Поколение лжецов

Мои ноги уже гудят от боли, честно. Никогда не понимал, как можно очень много танцевать, но так и получилось. Я станцевал семь танцев с Виктором, два с Гарри, три с Томом, еще три с Геллертом, два с Алексом, по одному с Асторией, Дафной, Луной, Гермионой, Флёр, Невиллом, близнецами Уизли, Роном и Джинни. Как они меня поймали во всем этом на танец, я без понятия, но весь танец был должен слушать «Пожирательское отродье» и «Темный», при том, что я был направляющим в обоих танцах, и в обоих танцах мне знатно потоптались по ногам. В лучших традициях Золушки и других диснеевских принцесс, я схватил бокал с вином, которое почему-то здесь было, и поспешил в коридоры, чтобы пойти в свои чертоги факульетата. Сюда допустили только третьекурсников, и курсы выше, ниже — уже должны спать, ибо… Да, наколдованный Темпус показывает одиннадцать часов вечера. Неприятно, хех… И вино оказалось сладким, не люблю сладкое вино, только полусладкое. Сложно… — Мистер Грейнджер, — чужой вкрадчивый голос, в абсолютной тишине заставил меня вскрикнуть и резко обернуться, направив палочку… На профессора Снейпа. Мое возмущение можно было читать даже слепому, а он только фыркнул! : — Очень хорошо, что вы научились наконец-то правильно вытягивать палочку, — саркастически произнес профессор. — Сами виноваты, — буркнул я, и быстро подбежал к окну, садясь на подоконник, не решаясь перекинуть ноги наружу, и весело улыбнулся: — Что-то не так, профессор? — Мистер Грейнджер, как насчет того, чтобы отдать мне хоть один танец? — спокойно, даже холодно спросил профессор. Хотя я мог почувствовать, что он взволнован, и ждет чего угодно сейчас. — Конечно! — я буквально воспрял духом, счастлив улыбаясь, сверкая голубыми глазами. Профессор сначала растерялся, но слегка расслабился и протянул мне руку. Он был выше меня, логично что самостоятельно я бы вести его не смог, поэтому вел танец он. Я счастливо улыбался, надеясь что, он наконец-то не будет так разносить раздражение после этого танца, и наконец-то примет решение. Потому что я могу видеть, как волнуется насчет всего этого Люциус: Как бы не обидеть младшего Истинного, который может родить ребенка, и как не потерять любимого и давно знакомого Истинного, которому он доверяет намного больше. Танец был быстрым, я едва успевал переступать, но Северус не давал мне спуску, одновременно поддерживая, чтобы я не упал. Мой первый танец с кем-то из Истинных, в ночной тьме коридоров, со светом нескольких факелов и луны через окно — Романтика обеспечена.

***

Транспортировка всех Пожирателей Смерти, транспортировка всех Пожирателей Смерти, транспортировка… Я взвыл, хватаясь руками за собственные волосы, и прикусив нижнюю губу. Сложно! Почему на мне столько проблем? Альбус раздумывает о том, как бы незаметно наложить на меня тысячи поводков, сделав послушной марионеткой, Том ждет своих последователей, Гермиона желает стать сильнее, на меня косятся Виктор, Андрей и Флёр, — Хотя бы задание выполнил! , — получил поцелуй от Северуса, и… Ну чего все так сложно? Тяжело вздохнул, опустив многострадальные волосы, и притронулся к удивительно холодному лбу. Меня поцеловал Северус Снейп. Я был настолько удивлен, что даже не заметил, как он тогда ушел, оставив меня наедине с самим собой, и даже не проводил. Проводил меня обратно, подоспевший Люциус, который поцеловал мне тыльную сторону руки, пожелал спокойной ночи и удалился. И что мы имеем? Проблема первая: Альбус и моя некромантическая магия, известная уже медсестре и директору. Во-вторых, Том со своими последователями. В-третьих, мои Истинные, которые все же решили забрать меня себе. В-четвертых, доставучие приезжие, которые тоже решили забрать меня себе, что неимоверно бесит: Не для вас рос! И все же, нужно придумать что делать, потому что Святочный Бал был вчера в субботу, а сейчас воскресенье, и я все еще не встаю с кровати, хотя уже три часа дня. Блейза я попросил отмазать меня, в случае чего, перед этим самостоятельно успокоив Алекса, что я жив, умирать не собираюсь, и что я просто немного в шоке от вчерашнего дня. Альбус. Играть перед ним наивного и очень хорошего ребенка, которым легко манипулировать, значит, доверчивость должна зашкаливать, а также еще больше аксессуаров. Вести себя, как ребенок, а не как игрок Турнира, или Слизеринец в целом. В случае опасности для собственной жизни? Прыгать не задумываясь, но попытаться решить все с минимальным для себя, и других ущербом, если это что-то плохое для семьи — сразу отказывать, и закатить грандиозную истерику, с «Магическим выбросом», в ходе которого сделать что-то неприятное для Дамблдора, чтобы в случае чего, обвинить его. Попытаться спрятать хотя бы половину всех своих сил, потому что это перебор для детского тела, от этого и бледность — тело не выдерживает нагрузки на себя. Не удивлюсь, если я через месяц буду очень костлявым, а через три мои волосы потемнеют, если не научусь пользоваться силой в правильных пропорциях. Том. Ему нужен такой же простой в использовании последователей, но играть святую доверчивость уже не выйдет, поэтому будет оплотом благоразумия и послушности, всячески выгораживая от всего этого семью, и… Если он прикажет убить,? Я сглотнул. Конечно, убью, возможно, из-за специфики магии даже не почувствую угрызения совести: Каждый год я отдаю в честь Смерти несколько мертвых существ, ходя в лес. Это же традиция, чтобы задобрить мать-Смерть, значит и эти «Жертвы» моего «Благоразумия» будут подарком для нее. Если маги — это дополнительная сила для меня. Но стоит надеяться, что убивать мне не придется, иначе будет очень обидно и грустно. Для меня. Транспортировка Пожирателей… Можно отпроситься в банк Гринготтс, куда должен принести шкаф Люциус, а второй должен быть в том месте, где отпустить Пожирателей надо. Тогда, войдя туда, там всех их и отпущу, спрятавшись, конечно, за Томом — он может манипулировать метками, его сразу узнают. Тогда, можно будет порадоваться за свою жизнь, и познакомиться с новыми, — Ха-ха! , — коллегами. Оборотни… Попросить привезти туда Фенрира Сивого, рассказав о том, что там будут его оборотни из Азкабана, — Кстати, сейчас активно все причесывается в их поисках, — и отпустить их для него, перед этим взяв клятвы неприкосновенности к нам, со стороны его оборотней. Сириус и Ремус… Они не поймут, да? Что может делать ребенок в Азкабане? А если они найдут газеты со статьями о том, что все исчезли, хотя там ни слова не было о них самих? А если узнают, что мы связывались с подставными ими, специально созданных для нас? Хотя, они должны понять, что все не так радужно, ведь провели время в Азкабане… Но что с ними делать? Отдать на попечение Тома? Плохая идея, Марволо убил их друзей, один из друзей из-за него стал предателем, а Гарри жил в маггловском мире. Плохо. Северус? Он убьет меня. Пускай и любит, — О Смерть, это правда.! По крайней мере, я на это надеюсь, — но убьет, если я сдам его, Блэка и Люпина, коих он на дух не переносит еще больше, вероятно, чем Дамблдора. Тогда, Люциус? Тоже не вариант, они там все испортят, или только Блэк испортит. Нарцисса живет с ними. Тогда… Мой дом? Мой. Чертовый. Дом. Который пылиться самостоятельно, из-за отсутствия у меня гребанного домовика. Попросить их никуда не сбегать, потому что это опасно, ставить деньги, — Хотя у Блэка они должны остаться, — и жить спокойно, пока они там обживаются.

***

— Геллерт, — я завалился на своего друга, который как раз сидел с книгой, на диване. Возле него сидел Теодор, также читая что-то, но из-за меня насладиться тишиной и спокойствием у них не выйдет: — Я нашел участников из всех низких курсов для нашего Факультета, — проинформировал я. — Понял, солнышко, — хмыкнул Гринденвальд, а Нотт направил на меня безразлично-обиженный взгляд, на что я виновато улыбнулся. Вечер воскресенья, я понимаю, но все же…: — Сейчас позову всех наших… Думаю, можно устроить место сбора в Тайной Комнате, если перенастроить слово-пароль… — у меня самые понимающие в мире друзья.

***

Введение новеньких, мы решили сделать как посвящение. Татуировки, как Том, мы делать не решились, но вот другое… Кольцо давалось только самым-самым, элите элиты, а кулон остальным. Таким случаем, кулон выглядел как две змеи, обычные серебряные, сплетены в знак уробороса, а решено было брать по одному из курса факультета. Из самых примечательных, могу назвать Колина Криви, потому что он очень интересный. В книге появилась информация о нем, впрочем, как и о всех нас, и теперь наш факультет начисляет четырнадцать участников факультета, не считая нашей элиты, был выбран Глава, — Геллерт, — советник главы — Драко Малфой, — советники просто, как старейшины, — Луна Лавгуд, Алекс Лестрейндж, Невилл Лонгботтом, Гарри Поттер, Дафна Гринграсс, — и Серый Кардинал, главный постачальник интересностей, хотя должны этим заниматься все — Я, Шарли Грейнджер. Против этого все, кто вступил, против не были. Теперь по Хогвартсе ходил слух, что Элитный факультет Змей принял по участнику из каждого курса и каждого факультета, набирая себе мощь. Зачем, были построены самые разные догадки, а я только смеялся с этого. Тайная Комната теперь держится на слове-пароле, который должен меняться каждую вторую неделю, о чем все будут предупреждены словесно. Выбирались все тщательно, даже говорились клятв о неразглашении. Так вот, Тайная комната обзавелась диваном, собственной библиотекой, — Копии книг оставлял в зале для тренировок Слизерина, оригинал — здесь, — небольшим буфетом и заклинанием отопления. Младшие курсы с восхищением слушали историю этого места от меня-любимого, и все даже решили прогуляться: Идеальный серпентарий, а Гарри еще и открыл комнату. Оставив всех, с просьбой к Драко присмотреть за всем выводком, я поспешил к Гарри. Дорогие книги, редкость несусветная, некоторые на новом английском и не такие старые, на Латыне, но больше на староанглийском. Меня едва не хватил инфаркт: Не каждый день находишь библиотеку Слизерина, верно?

***

Стою в кабинете директора. Через неделю третий тур, и я очень волнуюсь, как бы помочь Гарри не сдохнуть раньше времени: Он мне еще своих детей не показал, так что хрен ему, а не смерть. Я, может, хочу племянников побаловать, а не на холодный труп с зелеными глазками смотреть! А какая истерика может быть у Драко, в случае чего?! Хотя, есть положительные стороны у всего происходящего: Северус стал спокойнее, иногда даже улыбается мне. Вот, серьезно, ощущаю себя первокурсницей, что влюбилась. Иногда даже забываю, что душа у меня женская, вот и случаются заскоки. А вот Лорд Малфой не смог остаться, но пообещал попытаться выбить разрешение для меня на поход в Хогсмид, потому что мне туда ходить запрещено было еще Эммой. Директор сидит немного раздраженным, зло и сожалеюще сверкает глазами. — Мне жаль, мой мальчик — меня передергивает, но я делаю вид, что от страха, а не отвращения: — Но я ничего не смог сделать. Авроры, будьте добры… … Что?