Проклятый ками

... Все бури в конце концов затихают и наступает покой — напоминание людям о той тишине и безмолвии, которые приходят на смену суровой буре, что зовется жизнью. Наруто давно проснулся, но глаза не открывал. В голове всплывали нечеткие фрагменты вчерашнего дня, и он был рад тому, что почти ничего не помнил. Ненавидел ли он Саске? Нет. Сам был виноват. Он не особо-то и сопротивлялся, когда сильные руки снимали с него одежду и когда чужие губы накрывали его собственные. Тело болело так, словно его разрывали на миллионы кусков. Наруто пролежал еще около часа в полудреме, ни о чем не думая. Наконец ему это надоело, и он, приоткрыв глаза, уставился в потолок. Саске, до сих пор тихо сидевший у стены, поднял голову. Прошло несколько минут в напряженной тишине. - Ты злишься? - такой спокойный и любопытный голос, может только тише обычного. Наруто скосил глаза в сторону говорящего, ожидая увидеть безэмоциональное лицо, но что-то в его выражении неуловимо изменилось. - Не знаю, - последовал запоздалый, но честный ответ. Саске медленно поднялся и сел на краешек кровати блондина, отчего тот ощутимо напрягся. Кто знает, что взбредет богу в голову? Брюнет осторожно протянул руку к лицу парня, но та зацепила только воздух. Наруто, быстро среагировав, дернулся к стене. Саске закусил нижнюю губу, но руку убрал. Блондин, все еще рассматривавший трещинке на потолке, наконец посмотрел на ками. Не со злостью или презрением, а просто отстраненно. Он не знал, что сказать, да и не хотелось. В глубине черных глаз он отыскал беспокойство, так не сочетавшееся с обычно равнодушным лицом бога. - Неужели жалко меня? - язвительно поинтересовался блондин. - Не знаю,- на этот раз такой ответ последовал из уст брюнета, говорившего с полной серьезностью. Он не понимал, что вызывало в нем такое противоречивое ощущение. Ничто до этого не вызывало такого странного покалывания в груди, словно туда, не прекращая, втыкали иголки, заставляя рану расширяться. Никакая физическая боль не могла сравниться с болью, которую брюнет испытывал сейчас. Это незнакомое ощущение пугало его. Если Наруто как-то приутих и погрузился в себя, то на Саске обрушился настоящий водопад эмоций. Такое состояние было не характерно для них обоих, а все из-за необузданных желаний брюнета. Когда Саске рассказал блондину про проклятие, в его голове засела одна дикая мысль. Ему хотелось помочь этому богу, не ведавшему, чего он лишен. На такое может пойти только сумасшедший. За двое суток влюбиться в человека, которого видишь впервые. Невозможно. Глупо. А Наруто смог. Даже после того, что Саске с ним сделал, он не чувствовал отвращения и неприязни к ками. - Ты почувствовал... - хриплый голос блондина на секунду остановился. - Хоть что-нибудь? В эти слова было вложено столько надежды, что заставило Саске вздрогнуть от удивления, ожидавшего с его стороны ожесточенность и отвращение. - Не знаю, - ответ повторился. Брюнет и правда не знал, как описать свое состояние. - Понятно, - блондин вопреки предчувствиям бога лишь печально улыбнулся. Они долго сидели в тишине, наконец переставшей быть угнетающей и неловкой. Странно было наслаждаться обществом друг друга после случившегося. Черные глаза впивались в голубые. Каждый из них не моргал, боясь прервать зрительный контакт. Они читали в глазах все переживания и мысли, поэтому не нуждались в словах, которые могли только испортить сложившуюся атмосферу. Блондин тонул в темном омуте божественных глаз, а ками словно погружался в светлые Небеса. Вся неопределенность куда-то пропала, и теперь им не нужно было ничего. Только видеть. Только чувствовать. Наруто сел в кровати, не переставая всматриваться в черноту. Лицо Саске было совсем близко. Блондин осторожно приблизился к желанным очертаниям и легко коснулся приоткрытых губ, которые замерли лишь на миг, а после так же нежно ответили на поцелуй. Черные волосы щекотали щеки Наруто. По телу бога пробежала мелкая дрожь, удивившая его самого. Снова эти странные ощущения. Что с ним происходит? Единственный вопрос, вертевшийся в голове брюнета, отвлекал его от происходящего, поэтому он закинул его подальше в глубь сознания. Полностью отдавшись ласкам Наруто, он впервые не чувствовал животного желания поиметь кого-то. Эти ощущения были словно из другого мира. Саске погряз в фейерверке накативших эмоций, поэтому не заметил, как катана тихо покинула ножны. Наруто решился привести в действие свой безумный план. Резко оттолкнув брюнета от себя, он выдохнул. Прежде чем Саске успел осознать, что происходит, еще находясь в эйфории, острый клинок уже вошел в горячее тело. Из горла вырывался только хрип, не выпуская истошный крик, рвавшийся наружу. Слух ками словно усилился в несколько раз, позволяя расслышать треск каждого рвавшегося сосуда, которые уже никогда не смогут нести кровь к сердцу. Ужасающее красное пятно расплывалось на голой груди блондина. - Теперь ты свободен, Саске, - голос Наруто заставил выйти из забытия. Внутри что-то оборвалось. То, что было недоступно раньше, теперь наверстывало свое право на существование, отзываясь болью и давя на ребра. Дышать становилось трудно, какой-то ком стоял в горле, и невиданные ощущения нагоняли панику и страх. - Наруто... - прошептал бог, дико смотря на блондина, на лице которого блестели капельки слез, падавших с щек Саске. Наруто улыбался, а заметив, что тот плачет, его улыбка стала еще шире и радостней. Саске не знал, что делать. Если вытащить клинок, то блондин умрет сразу, поэтому ками лишь обнимал его за плечи, утыкаясь головой в плечо и касаясь губами нежной кожи на шее. - Саске... Блондин произнес имя, ставшее самым дорогим за столь короткий период времени. Брюнет уже рыдал навзрыд, позволяя эмоциям вырываться на волю. - Я люблю тебя, Саске. Эти тихие слова были последними в короткой жизни Наруто. Послышался крик, полный отчаяния и ужаса. Смерть имеет больше общего с любовью, чем вы можете себе представить.