Твои прикосновения

"Мин Юнги черствый парень". Эти слова повторяли в школе кому только не лень. А ведь и правда, что его зачастую видели одного, ни с кем не разговаривающего, кроме двух своих друзей Хосока и Намджуна. Образ холодного принца все чаще и чаще заседал в голове окружающих. И никто даже представить не мог, что черствый Мин Юнги без ума от прикосновений и без ума от двоюродного брата Намджуна Ким Сокджина. Их знакомство произошло как-то быстро и как-то обычно глупо на пьянке дома у Джуна. Джин тогда протянул руку Юнги-который-без-ума-от-прикосновений, который просто не смог отказать двоюродному брату друга. Да и старший понравился Мину сразу своей приятной внешностью с красивой улыбкой и такими офигительно широкими плечами. Протянутая рука, к слову, у Сокджина оказалась теплой, крепкой и, что не свойственно той крепости, ухоженной, как и само лицо парня. Это еще тогда казалось крышесносным, возможно, отчасти из-за алкоголя, ударившего в голову Юнги. Хоть и Джин учился в той же школе, крашенному блондину этого не хватало, поэтому он зачастил ходить в гости к Намджуну, чтобы "поиграть в приставку". И как же Мину было хреново, когда он заболел, лишившись возможности увидеть старшего. Продолжалось это вечность, а если быть точнее, то полторы недели. И вот когда он вышел с больничного, то в субботу этой же недели друзья снова собрались у Кима дома, чтобы выпить, ибо слова Хосока: "Что-то давно мы не собирались вместе, чтобы выпить", звучали очень заманчиво. Но дома почему-то не было Сокджина, что заставляло Юнги все больше вливать в себя соджу. И вот вечером, когда уже казалось, что старший не появится, входная дверь открылась, представляя пьяному взору то лицо, которое Мин боготворил, и то тело, которое доводило мысли парня от "черт возьми, как он прекрасен, я хочу взять его" до "черт возьми, как он прекрасен, я хочу, чтобы он взял меня", а после свойственное вслух "блять". Джин же не менее был рад увидеть блондина после его больничного, поэтому он заключил младшего в крепкие объятия. И в такой момент в голове у Юнги творилось что-то очень странное, потому что он без ума от прикосновений, а особенно сильно от прикосновений Ким Сокджина. И, возможно, пьяное лицо семнадцатилетнего мальчишки Мин-я-выебу-тебя-если-ты-не-отпустишь-меня-Юнги читалось, как Мин-я-въебу-тебе-если-ты-не-отпустишь-меня-Юнги, потому что Джин как раз таки прекратил объятия. Блондин же, по-видимому, с таким развитием событий все-таки был не согласен, поэтому взял парня за руки и повел в спальню брюнета. И вплоть до самой комнаты Ким был обеспокоен тем, что разозлил "холодного принца", в то время как Намджун и Хосок даже не заметили пропажу двух парней. Юнги же долго времени не терял, толкнул Сокджина на кровать, заперев за собой дверь. Старший хотел встать со своей кровати и уйти из темной комнаты, слабо освещаемой закатом за плотной шторой. Но Мин не позволил ему это сделать, устроившись на коленях брюнета. С минуту обмениваясь неясными взглядами, пытаясь разглядеть и понять карие глаза напротив, Джин первый нарушил молчание. — Юнги, а ты ради меня на все готов? —...Да. — Тогда помой посуду. Мин, "мягко говоря", охуел, цокнув языком и наклонившись к шее парня. Все-таки не за этим он его притащил сюда. Проводя губами по шее Кима, Юнги облизал выпирающий кадык, оставив рядом пару алых засосов, из-за чего потом будет долго извиняться. Сокджин тихо простонал, наконец понимая для чего же его привели в спальню. Довольный ответным звуком блондин поднял голову, припав к пухлым и безумно мягким губам, проникая в жаркий и податливый рот языком. Мин целуется, проще говоря, охуенно, что даже не давало старшему допустить мысль о том, чтобы оттолкнуть его. В бой вступали одновременно и обе руки Юнги, проникая под футболку брюнета и изучая ту шикарную спину, едва ощущаемый накаченный пресс, крепкую грудь и два чувствительных соска, по которым в следующую секунду он размашисто проводит губами и игривым языком. Джин снова стонет, но уже громче, уже протяженее. И пока младший расцеловывает его грудь, руки спускаются ниже, надавливая на член сквозь плотную ткань джинс. И снова Мину кажется, что лучше стонов Кима он ничего не слышал, а прекраснее Сокджина, стонущего имя Юнги, он ничего не видел. Блондин отрывается от груди с кучей засосов, похотливо облизывая свои губы, и смотрит на бугорок, выпирающий из-под джинс. Понимая, что с этим нужно что-то делать, Мин слезает с колен брюнета и садится на пол, как покорный пес, растегивая молнию на штанах. Припустив вниз и джинсы, и боксеры, парень пьяно видит нехилый такой член напротив и, не задумываясь, берет его в рот. Джин же соджу не пил, однако чувствует себя также, как и младший, опьяненный страстью и горячим, влажным ртом Юнги, неумело посасывающий его гениталии. Ким запрокидывает голову назад, когда чувствует, что его "дружок" как-то помещается целиком и полностью в таком маленьком рте. Но мальчишка не дает кончить от одного минета, вставая с пола и стягивая с себя буквально все, что было на нем надето. Мин снова толкает брюнета, чтобы тот полностью лег на кровать, а после сразу пытается насадиться на член, но понимает, что его девственная дырочка, как оказывается, не готова принять такой большой половой орган. Это расстраивает, но блондин не сдается, начиная растягивать себя своими тонкими и изящно длинными пальцами. Занимает это пару минут, ибо терпения не хватает, и младший хочет как можно скорее заняться нормальным сексом, потому что Сокджин так маняще смотрит на него, возбужденный тем, как Юнги трахает сам себя. И Мин, к счастью, насаживается на пульсирующий член со второй попытки. И ему больно, поэтому он дает себе минуту, чтобы привыкнуть, а после медленно начинает двигать бедрами. И ему начинает нравиться, потому что он оседлал Ким Сокджина, а помимо боли возникает наплыв возбуждения, поэтому младший начинает надрачивать себе. Киму же мерещатся фейерверки. Перед ним прекрасное бледное тело скачет на нем, и брюнет сопротивляется с желанием оставить на фарфоровой коже туеву хучу засосов, лишь проводя медленно рукой по груди вниз к животу. Похоже, Джину придется навсегда попрощаться со своей гетеросексуальностью, иначе бы он вряд ли молился о том, чтобы не кончить так быстро. А блондин знает это, поэтому с небольшой хрипотцой, тихо так говорит, облизывая свои сухие губы: — Подожди меня. И Юнги скулит, умоляет о большем, поэтому старшему ничего не остается, кроме как тоже начать двигаться, но грубее, сильнее, чтобы Мин стонал еще громче, как какая-то сучка. И вот тогда фейерверки кажутся обоим. Брюнет кончает в младшего, а блондин на свой живот. Юнги ложится на старшего, размазывая семя по телу обоих, а Джин выходит из него, из-за чего Мин чувствует, как из него приятно вытекает теплая сперма, пачкающая постельное белье. Минуты хватает парням, чтобы отдышаться и привести мысли в порядок. Звучит неуверенное "хен", и Ким понимает, что после либо будет признание в любви, либо то, что это было ошибкой. Но младший превосходит все ожидания. — Тут как бы... Блять, это странно говорить после секса, но, хен, ты наверное сам же понимаешь, что.. — Мин не договаривает, а лишь целует в губы сладко, крышесносно, что четко дает понять все. — Я тоже тебя люблю, — отвечает Сокджин, видит на лице у парня глупую, счастливую улыбку и улыбается сам не лучше, потому что оба влюблены в друг друга.