Приключения Моны и Леи

      Она быстро вбежала в здание, держа какой-то чемоданчик – больше похожий на кейс – в руках. Девушка, чуть выше, чем ей хотелось бы, худая – хотя обычно она называла это хрупкостью – светлые волосы наспех собранные в хвост, и это при том, что она бы в жизни не позволила себе так обращаться с тем, ради чего ей пришлось терпеть некоторые неудобства на протяжении ночи. Однако направлялась она не к Моне, а куда-то – точно играла с кем-то в прятки.       Только кто играет в прятки, когда за окном и так чёрт ногу сломит? Может именно поэтому Мона была здесь одна. По крайней мере одна, кто заметил вбежавшую «крысу».       А несколько минут спустя в эти же двери вошли два крепких мужчины, возможно, средних лет. В чёрных костюмах, сурового вида. Они очень напоминали гончих, идущих по следу. Обычно после таких оставалось много... много-много крови в фильмах, которые вбежавшая «крыса» смотрела, когда ей становилось особенно скучно. Кажется, это были фильмы Тарантино... Мужчины внимательно осмотрели каждый дюйм вокруг себя, что-то сказали в трубку телефона, вновь осмотрели каждый дюйм, вновь что-то сказали, а затем вышли из здания так же напряжённо как и вошли.       Мона точно проследила тот момент, когда «гончие» скрылись за поворотом. И этот момент на удивление удачно совпал с тем, когда её спутница вновь возникла. Но уже где-то из-за спины, огибая стул, на котором сидела Мона, и опускаясь на стул напротив. Положив странный чемоданчик на край столика.       Девушки молча посмотрели друг на друга. Лицо вбежавшей в это уединённое пристанище покоя и умиротворения светилось каким-то безумством, а в глазах чёртики всё ещё плясали ламбаду.       Бровь Моны удивлённо приподнялась.       — Что? — в порыве своих ещё бушующих чувств выпалила та, которую все города за плечами Мона называла «семь пятниц на неделе».       — Мне стоит беспокоиться?       — Пустяки! — отмахнулась «семь пятниц на неделе», похлопав по чемоданчику. — Я зашла в местное казино и решила немного поиграть. Я и подумать не могла, что возьму у них целый миллион!       — Ты что? — поперхнулась воздухом Мона.       — Что-что?! — захлопала глазами девушка, сидящая напротив. — Нам нужны были деньги, чтобы отправиться в следующий город по списку. Я эти деньги нашла!       — Но каким способом!       — Какая разница каким, нашла же.       — А если ради этого пришлось бы танцевать на сцене в ночном клубе, ты бы на шесте повисла?!       — Хорошая мысль, кстати! — спохватилась «семь пятниц на неделе». — Но денег на подходящую экипировку бы не хватило. А теперь денег нам хватит сполна. Так что заканчивай причитать и убираемся отсюда.       — Это должно было быть просто путешествие, поиск себя, — всё не унималась Мона, натягивая пальто, — но ты умудрилась ограбить казино...       — Да не грабила я его! Я честно выиграла эти деньги. И прошу добавить в твой непорочный список пунктик, в котором говорится, что я даже не допустила мысли, чтобы смухлевать! Ни разу!       — Поэтому за тобой охотится местная мафия? За твою честность?!       — А честность всегда боком выходит, знаешь ли.        «Отлично подмечено», — донесся едва ли знакомый мужской голос из-за спины собеседницы Моны.        Мона замерла... Наверное, ей ещё не встречались такие до мурашек пробирающие люди. Позади «семь пятниц на наделе» стоял мужчина, которому явно не стоило не то, что дорогу в тёмном переулке переходить, даже просто дышать с ним одним воздухом казалось большой ошибкой. Высокий, широкоплечий. Тёмные волосы каштанового оттенка, холодный взгляд карих глаз. Гладко выбритый. С фамильным кольцом на мизинце правой руки. В окружении всё тех же «гончих».       Ну а не безызвестная ранее «семь пятниц на неделе» была ещё той чёрной кошкой, после которой никакое тьфу-тьфу ситуацию, увы, не спасает. Девушка пуще прежнего расплылась в улыбке. Только теперь улыбка отражала все оттенки ехидства, которые только существовали. Чёртики в её глазах похоже забыли о ламбаде напрочь и просто отжигали какой-то лишь им известный танец.       Она игриво развернулась и ударила каблучком о каблучок, как девочка Долли из сказки про изумрудный город и волшебника.       — Поймал! — подняла она руки, а Мона только и могла... пожалеть, что ещё два города назад не заклеила спутнице рот... изолентой, отныне валявшейся в бардачке. — Требовать адвоката, видимо, уже поздно?!       — Бессмысленно, — жёстко и в тоже время очень расслаблено, без лишнего напряжения в голосе ответил мужчина, сделав ещё пару шагов к ней. — Особенно, если он такой же проныра.       — Проныра?! — возмутилась «семь пятниц на неделе». От возмущения она чуть не задохнулась! — Кто здесь ещё проныра! Только один из нас смухлевал и спрятал карту в рукаве!       — Так ты... ты у него этот миллион выиграла?! — наконец-то подала признаки своего всё ещё присутствия Мона.       Она чувствовала себя героиней какого-то странного фильма, где так не хватало шляп, револьверов, платья украшенного бахромой, блёстками или бисером на её спутнице и... бурбона. Да, бурбона определённо не хватало.       — В каком-то смысле, — закатив глаза и вздохнув, пожала плечами «семь пятниц на неделе». — Кто ж знал, что я играю с сыном того самого мафиози, о котором ты так беспокоилась.       Мона уже ничего не могла произнести. От произошедшего за последние полчаса она потеряла всякий дар речи и видимо логику в поступках своей спутницы тоже, если она в них вообще была.       — Жулик! — бросила ему в лицо «семь пятниц на неделе». — А знаешь, что бывает с жуликами?       Улыбка вновь расползалась по губам в своём самодовольстве, а из-под рукава по ладони что-то скользнуло и упало на пол, с тихим стуком. Что-то круглое и твёрдое, но достаточно шершавое, чтобы не покатиться прочь, а остаться на том месте, на котором приземлилось.       — Однажды удача отворачивается от них! — резким движением она наступила на пару-тройку шариков подле её ног, и из них вырвался белый и густой дым.       «Семь пятниц на неделе» схватила чемоданчик и бросилась к запасному выходу, потащив за собой ещё более шокированную Мону, что пыталась ответить на вопрос — почему каждый раз и на каждую историю, она может вспомнить фильм, героиней которого оказалась на этот раз.       Выбежав, девушки прыгнули в машину. Они откопали её на одной из заброшенных стоянок во втором городе из списка, подняв на колеса.       — Что это было?! — взвизгнула Мона.       — Прощальный подарок того «слегка не в своём уме» парня, которого мы встретили в Вене!       — Я не о том? Я о том, что ЭТО было?!       — Наше маленькое приключение во Франкфурте! — заводя машину, ответила «семь пятниц на неделе». — Согласись, было весело!       Девушка резко ударила по газам, и чёрный дым повалил из выхлопной трубы. Машина рванула с места, противно завизжав шинами, отчего Мона невольно зажала уши руками!       А мужчина неторопливо вышел в двери, над которыми даже не мигала табличка «выход», потому что... если здесь, кто и выходил, то, как правило, вперёд ногами, или с крыши. Машина на его глазах вылетела в поворот с лёгким заносом от очередного удара по тормозам. Девушка за рулём лишь сделала жест очень напоминающий честь, которую отдают солдаты, только сделала она это двумя пальцами. А потом... просто растворилась в ближайшем потоке машин, устремившись как можно дальше.       От этого города... от этой страны... К очередному пункту назначения в списке!