Renegades

Слышали поговорку о том, что если хочешь что-то спрятать – спрячь на видном месте? Наверное, ее слышал любой, кто хоть раз читал книги Дарьи Донцовой (я этим не горжусь), так что проблем с этим не будет. Как и с логикой. Хотя дальше речь пойдет об Арсении Попове, так что насчет логики можно и поспорить. Начнем с того, что глупо думать о том, что если ты яркий и очень заметный, то ты не можешь оставаться в тени. Это не так. Самое тайное – всегда на самом видном месте (см выше), просто кто-то умеет прятаться, а кто-то – пьет шампанское. Если обобщить и перестать сыпать странными эпитетами, то дело заключается вот в чем: Арсений наблюдает. Тайно, тихо, краем глаза и половиной уха – но наблюдает постоянно уже второй год. Наблюдает за Антоном, а как же иначе. Про себя Арсений оправдывается тем, что просто следит за тем, чтобы у Шастуна не было очередной панической атаки – но уже все, кроме, собственно, его самого и Шастуна уже поняли, что дело не только в этом. Началось все примерно два года назад, когда Импровизация только собиралась выходить на телевидении. Арсений и сейчас не может вспомнить всех подробностей – знает только, что их должно было быть шесть или семь человек, но состав так часто сменялся, что он был как будто бы персонажем социальной рекламы – ну, знаете, серый цвет, человек стоит, а мимо пролетают много людей, которые толкают, пинают, огибают и абсолютно не запоминают и не запоминаются. В конечном итоге их остается четверо – потому что Захарьин неожиданно завершает с этим делом, а Стас решает, что лучше быть кем угодно для этого шоу, только не актером. Положа руку на сердце – где там оно, подскажите – Шеминов очень хорошо справляется со всеми ролями сразу. Арсений Попов, Дмитрий Позов, Сергей Матвиенко и Илья Макаров – они бы вошли в легенды, если бы не одно «но». Илья слишком устал. И поэтому не вывозил. Справедливо говоря, Макар очень хороший комик – но это тяжело делать, пока ты одновременно пробуешься в нескольких жанрах сразу. В то время Макар был один – и везде. Арс даже порой полагал, что сам бы он в одиночку не смог писать такое количество шуток в разные места. В принципе, он был прав, потому что Макаров, как оказалось, изначально был не один. Когда Илья впервые приходит в их маленькое, очень сильно пыльное и немного пахнущее нафталином помещение не один – открывает и придерживает дверь, заботливо просит пригнуться, чтобы не ударился – Позов и Шеминов вскакивают с мест одновременно, и Матвиенко шутит на тему того, что они увидели приведение. Арсений, который наблюдает за очень высоким парнем в черной толстовке, с накинутым капюшоном, неожиданно думает, что парень и правда смахивает на мумию. Ну, знаете, костлявую такую, а вместо костей браслеты гремят. Позов хмурится и тут же сваливает курить, не сказав мумии ни слова, а Шеминов только улыбается – и крепко обнимает парня, который перестает теряться в первые же минуты. Попов уже потом узнает, что Антон – да, мумия зовется Антоном – когда-то давно встречался с Позовым. «Ну они не то чтобы прям встречались, - хмуро говорит Шеминов, - просто два придурка, которые так и не разобрались в себе.» В любом случае, Арсений рад узнать, что Макар действительно не сам писал себе половину шуток – просто потому, что для Попова смириться с тем, что кто-то реально талантливее его – это суицид. А если такие же таланты – ну ладно, это еще можно пережить. Если не думать о том, что какое-то странное щемящее чувство разливается по грудной клетке, каждый раз напоминая, что сердце – слева, и оно стучит все сильнее с каждым разом, когда Илья приводит с собой своего парня. Первые несколько недель Антон просто сидит в глубоком, продавленном кресле – ну нет у них пока что денег на нормальный офис – с ногами и молча смотрит на все происходящее. Матвиенко периодически подрывается что-то ему сказать, но Макар молча – глазами – просит этого не делать. В конце третьей недели Илья устало рассказывает о том, что Шастун – что за странная фамилия – получил травму на съемках. Такое бывает, когда фейс-контроль не срабатывает достаточно хорошо, и какой-то придурок, который не может пройти юмористические соревнования своими силами, приносит что-то – например, ППШ. Арсений хочешь пошутить про пистолет-пулемет Шастуна, но думает, что это будет очень странно даже для него. Просто он становится еще аккуратнее, и в какой-то момент – когда Илья где-то задерживается – сам открывает дверь для Антона, придерживая ее по-джентельменски. Шастун чуть приподнимает бровь – никто так и не может понять, почему он вообще тусуется с ними – а потом чуть кивает, благодаря. И улыбается уголком губ. «Бдыщ!» - Говорит сердце Арсения, и он с ним вполне себе солидарен. Позов вспоминает – не без помощи Матвиенко, который таскается за очкастым по пятам – что Шастун, прежде всего, был его другом, а потом уже только недолюбовью. Вообще очень удобно становиться заново друзьями с бывшими, если у тебя и у него уже есть новая лав-он-ё-лайф, но Дима не жалуется. Да и Антон не против. Шеминов и Макаров только ухмыляются, глядя на то, как Позов и Шастун курят за углом и осторожно вспоминают свои старые шутки. А потом Арсений – ну, иногда он тоже отрывает взгляд от Шаста – замечает, как Макаров все тактичнее сливается. Сначала он просто начинает запарывать шутки – до зубовного скрежета Стаса, буквально, потом неожиданно на сцене на пару с Позовым оказывается Шастун – и тут уже все охуевают, потому что омут тихий, а сверхновая – взрывается. А потом Макар и сам говорит об этом – о том, что привел Шастуна специально. Он, на самом деле надеялся, что Шастун просто перестанет бояться сцены – но если они впихнут его в новое шоу вот так вот, с ходу, где все мысли будут заняты импровизацией, а не зазубренным текстом – это будет куда лучше. Арсений в этот момент мысленно празднует тот факт, что Антон станет импровизатором, а вот Ильи рядом не будет. Ну, будет, но не так часто. Арсу за тридцать, а он радуется как ребенок тому, что Антон будет здесь, а его дурацкий парень – нет. Он еще толком не знает, почему, но радуется. Они срабатываются. Арсений стремается даже признавать, но с Шастуном у него гораздо сильнее взаимопонимание, чем с Матвиенко – который, к слову, является его напарником уже больше десяти лет. Но Антон – это реально ядерный взрыв, который взрывается прямо у тебя в мозгу, оставляя после себя только яркий белый шум и много-много помех. Ну и тараканы, они же не гибнут даже при ядерном облучении, вы знали? Попов импровизирует – всегда и во всем. Импровизация – когда надо реагировать на неожиданные отношения Позова и Матвиенко. Импровизация – когда Антон неожиданно переодевается при них, и он видит чертов шрам, которые пересекает правую лопатку парня. Импровизация – ближайшую жизнь ты принадлежишь не себе. И это получается на уровне подсознания: закрывать окно, если видишь, что Шаст вздрагивает; машинально покупать кофе ему и себе; возить на заднем сидении автомобиля плед, потому что гребаный Шастун реально мерзнет даже в сорокаградусную жару. Арсений хочет увезти Антона в Турцию и закопать в горячий песок – но Шастун все еще живет с Макаровым, и это (не в обиду Макару) огромный камень на душе Попова. Потому что, несмотря на то, что Илья принимается за работу над другими проектами, он почти каждый день все так же привозит Антона на съемки. Именно ему позвонил Позов, когда у Антона случилась паническая атака перед первыми съемками – Антон увидел кучу людей, и испугался. И да, сидел с ним в этот момент Арсений, но увез все равно Илья. Антон – гребаное солнце. Он абсолютный профессионал – потому что никто, даже Арсений с его актерским образованием не умеет так качественно и умело разделять рабочие и личные отношения. Арс понимает, почему у Шаста фанатов – фанаток – больше, чем у любого из них в два раза. Антон умеет поддержать одной тупой шуткой. Он может смеяться над всем – искренне – даже если шутка абсолютно плоская. Приглашенные гости шоу все как один твердят, что Шаст буквально лучится, искрит, испускает импровизационные флюиды – его хочется слушать, смотреть, хочется улыбаться, когда он улыбается. Арсений устал принимать все близко к сердцу, поэтому он просто перестает воспринимать чужие проблемы. Ему хочется всего и ничего – он хочет поговорить с Антоном, но он даже классифицировать свои чувства не может – что-то между влюбленностью, усталостью и дружбой. Он даже почти решается поговорить с Позовым – потому что тот очевидно, был в такой ситуации – но у него выходит только стрельнуть сигарету и молча выкурить ее под пронизывающим и понимающим взглядом сквозь очки. Илья продолжает привозить Антона на работу, Антон продолжает улыбаться каждому слову – наверное, каждое слово, даже самое мерзкое, но сказанное его словом, может вызвать улыбку – а Арсений продолжает падать. Он носит желтые очки, потому что НЕего солнце ослепляет его слишком сильно. Антон продолжает переодически провоцировать Арсения – потому что и сам не знает, зачем ему это все нужно. Потому что уже давно понимает, что Илья не просто так задерживается по вечерам, все чаще оставаясь в своей новой тусовке. Но разорвать отношения первым у него, наверное, никогда не хватит духу. Несмотря на то, что он сильный – даже очень – он всегда до последнего надеялся сохранить что-то старое. Даже если новое – очень хочется. Арсений продолжает носить с собой однажды потерянный Антоном браслет, аккуратно наблюдать, чтобы парень не грохнулся в обморок перед концертом от голода или волнения и игнорировать тот факт, что он уже давно не гомофоб – никогда он им и не был. Шоу продолжает набирать бешеные обороты, начинается тур по стране, а странный треугольник – никогда не нравилась эта фигура – только становится крепче.