Как же я его ненавижу!

Чимин начал понемногу просыпаться. Солнечные лучи мягко освещали большую часть комнаты. Светлые стены, отражая от себя свет солнца, придавали комнате уютный вид. С удовольствием потянувшись, парень привстал на кровати и, посмотрев на часы, довольно выдохнул. Десять утра — прекрасное время для начала нового дня новой жизни. Еще немного полежав на кровати, Пак окончательно проснулся. Он уже было собрался бодро вскочить с кровати, готовый покорять этот мир своей бодростью, но вдруг взгляд его бросился на запястья. Замерев, парень не сразу понял, в чем дело. Он тупо глядел на темные пятна на своих руках, трогал их пальцами, словно не веря своим глазам. Затем воспоминания о вчерашнем вечере обрушились на него, разом выбивая парня из спокойного состояния. По телу пробежала дрожь, голос будто бы пропал: — Блять, блять, блять, — шептал парень, безумным взглядом рассматривая трясущиеся руки. — Мои запястья, они все в синяках… Блять… Тело колотило. Единственная здравая мысль, чудом уцелевшая, подсказывала, что необходимо сходить в душ и смыть с себя напряжение, успокоиться. На негнущихся ногах парень побрел в сторону ванной. К счастью, по пути ему никто не встретился. Тихо закрыв за собой дверь изнутри, Чимин оперся руками на раковину, закрывая глаза и делая несколько глубоких вдохов и выдохов. Почему-то закружилась голова. Парень, не открывая глаза, на ощупь открыл кран и, намочив руку в холодной воде, протер свое лицо. Стало легче дышать. Чимин открыл глаза и посмотрел на себя в зеркало: темные синяки на шее, разбитая щека, бледный и усталый вид. Аккуратно дотронувшись пальцами до ссадины на щеке, парень поморщился. Наконец парень пришел в себя, и мысли снова вернулись. Чимин снял с себя одежду и зашел в душ. Как он и предполагал, холодная вода вернула телу былое спокойствие. Пока влага маленькими ручейками стекала вниз по его рельефному телу, успокаивая каждую клеточку, голова Пака была абсолютно пуста. Облокотившись рукой о стену, парень позволил себе полностью расслабиться. Наконец он вышел из душа. Наскоро вытерев тело полотенцем, парень с удовольствием надел на себя свежую одежду. Это были простые домашние шорты до колена и кислотно-желтая майка, что была на несколько размеров больше нужного. Аккуратно открыв дверь, парень вышел из ванной и тихо прошел к себе в комнату. «Похоже, Юнги еще спит. Это и к лучшему. Не хочу с ним пересекаться, » — подумал Чимин, удивляясь такой тишине. Войдя в комнату, Пак так же тихо закрыл за собой дверь и принялся наводить порядок. Спустя несколько минут кровать была заправлена, пижама сложена и убрана в шкаф, а полотенце висело на одном из деревянных кресел у окна. Оглядев комнату, парень довольно улыбнулся: порядок в месте, где он жил, будь это номер отеля или собственное жилье, всегда прояснял голову парня. Проголодавшись, юноша взял в руки телефон и уже было собрался отправиться на кухню, но увидел, что ему пришло смс-сообщение от незнакомого номера: Привет, Чим-Чим! Это Тэхен. Твой номер дал мне Юнги-хен, так что теперь я буду иногда тебе писать. Надеюсь, ты не против? :) Вчера дотащил Хосока до больницы. Юнги, конечно, та еще зверюга. У Хорса сломана рука, нос, пара ребер, а еще заплыл глаз. То еще зрелище, честно тебе скажу. Но, знаешь что? Дело, разумеется, твое, но я бы на твоем месте извинился перед Юнги. Он, все-таки, не знал, что так получится. Удивленно сморщившись, Чимин на всякий случай перечитал сообщение еще раз. Наконец, сообразив что к чему, собрался напечатать парню ответ, но от Тэхена пришло еще одно сообщение: Да, и последнее. Мин Юнги не будет избивать человека до полусмерти ради обычного знакомого, так что… Думаю, ты ему дорог. Просто, чтоб ты знал. Конец связи. Несколько секунд понадобилось Чимину, чтобы проанализировать слова Тэхена. Потом же ему стало немного страшно. Сглотнув, он принялся печатать ответ: Привет, Тэхен! Спасибо, что написал. Конечно, буду рад и дальше получать от тебя сообщения! Насчёт Хосока… Честно, я не знаю, как отреагировать, поэтому промолчу. С Юнги попробую поговорить. Конец связи. Чимин выключил телефон и тупо уставился в стенку. Почему-то на душе стало неспокойно. Не тревожно, конечно, но что-то будто бы изменилось. Пальцы непроизвольно сжались в кулаки, а в голове вертелось жалкое: «Я ему дорог?» Наконец, вновь собрав мысли в кучу, Чимин засунул телефон в карман шорт и, хлопнув себя по щекам, вышел из комнаты: — Так, что же мы будем на завтрак? Пусть будет омлет, — Чимин закрыл дверь в свою комнату, немного прошел по коридору и остановился. — Интересно, хён ещё спит? В коридоре, помимо его комнаты и ванной, были еще три помещения. И одно из них явно принадлежало Юнги. Прислонившись к первой двери, парень замер, прислушиваясь. Тишина. Немного дернув ручку, парень убедился в том, что комната не была жилой. «Наверное, хозяин запер. Должно быть, там его вещи какие-то». Чимин подошел ко второй двери и немного нажал на ручку. Та охотно поддалась. Тогда парень полностью открыл дверь и вошел в полумрак комнаты. И хотя задернутые шторы пропускали мало света, Пак все равно смог без труда разглядеть своего спящего соседа, укутанного в одеяло так, что только глаза и нос высовывались наружу. Чимин не смог сдержать улыбки: образ мирно спящего Юнги никак не вязался с образом сурового парня, избившего своего товарища. — О-о, это что, плюшевый мишка? — умиленно прошептал Пак, подкрадываясь к кровати Мина и восторженно рассматривая игрушку, в которую и уткнулся носом Юнги. Парень аккуратно присел на край кровати и прикоснулся к плюшу. Мягкий и теплый. Снова улыбнувшись, Чимин оторвал взгляд от спящего юноши и огляделся. По всей комнате валялись пустые бутылки из-под алкоголя: на полу, на столе, на тумбочках… Чимин лишь покачал головой и снова перевел взгляд на соседа. У Юнги мило дергался нос, и парень во сне жмурил глаза. Засмотревшись, Чимин не сразу понял, что весь напрягся, жадно наблюдая за спящим парнем. Аккуратные черты лица, тонкий нос, губы… такие аккуратные, чуть припухлые. «Блять. Я уже минут пять на него пялюсь, » — Чимин отвел глаза, сделал глубокий вдох и начал медленно выдыхать, стараясь снять собственное напряжение. — «А он красивый, зараза, » — непроизвольно для самого себя парень опять начал разглядывать Юнги. Его волосы, его скулы, шею… — «Черт, что этот Мин Юнги со мной сделал? Я знаю его меньше суток, а уже сомневаюсь в своей ориентации из-за него? Пиздец, » — парень сморщил лоб и недовольно фыркнул. — «Но почему мне так хочется его поцеловать? Его губы… интересно, какие они на вкус? Так, стоп, Чимин, надо переключиться на что-нибудь другое. Интересно, у хена есть пресс? Да блять…» Тело Чимина неосознанно подалось вперед, склоняясь над парнем. Даже в полумраке с такого близкого расстояния парень увидел, как немного подрагивают ресницы Юнги. В голове резко стало пусто. Абсолютно никаких мыслей; даже здравый смысл, который, казалось бы, именно в такой ситуации должен бить тревогу, отключился. Губы Чимина медленно приближались к губам старшего. Перед глазами возникла пелена, словно и не существовало ничего и никого более. Никого, кроме них двоих. И вот, когда между губами парней оставались пара сантиметров, когда Чимин уже практически переступил через себя, когда все уже практически произошло, Юнги неожиданно тихо произнес: — Малыш, давай не сегодня, а то я с похмелья. Сказать, что Чимин охуел — ничего не сказать. С каким-то сдавленным писком парень отпрянул от Мина и рывком вскочил с кровати, да так неуклюже, что полетел спиной назад. Что-то хрустнуло и глухо звякнуло, а через мгновение Чимин почувствовал резкую жгучую боль в спине и глухо застонал от боли. — Ты там вздрочнуть решил, раз засосать не получилось? — недовольно пробубнили с кровати и, судя по звукам, зевнули. Чимин тут же вскочил, опираясь руками на осколки и морщась от боли. От каждого движения спина словно бы разрывалась от боли. Из глаз непроизвольно потекли слезы. Стиснув зубы, Чимин поспешил как можно скорее выбежать из комнаты. Не разбирая дороги и опираясь руками о стены, Чимин ввалился в ванну. — Блять, блять, блять! Чимин, ты полный еблан, — сквозь зубы шипел парень, пока снимал с себя майку. Естественно, на спине та была в клочья порвана от осколков бутылки. Но хуже изорванной майки выглядела спина Чимина. Несколько колотых глубоких ран, мелкие царапины вокруг — все это обильно кровоточило. Чимин намочил руки и умыл лицо, собираясь с духом. Затем парень, прикусив губу, чтобы не взвыть, развернул корпус так, чтобы в отражении зеркала видеть пострадавшее место на спине, и начал промывать рану. Спина была явно не в лучшем состоянии. Жгучая ноющая боль волнами распространялась по телу, из-за чего в глазах Чимина появлялись горячие слезы. В коридоре послышался грохот, и Пак поспешил быстро натянуть майку на тело. Сделал он это красней вовремя, так как уже через мгновение, широко распахнув дверь, в ванную ввалился потрепанный Юнги. — Господи, что с тобой? — воскликнул Чимин, тупо уставившись на помятого соседа, вяло размахивающего перед собой руками и пробирающегося вглубь ванной. — Всё норма… — начал тот, но договорить не успел. Закрыв рот рукой и сделав страшные глаза, парень стрелой подлетел к унитазу. — Нехрен было так нажираться! Придурок, — раздраженно бросил Чимин, поспешив оставить соседа в одиночестве справляться с проблемами его организма. Чимин решительно направился на кухню. Стараясь немного отвлечься от собственных мыслей, парень, оценив набор продуктов, решил особо не заморачиваться и приготовить простой омлет с зеленым перцем и грибами. Тонко нарезав необходимые ингредиенты и взбив яйца венчиком, парень оставил омлет жариться на маленьком огне, а сам полез в аптечку. Быстро отыскав пузырек средства от похмелья, парень ухмыльнулся: －Ну, не просто же так я это купил. Как чуял!  Парень развел необходимое количество лекарства в стакане с водой и с непроницаемым лицом понес раствор Юнги. Стучаться в дверь ванной он даже не стал: смысла не было. Широко открыв дверь, Чимин обнаружил стоящего на коленях перед раковиной Юнги, пьющего воду прямо из крана. «Хоть не блюёт», — мрачно подумал Чимин и молча протянул старшему стакан. — Цианид? — съязвил тот, но сосуд принял. — Оборжаться. Пей давай. — Спасибо. Одним глотком осушив стакан, Юнги слегка поморщился и, протянув его обратно, снова продолжил пить из-под крана, очевидно, запивая неприятный вкус лекарства. Подумав, что стоять над душой у человека с похмельем, наверное, не совсем правильно, Чимин вернулся на кухню, где как раз-таки уже был готов омлет. Лопаточкой разрезав его пополам, парень переложил одну из половинок на тарелку и закрыл крышкой оставшуюся часть омлета. Затем он сел за стол, чтобы насладиться завтраком. Когда Чимин уже почти доел, Юнги все же пришёл на кухню. — Спасибо за лекарство, — парень бодрым шагом прошел мимо Чимина к плите. — Не за что. — Что на завтрак? — поинтересовался Юнги, принюхиваясь и параллельно доставая столовые приборы. — Омлет. С грибами и зеленым перцем. — Вау, супер, — парень снял крышку и жадным взглядом окинул еду. — Слушай! — наблюдая за всем этим, все же решился спросить Чимин, немного хмуря брови. Ответом ему был вопросительный взгляд. — Ты вегетарианец? — Я на долбоеба похож? — Ну… — поморщился Чимин, продолжая ковырять свой омлет. —  Просто… Просто в холодильнике, когда я пришёл, были только овощи и ещё какая-то херня. — Я просто фигово готовлю, — невозмутимо осведомил соседа Юнги, — поэтому питаюсь либо едой на вынос, либо овощами. — Понятно, — Чимин почему-то грустно подумал, что, наверное, следить за квартирой придется ему одному. На помощь этого рассчитывать не приходилось. Оставшееся время парни ели молча: Юнги крутился около плиты, почему-то решив съесть омлет прямо из сковородки, а Чимину было как-то пофиг на заморочки соседа. В тот момент голова Пака была забита совершенно иными вещами, поэтому парень не сразу заметил, как Юнги, налив себе чай, сел рядом с Чимином, беспокойно оглядывая задумавшегося парня. — Малыш, что с тобой? — осторожно спросил парень, выводя Чимина в реальность. — А? Ты о чем? — Об этом, — Юнги указал пальцем на несколько темных пятен на футболке Чимина. — А, так это я бутылкой у тебя в комнате порезался, когда… Ну, упал, в общем, — резко смутился Чимин. Глаза парня забегали, а уши стали красными-красными. — Когда ты хотел меня поцеловать? — констатировал Мин, наблюдая за Паком. Чимин резко побледнел. Бросив на Юнги взгляд, в котором были смешаны и ненависть, и смущение, и вина, парень вскочил с места, убрал свою тарелку в раковину и молча вышел из кухни, направившись в свою комнату. Юнги, все это время внимательно наблюдавший за поведением младшего, улыбнулся. Спокойно поднявшись с места, парень вымыл грязную посуду, навел порядок на кухне и, заглянув в аптечку и захватив оттуда вату и перекись, вышел вслед за младшим. Чимин в это время, перебесившись и смирившись со сложившейся ситуацией, уже лежал на кровати с планшетом в руках. Он решил не заморачиваться со своими царапинами, поэтому просто переоделся в свежую майку: и так сойдет. Появление Юнги в комнате Чимина полностью выбило парня из спокойного состояния. Пак непонимающим взглядом смотрел на невозмутимого Юнги, всем своим видом показывая, что соседу надо бы выйти из комнаты и закрыть дверь с обратной стороны. Однако тот, игнорируя все намеки, легко и просто подошел к кровати и, кинув на нее пузырек с перекисью и вату, заявил: — Раздевайся. — Чего? — переспросил парень, приподнимаясь. — Я говорю, снимай майку. Я тебе сейчас раны буду обрабатывать. — Ага, — тупо произнес Чимин, дотрагиваясь рукой до носа, пытаясь немного осознать ситуацию. — А ты о чем подумал, малыш? — Мин притворно удивился и, нацепив ухмылку на лицо, подошел ближе к кровати, присаживаясь. — Хочешь, чтобы я раздел тебя сам? — Нет-нет-нет, — сразу же быстро сообразил Чимин и протестующе замахал руками. — Не надо мне ничего обрабатывать. Само затянется, — попытался придать уверенность словам младший, но голос предательски подрагивал, выдавая испуг и смущение парня. — Ты дурак? — удивился Юнги, покрутив пальцем у виска. — Ты сейчас туда какую-нибудь грязь сейчас занесешь и получишь заражение крови. Этого хочешь? — Нет, — буркнул Чимин. — Тогда, блять, снимай майку. — Нет! — Ты издеваешься? — Юнги цокнул языком и приблизил корпус к Чимину, который, сжавшись, весь слился со спинкой кровати. — Ты что так трясешься, а? — Это больно… — Что больно? — Раны обрабатывать больно, — голос младшего был таким жалостливым. Казалось, он сейчас заплачет. － Ну да, а ты как хотел? —Юнги уселся на кровать перед Паком. － Я плохо переношу боль, — признался Чимин. Он уткнулся лицом в коленки, ему было стыдно. － В каком смысле? — Юнги не совсем понимал, как человек может плохо переносить боль. － Ну в прямом! Я очень чувствительный! — голос у Чимина стал еще жалостливее. — Просто оставь их так, пройдет все. － Слушай, — начал Юнги, — их надо обработать, потом хуже только станет. Я постараюсь не причинить тебе боль. Хорошо? — голос у него стал таким теплым, уютным. Чимин сдался. Он снял с себя майку, открывая тем самым вид на свое накаченное тело. Юнги достал из аптечки ватку с перекисью, раны находились справа на уровне ребер. Старший намочил ватку перекисью и аккуратно начал обрабатывать ранки. Чимин зашипел и прогнулся в спине. － Юнги, хватит, — хныкал он. － Чимин, я только начал. Подумай о чем-нибудь другом, отвлекись там, я не знаю. Не думай о своих ранах, — Юнги продолжал обрабатывать порезы. Когда Юнги вновь намочил ватку и приложил к ране, Чимин застонал. У Мина волосы на голове зашевелились, а в штанах стало как-то уж очень тесно. «Теперь я понял, о чем он говорил, вот тебе и плохая переносимость боли.» А Чимин начал стонать пуще прежнего, он извивался под Юнги, и тому это порядком надоело. －Хватит стонать подо мной, как шлюха! — рыкнул он. Чимин обиделся. Он надул губки, а из глаз покапали слезки. Юнги увидел обиженного Чима, сердце пропустило удар. － Эй, ну ты чего? — он нежно начал вытирать подушечкой большого пальца слезки младшего. － Я не шлюха! － Конечно, просто твои стоны слишком возбуждающие. Чимин как-то резко замолчал. «В смысле возбуждающие?! То-есть он меня… сейчас… ТВОЮ МАТЬ! На что я подписался?» Плакать больше не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Все мысли куда-то улетучились, а мозг отключился к ебеням. Чимин изо всех сил старался молчать, получалось плоховато. Из его рта то и дело вылетали сдавленные выдохи и поскуливания. «Так! Еще немного, и я выебу этого парнишку! Как же его заткнуть-то, а? О! Эврика!» Юнги, не отвлекаясь от своего занятия, вклинил свое колено между ног младшего. У Чимина глаза стали по пять рублей. Он естественно попытался как-то исправить ситуацию. Вот только пока он терся о колено старшего, он сам возбудился. «Ну что за день такой сегодня? Как тут сдерживаться, когда тебе больно, да еще и хочешь кого-то?!» Пока Пак Чимин разбирался со своей дилеммой, Юнги почти закончил обрабатывать раны. Оставалось только перебинтовать. Старший аккуратно взял Чимина одной рукой за талию и приподнял, чтобы было удобнее. У Чимина, казалось, отключилось понимание происходящего. Тело обмякло, а эмоции захлестнули с головой. Он прикусил губу, чтобы хоть как-то сдержаться и не выдать свои эмоции. Прикусил он её, естественно, до крови, ну, а как иначе-то? Юнги закончил перебинтовку, убедившись, что все в порядке, он поднял взгляд на младшего. Из его уст вылетел мат. －Чимин, ну еб твою мать! Хули ты губу прикусил, а? В ответ тишина. － Пффф, иди сюда, я обработаю, — он потянулся к губе, но Чимин вытянул свои маленькие пухленькие ручки, тем самым преградив Юнги дорогу. － Нет, не надо, — заерзал Чимин, но лучше бы он этого не делал. － Чими-ин! — Юнги напирал на Чимина своим весом, но тот держался. － Это больно, губу не дам! Не трогай. － Её нужно обработать, — настаивал Юнги. － Только не перекисью! － Я могу и по-другому, если не хочешь перекисью. － Ладно…— пробубнил Чим. － Уверен? － Да… － Сам сказал. Юнги отложил ватку, медленно наклонился и поцеловал Чимина. У того глаза на лоб полезли. Юнги своими действиями удивлял младшего все больше и больше, он смял губы Пака, обвел языком контур, зализывая укус, а затем отстранился от Чимина. － Ты зачем это сделал? － Сам отказался перекисью обработать, — ухмыльнулся Юнги. － Но не так же! － А тебе разве не понравилось? － Нет! — сказал, как отрезал. － Не-ет, а я вот в этом сомневаюсь. Юнги надавил своим коленом на возбужденный орган младшего, отчего тот издал протяжный стон. － Хмм, не понравилось, говоришь. － Нет… прекрати… ахх… хватит… перестань так делать! － Не хочу. Юнги продолжил свои действия, он начал гладить руками тело парня, опускаясь ниже. Он стал водить рукой по вставшему органу младшего. У Чимина рвало крышу, он задавался вопросом, что он сам творит, почему не останавливает Юнги? Юноша не мог ответить на этот вопрос. В его мыслях был лишь Юнги и ничего больше, тело его не слушалось, а стоны, казалось, становились все громче. － Сейчас тебе будет хорошо, — Юнги зацепился пальцем за кромку шорт, давая понять Чимину, что намеревается сейчас сделать. － Хён… — это все, что Чимин смог выдавить из себя. Юнги начал приближаться к губам младшего с намерением поцеловать. И вот, когда между их губами были считанные сантиметры, когда Чимин уже мысленно распрощался со своей традиционной ориентацией, а также анальной девственностью, у Юнги в кармане штанов зазвонил телефон. － Бляять, — ругнулся он. Чимин разочарованно выдохнул. Юнги взял трубку. － Але, малая, надеюсь, у тебя веская причина для… — он не договорил. — Что? ЧТО? Где ты сейчас? Я СПРОСИЛ «ГДЕ ТЫ СЕЙЧАС»? — Юнги сорвался на крик. — Я еду, никуда не уходи и не лезь к ним, слышишь?! Юнги подскочил с кровати и рванул в свою комнату, спустя пару минут, он уже надевал ботинки в прихожей. － Ты куда? — спросил Пак. － У нас будут гости! — коротко ответил тот. － Все в порядке. － Не переживай за меня, малыш, — Юнги чмокнул Пака в щечку. — Скоро буду дома, не скучай. Дверь захлопнулась. － И что мне теперь прикажете делать?!