Против Небес

      А я стал думать, как лучше закончить этот разговор. Он и так зол на меня, и я уже спровоцировал его настолько, что рано или поздно он кинется на меня с кулаками, но стоит ли ради того, чтобы позлить его, ставить девушку в неловкое и даже очень трудное положение? Ведь даже несмотря на неприязнь, она в такой не простой ситуации может попытаться защитить его хотя бы потому что он член главной ветви второй по силе в Светозаре Семьи, с которой её собственная Семья старается поддерживать ровные отношения. В общем, не желая расстраивать любимую, я решил поговорить с ним наедине. Вот только сделать это будет сложно — не прогонишь ведь Цзыюнь. И немного подумав, всё же произнес, убирая свою руку от её руки и смотря в её глаза: — Прости, Е Цзыюнь, что всё это сказал, я могу продолжить?       Немного ведь некрасиво говорить о ней в её присутствии. И хотя я не раскрывал никаких секретов, но стоило получить разрешение. И оно было дано: — Продолжай, я даже не представляла, что ты так хорошо меня понимаешь!       И теперь, не способный что-либо сказать, Шэнь Юэ, тем не менее, не мог и уйти. И даже не мог ничего мне сделать. Вот так красиво моя маленькая проказница оставила его мне на растерзание! Обожаю! И хотя я очень хотел раз и навсегда дать ему понять, насколько я её знаю, но прибегать к интимным подробностям я не собирался. До тех пор, пока не буду с ней наедине, конечно же. И потому, немного подумав, произнес: — Ты одинока в собственном доме, бывшая лучшая подруга сейчас считает тебя своей соперницей, а в доме кроме тёти у тебя почти нет никого, с кем ты могла бы поговорить. И потому ты так часто культивируешь, стараясь оправдать надежды отца.       Смотря на её реакцию и надеясь, что я не перегнул палку, я видел, что она пока слушает с живейшим интересом и даже не думает перебивать. И, совершенно не обращая внимания на парня, продолжил говорить лично ей: — Больше всего ты ненавидишь трусов и предателей, не любишь проявлять слабость и желаешь, чтобы все были счастливы.       Немного не так, но пока она ещё сама не поняла, что её желание подарить счастье другим не столь всеобъемлющее, как я сказал. Но этими словами я дал шанс и этому «женишку» вмешаться в наш разговор, хотя и признаюсь, не специально это сделал: — Пф. Я тоже как член Священной семьи желаю счастья всему городу и людям, живущим в нём.       Вот только даже Е Цзыюнь на такие слова лишь фыркнула. Она прекрасно видела, как он относится к другим. И если раньше считала, что в некоторой степени он имеет на это право, то после всех моих слов, поступков, всей репутации, что получила ныне его семья, она не могла не улыбнуться с горечью таким словам своего бывшего друга. — Ты любишь город, людей в нём и говоришь, что понимаешь Е Цзыюнь как никого другого? — сделав паузу и посмотрев в глаза любимой, я сказал именно то, что она ожидала, и от чего девушка в этот раз даже не удивилась. — Но ты даже не знаешь, что она часто жертвует деньги Академии и помогает бедным студентам лично, чтобы те могли учиться. И никогда не судит людей по их происхождению. Мне… никогда не хватит слов благодарности тебе.       Всё так и было. И она не могла это отрицать. Но интересно, как она восприняла мои слова? Какие мысли сейчас в её голове и что она думает про мою информированность? А для парня… что ж, это был шах и мат. И если он сейчас что-то скажет, то ещё больше выроет себе могилу. И, к сожалению, он это понял, а я не смог до конца добить его. — Я очень рад был помочь тебе, Е Цзыюнь, но мне пора. Помни: если что-то нужно, ты всегда можешь найти меня здесь!       Кивнув, я стал подниматься. А следом за мной встала и девушка, что неплохо добила Шэнь Юэ и без моего участия: — Мне тоже пора. Спасибо тебе большое. Но у меня только один вопрос.       Улыбнувшись и обойдя стол с противоположной стороны от парня, я вместе с девушкой пошёл из библиотеки, оставляя его позади. И так как я был рядом с ней, он не мог сказать даже слова. — Откуда я всё это знаю? — я тяжело вздохнул, — Если я скажу, ты попросту мне не поверишь.       Я не хотел врать ей. Только не глядя в эти глаза. Но и сказать правду не мог. И хотя мне тяжело было произносить такие слова, я всё равно бы не признался. Так что девушка только неопределённо кивнула головой и сказала: — Ну хорошо. Мне всё равно было приятно!       Но не сказать то, что я так долго держал в себе, я не мог. И, остановившись, сказал чуть тише, чем обычно, но все равно зная, что она услышит: — Не стоит благодарности. Ведь я мог спросить его, знает ли он, где находится твоя родинка в виде бабочки!       И, рассмеявшись, стал подходить к ней, готовый к обоим вариантам. Она убежит в гневе или кинется на меня. Но даже я не смог предсказать её реакции: — Дурак!       Развернувшись и наградив меня испепеляющим взглядом, она, вся дрожа, добавила: — Ты что, за мной…       И, остановившись на полуслове, быстро пошла прочь. Подглядывал? Конечно, только так она и могла подумать. Ну, а я не стану её разубеждать, прекрасно зная, что, тем не менее, скоро она успокоится и сможет вновь нормально общаться со мной. А затем я направился в город.       Быстро пройдясь по рынку и продав в этот раз больше тысячи пучков травы, я вновь получил хорошую сумму денег и уже с ней направился за бронёй. Магазин, который я собирался посетить, был недалеко от Академии, и это меня полностью устраивало, так как скоро стоило возвращаться в общежитие. Войдя вовнутрь, я произнес: — Хозяин, покажи мне набор Доспехов Неистового Огня.       Точно определив их по внешнему виду, я улыбнулся. Именно за ними или похожими на них я и пришёл сюда. — Охохо, прекрасный выбор уважаемый клиент! Набор этих Доспехов Неистового Огня состоит из четырех частей. Цена комплекта из нагрудника, ботинок, перчаток и штанов составляет 50 тысяч яолинби. Меч — ещё 20 тысяч яолинби. Это — вершина Бронзового Ранга, изготовленная из чешуи демона-зверя Яростного Пламени! Никакой зверь Бронзового уровня не сможет её сломать и даже зверю Серебряного уровня придётся постараться, чтобы её повредить! Молодой господин, вы действительно желаете приобрести это снаряжение?       Прекрасно его понимаю. И хоть я не выгляжу как Шэнь Юэ или Чэнь Линьцзянь, но кинутый мной мешочек с точной суммой, о которой я знал ещё по прошлой жизни, посетив этот магазин, не оставил сомнений в моей платёжеспособности: — Конечно. Думаете, я шучу с вами? Там семьдесят тысяч монет, — достаточно высокомерно заявил я, неторопливо постучав пальцами по прилавку. В это время, изучая свитки, что тут продавались, и увидев парочку из которых, стал их называть: — Так, мне нужен свиток «Пламенных Гор», вот этот свиток «Молниеносного Взрыва» и давайте еще свиток «Холодной Зимы». И самое дорогое — межпространственное кольцо.       Денег должно хватить. И после того, как мне всё подсчитали, оказалось, что у меня ещё осталось. А завтра стоит скинуть на рынок ещё трав. Расплатившись и сразу надев броню, я направился домой в комнату. Но неожиданно ощутил преследователей.       «Таки дождался».       А когда понял, что всё идет, как я и планировал, даже улыбнулся. Свернув в глухой проулок и остановившись, я стал ждать. А когда преследователи появились из-за поворота, улыбнулся вновь. — Тварь, вот мы наконец поймали тебя!       А шестёрки — и их именно шестеро, как символично! — тем временем засмеялись. Видят небеса, кабы не самоконтроль — сам бы с этих идиотов засмеялся. — Н-не понял? Ч-что вы хотите? — делая шаг назад, быстро проговорил я, изображая страх. И не для того, чтобы заманить их, а чтобы выбрать нужную позицию, откуда меня смогут увидеть прямо из окон Академии. — Отребье, ты наконец-то осознал, что такое страх? — кто бы сомневался, что господин Шэнь Юэ снова начнёт свой любимый спектакль. — Последнее время я был в крайне отвратительном настроении из-за тебя. Но сегодня ты доигрался! Как следует избейте его!       «Ждем, а потом убиваем».       Обдумав для себя всё, я решил сегодня же ночью избавиться от каждого. Всё равно от них никакой пользы для города. Что же до способа — то лучше всего сделать это во время сражения. Я могу притворяться, но за это кто-то должен заплатить. И это будут они. А затем с криками стал «еле успевать» уворачиваться, хотя на самом деле это не составляло никакого труда: — Убивают! Священная Семья хочет убить меня!       А когда услышал слова этого малолетнего идиота: «Черт, да заткните уже ему пасть! Быстрее!», то сдерживаться уже просто не мог. Улыбаясь и продолжая уворачиваться, нанося иногда «отчаянные» удары, я стал кричать ещё громче, одно и то же: — Убийство! Священная Семья пытается меня убить!       Стоя уже на таком месте, откуда всё было прекрасно видно, я еще больше своими криками привлекал внимание. Но главное, все видели и Шэнь Юэ, и его придурков, и меня, и то, что они делают. Ну, а пока ко мне спешила помощь, которая, уверен, уже шла, я стал намеренно подставляться, рискуя, но и контратакуя так, чтобы их сосуды души также начали медленно, незаметно разрушаться. А если добавить ко всему прочему и их ушибленные о мою броню руки, то выходило совсем печально. Но… мне этого было мало. Давно я не замечал за собой такой агрессии, но при виде этих рож, вот так просто внаглую нападающих на человека средь бела дня, при куче народу, кровь просто закипала. Снова пропустив удар теперь в лицо и чуть не упав, я выстрелил своей энергией в нападавшего. — Да прибейте его наконец! И заткните! — разъярялся он, чувствуя, что его время неумолимо утекает сквозь пальцы.       А к нам уже приближались. Четвертый, пятый. Но даже когда в непосредственной близости стали появляться свидетели, эти шестеро больше не могли сдерживаться и, уже завывая от отчаянья, продолжали атаковать. Шестой! И в этот же момент, истратив почти все свои силы, я отлетел от очередного удара. По крайней мере, сделал всё, чтобы любой в это поверил. Но в тот же миг был пойман разъяренной Сяо Нин, которая уже держала в руках кинжал и напитывала его своей силой, готовая убивать их всех. — Остановитесь! Остановитесь сейчас же, или я вас убью!       Она даже не спрашивала, в порядке ли я, так как прекрасно видела, как я пропустил удар и отлетел. А моё лицо стало сразу синеть от удара.       «Идеально. Вот теперь им точно не жить. И я действительно не стану горевать, даже если они умрут. А люди… что ж, люди всегда делают вид, что их ничего из происходящего не касается».       Сейчас было прекрасно видно, кто тут жертва, а кто подлец, так что хотя я и изображал слабость как мог, но в душе я хохотал. А когда появилась Е Цзыюнь и гневно крикнула: «Шэнь Юэ, ты зашёл слишком далеко! Я никогда не думала, что ты способен на подобное!», я уже готов был светиться от счастья и восторга. И даже то, что они обе стоят по обе стороны от меня, не смутило ни одну из них. Так как сейчас точно не было нужды скрывать своё сочувствие, и та же Е Цзыюнь могла оправдать себя тем, что она просто переживает о пострадавшем. Поэтому, увидев друг друга, они лишь переключились на меня, быстро убирая со своих лиц сомнения и иные ненужные сейчас эмоции. — Я не виноват, это он подставил меня!       «Ну что за дурак!».       И, видно, Сяо Нин была со мной согласна. — Шэнь Юэ, ты кого пытаешься обмануть? Ты совсем идиот? — ещё больше рассердившись, проговорила она. Идеальный момент. Так что, встав на ноги, ведь меня всё ещё поддерживала девушка, я произнес: — Теперь-то ни у кого нет сомнений в том, какая на самом деле Священная Семья? Я признаю, что обидел Священную Семью — и то, только тем, что раскрыл правду о них. Но вы, ребята, зашли слишком далеко.       Снова повысив голос, но не так, как раньше, я продолжил говорить: — Вы на самом деле решили, что можете убивать людей прямо в Академии? Вы понимаете, что это место — Академия Священной Орхидеи? И я уверен, что ректор и проректор не оставят этот инцидент без внимания. Хоть моя семья и уступает вашей, однако вам не подчиняется! Насколько далеко готова зайти Священная Семья? Я, Не Ли, горжусь, что не дал себя убить! Вы, подонки, не поставите меня на колени! И если у вас есть смелость, вызовете меня прямо сейчас на смертельный поединок каждый по одному и примите достойно смерть! Но вы не способны на это и будете прятаться за спины своих семей. Вы ничтожества, что можете только толпой стараться причинить людям вред!       Подбежав к этому моменту и увидев меня в синяках и еле стоящим на ногах, ребята уже были готовы броситься на них, но вовремя успели поймать мой взгляд и увидеть покачивание головой. А он, копая себе могилу, таки ответил: — Да как ты смеешь такое говорить о моей семье?!       Но мне даже ничего не пришлось отвечать, за меня это сделал Ду Цзэ, которому никто не запрещал говорить. — А разве не так? Вы толпой хотели убить его! И кто вы после этого?!       Но даже сейчас он пытался оправдаться и яростно воскликнул, смотря теперь на парней, пока его шестёрки встали тихо около него. — Я действительно сказал это, но не всерьёз, на эмоциях.       Сделав последнюю попытку спровоцировать его, я намеренно пошёл вперед на моих, якобы, врагов. — Не извиняются и не собираются вызывать меня на дуэль, как положено настоящим благородным людям. Вы слишком жалкие и не достойны зваться мужчинами. А ты, Шэнь Юэ, просто отброс, что давно должен был умереть, просто понимая, какое ты ничтожество! — сказал я тихо, даже не смотря на него. Да так, что даже стоящие чуть позади девушки не услышали меня. И, наконец, спровоцировал. Взревев достаточно неожиданно для всех и в считанные мгновения, напитав руку силой, он выхватил кинжал, стараясь ударить им меня. Кажется, сейчас он совсем не соображал, что делает. Особенно если учесть, что свои слова я сопровождал легкими вмешательствами в его разум. Так что он был готов по полной программе и уже не контролировал себя. И стоило ему только закричать, как я тут же начал уклоняться. А когда кинжал прошёл в сантиметре от моего тела, толкнул парня, зайдя за спину, заставляя его пролететь ещё немного и неудачно для него упасть прямо под ноги Сяо Нин и Е Цзыюнь. И не успел я ничего сказать, как он отправился обратно после хорошего удара девушки. И хорошо, что Нин догадалась убрать своё оружие — смерть этого мальчика никому пока не нужна. Но отбитые органы ему светят точно. Ведь удар, что нанесла девушка ему в живот, был невероятно яростным и жестоким. — Что? Тебе было мало, так ты ещё и решил напасть на девушку!       Ведь то, что я толкнул его, видели немногие, но все прекрасно могли увидеть, как он, хоть и неуклюже после моего легкого напутствия, бежал с ножом в сторону девушек. И когда он снова долетел до меня, я уже собирался ставить точку. Сместившись немного и схватив руку с ножом, я позволил ему падать дальше, зайдя снова ему за спину и выворачивая руку. В итоге заставляя повиснуть его на своей руке, которую я держал, и лишь после того, как отобрал его оружие, я отпустил его. — Сяо Нин, оставь этот мусор, пусть с ним разбирается ректор.       Который либо подошел уже, либо скоро подойдет. И пускай те его прихлебатели в потасовке не участвовали и сбежали, главный зачинщик был на месте. И все видели, как он повторно, уже с ножом атаковал меня и девушку с намерением убить. — Хорошо, я понимаю!       Словно не она только что готова была убить, Сяо Нин подбежала ко мне, держа за руку. Но теперь Е Цзыюнь уже не могла оставаться спокойной и, посмотрев на нас, произнесла: — Тебе помогут, ну, а мне пора!       Но разве я мог её так просто отпустить? — Е Цзыюнь, останься. Нам нужны свидетели, ты ведь понимаешь?       Предлог надуманный, но главное в том, что он действительно имел смысл. И ей следовало ответить на вопросы ректора или проректора. Так что ей ничего не оставалось, кроме как подойти ко мне, вернее, к нам. — Спасибо вам. Если бы не вы, всё могло кончиться гораздо хуже. А если вы поможете мне выбить наказание для Шэнь Юэ, то можно считать, что обе мне больше ничего не должны!       «Посмотрим, что они на это ответят».       И, как и предполагал, обе почти одновременно воскликнули: — Я бы и так помогла! То, что ты сделал, невозможно искупить такой ценой! — Я отказываюсь! Я помогу тебе только ради того, чтобы члены благородных семей не позорили свои семьи, и я всё равно должна буду тебе.       Ответы немного разные, но смысл был один. Но когда они услышали слова друг друга — и как только разобрали? Сказали-то одновременно, и явно волнуясь -, то вместо удивления, ревности, на их лицах, направленных друг на друга появились слегка задумчивые выражения. А я поспешно добавил: — Сяо Нин, я этого не забуду. Я очень рад, что ты моя подруга!       Да, именно подруга. Посмотрев в её глаза, я понял, что она не обижена и так же, как и я, помнит, что было совсем недавно между нами. И в этот момент наконец появился проректор, что тут же схватил Шэнь Юэ, собирающегося сбежать, за плечо но, к счастью, идущего довольно медленно из-за полученных травм.