Лепестки изо льда

      Прошло еще две недели после битвы на мосту, прежде чем наши герои отправились в путь. Наруто дольше всех (а, точнее, единственный) обижался на Эльзу, подоспевшую как раз к концу битвы. Эльзе причина этой обиды была непонятна, и она пожимала плечами всякий раз, когда Наруто демонстративно от неё отворачивался целых два дня. Еще эти две недели она занималась изучением земляной техники, которую с трудом выпросила у Какаши. Он хоть и был их сенсеем, но совершенно не учил чему-либо       Шаринган (пусть и с одним томое) очень ее заинтересовал, поэтому, как только Саске немного поправился, она целых десять минут смотрела в алые глаза напарника, задумавшись о том, что это додзюцу наверняка стоит на черном рынке не дешевле бьякугана. Сразу после битвы Эльзе пришлось делать еще одну неприятную вещь: оттирать пол на кухне от крови. Тазуна, чей мост почти достроили, пообещал назвать свое творение мостом команды номер семь, чем немало удивил Наруто и Саске. К тому же Цунами, чью жизнь она спасла, готова была ее чуть ли не на руках носить. Инари тоже повесел и стал вести себя как еще один малолетний приятель Наруто — Конохамару, с которым они с Саске познакомились пару месяцев назад.       Путь обратно в Коноху Эльзу не то чтобы порадовал, но проведя почти месяц вдали от дома, от Хинаты, от раздражающей Ино, она успела соскучиться. Находясь в более-менее радостном настроении (насколько это вообще возможно), она бодро шагала по дороге, не обращая внимания на сокомандников.       — Сакура-чан, доброе утро! — Наруто радостно улыбался, подбегая к ней и Саске, но заметив второго, весь его радостный настрой мигом улетучился.       Прошло несколько секунд молчания, прежде чем Учиха и Узумаки демонстративно отвернулись друг от друга. «Эти двое стали просто невыносимы с тех пор как мы вернулись из страны волн… Да где же носит Какаши?» подумала Эльза и немного прищурила глаза.       Их сенсей пришел только спустя три часа. Три долгих часа во время которых ей приходилось выслушивать споры и терпеть колкие взгляды двух болванов. В Коноху они вернулись полторы недели назад, а мальчики все ещё не желали подарить ей хоть одну спокойную минутку. Неумолимо приближался июль и Эльза с ужасом думала что провела целых восемь месяцев в компании с незадачливым сенсеем и двумя несмышленышами.       Сакура, Саске и Наруто выпустились в ноябре, когда им всем уже стукнуло двенадцать. Случайно, во времена академии, когда ее класс и Ирука-сенсей уже вышли, Эльза пошарила по ящикам и наткнулась на досье и своих будущих сокомандников, и на других учеников. И она узнала, что, оказывается, старше их обоих. Саске почти на четыре месяца (он родился 25 июля, а она 28 марта), а Наруто так вообще почти на пол года (Узумаки появился на свет 10 октября). Впрочем, сначала у нее поселились сомнения: мало ли, может это они, наоборот ее старше, но нет. Когда она выпускалась, все ее одноклассники были одного возраста (двенадцать лет). Тринадцать ей уже исполнилось, в отличии от ее напарников. К тому же у нее начали появляться подозрения, что скоро будет экзамен на чунина, так как по селению начало ходить больше иностранных шиноби. Два дня назад, например, она тренировалась на полигоне и заметила девочку из деревни Песка. Ее кажется звали Темари? Они отлично потренировались и разошлись усталые, но довольные, пообещав, что еще как-нибудь встретятся и пообщаются.       После миссии Эльза помогала идти Наруто. Прослушала какие-то слова Саске про силу… После этого Наруто сжал кулаки и Эльза вроде бы даже слышала, как у него скрипнули зубы. Она стояла в задумчивости долго. По крайней мере, когда Наруто тряс ее за плечо, она увидела Темари и еще одного мальчика с разукрашенным лицом. Темари что-то шепнула ему на ухо и он стал рассматривать ее с интересом. Какой-то мальчишка тщетно пытался вырваться из его рук.       Конохомару… Она видела его — внук хокаге вам не просто мальчик. Да и к тому же их познакомил джинчурики. Она положила руку на плечо Наруто и несильно сжала. Ну, как несильно… Наруто чуть не взвыл от боли. А когда он чуть не вырвался, Эльза едва не сломала ему обе руки.       — Так это про тебя говорила моя сестра?       Эльза прищурила глаза. В них читалось что-то, но Канкуро не мог разглядеть.       — Почему внук нашего Хокаге встретил такое неподобающее… приветствие?       Канкуро слегка побледнел не столько от того, что напал на родственника Хокаге, сколько от ее голоса и выражения лица. Этот тон… Это выражение… Она напомнила ему Гаару. Сразу стало холодно. Марионеточник мог поклясться, что упали пару снежинок.       — Йо, Темари. — Эльза проговорила это так, как будто только сейчас заметила дочь Казекаге. Рядом с Наруто спрыгнул Саске. Он не удостоился и взгляда бывшей королевы.       — Если тебе не нужны проблемы с Хокаге, то не надо угрожать близким или как-то еще выражать свою неприязнь к нашему селению.       — Я не знал!       Канкуро с яростью понял, что оправдывается перед какой-то девчонкой.       — Да я!..       — Канкуро, перестань. Ты позоришь наше селение. — рядом с Темари и Канкуро появился еще один генин. По лицу Канкуро скатилась капля пота, –Ты слишком увлекся дракой… Какой позор.       — Га-гаара…       — Заткнись или я убью тебя.       Теперь побледнел не только Канкуро. На лице Темари был страх, если не животный ужас. Красноволосый проговорил:       — Приношу свои извинения.       Он обернулся к Эльзе. Выглядел он обычно, не считая огромного сосуда за спиной, отсутствия бровей и иероглифа на лбу, обозначающего «любовь». Алые волосы были довольно растрепаны, черные круги вокруг глаз были явно от сильного недосыпа.       — Как твое имя? — спросил Саске.       — Гаара Пустынник. А твое?       Однако это было сказано не в сторону Саске, а Эльзы.       — Сакура. Сакура Харуно.

***

      — Неджи, слышал? Лучшая подруга твоей сестры идет вместе с нами сдавать экзамен на чунина. Ты же часто с ней тренируешься? — сказала Тентен.       — Она еще и ученица Какаши. Я хотел бы сразиться с их командой! — воскликнул Ли.       При упоминании этой куноичи Неджи едва заметно приподнял уголки губ. Да… Будет Весело.