообщили об этом правительству Кирсана. Как и сообщили о том, что собираемся покинуть сектор. Горак внимательно посмотрел на сати. Официальной версией пребывания «Ритана» в пространственной зоне Кирсан, была неисправность на яхте. Восемнадцать часов назад «Ритан» официально обратился к Кирсану с сообщением о том, что его выкинуло с Тропы (такое иногда происходит). Они находятся в межзвездном пространстве, в дополнительной помощи не нуждаются и покинут зону сразу же, как устранят неисправность. В общем, ничего сверхъестественного, не считая того, что тут, совсем рядом, пропала «Звезда АИ», на которой действительно летели Дар Харбин и его сын. Одиннадцать часов о судьбе корабля не было слышно ничего. А потом как гром среди ясного неба возник сигнал бедствия, на который тут же откликается «Ритан». Спрашивается, ну что делать императорской яхте рядом с пассажирским транспортом? Тем более, их предупредили, что в район бедствия уже вошли корабли Альянса. — Я являюсь командующим спецгруппой, направленной сюда для выполнения особого задания. Но также я получил все необходимые полномочия с Кирсана и для выяснения причин всего произошедшего на «Звезде АИ». Желаете ознакомиться? Лоэли покачал головой, давая понять, что и так верит в правомерность действий майора. — Тогда позвольте узнать, — продолжил Горак, — Что вы делали рядом со «Звездой АИ»? — Пришли на помощь, как и полагается по всем международным нормам. Ну конечно! Горак и не ждал другого ответа. Только интересно, что сати ответит на следующий вопрос… — Са-Лоэли, на «Ритане» в данный момент присутствуют какие-либо пассажиры со «Звезды АИ»? — Конечно! «Звезда АИ» вылетела с Алидар. На ней были несколько десятков наших граждан. С нашей стороны было бы некрасиво оставить их там. — Вы можете предоставить мне списки? — В данный момент — нет. Мы забрали только тех, кого нашли. Многие из них в тяжелом состоянии и пока не могут отвечать на вопросы. Но, если вы желаете, мы предоставим такой список сразу по возвращении на Алидар. «Когда он будет уже никому не нужен» — фыркнул про себя Горак. — Са-Лоэли, позвольте, я поставлю вопрос более прямо: в данный момент здесь присутствуют двое граждан Аллеи, некто Дар и Этар Харбин? — Майор Горак, как я вам только что сказал, нам пока неизвестны имена всех, кого мы сняли со «Звезды АИ». Но, одно вам могу сказать точно: на «Ритан» сейчас находятся только граждане Алидар. Никаких иных пассажиров тут нет. «Вот и понимай как хочешь! То ли нет здесь Харбина, то ли он гражданин Алидар». Второй вариант показался Гораку куда более вероятным. Раз уж имперцы достали его сына из клиники, то и о гражданстве, наверное, тоже подумали. — Если у вас все, господин майор, я бы хотел закончить наш разговор. Мое время дорого, да и ваше наверняка тоже. Если понадобятся еще сведения, обращайтесь к секретарю, она ответит на ваши вопросы, — произнес Лоэли и негромко позвал: — Килин! Девушка вошла немедленно. Как будто она все это время стояла под дверью. — Килин, проводи господина майора, — распорядился Са-Лоэли. После этих слов Гораку ничего не оставалось, кроме как подняться. Выходя вслед за Килин, он еще раз взглянул на картину. Да, одежда та же самая. Неужели это Са-Лоэли? Вновь потянулись бесконечные коридоры. Глаза уже привыкли к такому освещению, поэтому было уже не так темно. Только сейчас Горак сообразил, что коридоры «Ритана» необычно пусты. За все то время, сколько он провел на яхте, Горак не встретил здесь никого, кроме лиц, выделенных для сопровождения. За то же самое время на кораблях Альянса он разминулся бы в коридорах как минимум с десятком человек. Это было совсем не то, что он ожидал. Летя сюда, Горак был уверен, что найдет здесь пару десантных кораблей, битком набитых этими солдатами — всадниками. И что «Ритан» — только прикрытие. А в итоге оказалось, что кроме полупустой яхты тут никого нет. Да, бледно он будет выглядеть «на ковре» у начальства. И ведь в отказе от содействия Алидар не обвинишь. Они не только задержались по его просьбе, но даже аудиенцию предоставили, хотя чисто формально. Он не получил не только ответов, но и догадок. Очередной шаг заставил Горака замереть на месте. Рука автоматически метнулась к поясу, но он тут же вспомнил, что без оружия. Пары секунд Гораку хватило, чтобы оценить обстановку — он стоял не в коридоре, а посереди оранжереи. Это не было похоже на огород, скорее, на небольшой парк. Невысокий кустарник, мощеные дорожки, даже небольшой водоем в виде чаши. Как все это могло сочетаться с выражением «военный космический корабль», Горак так и не понял. — Тоска по дому, господин майор. Не люблю длительных космических перелетов. И только сейчас Горак заметил говорящего. Совсем молодой юноша, одетый так же, как и Са-Лоэли, сидел на изящной парковой скамье. Но общего между ними было гораздо больше, чем просто одежда. Неуловимое сходство читалось во внешности, взгляде и манере держаться. — Вам известно мое имя, — не спросил, а констатировал Горак. — А вот я, прошу прощения, боюсь ошибиться. Горак с первого взгляда понял, что перед ним еще один сын императора. Вот только какой? — Элеи, — просто ответил собеседник. — Чем обязан столь неожиданной аудиенции, Са-Элеи? — Вы были не правы, майор, на той картине не Лоэли. Девушек в смещение таскают только романтики. Лои к ним не относится. Спрашивать, каким образом Са-Элеи узнал про его мысли, Горак не стал. Спросил другое: — А вы? — Романтик? Нет, скорее, авантюрист. А вот теперь разговор начал приобретать смысл. Официальная часть аудиенции закончилась, началась неофициальная. Горак не был готов к такому повороту событий. Меньше всего он ожидал, что его пребывание здесь продолжится столь неожиданно. — Если честно, Са-Элеи, я немного в растерянности… — Зачем вы здесь? Я хотел посмотреть на вас. Лои слишком прямолинеен, он не оценит тонкости игры. Игры, вот в чем дело. Этот разговор — последний аккорд, логическая точка этой невидимой схватке, в которой проигравшая сторона — он, майор Горак. Партия разыграна, и сейчас победитель бросит карты на стол, показывая всем, что у него на руках. Сати собирается приподнять завесу и ткнуть его носом в его ошибки? Пусть. Хотя, если эту партию разыграл он, Горак готов был «снять шляпу». Расчеты точны до мелочей, действия скоординированы, внешние факторы учтены. Сати шел на шаг впереди, а под конец сумел оторваться на два. Ведь куда-то дел он своих всадников, и Горак до сих пор не понял куда. Как профессионал, он не мог этого не оценить. Но сейчас тщеславие подводит сати. Жизнь — не карты. В ней не бывает законченных партий. Он сделает горестное лицо, чтобы потешить самолюбие мальчишки. И уйдет отсюда с кучей новых сведений, которые, вполне возможно, помогут ему добраться до Харбина. — Я не сомневался, майор Горак, что вы умный человек, — продолжил Са-Элеи. — Но есть один момент, который не позволяет вам понять все до конца. — Так, в чем я был не прав? — В том, что проводите между нами аналогию. Вам не психолог нужен был, а ксенолог. Возможно, тогда у вас было бы больше ответов. — Вы не считаете себя человеком, Са-Элеи? — У понятия «человек» слишком тонкая грань. Са-Элеи повернул голову, и они встретились взглядом. От затылка вниз по позвоночнику побежала волна холода. Прокатившись по всему телу, она ушла в ноги, оставив после себя нервную дрожь. Горак потерял дар речи. Впервые такие же чувства испытал в присутствии катанга. — А вы могли бы заниматься искусством, господин майор. У вас талант. — Какой? — не понял Горак. — Это можете знать только вы. Только те, кто обладает чутьем, способны ощутить вибрацию поверхности. В обычной жизни это называют интуицией. Она может облегчить жизнь, а может, как в вашем случае, усложнить. Ведь вам нелегко на службе. Благодаря усердию, вы быстро добрались до середины, но теперь застряли. Хотя еще не понимаете этого. Поймете через несколько лет, когда вас пару раз отодвинут в повышении. Это из-за того, что вы никогда не укладываетесь в положенные рамки. Вам всегда проще придумать что-то свое, чем пользоваться тем, что есть. Зато вас ценят за инициативу. Вы способны на нестандартные ходы. Как, например, сейчас. Ведь ваше руководство поверило вам на слово. Так? — Какое отношение моя карьера имеет к делу? — поджал губы Горак. — Самое прямое. Когда вы вернетесь ни с чем, это станет последней каплей для вашего начальства. Вас посадят перекладывать бумажки в архиве. — Знаете что, Са-Элеи… — вскочил на ноги Горак. — Сядьте, майор — голос сати был тихим, но настойчивым. Горак рухнул на место, как подкошенный. Он и не думал, что может быть так: перед ним сидел мальчишка, а он ощущал себя как на «ковре» у генерала. — Здесь дело не в моем тщеславии, майор. Все гораздо хуже, чем вы думаете. И сейчас я пытаюсь открыть вам глаза. — На что? — На то, чего вы не видите, а поэтому не понимаете. — Ссурах? Элеи кивнул. — Вы все-таки сумели верно оценить то, что рассказал вам уважаемый Хест’теш. — Вам и это известно? — Господин Горак, когда тысячи хетар со всего Простора, с криками «ссурах» бегут на Алидар, это трудно не заметить. Ну, а выяснить, кто первый бросил клич «спасайся, кто может!» было не так сложно. Хотите увидеть, из-за чего все началось? Ответ Горака был очевидным, поэтому Элеи не стал его дожидаться. Легкое движение руки, и часть оранжереи растворилась, уступив место медотсеку станции Динар-3. Прокручивать всю запись он не стал. Остановил он на том месте, где в прозрачной камере вакуумного изолятора, на белом хирургическом столе лежало несуразное тело мертвого катанга. — Дальше интересного мало. Вскрытие немногое прояснило. Разве только тот факт, что у него вообще отсутствуют внутренние органы, — прокомментировал Са-Элеи. — Эта запись стоила того, чтобы вытащить Этара Харбина из клиники? — Эта запись стоила жизни десяткам тысяч наших всадников и едва не стоила одному из нас. Сегодня нас всех спас случай. Дар Харбин привез эту запись в единственное место, где ее могли оценить по достоинству. Никто другой не увидел бы того, что увидели мы. Никто не сумел бы распознать в катангах ткачей. И тогда время было бы упущено. И вместо тысяч погибли бы миллионы. Но вы, похоже, этого не понимаете. — А должны? — наигранно удивился Горак. — Пока я понимаю другое: вы провели войсковую спецоперацию на территории другого государства, не имея на то никаких прав. Это называется вторжением. — О чем вы, господин майор? Для вторжения нужна армия, а перед вами лишь одна злосчастная яхта, которую в самый неподходящий момент выкинуло с Тропы, — с легкой улыбкой Элеи открыл одно из отделений массивного браслета, надетого на левую руку, и достал оттуда невзрачного вида кристалл. Подбросив его вверх, Элеи смазал его рукой, и оттолкнул от себя. Через комнату поплыло «окно», прозрачное покрывало которого открывало вид смещения. Горак застыл, поджав губы. «Окно» имело метра два в длину и больше метра в ширину. Оно, подобно линзе, немного искажало пространство. По краям все было размыто, но ближе к середине картинка обретала четкость. Оно плыло по комнате, и Горак совсем перестал дышать. С первой минуты своего присутствия на яхте, майора удивляло, почему у сати нет охраны. Но в тот момент он отнес это к чрезмерной беспечности императорского дома. И только сейчас он понял, насколько ошибался. Только в оранжерее, пока «окно» медленно плыло по воздуху, он насчитал более десятка всадников. То, что это были именно они, Горак не сомневался. Высокие сапоги, длинные перчатки, наглухо запахнутые плащи — перепутать столь странно одетых личностей с кем-то еще было трудно. Но кроме этих были еще и другие. На них были черные глухие одежды, как те, что он видел на сати. На лицах — черные, без каких-либо внешних отличий, маски. Теперь Горак понял, почему их называют всадниками. Они сидели верхом на жуткого вида созданиях. Он даже не мог подобрать аналогию, чтобы их с чем-то сравнить. Не змеи, хотя без «ног», ни птицы, хотя, вроде, с «крыльями»… — Драконы, — подсказал Элеи. — Хотя, если спросите, почему драконы, отвечу честно — не знаю. «Окно» продолжало плыть дальше, истончаясь и тая с каждой секундой. Но все же перед тем, как оно растворилось совсем, Горак успел увидеть там не только людей. — Катанги? — спросил он, когда «окно» исчезло. — Нет, что вы. Ткачи. — Было похоже на… — Они одного биологического вида, как мы с вами. Только катангов вы больше не увидите. — Почему? Элеи только улыбнулся и пожал плечами. Горак тоже улыбнулся. Глупо было спрашивать. Для чего тогда Алидар привел сюда своих всадников? — Чем вам так успели насолить катанги? — Своим существованием. Горак подозрительно посмотрел на сати. — Простите, Са-Элеи, но если завтра вам не понравится Альянс? — Нам много что не нравится, господин Горак. Личная антипатия еще не повод развязывать войну. — А как же катанги? — А тут другая история. Вам бы понравилось жить в первобытном мире, где людьми правит Сила и Страх. Сила будет в руках маленьких царьков, которые будут жить каждый день как последний. А поэтому не станут себе отказывать ни в чем. Их развлечения жестоки, а жизнь их подданных — то ли людей, то ли рабов — не стоит ничего. Но так будет недолго. На смену Силе придет Страх. Страх опустится с неба, и Сила станет его игрушкой. Люди будут гибнуть уже не десятками — тысячами. Будут убивать друг друга и умирать сами. Когда на пустой земле останутся только тела, Страх уйдет: уже некому будет бояться. Но он заберет не всех. Очень скоро те, кому посчастливилось выжить, вылезут из своих щелей, и среди людей вновь воцарится Сила. Но ненадолго, потому что Страх вернется. Они всегда возвращаются. — Вы описали какую-то жуть, Са-Элеи. Нормальный цивилизованный человек никогда не опустится до такого животного уровня. — Вы никогда не жили рядом с ткачами, господин майор. Если хотите понять, каково это, почитайте историю Хет-Кара. Их цивилизация с момента своего зарождения соседствовала с гнездом. И до сих пор, по прошествии многих тысяч лет, для них не существует ужаса больше, чем ссурах. — Но если вы так категоричны в отношении катангов, то почему не избавитесь от ткачей? — Знаете, как у нас говорят: «Старый враг про тебя никогда не забудет», — усмехнулся Элеи. Ну не объяснять же Гораку, что без помощи ткачей им не удалось бы избавиться от гнезда катангов. Хотя, если честно, Элеи сам не понимал, почему после разрушения гнезда, отец не захотел избавиться заодно и от ослабевших ткачей. Ну да ладно, об этом он спросит позже. И к Гораку это никакого отношения не имеет. — Но я, уважаемый Горак, не просто так рассказал вам это, — продолжил Элеи. — В гнезде катангов мы кое-что нашли. Эти находки нам позволяют предположить, что какой-то человеческий мир шел у них на поводу. Речь идет именно о людях, поскольку схожих параметров нет больше ни у какой расы. Возможно, катанги предложили им специальные условия, например роль надзирателей. А за это, за обещанную власть, проводили некоторые эксперименты. Мы не знаем, что это за мир, но, возможно, узнаете вы. — О каких экспериментах идет речь, Са-Элеи? — Генетических. Они хотели создать гибрид. Все это было только в теории, но кто знает, какие данные могли сохраниться у их партнеров. Элеи замолчал. Это были не находки. Это был проблеск. Короткий, молниеносный проблеск в тот миг, когда разум Адени соединился с разумом королевы. Как будто кто-то на секунду приподнял занавес, и он увидел немую сцену. Она знала про всадников Алидар. Она знала, что людям доступно смещение. И она хотела получить себе таких людей. Только не врагов, а преданных ей так же, как и другие в рое. Она не просто хотела. Она сделала первые шаги. Тут занавес опустился. Элеи так и не узнал, что предприняла королева. Какой мир выбрала для своих экспериментов. Не Алидар точно. В последнее время никого из всадников они не теряли. Да и логику других рас понять весьма сложно. Но первый шаг был сделан. И как далеко он заведет, никто не знал. Может только Адени, но когда он покинет «саркофаг», непонятно. Через месяц, через год, или через десять лет — Привратник не уточнил. У ткачей своеобразное понятие времени. — Вы умный человек и неплохой стратег, господин Горак. Впереди у вас уйма времени, чтобы во всем разобраться. Я же просто хочу обратить ваше внимание. Если однажды вы столкнетесь с похожей информацией… Нет, — покачал головой Элеи, предугадывая возмущение майора, — я ни о чем подобном вас не прошу. Вы можете распоряжаться ей так, как посчитаете нужным. Я лишь хочу, чтоб вы знали, что могут сотворить с Простором ссурах. И хочу чтобы вы помнили: однажды Алидар может не успеть. Горак поднял глаза и второй раз за сегодня столкнулся взглядом с Элеи. И снова нервная дрожь, на этот раз с ощущением осторожности. Его предупредили. Просто предупредили. Пока. — Давайте на этом закончим, господин майор. Ваши люди вас ждут. Горак поднялся. — Я был бы благодарен, Са-Элеи, если бы меня про… — Горак сделал шаг, и осекся. — … водили, — медленно закончил майор. Он стоял уже не в оранжерее, а в том самом коридоре, откуда его так неожиданно выдернули. В нескольких метрах от него Килин о чем-то болтала с всадником. Увидев Горака, всадник оборвал разговор, кивнув на него, и, хлопком запахнув плащ, пропал в неровном свете огненных чаш. — Идемте, господин майор, — с улыбкой предложила Килин, — я провожу вас до шлюпки.
