Бирюзовая скорбь

      Этот звон его раздражал. Парень не мог сделать ни малейшего движения, чтобы маленькие колокольчики не начинали жалобно звякать. Он бы никогда не надел такое, а если бы и надел, то сразу бы снял. Но не сейчас. Это было нужно, пускай и раздражало. Он медленно приподнялся на локтях, стараясь аккуратно встать. Голова кружилась, а в горле словно что-то застряло. Будто что-то давило, не давая вдохнуть ему с полной силой, отчего он лишь сильнее начинал вдыхать сквозь боль, нервно усаживаясь на диван. В голове было пусто, а в теле чувствовалась невыносимая вялость и усталость. Скука. Постоянное чувство злобы, что поглощало его первую сотню лет было невероятно ярким, сияющим… отчетливым. А сейчас от этого не осталось ничего. Устал гоняться за призраками давно вымерших драконьих отродий? Отнюдь. Ненависть к ним была всегда велика, но еще ироничней и слаще было то, что он сам – дракон. И кто этим распорядился? Неведомая никому судьба? Жизнь? Он сам виноват в этом?       Но когда пришла она, все изменилось. Словно ощущения приобрели новый вкус, все стало четче, насыщенней. И будто то самое существование, от которого его уже просто тошнило, превратилось в нечто совершенно иное. Загнанный в угол ребенок. Она интересовала его только потому, что в ней таилось то, что он мог забрать. То, что он желал забрать. И все?       Он оторвался от дивана и босыми ногами шёл по холодному липкому линолеуму, намереваясь пройти в другую комнату до своего стола, но неожиданно замер возле зеркала. За столько лет он привык к своему виду настолько, что его уже просто тошнило. Длинные голубые волосы небрежно спадали на плечи и спину. Они нравятся ей? Что она почувствовала? Замотав головой, словно отмахиваясь от чего-то, он стремительней прошел дальше, но, когда дошел до двери, ведущей к желаемому месту, остановился. Такие наивные, как она, долго не живут. И он вспомнил. Вспомнил маленькую девочку с голубыми, небесными глазами. Он вспомнил, как её бездыханное тело лежало в куче остальных трупов и развалин, как её светло-каштановые волосы были сплошь в крови, а глаза стали стеклянными, пустыми. Что он ей обещал? Что убьет всех драконов, до единого? Он убил. Но только он сам стал драконом. Это же не значит, что он должен убить себя?       Они были невероятно похожи. Детская наивность, смех… Но Соня погибла именно из-за этого. Она была слабой и беспомощной. Она была… ребенком. И Люси тоже. Вот только он решил, что изменит её. Он не был нянькой, готовой с ложки кормить человеческого детеныша, но понимал, что она нужна ему живой, а потому хотя бы минимальную заботу о ней проявлять все же приходится. Нужна сильной, иначе это бы означало, что все было сделано напрасно. А он не любил тратить свое время впустую, пускай у него и было его более чем предостаточно. В голове, словно какой-то маленький фильм, начали ускоренно, один за другим, мелькать воспоминания с Дайрана. Он видел, как она росла, как менялось её тело, он видел, сколько боли и страха было в её глазах каждый раз, когда он заполнял её магией. Он видел, как украдкой она наблюдает за ним, как мечется её душа. Он и сейчас видел тот ступор в её глазах. Она даже не знает, чего ей ждать.       Он толкнул дверь, небрежно вваливаясь в комнату, и так же неаккуратно повалился на мягкий стул. Дракон тратил слишком много магии в последнее время. У него оставалось не так много времени до начала чего-то грандиозного, как ему самому казалось. Он прекрасно понимал, что обиженный недоносок Анкселама будет всеми силами махать своими руками, чтобы удовлетворить собственное самолюбие, а вместе с тем, и потребности его импровизированной империи. Надо же, он назвал себя спригганом. Гадкая фея в её наилучшем воплощении.       Акнология вяло хмыкнул, поражаясь нелепости чёрного мага. Он мог бы убить его прямо сейчас, но тогда было бы невыносимо скучно. А теперь, когда вокруг него постоянно еще двенадцать собачёнок, старающихся во всем ему угодить – становилось намного интереснее. Вот только как бы велико не было желание – ещё рано. Он знал, что Драгнил еще только готовится, что еще не пришло время, но и ему самому тоже было чем заняться. Вся магия уходила на создание могущественного артефакта, способного извлечь Петлю Времени из Хартфилии. Мортем. Это название невероятного сложного в изготовлении магического яда, что будет способен в чистой форме освободить Время из девушки. Но тонкостей было настолько много, что каждый день он лишь сильней становился похожим на какого-то захудалого зельевара. Это было абсурдно, было смешно даже для него самого. В своей лаборатории на Дайране он бережно хранил и подготавливал все необходимое, но одна лишь добыча ингредиентов изнуряла настолько, что ему – Королю Драконов – приходилось тратить около половины своего магического источника. Вот только извлечь – лишь половина дела. Ведь еще было необходимо и адаптировать её под себя, подчинить. И для этого тоже был нужен особый предмет, нечто невероятно сильное. Ортус. Восход. Он еще не нашел его. Он перерыл ни одну сотню потайных библиотек, даже некоторые архивные записи Зерефа, но все было тщетно. Эти две вещи не могут существовать друг без друга. Мортем – как смерть, преследующая каждого. А что дальше? Ортус – восход. Рождение – наивысший акт созидания в мире. И он должен был родиться. Родиться Драконом, абсолютным во времени. Способным менять его так, как только пожелает. И он найдет его, во что бы то ни стало, он убьет всех, каждого, кто встанет на пути, кто помешает ему. Он заплатил за все это слишком высокую цену, чтоб отступать.

***

– Медитация! – восторженно воскликнула Уртир, а затем её лицо стало спокойнее и умиротворённее: она вздохнула и села на край пещеры, сложив ноги и подставляя свое лицо прохладному утреннему ветру, что игрался с её распущенными волосами. – Ты уверена? – я скептически подняла бровь, не понимая, как поможет предложение девушки. Хотя, все же это было лучшим решением. Я хотела начать тренироваться, но не могла: рана медленно затягивалась, мне нужно было потерпеть еще хотя бы два дня, чтобы она минимально зажила, иначе все это грозило бы ещё большим геморроем, а вместе с тем и потерей времени, что полностью сломало бы мой план. Я хмыкнула и села рядом с ней.       Я закрыла глаза и вдохнула так сильно, что чуть не начала кашлять, и так же глубоко и сильно выдохнула, стараясь настроится, а затем начала прислушиваться, пристраиваться к магическим потокам внутри меня. Я словно видела, как эфир течёт по венам, перемешиваясь с кровью. А потом мысленно двигалась к магическому источнику, представляя его как нечто особенное внутри себя, словно орган, что находился у меня прямо под сердцем. Я чувствовала потоки волшебства Акнологии. Бирюзовые волны, они бурлили, словно огромный и неспокойный океан внутри меня. Так хаотично, так быстро. Дрожащей рукой я попыталась дотронуться до них, боясь, что может произойти что-то необратимое, но стоило моей руке оказаться в паре сантиметров от потока, он начал сам обвивать меня. Было прохладно, даже приятно. Наконец страх исчез, я пыталась окунуться в этот омут из магии целиком, чтобы понять, принимает ли она меня. Я стояла посреди этого океана, готовясь занырнуть в него с головой. Количество магии было настолько велико, что я едва не упустила одну незначительную деталь: маленькая сияющая желтоватая полоска, она была почти как ниточка, полностью утопающая в «воде». Она вяло поблёскивала, теряясь в море из голубого волшебства, но я заметила её и резко потянула на себя, закрывая глаза от яркого света.       Я очнулась посреди огромного, бесконечного звездного неба. Кругом были миллионы сияющих, холодных небесных тел, начиная от огромных планет, заканчивая маленькими мерцающими кометами. Сотни, тысячи разных кристаллов блистали и переливались от попадающего на них света, озаряя все вокруг. Что это? Это не моя магия. Это не мир Каина. Я не знаю, где это.       Все здесь было таким тихим, таким безжизненным, но мне было так хорошо и спокойно. Откуда-то, где-то издали, я слышала шум нескончаемых потоков воды и певучий голос девушки. Это был странно, но мне казалось, что уже это где-то слышала. Словно я чувствовала, что это мой дом. Словно я была рождена для этого. Увлечённая красотой этого космоса, я не заметила, что кто-то оказался рядом со мной. Маленький, трясущийся, он предстал передо мной странным существом. Белого цвета, с большими глазами и странным длинным конусообразным носом, он протянул ко мне обе крохотные ручки. – Пунь, Пунь, – сказало это существо, а затем развернулось, и начало бежать на своих маленьких ножках вперёд. Я посчитала это знаком, а потому побежала за ним. У меня под ногами, словно из ниоткуда, шаг за шагом появлялась тропинка, которая тут же исчезала позади меня, стоило сделать шаг вперёд. Существо двигалось быстро, а я не переставала удивляться тому, как ему удаётся делать это, учитывая свой маленький размер и какую-то неуклюжесть, что была в каждом его шаге. Спустя пару минут мы остановились на какой-то планете, как бы странно это не звучало. Кругом здесь были фонтаны, и я поняла, что это именно от них исходил шум. – Николя, что ты здесь делаешь? – девушка с прямыми синими волосами, что лежали на её плечах, словно маленькие потоки воды, подняла его на руки и с волнением посмотрела на меня. У нее был голубой русалочий хвост, а сама она парила над землей. Это обескураживало меня. Она долго вглядывалась в мое лицо своими бездонным небесными глазами, и я тоже смотрела на неё, не отрывая взгляд, словно мы гипнотизировали друг друга. Она такая... знакомая. Я уже видела её. Видела в своих снах, видела её слезы. Я ... помнила её? В голове отрывками я видела куски воспоминаний о том, как я сижу рядом с ней, но где это? Кто её призвал? Она ведь – звездный дух? Помнится, когда-то давно я читала о них… Чем сильней я старалась вспомнить, тем хуже мне становилось. Голова загудела, а в ушах стоял невообразимый звон. Я покосилась и осела на землю, а в эту же секунду русалка оказалась рядом со мной. Сквозь боль я подняла на неё голову, видя, что она плачет, а в её слезах я заметила отражение звезд и свое бледное лицо. – Водолей, – сквозь боль я произношу её имя, что словно само появляется у меня на языке. – Люси? Ты жива? – она потянула руки ко мне, но стоило ей меня коснуться, как всё тут же исчезло. А до меня лишь обрывками доносился её вопль.       Кто она? Почему я, чёрт побери, не могу это вспомнить. Я помню, как в какой-то большой ванне, играясь с пузырями, я наблюдала за ней, часто дергая ее за голубой хвост. Она была со мной, в детстве, но ведь и была другая женщина, которая призывала её. Но я не могу даже представить её образ у себя в голове, все такое мутное, такое неясное. И так каждый раз, стоит мне хоть немного напрячься и начать рыться в своей памяти. Это раздражает меня.       А потом я очутилась уже в другом месте. В обители того, кто предал меня. Ведь так? Все было тёмным, таким пугающим. Мир вокруг громыхал. Я находилась сверху, будто бы наблюдала за ним через какое-то стекло.       Он восседал на своём троне, что я видела при самой первой встрече. Вокруг него, словно псы, ластились какие-то странные существа из тёмной материи, что так противно завывали и рычали, отчего мне становилось не по себе. Его костюм был разорван, а вид перестал быть человеческим. Это была его истинная сущность? Демон, что находится внутри меня. Демон, что поклялся быть моим другом. Я видела, как плохо ему. Я чувствовала это.       Не в силах больше смотреть на него в таком виде, я начала изо всех сил барабанить руками по стеклянному барьеру, что разделял нас. Да, он сделал мне больно. Я способна это пережить? Он никогда не врал мне. По крайней мере мне хотелось в это верить. Он был рядом, когда я оставалась одна. Я готова вот так потерять своего, пожалуй, самого близкого во всех смыслах друга. Лишь потому, что он сорвался?       В сердце неприятно закололо. Ведь я такая же, как и он. Я пытаюсь всеми силами сдерживать это чёртово магическое безумие, что раз за разом подавляет мне, стоит хоть немного ослабить контроль, так почему он – прощал меня несмотря на то, что ему тоже было больно. Этот разлом… Я знала, точнее, на каком-то интуитивном уровне догадывалась, что это все именно моя вина. Но он прощал меня, поддерживал. Он помогал мне. А когда мы поменялись местами – я запаниковала, я начала ненавидеть его. Да, он сделал мне больно. Но эта рана – всего лишь отметина на моем теле, которая не несет за собой ничего. Я справлюсь с этим… Нет, не так. Мы, МЫ вдвоем должны, просто обязаны пережить это. Боже, Каин…       Я была готова разодрать себе все руки, барабаня по стеклу, лишь бы он услышал меня. Чтобы он понял меня. Я так хочу помочь ему, но это ведь так глупо, ибо я не могу помочь даже себе…       С каждым ударом все вокруг начинало дрожать, а вместе с тем и его тронный зал. Псы начали лаять еще сильней и куда-то перемещаться, но я не успевала следить за ними. – Каин! – я кричала навзрыд, потому что не могла так больше. Я была во всем виновата. Он никогда бы не стал сам причинять мне боль. Из-за меня он стал таким. Да? – Очнись! – я собрала остатки сил и последний раз ударила по стеклу, что начало трескаться. Слезы капали мне на ладони, а я совершенно не понимала, что сейчас будет.       Вот только дальше ничего не произошло. Барьер не разрушился, несмотря на трещины. Демон поднял голову, словно заметив меня, и я увидела его слёзы. Он плакал, не в силах что-либо сделать. Но точно ли он это был? Я не знаю. Мерзкая беспомощность поглощала меня все сильней, заставляя ненавидеть себя. Я слегка дотронулась до треснувшего стекла, последний раз взглянув на него. Я не могла видеть его таким. – Я помогу тебе, только подожди, пожалуйста…

***

– Прежде, чем вы завалите меня вопросами о несправедливости моего выбора в отношении команды, участвующей на магических играх, – мастер оглядел стоящих перед ним магов, что от нетерпения томились у него в кабинете, – мне следует кое-что вам сказать. – Ну? – Гажил недовольно хмыкнул, усаживаясь на кожаный диван позади него. Рядом с ним стояли его согильдийцы… Друзья? Да, возможно. Хотя он все же стеснялся называть их так несмотря на то, что уже прошло много времени, и ему, вроде как, настала бы пора вести себя менее агрессивно и холодно. – Не томи, дед, – раздраженный Лексус стоял, скрестив руки на груди, а от его недовольства поднималось напряжение вокруг. Дел было много, и тратить драгоценное время на пустое просиживание штанов в кабинете он хотел меньше всего. – Поздравляю всех присутствующих магов, – Макаров задумчиво почесал усы, а потом широко улыбнулся, – с тем, что вам выпала честь представлять нашу гильдию на Магических Играх. Команда Фейри Тейл – В! – хитрый, он наблюдал, с какой скоростью меняются выражения лиц его «детишек». – Но, Мастер, вы уверены, что так можно? – Мира, что до этого просто молчала, внезапно воодушевилась. Несмотря на то, что она давно отошла от дел, связанных с использованием своей силы попусту, здесь была совершенно другая ситуация, а потому даже ей хотелось привнести вклад в, как она была уверена, победу своей гильдии, – и, тем более, нас только четверо. Если я не ошибаюсь, то в команде должно быть пятеро? – Правила не запрещают выставлять две команды от одной гильдии, -–он хмыкнул, а потом задумчиво отвернулся в сторону портрета Хартфилии, что так и стоял в углу комнаты, никем не тронутый, даже спустя столько лет, – последний участник присоединится к вам уже на играх, а теперь, – он окинул всех их взором, остановившись взглядом на Локсар, –победившая команда имеет право взять себе в полное подчинение одного участника из проигравшей, на неделю, – он заулыбался еще хитрее и довольнее, чем было, – и только от вас зависит, кто будет проигравшим, а кто победителем.       Лица волшебников просияли в этот же миг, будто бы каждый из них мгновенно воодушевился так, что, казалось бы, готов урвать победу любой ценой. Хотя, так оно и было. Все и так догадывались, кто из них кого будет эксплуатировать, это забавляло. Они тщеславно предвкушали еще не наступившую победу, воображая свои желания в отношении согильдийцев. – Милый Грей, – томно вздохнула элементаль воды, которая была с каждым днем становилась все более и более на себя не похожа. Это было едва уловимо в резкости движений, потому вряд ли кто-то, кроме двух-трех волшебников это заметил, ведь она старалась вести себя по-обычному, словно все в порядке. Вот только это была ложь. Её увлеченность превращалась в болезнь, но никого этого не понимал. – Ги-хи, – издал Гажил свою фирменную полунасмешку и вышел из кабинета, зная, что больше ничего полезного или интересно он там уже не услышит. Подзывая рукой своего друга – Лилейного – они покинули здание гильдии. – Ну, что тебе сказали? – чёрный котик с интересом наблюдал за своим напарником, паря в паре метров над его головой. – Спешим на тренировки, – брюнет опять усмехнулся, но только в этот раз уже непониманию на лице своего кота, – я участвую в играх, – после этих слов мордочка искида заметно просияла, выражая полную уверенность в силах Редфокса. Он прекрасно понимал его мощь, и был готов, даже рад помогать ему, поэтому эта новость лишь заставила его лететь чуть быстрее, чтобы не терять ни секунды свободного времени, которого и без того у них осталось так мало.

***

– Ты тоже участвуешь, значит, – Эвергрин задумчиво пила какой-то крепковатый коктейль, сидя на в самом углу здания, ведь второго этажа больше не было, чтобы они там располагались, – против Бисклоу, – она пыталась представить все то удивление мага душ, когда он узнает об этом, и предположила, что это будет видно, даже шлем не скроет замешательство в его глазах, – это будет забавно. – Я так рад за тебя, Лексус, – Фрид изо всех сил старался не начать прыгать от радости. Он сильно расстроился, узнав, что Дреяра не будет в команде. Ведь он как никто другой гордился своим предводителем и был уверен, что он обязательно должен занять там свое место. А вот когда не услышал его имя… В какой-то момент он решил, что это из-за его прошлого. Ведь несмотря на то, что происходит сейчас, многие, в глубине души, все еще не простили их попытку захвата гильдии… – Пф, – парень усмехнулся, пытаясь скрыть радость, которая так и хотела прорваться сквозь его маску безразличия и пафоса, что он так усиленно держал, – еще бы, – вот только Громовержец понимал, что не может быть все так просто и легко. Не нужно относиться к этому как к какой-то забавной игре для детишек, это было точно. Но его волновало больше не это… – Кто пятый? – девушка с интересом крутила прядь волос на пальце, предвкушая приближение Игр. Она волновалась за Бисклоу. Этого нельзя было отрицать, ведь он – часть её команды, её маленькой семьи. Он был дорог ей. А сейчас он там, не с ними… Справится ли он? И тут дело было не в силе, а в его эмоциях? Ведь он – не самый открытый и легко приспосабливающийся человек. – Понятия не имею, – а вот Лекса этот вопрос как раз-таки настораживал. Почему дед не объявил последнего участника? Его нет в гильдии сейчас? Парень начал мысленно перебирать кандидатуры сильных волшебников, отсутствующих сейчас. На ум кроме Гилдартса никто не пришел. Он всерьез собрался участвовать? Но ведь это означало бы слишком легкую победу для них… Это не может быть так просто. Он видел, какой тяжелый взгляд Макаров бросил на изображение Хартфилии… Её образ непроизвольно воспроизвелся у него в голове, отчего по коже у волшебника пошли мурашки. Она бы ни за что не согласилась на это? Хотя, он не мог быть в этом уверен. Ведь он толком не знает её. Совсем. А уж тем более её магическую силу… Нельзя было отрицать, что она интересовала его в какой-то степени. Но это лишь временное, просто потому, что ему было скучно. А теперь, удачно, для него как раз появилось дело, что обязательно придет ему по душе, – будет интересно…

***

– Вставай! – Эрза протянула упавшему парню руку, весело смеясь. Они уже около недели провели на жарком пляже в Харгеоне, попутно разрушая его и перестраивая под свой «тренировочный полигон». Девушке нравилось, что они совмещают приятное с полезным. Она была рада расслабиться, пускай и предшествующие события никак не давали ей отдаться отдыху целиком. Ведь они, все-таки, на тренировке. Они обязаны были доказать, что эти семь лет никак на них не сказались. – Спасибо, – парень вяло ухмыльнулся, отряхиваясь от жгучего песка и поправляя очки, что немного сползли с его ярко-зеленых глаз. Знойная жара не позволяла ему находиться в шлеме – это было бы просто самоубийственно и невероятно глупо. Хотя, в обычной обстановке он его бы ни за что просто так не снял, но сейчас был даже в какой-то степени рад освободиться от него. Хотя очки носить все же приходилось. – Вы чего застыли? – пронзительный голос оглушил их, заставив поежиться. Уж кому-кому, а Драгнилу энергии было просто не занимать. Он рьяно носился по побережью, привязав себе на талию несколько огромных и наверняка тяжелых каменных блоков, но двигался так, словно это просто какие-то пушинки. А рядом с ним беззаботно парил Хеппи, подбадривая и ускоряя Нацу. – Отдыхать тоже нужно, Нацу-сан, – малышка Венди, вытирая рукой пот со лба, прильнула под первое попавшееся дерево, пытаясь хоть как-то охладиться в теньке. Было невыносимо жарко и душно, она скривилась от того, какой противный был воздух, стоило ей его вдохнуть. – Не трать свое время, – Грей по грудь сидел в морской воде, стараясь сопротивляться и игнорировать волны, что время от времени старались его столкнуть, – до этого тупого огарка никогда ничего не дойдет, – парень блаженно прикрыл глаза и старался сосредоточиться, начав выпускать из себя маленькие потоки магии. Вот только эти слова Убийцу Драконов не достигли, ведь он еще в самом начале убежал в «закат», ведомый лишь своим непреодолимым желанием стать сильней. Фуллбастер пытался медитировать и одновременно с этим постепенно выстраивал вокруг себя тонкий ледяной шар, стараясь таким образом спрятаться от жары и раздражающего шума. Но этот изрядно запутавшийся клубок мыслей у него в голове не давал ему сосредоточиться, а сделать с этим он ничего не мог. Совсем. – К этому довольно сложно привыкнуть, – Бисклоу выдохнул, готовясь к продолжению спарринга с Титанией. В целом, эта обстановка эдакого веселья царила у Громовержцев, вот только там она граничила с некоторым азартом и вырывающейся ярости, а тут… Все было как-то совсем не так. По-доброму? Он не знал, вот только никто не станет ждать, пока он привыкнет, адаптируется. На это просто не было времени. Ведь он уже не ребенок. Его задача – тренироваться, отладить командную работу, понять, что ими всеми движет. Ведь так? Или он сам это для себя решил. Что ему на самом деле сейчас нужно было? – Давай еще раз, а потом присоединимся к Грею, – она улыбнулась и заправила за ухо слипшиеся от пота и морской воды волосы, что так неаккуратно лежали на ее лице. Она изо всех сил старалась понять, что же ледяной маг сейчас чувствует, она неустанно следила за ним. Волнение и внутренние страхи душили её. Эти мерзкие, холодные пальцы смыкались на её шее все сильней и крепче, но она старалась не поддаваться этому. Ей просто было нельзя. Не положено по статусу. Хотя, сейчас это было не важно. Она находится рядом со своими друзьями, тренируется, пытаясь восстановиться после такого длительного сна. У нее еще было две недели этого спокойного, как она считала, и полезного времени. Поэтому сейчас стоит расслабиться. Отбросить эти угрызения и фобии. Но это было так тяжело, так непосильно для нее…

***

– Тебя очень сложно оставить одну, – я заметила, как Уртир садится рядом со мной на том же месте, где мы «расходились», когда я закрывала глаза. Мне казалось, что меня не было всего час, может два, но не больше, но, судя по тому, что внешний вид девушки немного изменился, да и тело как-то сильно затекло, я поняла, что прошли ровно сутки. Я очнулась в то же время, как и уходила, если это можно было так назвать. – Да уж, а ты давно здесь? – я попыталась вытянуть ноги, но это было тяжело, потому что они болели, хотя я заметила, что двигать корпусом стало легче - спина, кажется, начинала постепенно затягиваться. Может, он все-таки услышал меня? – Нет, – девушка протянула мне кружку с кофе, который она недавно сделала, а затем села рядом со мной и начала смотреть себе под ноги, – ты забавно светилась все это время, – она по-доброму засмеялась и посмотрела на меня, а я слегка ухмыльнулась, ведь для меня это даже не было чём-то необычным, – но, порой, ты меня очень пугала. – Перевяжешь меня? – я отвела голову и смотрела в даль, вспоминая, чем этот день отличатся от предыдущего, а затем аккуратно начала отпивать горячий сладковатый напиток, медленно вздыхая. Рука сама непроизвольно задрала футболку потянулась к груди, где красовалась метка меча. Я очень нежно и аккуратно провела пальцами по всему её основанию, – прости меня. – Да, конечно, – девушка кивнула и встала, направляясь вглубь за свежими бинтами, я пару раз обернулась на неё, и видела, что с собой она несёт еще какие-то мази и бутылку с полупрозрачной жидкостью. И стоило мне допить кофе, как она подошла ко мне и протянула две белых таблетки. – Жуй, – я взяла их из ее ладони и без лишних вопросов приступила к поеданию, но мое счастье было так мимолетно и недолго - они были неприятны и горьки настолько, что я до ужаса скривила своё лицо, а Уртир, все это время за мной наблюдавшая, начала смеяться. Когда первая часть моих мучений закончилась, девушка стянула с меня просторную футболку, оставив на моем теле лишь одни бинты. Она открыла бутылку с той странной жидкостью и обильно начала лить её мне на спину, а мое тело быстро покрылось мурашками, потому что она была ледяная. – Будет больно, – она вынесла свой неутешительный вердикт и ножницами начала разрезать бинты на спине. Я сжала зубы, чтобы не прикусить язык, и терпела все ее манипуляции по снятию бинта. Но когда она оголила мою спину, то замерла. – Что там? – я не понимала её замешательства, а потому варианта могло быть всего лишь два: или все очень плохо, или наоборот, хорошо. Удивительная крайность. – Ну, – она чуть замялась, а потом облегченно сказала, – выглядит намного лучше, чем было. Я довольно выдохнула и она, усмехнувшись, продолжила перевязку. А я все это время задумчиво смотрела в даль. Очень философски, да? Отнюдь. Я понимала, что времени осталось безумно мало. Магические игры вот-вот начнутся, а у меня нет ни карты, ни примерного плана действий. Вообще. Я понимала, что одна не справлюсь. Но кто поможет мне? Каин, который не может помочь сам себе? Нет. Галахард? Да мы едва познакомились, чтобы я о чем-то его просила, или чтобы он ввязывался в мои дела. Это не то. Жерар? Нет. Просто нет. Как оказалось, что я стала зависима от чьей-то помощи? Ведь совершенно недавно мне казалось, что мне не нужен абсолютно никто.Я считала, что в силах справиться со всем сама. Но, как оказалось, это неверно. Хотя, тут дело было в другом. Это был очень важный, отчаянный шаг. Только лишь одних моих сил здесь просто не хватит. А может… – Эй, – девушка тряхнула меня по плечу, показывая, что закончила, – ты выглядишь слишком задумчивой, – я не торопилась надевать футболку, отдавая свою кожу на растерзание холодному ветру, словно это бы помогло успокоить беспорядочный рой мыслей в моей голове, – что-то случилось? – У меня есть одна безумная идея, не хочешь послушать? – я развернулась, чтобы заглянуть ей в глаза, увидеть реакцию, но по её лицу было понятно, словно она давно ждёт, когда я предложу ей что-нибудь. Все-таки довериться сейчас я могу только ей.

***

– Как думаешь, где Минерва сейчас? – вяло спросил Роуг, сбрасывая с себя футболку, потому что та только мешала ему. На улице было невыносимо жарко, поэтому накаченное, но местами исполосанное мелкими шрамами тело брюнета обливалось потом даже без одежды. – Волнуешься за свою госпожу? – Стинг хохотал ему в ответ, начиная готовиться к привалу. Ребята нашли удобное, удачное место для проведения тренировок: небольшая поляна у подножья огромной скалы, к которой они и двигались все это время. Вокруг не было ни души, да и места было достаточно много, поэтому подниматься на вершину они не стали – не было смысла.       Время двигалось вокруг них слишком быстро. Им было хорошо вдвоём, они были идеальным дуэтом: равные по силе, полные противоположности в магии, они были близки друг другу как никто другой. Вот только свет и тьма могли существовать вместе, не вредя друг другу, если они находились в идеальном балансе. Так и было до недавнего момента. Сейчас кто-то отчаянно старается его нарушить, и они просто не могут понять, кто это, как, и что самое главное – зачем. – Просто спросил, ради интереса, – он соврал, и они оба знали это. Райос хотел быть ближе к ней в какой-то момент, или, может, ему так казалось от того, что Орландо проявляла к нему большое внимание. Он был не дураком, понимал, что она хочет, но настолько ли нужно это было ему самому? – Ага, – Стинг хмыкнул, заводя руки за спину. Парень хотел, чтобы Чени, наконец, стал увереннее, разобрался в себе и своих чувствах, но все было тщетно. Он просто игнорировал все это, а удовлетворять свои потребности так, как это делает Белый Дракон он тоже не хотел, видите ли, ему это не нужно. Но он видел брюнета насквозь, а оттого лишь тихо насмехался над потугами своего друга держать все «в норме». – Вообще, тебе стоило бы задуматься о чем-то более стабильном, чем развлекухи с суккубами, – Чени упрекнул своего друга, ведь ему не нравилось, что он делает. С какой-то стороны: это ведь не его дело, но это все было неправильно. – Отстань, – Стинг отмахнулся от него, скидывая на землю свои сумки, а затем задумчиво поднял голову наверх. Ему казалось, словно откуда-то сверху доносятся женские голоса. Но это было невозможным, потому что вряд ли бы кто-то отважился залезть на эту скалу, ведь к ней даже подъема-то никакого не было, – ты ничего не слышишь? – Вообще-то, слышу, – брюнет нахмурился, потому что думал, что ему просто показалось, от усталости или жары, но как оказалось – нет. Более того, он чувствовал огромную магическую силу, исходящую от носителей этих голосов, а потому видимо напрягся, повернув голову на своего друга. Он все понял, потому что тоже почувствовал это. В этот же миг Роуг одним движением поглотил все вещи и самого Стинга, спрятав их в тени одного из раскинувшихся деревьев около скалы. Никто не понял, откуда они появились, но прямо перед ними в голубоватом свечении возникло две девушки.

***

– Ахаха, Люси, ты просто сумасшедшая, – Уртир весело похлопала меня по плечу, останавливаясь напротив, – я, конечно, предполагала, что ты захочешь выкинуть что-то подобное, но никогда не думала, что это случится так скоро, – она поправила руками свои волосы, а затем повернула голову, оглядывая полянку, что была рядом с нами. – Я надеюсь, что все получится, – я мягко улыбнулась, но слегка занервничала, потому что не ожидала от нее такой реакции. Точнее, я была рада, что все вот так сложилось, но все равно было как-то волнительно. Даже слишком, – ты уверена, что не хочешь остаться еще ненадолго? – она опять повернулась ко мне, а затем аккуратно провела рукой по кончику бирюзовой линии на моем лице, отчего у меня непроизвольно пошли мурашки. – Нет, ты же поставила мне кучу грандиозных задач, иначе, как я их успею, – она усмехнулась и убрала руку, поправив большую сумку со всеми необходимыми вещами, – у тебя осталось три недели, поэтому советую тебе поторопиться, – она выставила руки, готовясь создать магический круг, – за два дня до игр тебе нужно уже быть в столице, чтобы я могла найти тебя, - под её ногами появилась большая золотая печать, – пока, Люси, – она улыбнулась мне на прощанье и быстро исчезла, что я даже не успела ничего сказать. Ну, ладно, не думаю, что это проблема.       Я нервно выдохнула и спиной оперлась на нагретую поверхность скалы, задумчиво поднимая руку с кольцом к солнцу. Да, было бы хорошо все-таки и с ним поговорить, вот только нужно ли нам это? Я дотронулась другой рукой до оникса на кольце. Горячий. Это было странно. Хотя… Это же магия, все возможно. Мне не стоит этому удивляться. Как же мало осталось времени, и как же много нужно было сделать. Это просто невыносимо.       Я почувствовала, что на шее появилась темная лента, хотя я даже не думала о ней и не «призывала» её. Это странно. Словно этот чёртов божок напоминает мне о своем подарке, склоняя все чаще и чаще его использовать. Хотя, я давненько уже не становилась тенью, может, есть смысл немного развеяться перед тем, как опять начать медитировать? Я уже привычно провалилась сквозь землю: уж что, а этот уход весьма впечатляющий. Чувство легкости и невесомости поглощало меня, заставляя весело метаться в тенях, скользя по скале и местности, что раскинулась вокруг. Вот только что-то было не так. Мне казалось, словно я здесь не одна. Словно кто-то ещё есть здесь...

***

– Ну, и, что это было? – отдышавшись, Райос выпихнул своего друга и вещи из тени, а затем подошел прямо к тому месту, где стояли две девушки, и начал принюхиваться. Было что-то знакомое в запахе одной из них. Что-то ванильное, смешанное с кровью и сыростью. Это было так странно, вот только он не знал, что именно было знакомо. Где он мог уже такое чувствовать? – Я знаю одну из них, – Стинг настороженно оглядывался вокруг, словно ожидая еще каких-то гостей, – Уртир Милкович, тёмная волшебница из некогда существовавшего Сердца Гримуара, это те самые, с которыми сражались Хвост Феи перед тем, как исчезнуть, – он начал раскладывать вещи, возводя палатку, – понятия не имею, чем она сейчас занимается. – А вторая? – Чени пытался всеми силами напрячь свою память, чтобы вспомнить её, но никак не выходило. Может, ему просто почудилось? – Тебе не кажется, что мы могли её где-то видеть? – он повернулся на своего напарника, ожидая ответа. – Нет, я уверен, – Эвклиф закончил приготовления и встал напротив друга, – меня больше интересует, что они собрались делать на играх, – блондин вытащил из какой-то сумки бутыль с водой и начал жадно её пить, – ведь если и Уртир, скорее всего, не сможет участвовать там из-за своего прошлого, то вот магическая сила второй ужасает. Я почувствовал это даже в твоей тени. Это пугает. – Она какая-то… – он замялся, пытаясь подобрать нужное слово. Из тени ему едва ли было что-то чётко видно, потому что было необходимо вести себя тише воды и ниже травы, чтобы они их не заметили, но её глаза он все же смог разглядеть. Такие же красные, такие же холодные, как и у него. Сквозь её плащ совсем не было видно тела, но на лице он заметил какую-то маленькую голубую линию. Зачем он вообще думает о ней сейчас? Только потому, что его привлекла её сила? Или то, что она, подобно ему, с небывалой легкостью скрылась в тенях, что он даже не почувствовал? – Знакомая…

***

      Тяжело. Мне, все-таки, было невероятно тяжело. Это так явно и очевидно, а это осознание еще сильнее парализует меня. Зачем я делаю все это?       Проведя неделю в полном одиночестве, я начинала все сильней рефлексировать. Вот только тут важно учитывать, что рефлексия, длящаяся больше, чем пять шагов, неминуемо ведет к депрессии.       Я хочу отомстить. Кому? Акнологии, конечно. Вот только могу ли я это сделать сейчас? Нет. А смогу ли вообще когда-нибудь? Наверное. Хватит ли мне сил? Я не знаю. Хорошо, я разрушу врата. Зачем? Мне станет от того легче. Правда? Смогу ли я почувствовать хоть какое-то облегчение от этого? Внутреннее успокоение, ведущее к балансу? Я не знаю. Боже, я, как всегда, ничего не знаю. Хорошо – у меня получилось. А что дальше? Скитаться? Где? Вернуться к Жерару? Я не хочу видеть его… Взять Уртир и сбежать куда-нибудь? А ей это нужно? Хочу ли я этого? Я не уверена… Что я буду делать? – Хватит, – мой голос дрожал, а внутри словно не было ничего. Совсем. Пустота, начинающаяся где-то на уровне моего желудка, приносила мне ужаснейший дискомфорт, но как бы я не старалась с ней бороться, у меня ничего не получалось. Точнее, даже не так. Мне просто нечем было ее заполнить. Вот и все. А что остается – только разъедать себя все глубже и сильней. Я дура.       Очередная ночь, которую я провожу под звездами, свесив ноги со скалы. Каждодневная медитация начинала помогать мне все четче чувствовать и управлять моей магической силой. Моей ли?       Пока в небольших количествах, но это был прогресс. Я понимала, что перестаю бояться ее. Бояться так сильно, как это было месяц назад. Но эти бесконечные погружение в «море эфира» начинали мне надоедать, хотя я понимала, что ничем другим заняться я не могу по ряду простых причин. А вот он все молчал.       Я перевела взгляд на свою правую руку, под которой лежал меч. Он лежит высунутым уже пять дней, но все равно ничего не происходит. Почему я не возвращаю его обратно? Словно боюсь, что что-то опять случиться. Что я снова увижу его таким… Вот только это было так глупо. Несмотря на отсутствие материального объекта, печать-то все равно была внутри меня, ровно как и он сам. Просто мне казалось, что это какой-то регулятор? Что он сдерживает меня? Мне становилось легче, когда я проводила кончиками пальцев по ледяному долу. Боже, когда же ты уже наконец вернешься.       Что я могла сделать? В чем была моя проблема? Почему Он отбирает у меня всех, кто мне дорог? Даже Каина… Это н е в ы н о с и м о. Или проблема во мне?       Ведь это я виновата во всем, что случилось. Начиная со своего чертового рождения, я постоянно была в чем-то виновата. Я не могу убегать от этого. Я сама зашла в ту комнату, сама нарвалась на осколок, сама обрекла себя на все эти мучения…       Рука дотянулась до лба, где были рога. Да, ведь меч же, все-таки, вынут. Я аккуратно провела по ним двумя пальцами, начиная от основания до острого кончика. Горячие. Тяжелый выдох. Какой по счету? Я запрокидываю голову и устремляю свой взгляд в небо. Миллионы звезд, складывающиеся в причудливые созвездия, были так холодны. Я не могу дотянуться до них. И никогда не смогу. – Ладно, хватит, – опускаю голову обратно и начинаю тереть глаза, словно пытаясь таким образом снять с них усталость и напряжение. Я должна сделать это. Крепко сжимаю рукоять меча и начинаю медленно погружать его в печать. Так тихо вокруг… Я остановилась, когда осталась лишь одна рукоять. – Каин, впусти меня, – я закрываю глаза и резким движением вгоняю оставшуюся часть.

***

      Мы стояли на расстоянии вытянутой руки, не в силах смотреть друг на друга. Он выглядел так же, как и всегда, вот только кожа, как мне показалась, стала еще бледней. Боже, как же ты страдаешь. Я знала, что окажусь здесь сейчас. Почувствовала это на каком-то интуитивном уровне. Хотя, сомнения все же были. – Каин, я, – дрожащим голосом я попыталась начать говорить что-то, но он прервал меня, кладя свой указательный палец мне на губы, чтобы я остановилась. – Люси, послушай, – он робко коснулся моей руки кончиками пальцев, не веря, что это я и что я рядом с ним, а он это он, как бы это не звучало. – Рано или поздно… Это должно было произойти, - он схватился руками за голову и отвернулся от меня, – я – демон. Это не секрет ни для тебя, ни для меня, вот только мы с тобой с самого начала забыли учесть одну маленькую особенность. У меня нет своей оболочки, чего-то телесного, – я начинала понимать, на что он намекает и к чему ведет, а оттого непроизвольно попятилась назад, – но усугубляет это еще и то, что я нахожусь как бы… запертым внутри тебя, хотя это звучит довольно нахально, если учесть, что без тебя я бы вообще не существовал в своем нынешнем воплощении, – он собрался силами и развернулся ко мне, вглядываясь в мое хмурое лицо, – мир меча довольно узок, знаешь ли, а то, что происходит сейчас, с тобой… оно опьяняет меня. Та сила, то безумие, что было заложено в тебе Акнологией, оно развращает меня, искушает, – он начал подходить ко мне, а я наконец смогла набраться сил и посмотреть ему в лицо. Что я увидела там? Боль, смешанная с отчаянием и безумием, и какая-то доля надежды. Надежды на то, что я помогу. Вот только это нереально. – Люси, ты мой друг. Ты дорога мне, но я не могу обещать тебе, что это не повторится. Я не могу обещать, что не причиню тебе боль снова… – Хватит, – я в секунду сократила расстояние между нами и обняла его. Это было тяжело. Мне было тяжело слышать все это, тяжело понимать. Страх и осознание того, что Он успел испортить буквально все аспекты моей жизни, заставляли меня от злости до боли закусывать свою губу. Колющее чувство в груди лишь усиливалось, а никаких мыслей о том, что я буду делать, как всегда, не было. Я знаю, к чему он клонит. Он хочет получить мое тело, – я скажу тебе, когда буду готова, хорошо? – я закрыла глаза и почувствовала, как его тонкие, вечно холодные пальцы аккуратно проводят по моей щеке. Быстро, словно боясь, что я исчезну, он коснулся губами моего лба. А потом…       Холодный ветерок начал неприятно щекотать мою спину. Мне не хотелось открывать глаза, чтобы в сотый раз видеть этот горизонт. Мой горизонт событий, прикоснуться к которому я еще не была готова. Скала была невероятно ледяной, отчего я поежилась, а мои ноги начало колоть от неприятного и резкого перепада температур.       Все так давило. Эта тяжесть… Мне казалось, что если я увижу его, то все пройдет. Вот только никакого чувства облегчения не последовало. Стало лишь хуже на столько, что я могла с трудом вздохнуть полной грудью или нормально сглотнуть собственную слюну. И когда это закончится?       Нам нужно время. Ему, чтобы научиться контролировать себя. Чтобы понять, чего он хочет. Понять зачем он это делает.       Мне нужно было время, чтобы перестать бояться. Я готова впустить его в свое тело? Правда? Я, что так трясется за это шаткое и невероятно зыбкое чувство контроля над собой, своим телом и разумом, готова отдать это все демону? Да, он мой друг, но все ли друзья так делают? Серьезно? Что насчет понятия «принципы»? Это все было так глупо. Но жажда силы, она отупляла меня, превращая в подобие какого-то существа, что не знает ничего, кроме мести. А потому я сразу начала прикидывать, сколько новых возможностей откроет это слияние. Что я буду делать, если что-то пойдет не так? – Поспи, Люси, – вновь его голос и я чувствую это родное тепло. Чувствую, что я, наконец, не одна. Эта забота, преданность… Все это можно так легко разрушить, превратить это ощущение уюта и спокойствия в самый настоящий ад, а оттого я, чувствуя всю эту эфемерность, лишь сильней хваталась за все это. Не открывая глаза, я откинулась спиной на холодный камень, стараясь не думать ни о чем.       Как же я ненавижу тебя, Акнология. Эта ненависть… Как мёртвый, чёрный огонь она разгоралась внутри меня, вот только не приносила никакого тепла. Лишь сжигала и убивала меня изнутри. Я ненавижу его. И моя ненависть питает его самого. Противно. Противно от всей это безысходности, от безвыходности.       Или дело в том, что я просто не вижу, куда мне идти и что делать? Ложь. Я должна отомстить ему. Но отомстить за то, что в тот день я сама и сделала? Это глупо. Отомстить за то, что он не дал мне умереть? Гениально. А, может, я хотела сдохнуть в тот гребанный день? Нет. Я просто обязана отомстить ему за его грубость, за жестокость. За то, что он обесценил в моих же глазах меня и мою жизнь. За то, что он обращался со мной, словно со скотом. Каждый раз, стоило мне здраво смотреть на все это, любые мои убеждения ломались, превращаясь в предрассудки нездорового ребенка. Я так хочу помочь Каину, но ведь я даже не могу помочь себе, даже более того, я не могу рационально представить хоть как-либо свои действия, не могу аргументировать их. Я запуталась. В голове была каша. Все это с разрушающей силой опустошало меня. Я устала.

***

– То есть мы серьезно купимся на это, – Грей с негодованием посмотрел на остальных членов своей команды, – «подходите к подвесному мосту в Восточном Лесу, для Фейри Тейл» – и что же там будет, позвольте поинтересоваться? Раздача печенек для победителей? – он начинал злиться, но все равно шел вместе со всеми, – для победителей в турнире «я попался в самую глупую замануху на свете». – Остынь, растаявшая сосулька, – Драгнил шел в напряжении, стараясь уловить любой, даже малейший шорох, чтобы быть начеку, – из-за твоего ора я ничего не слышу. – Тише, – грозным тоном аловолосая пригрозила парням, хотя сама была не менее напряжена. Она судорожно оглядывалась по сторонам, оценивая, откуда может появиться потенциальный противник, и какой первый доспех она наденет. – Кто-то идет, – Бисклоу указал пальцем на темный проем между трех огромных деревьев. Да уж, идти вечером, когда уже стемнело, было не самой умной идеей. – Спасибо, что пришли, Фейри Тейл, – она узнала этот голос. Она узнала бы его всегда. По спине прошел холодок, она всеми силами пыталась успокоить себя и свои мысли, но не могла. Это было ей не под силу.       А я все это время со скукой наблюдала, как три фигуры медленно выходят из-за деревьев, поворачиваясь лицом к волшебникам. И, вау, ага, они снимают свои плащи. Это неподдельное удивление на лицах фей меня забавляло. И давно я стала такой циничной? Кажется, время, проведенное наедине со своей магией, стало плохо на меня влиять.       О боже, какое трогательное воссоединение. Ну, давайте, потрахайтесь еще здесь. Ты ж падкий на кареглазых девчонок, да, Жерар?       Фу. Мне стало противно от самой себя. И дело было то ли в искаженности тени, то ли в том, что мне на горло противно давила ревность. Ну, и что, что она лучше и человечней меня? Разве это повод так ее любить?       Я пропускала сквозь уши их бессмысленные диалоги и бесценные истории о том, как они тут оказались. Б о ж е. Просто тошнит. Кажется, я поторопилась, мне следовало бы начать следить за ними несколько позднее. – Каждый год во время фестиваля… Я чувствую странную магическую силу, – это неподдельное напряжение на его лице заставляло меня ухмыляться, – в этой магии есть зло, напоминающее мне Зерефа, – хм, а вот об этом я не знала. Хотя, если так подумать… Я ведь догадываюсь, о чем идет речь. – Нам нужно узнать, от кого исходит эта сила, тогда мы сможем найти и Зерефа, – Уртир задумчиво вглядывалась в тени, отбрасываемые волшебниками. Неужели заметила меня? Хотя… Может это я хочу, чтобы она меня почувствовала? – Затея странная, но мы вам поможем, – Эрза вышла вперед всех, словно показывая таким образом свое лидерство, а мне опять стало от нее тошно. Мне захотелось одним движением перерезать все её чертовы волосы, а заодно и шею, чтобы на его лицо брызнула такая дорогая кровь его любимой. Чёртовы тени, заставляющие меня думать об этом. Или я просто ищу оправдание, скрывая свои собственные желания? – Мы сможем… Отблагодарить вас авансом, – Уртир начала фальшиво улыбаться, – с помощью моей улучшенной петли времени… Я смогу открыть для вас второй магический источник, и, поверьте, это даст вам больше, чем все ваши тренировки, – от слов о втором источнике я съежилась всем телом, вспоминая, какую боль мне пришлось перенести, чтобы он открылся. Ну, не только же мне страдать, верно?       А вот дальше слушать мне было не интересно, ведь я нашла вещь более занятную. Я чувствовала их боль, чувствовала их ненависть так ярко, что мне казалось, словно мое сердце сияет. Миледи… Должна ли я извиниться за то, что произошло? Хотя, будь она сильней, я бы не искалечила ее настолько. То есть это лишь ее вина, да?       Джувия… Или как там ее? Еще один бесполезный мусор. Но что же их так связала? Неужто неприязнь ко мне? И связала в прямом смысле: сквозь тени между ними переплетались розоватые нити. Кажется, я догадываюсь, что эта мелкая дрянь задумала. Решила, что одной ей не справиться, а потому подключила свою подружку. Пф, какое нахальство.       Грей… Как же мне хотелось обнять тебя. Но я знала, что пока я тень, делать это не то, что нельзя, просто не нужно было. Я ведь знаю, какие могут быть последствия. Я хочу поговорить с тобой. Но нужно ли тебе это? Нужно ли это мне? Нам?       Пока я думала, они начинали разбредаться в разные стороны. Ну, наконец. Кажется, меня заметила не только Уртир. Тот самый парень с татуировкой на лице… Я как раз была сейчас в его тени, и его пронзительный, горящий взгляд, устремленный в свою тень. Ты видишь меня, я знаю это. Я заметила, как он присаживается на корточки и начинает тянуться рукой прямиком к тени. Так, аккуратней, парень. – Бисклоу-сан, вы в порядке? – подошедшая так вовремя маленькая волшебница выручила меня: я ускользнула в ее тень, и с насмешкой наблюдала, как парень касается земли, и не находит там ничего. Не сейчас, приятель. – Не волнуйся, Венди, – он хмыкнул и поднялся на ноги, поправляя очки, – пошли к остальным, – да, идите, а то ваша компания мне не особо-то и нравится, если честно.       Сейчас важно было найти её. Надеюсь, ей хватило смекалочки отойти чуть дальше. А пока эти двое уходили к своим друзьям, что уже один за одним начинали познавать всю сладость открытия второго источника, я бросила короткий взгляд на них…       Эрза. Гнаться за ней, все равно, что за ветром. Мы совершенно разные. Я сильнее её, пускай и не лучше. Мы разные. У нас нет ничего общего, а оттого и нет смысла сравнивать. Я совершенно другая. И если он выбрал её, то это лишь их проблема, а не моя. Они вдвоем уходили к побережью, о чем-то разговаривая. Я не хотела это слышать.       Я заметила ее, отошедшей поодаль от всех остальных. Она присматривалась ко всем теням, что так мило разливались из-за лунного света. – Может, все-таки выйдешь? – в этот же миг я восстала прямо перед ней. Безразличие и скука в ее глазах сменяются на радость, и я не успеваю ничего понять, как она крепко сжимает меня в объятиях. Я тоже скучала. – Никогда так долго еще не была в тени, – я отошла от нее и улыбнулась, снимая с себя капюшон плаща, – но, с ума, вроде, не сошла, – я наигранно засмеялась, но старалась сделать это как можно тише, ведь мне бы не очень хотелось, чтобы нас кто-нибудь заметил. – Как прошли твои тренировки? – она вглядывалась в мои глаза, оценивая степень их «покраснения», но я начинала отводить взгляд, оборачиваясь на море. Красиво. Желание убежать от всего и раствориться в нем начинало накрывать меня с головой. – Удачней, чем я думала, – я быстро натянула капюшон обратно. Здесь кто-то был. Кто-то приближался к нам, хотя всеми силами хотел остаться незамеченным. – Найдешь меня, – я быстро схватила её за левую руку и пустила по ней маленькое количество своей магии, оставляя там маленькую голубоватую линию, а затем быстро прошмыгнула в тень. – Ууууур, – от её противного голоса меня чуть не вывернуло, – ты где? – девушка издавала очень много шума, стараясь пробраться к нам через деревья и высокорастущие растения. Повезло, что я заметила ее. – Уже иду, Миледи, – она с помощью магии скрыла эту линию. А догадливая же все-таки. Мне повезло найти ее. Или ей повезло отыскать меня? Хотя, об этом всем еще стоит очень и очень много думать. Я наблюдала, как её силуэт уходит, оставляя меня наедине с собой. – Люси, нам уже пора, – ну да, Каин. Все же он был прав, я и без того достаточно тут задержалась. – Перенесешь меня? – я молящим голосом просила его, ведь, почему-то, желание передвигаться самой напрочь отсутствовало у меня. – Конечно, как только ты выйдешь из этих надоедливых теней, – я усмехнулась, но все же отменила магию и стояла, едва дотрагиваясь кончиками пальцев до океана. Так… странно. Здесь было так спокойно, но внутри меня был какой-то ураган. Я знала, что приближается неотвратимое. То, что я должна сделать. Обязана. Но хватит ли мне сил? Мое тело само расслабилось, а под ногами начал проступать бледно-карминовый свет. Пора двигаться дальше, да?

***

– Итак, настало долгожданное событие – ежегодный праздник волшебников – Великие Магические игры! Арена. Огромная арена с кучей людей, ждавших «хлеба и зрелищ». Все они восторженно кричали, дожидаясь выхода команд. В команде фей Венди заменил Эльфман, поскольку вчера произошла у них какая-то странная и неожиданная для всех история: ее нашли в бессознательном состоянии в кустах дворцового сада, вместе с её искидом. И, конечно же, ребята очень сильно волновались за ее здоровье, хоть бы все обошлось. Поэтому Штраусс очень сильно волновало его положение в команде, ведь он был лишь заменой. Для него даже не успели сшить командую форму, которую Макаров приказал надеть всем членам команды, хотя вот Нацу она не нравилась. Эльфман не хотел тянуть свою команду вниз, поэтому был немного расстроен, хотя через некоторое мгновение решил, что это не по-мужицки и стал громко вопить слова поддержки. Конечно, нельзя было обижать «настоящего мужика», поэтому кто-то подсуетился и быстро нашел ему жакет в фиолетовых тонах со знаком гильдии прям под его размер. – Мне не нравится эта форма, – нервно проговорил Драгнил, оглядывая себя со всех сторон. В сущности, ничего не поменялось, кроме цвета, вместо черного в золотую полоску, он стал фиолетовым в белую полоску. Но было в ней что-то пустое, напускное, что он всем сердцем презирал. – Думаешь? Мне кажется, она прелестна, – живо произнесла Эльза, самодовольно улыбаясь и встав в модельную позу. Это было платье с v-образным вырезом и высоким воротником в фиолетовых тонах с белым знаком гильдии на левой груди. Платье смотрелось довольно эффектно, оголяя все «нужные» части до пределов разумного, оно также было затянуто коричневым поясом из натуральной кожи под самую грудь и на бедрах. Она наслаждалась вниманием, словно наконец выбросив из головы весь мусор, что не давал ей спокойно жить. – Полностью согласен, – Грей прямо блестел в своем «ничего». – Сначала оделся бы, – покачал головой Бисклоу. Все-таки, как бы странно для него это не звучало, он привык к этому. Он сработался с ними, да? По крайней мере, им всем так казалось.       И вот, настал час славы. Они стоят в длинном коридоре, где виднелся лишь свет в его конце и гулкие крики тех, кто пришел сегодня посмотреть на Великие Магические игры. Ребята все никак не могли решиться и сделать хоть шаг. Их парализовали одновременно и страх, и волнение, и даже некое тщеславие. – С минуты на минуту начнутся Великие Магические игры! – проговорил ведущий с головой в форме овала и квадратным подбородком, выглядел очень нелепо со своей прилизанной прической. – Я – Чапати Лола, ваш ведущий. Рядом со мной господин Яджима – бывший председатель совета, прошу любить и жаловать! – он сказал все это быстро и с уважением, а потом с теплой улыбкой повернулся к старику, – я рад, что вы сегодня с нами. – Взаимно, – произнес экс председатель Эры. – И рад представить вам сегодня специального гостя – Дженни Реалайт – маг гильдии «Синий Пегас»! – В этом году мы победим! – крикнула она как можно милее. – Мальчики, удачи!       Настало время выходить участникам, так как Чапати это объявил. И тогда Нацу решительно двинулся вперед, увлекая за собой всю свою команду. Они хорошо смотрелись все вместе. – Сумеют ли они вернуть былую славу? – начал свою долгую и нудную речь Чапати, завлекая и будоража толпу сильнее. – Гильдия, которая вечно устраивает кавардак это… Хвост феи!       На последних словах Нацу гордо поднял кулак вверх, однако толпа встретила их не так, как бы хотелось команде. Они показывали большие пальцы вниз и кричали «фу». – Какого черта? – возмутился Нацу, оглядываясь по сторонам, ища хоть какую-то поддержку. – Хвост феи последние годы был на последнем месте, – объяснил Чапати. – И тут они уже на 8 месте! Эта команда взбудоражила всех своим возвращением с острова Небесного волка! Станут ли они первыми в Фиоре? – Не переживай, – приободряющее произнесла Эльза, как всегда готовая прийти на помощь любому, хотя ей самой было довольно неприятно, что их вот так приняли. Но ведь это было ожидаемо, в какой-то степени: они были худшими столько лет. А теперь они просто обязаны доказать, что все изменилось. – Рад за вас, Хвост феи! – поднял палец вверх Яджима, который до этого молча наблюдал. – Давайте их поддержим, мать вашу!       И тут можно было услышать крики поддержки их согильдийцев, особенно кричал и будоражил ребят Макаров, который был этаким заводилой. Старик танцевал и бурно кричал: «Оле-оле-оле-олеееее, Хвост феи, вперед!». Даже была мастер-основатель – Мавис, которая весело болтала ногами и кричала со всеми! – Нам хватит и поддержки наших согильдийцев, – произнесла Эрза с гордостью в голосе, подбадривая то ли себя, то ли остальных. – Итак, дальше! – воскликнул Чапати. – Седьмые в отборочном туре – Кватро Цербер!       Вышли довольно эксцентричные ребята в ошейниках с шипами и вообще в каком-то байкерском прикиде, но их также обделили вниманием, лишь какие-то полугулкие хлопки да слабые выкрики достались им. – Шестым идет женская гильдия – Пята русалки!       Это действительно была исключительно женская гильдия. Ее явным лидером была Кагура Миказучи, красивая девушка в белом пиджаке и в короткой юбке такого же цвета, ее взгляд был суров и непоколебим. Чем-то она была похожа на Эльзу. Позади шли остальные девушки: Арана Вебб – девушка-паук, так как ее одежда смахивала на паутину, Беф Вандервуд – маленькая девочка с оранжево-коричневыми волосами, которые были заплетены в две смешные косички с двух сторон от головы, Рисли Лау – девушка со смуглой кожей, округлыми формами и черным «афро» на голове, Миллианна – это была девушка среднего роста с русыми волосами, похожая на кошку.       Вся мужская половина сразу же вспыхнула и любовными глазами жадно пожирали соблазнительные формы прелестных участниц. – Пятые – Синий Пегас!       Как всегда видный деятель этой гильдии – Ичия и его свита: Хибики, Ив и Рен. Так же шел какой-то синий кролик. Дженни начала поддерживать своих ребят криками в микрофон на всю арену. – Четвертые – Чешуя Змеи Девы!       Кто бы мог сомневаться, что сильнейшие члены гильдии будут составлять основу команды? Это были Леон и Джура, действительно, они по праву заслужили звание «сильнейшие». Также был всем известный парень по имени Юка Сузуки с огромными бровями на все лицо и длинными синими волосами, заплетенные в косу; никто наверняка не забыл про Тоби – то ли это был пес, то ли человек, однако черты двух совершенно разных рас присутствовали. Завершала сей «коктейль» милая девчушка с большими голубыми глазами и малиновыми волосами, которые были заплетены в два миленьких хвостика по бокам от головы, она – младшая сестра Шерри Бленди. – А почему четвертые? Выпороть вас надо, дурачье! – крикнула бабушка, которая, казалось бы, еле держится, ее костлявая рука дрожала и грозно отбивала какие-то ритмы. Ооба Бабасама – мастер гильдии «Чешуя Змеи Девы». – Третьи – Хвост ворона!       Могущественная темная гильдия. Члены Хвоста Феи с ужасом признали, что это гильдия – не самые приятные противники, так как она была создана сыном их Мастера Макарова – Иваном. Казалось бы, темная гильдия и на Великих Магических играх? Сам Макаров был не в восторге, как и все остальные. – Хвост ворона – гильдия, которая известна уже 7 лет, однако узаконились вот только недавно! – с нотками удивления в голосе пояснил Яджима. – Итак, остались еще первое и второе места. Второе – команда Хвоста феи – B!       Команда Нацу стояла в шоке в другой стороне, не поднимая челюсти, которые продырявили землю. Вторая команда так и сияла в лучах славы: Гажил со своим фирменным «гхихи» надменно наблюдал за всеми, в основном за своими же согильдийцами, также был и Лекс, который, казалось, прикупил новую шубейку, чтобы как можно пафоснее стоять среди всех; Мира и Дождия, которые держались довольно спокойно и обособленно, а также таинственный участник – Мистган. – Это че за херня, – Бисклоу, казалось, хотел снять шлем, чтобы протереть глаза, но потом понял, что делать это сейчас бессмысленно, и это вряд ли галлюцинации. Макаров, старый пердун, кто же знал, что он такое выкинет. – Это же Мистган! – указал пальцем Нацу, который меньше всех понимал, что сейчас вообще происходит. – Жерар? – не поддалась на дешевую демонстрацию Эльза, на что получила тихое «тшшш» от Фернандеса. – Да ну? – удивились Грей и Нацу. – Вторая команда Хвоста феи? Не дурно, - серьезно произнес Ичия. – Что за хрень, почему у Хвоста феи две команды? – эти удивленные возгласы шли со всех сторон: что с трибун, что и с арены, от стоящих рядом гильдий. – Нынешние правила позволяют сегодня выставить две команды от гильдии, – улыбнулся Яджима, – и удивительно, что лишь Хвост Феи воспользовались этой возможностью. – Но вы нас не предупреждали, Мастер! – крикнула Эрза, хотя в мыслях своих она отметила, что это довольно хороший тактический ход. – Неужели в состязаниях товарищи смогут друг с другом биться? – начал дискуссию Чапати. – Эти? Да смогут, не сомневайтесь, – скучающе произнес Яджима и начал ковыряться в носу. – А так разве честно? – спросила вдруг Дженни. – Хвост Феи может иметь преимущество в финале, если они преуспеют! – Какого черта? – крикнул вдруг на всю арену разъяренный Нацу, все сразу же притихли от такого крика. – Хоть мы и из одной гильдии, пощады не ждите! Готовы ли вы противостоять нам? Уж мы вам не продуем! – Другого я и не ждал, волшебник из последней команды! – язвительно произнес Гажил. – Ну и осталось объявить всего лишь одну команду! Вы их сами знаете, дорогие друзья! Наши победители прошлых игр, одни из самых сильнейших гильдий – Саблезубый тигр! Сразу же первым пафосно вышел Стинг Эвклиф – высокий и голубоглазый блондин с нагловатой ухмылкой и серьгой в одном ухе в виде кристалла. За ним шел Роуг Чени – лучший друг Стинга, черноволосый парень с алыми глазами, его вид внушал некоторый страх, настолько он был серьезен. Орга Нанагир – высокий и мускулистый парень с длинными волосами цвета морской волны, он тоже явно упивался славой «сильнейшего». В надменно-насмешливой улыбке, натягивая шляпу по самые глаза шел Руфус Лор – молодой человек с весьма элегантными манерами, это было видно по движению его рук и по походке; блондинистые волосы и насмешливые зеленые глаза, которые выдавали его хитрую и утонченно-театральную натуру. И также в команде были две красивые девушки: Минерва Орланд и Юкино Агрия. Минерва так и источала пафос и сексуальность, она была похожа на тигрицу, стройная женщина с длинными прямыми темными волосами и вызывающем макияжем. Юкино же выглядела более невинно, словно ангел, с короткими пепельными волосами, обрамляющими ее лицо и карие глаза.       Их встретили самыми громкими овациями, с сердечками в глазах и с самыми яркими плакатами. Было видно, как зрители полюбили этих наглых и самоуверенных волшебников. Только Феи не разделяли восторга людей, а просто с осторожностью, даже с дерзостью наблюдали за тем, как они выходят.       Нельзя было не заметить, каким взглядом посмотрел Роуг на Гажила, он выражал большой интерес и холодность, от чего Редфоксу захотелось заехать ему по роже и сразу же начать бой. – Давай повеселимся, Нацу, – насмешливо и игриво заявил Стинг, для которого эти ВМИ уже были выиграны их гильдией. – Итак, господа, дождались! Сейчас вам объявят расписание ВМИ! – произнес он торжественно, из-под земли вышла большая каменная плита, на которых были написаны соревнования и битвы. – Начнем с соревнований! Баллы уже разделены по командам в зависимости от результатов отборочных испытаний. Для соревнований команда сама выдвигает участника. Что же касается битв, то тут уже будут выбирать учредители с учетом мнения зрителей, – после этого все волшебники нахмурились, поскольку понимали, что может быть совершенный беспредел, так как зритель вправе отправить человека, у которого волшебные силы после предыдущей битвы на исходе. – Правила просты: в бою участвуют две команды, победитель получает 10 баллов, а проигравший – 0 баллов, если ничья, то по 5 баллов каждой команде. – Да начнутся же Великие Магические Игры!

***

– Бу! – она спрыгнула с короны одного из каменных титанов, под которой я стояла, оказавшись очень близко. Напугать ей, меня, конечно, не удалось, ведь я чувствовала её за километр, но я все равно немного отошла, удивившись такой прыти. – Ты как? – я крепко обняла ее, изрядно нервничая от предвкушения, а затем отпрянула, стараясь не терять контроль над обстановкой. Нельзя было допустить, чтобы нас кто-нибудь увидел, а тем более услышал хоть слово из нашего разговора. Пусть мы и находились на верхушке Домиус Флау, куда с трудом заберутся большинство волшебников. – В порядке, – она скинула с себя капюшон и легким движением руки возвела вокруг нас в небольшом радиусе несколько магических печатей, – ты же не хочешь быть обнаруженной, да? – она посмотрела на меня, а я кивнула, после чего девушка присела на гладкую поверхность, пока я продолжала стоять, всматриваясь в очертания арены, – как тебе игры? – Довольно… занятно, – я наблюдала за играми уже второй день, пытаясь не спускать глаз с королевской семьи, что являлась самыми главными гостями этого «мероприятия», а одновременно с этим успевала и ностальгировать… Из утраченного мира я помнила игры, пускай и частями. Сейчас результаты Фейри Тейл лучше, чем в том варианте, когда я могла бы быть там… Это забавно. Мое место занял Бисклоу, так зовут этого мага. Мое место… Оно никогда не было моим и не станет в этом времени, стоит смириться. Я видела его бой с девушкой из Хвоста Ворона: он издевался над ней, не показал даже крупицы своей магии. А вот его глаза я хорошо помнила еще со встречи в библиотеки гильдии. Маг душ, что же он увидел во мне? – А вот лично меня они изнуряют. Приходится постоянно следить, чтобы Фернандес не выдал себя, – она начала очень загадочно улыбаться, – представляешь, я узнала от Миледи, что он отшил Эрзу, – чего? Она издевается надо мной, – он сказал ей, что у него есть… невеста, – Уртир с нахальной улыбочкой ожидала от меня какой-то очень яркой реакции, а я всеми силами пыталась подавить свое негодование, но получилось плохо. – Чего? – мои зрачки сузились, а левая бровь начала нервно дергаться. – Какая, блять, невеста? – в голове лихорадочно сменялись образы Жерара и меня в подвенечном платье. Стоп. А почему это должна быть я? Точнее, даже не так. Это ТОЧНО не я. Как минимум потому, что этот великий «греховник» даже не попытался хоть как-то связаться со мной за все это время. – Чур я буду свидетельницей на вашей свадьбе, – девушка уже откровенно смеялась, наблюдая за тем, как я то краснею, то бледнею, представляя различные исходы этой ситуации в моей голове, – интересно, а какие у вас будут дети? – от хохота у нее выступили слезы, да и я сама уже начала смеяться, понимая, что я ужасно нестабильна и лучше просто забыть обо всем этом и опустить ситуацию. Даже если это и не я, мне должно быть все равно. Он волен делать что хочет, я тоже. Мы больше не связаны. А если он таким образом решил бегать от своей Титании, то это только его проблемы. – Слушай, – тут я решила спросить одну вещь, которая терзала меня с первого появления команды Фейри Тейл на играх, – а каким образом он оказался в команде? – Ну, – девушка смахнула слезы, выступившие у нее от смеха, и посерьезнела, – он сам нашел Макарова, рассказал ему про загадочную силу Зерефа, а тот был и не против заиметь сильного мага в команду, особенно учитывая то, что Мистган сейчас в Эдоласе и эту подмену никто не заметит, к тому же, – она достала из магического пространства какую-то бутыль с темно-зеленой жидкостью и нетерпеливо открыла её и сделала пару глотков. Да, все-таки, было невыносимо жарко, особенно в плащах, но я учуяла странный травяной запах, исходящий от этого не внушающего мне доверия напитка, а потому пить отказалась, – этот дед очень интересовался тобой, но я дала им понять, что мы не знаем, где ты и никак с тобой не связаны. Хотя Миледи отчаянно пыталась доказать обратное, – вот же мелкая розоволосая тварь. – Я не знаю, кто такой Мистган и куда он направился, но могу тебе сказать одну вещь, что эта «загадочная сила», о которой вы так трясетесь, и есть Врата, – она слегка поперхнулась своей зеленой водой, а затем с удивлением посмотрела на меня. – Почему ты так в этом уверена? – девушка закрыла бутыль и спрятала её, а затем перевела взгляд на арену: люди начали копошиться, что означало лишь то, что скоро начнется новое испытание, и ей нужно будет уйти, а потому необходимо было торопиться. – Он сам мне сказал, что это его изобретение, – я перевела взгляд на ее лицо, и увидела ничем не скрываемые шок и удивление. Да уж, я ей еще не рассказывала об этом, – я знаю принцип работы, а оттого и делаю предположение, что это именно они – источник его силы, точнее, – я посмотрела куда-то вдаль, наблюдая, как солнце медленно перекатывается над нашими головами, – того, что от нее осталось… советую тебе поторопиться, – я постаралась ее поторопить, потому что мне бы не хотелось, чтобы мы откладывали этот разговор до вечера. Это было просто невозможно. – Вот, – она шустро достала из внутреннего кармана плаща немного помятый свиток, разворачивая его на земле под моими ногами, отчего мне пришлось присесть на корточки. Это была карта дворца. Она все-таки достала её. Но как? Точнее, меня больше волновало, какой ценой, хотя, самое главное, что она есть. – Какой у тебя план? – Ну, – я замялась, пристально изучая карту дворца, – что-то мне подсказывает, что спокойно я туда не пройду, поэтому буду использовать тени, – я наклонилась к карте и начала вести пальцем от главного входа до предполагаемого расположения врат, – проскользну прямиком к ним. Меня не заметят, а проклятие позволит обойти любую антимагию, – я нахмурилась, а мой палец замер на расположении той самой комнаты, – вот, только, что делать дальше… – Да, – она тоже начала хмуриться, – попасть-то тебе туда просто, но вот когда дело дойдет до магии… Ты уверена, что тебе хватит сил, Люси? – она повернулась на меня, и я увидела какую-то долю сомнения в ее глазах. Она не верит в меня, или просто боится моего провала, – и дело даже не в этом: тебя наверняка услышат с первым же примененным заклинанием. Нужно что-то сделать с этим. – Ты сможешь поставить нечто вроде ледяных стен, чтобы хоть как-то приглушить звуки? – я лихорадочно думала, что же могла сделать с имеющимися у меня, так скажем, ресурсами, вот только в голову ничего путного, кроме этого, не пришло. – Если поднапрячься и сделать достаточно толстый слой, то у меня будет чуть больше времени, – я слабо улыбнулась, не особо веря в эту затею. – И что мы будем делать, когда нас обнаружат? – она изогнула одну бровь, приподнимая ее вверх: столько скепсиса в ее глазах я еще никогда не видела. – Бежать, – я измученно улыбнулась, начиная постепенно понимать, во что я ввязалась. Да, план был, откровенно говоря, сырой, и выглядел так себе, но, иначе у меня быть просто не могло. – Я опять в тени, а ты, надеюсь, тоже что-нибудь придумаешь. – У меня есть одна идейка, – она свернула карту и торжественно вручила ее мне, – не потеряй только, – она усмехнулась, начиная подниматься с земли, а я театрально закатила глаза, всем своим видом выражая негодование, – мне нужно говорить Жерару об этом? – Нет, – мой голос огрубел, а я сама начинала чувствовать зарождение какой-то едкой обиды внутри, – пошел он к черту, – я натянула капюшон посильней и спрятала карту во внутреннем кармане, – к своей невесте, если точнее, – она начала смеяться, – обратимся к нему, только если все будет совсем дерьмово… Послезавтра, в полдень, – я бросила ей это напоследок и девушка скрылась под одним из своих магических кругов, не сказав мне ничего. Да, это было и не нужно. – Мы справимся, Люси, – голос Каина меня не успокаивал, как это обычно бывало. Наоборот, мой мандраж лишь усиливался. Оставалось ничтожно мало времени, а осознание того, что этот момент как ничто другое перевернет мою жизнь, так и не укладывался в моей голове. Я не знала, чего ждать на самом деле. – Ладно, – я постаралась взять себя в руки, – гляну один бой, и пойдем готовиться, – мне нужно было хоть как-то расслабиться, разрядить свои мысли, иначе я бы просто сошла с ума. Сгорела. Я вглядывалась в арену: благодаря моему драконьему зрению, несмотря на то, что верхушку колонны и непосредственно поле боя разделяло довольно большее расстояние, я могла видеть все происходящее там в мельчайших деталях и подробностях. Судя по таблицам и экранам, сейчас начинался бой каких-то двух девушек. Ну, надеюсь, что будет не скучно. – Дамы и господа, – голос диктора доносился до моих ушей немного приглушенным, – я объявляю о начале последнего боя второго дня Великих Магических Игр! И сейчас на Арене столкнутся: Кагура Миказучи из гильдии Пята Русалки, и Юкино Агрия из гильдии Саблезубый Тигр! – ну, русалка и тигр, не разочаруйте меня…

***

Deadwood - Really Slow Motion       Меркурий был самым огромным и пафосным дворцом, наверное, во всем Фиоре. Конечно, это ведь королевская резиденция. Сколько их секретов, сколько грязных тайн там сокрыто. Вот только никто не хочет в этом копаться. Кроме меня, естественно.       Уртир наложила на себя проекцию какого-то стражника, которого мы сняли около одного из задних входов во Дворец, где было меньше всего людей. Она двигалась осторожно, но очень уверенно, чтобы не выдать себя, а я в это время скользила от одной тени к другой, все уверенней сокращая расстояние до желаемого места. Внутри меня все сжималось, я не ела со вчерашнего дня: просто не могла. Чёртово волнение не позволяло мне даже нормально вздохнуть.       Медленно, но мы продвигались прямиком к нужному лестничному пролету. Еще одна дверь – спуск вниз, а дальше – только Врата. Стоило Уртир поднять руку, чтобы дотронуться до двери и открыть ее, я тут же вышла из тени, чтобы остановить ее. Я видела, что на ней что-то наложено. Пока коридор был чист, у меня было не так много времени, а потому мой преждевременный выход был очень рискованным. – Магия, – я вынула меч, с плеча замахнулась рукой, одним быстрым движением срезая невидимую печать, что превратилась в зеленоватую пыль, быстро растворяющуюся в воздухе, а затем запихнула Каина обратно. Без каких-либо усилий я оттолкнула довольно тоненькую деревянную дверь, и быстро прошмыгнула на лестницу, заводя за собой девушку. Ну, мы прошли незамеченными. Половина дела уже готова. – Начинай, – в этот же миг её проекция спала, и передо мной предстала уже моя напарница в своем собственном обличии. Она, не особо напрягаясь, покрывала льдом все лестничное пространство от двери до двери, в какой-то степени «заколачивая» и отрезая нам единственный путь отхода.       Почему так? Ну, во-первых, этот лед, как я надеялась, сможет хоть немного сдержать звук. А во-вторых, если нас обнаружат и решат зайти – то они не смогут, ибо огромное ледяное пространство просто не позволит им этого сделать. Я прекрасно знала, что её магия созидания удивительная, а потому она вряд ли растопится без сильного магического вмешательства, которое королевская стража не сможет оказать. Но не все было так просто. Возвращаясь к тому, что мы закрываем единственный вход и выход… Врата, как я узнала из дневника Драгнила, являясь чем-то вроде мощного проводника времени, полностью блокировали любую другую временную магию. Поэтому, когда я закончу: она сможет с легкостью уйти, телепортируясь на точку, а я сбегу в тени. А вот в том случае, если у меня не получится, а стража нас обнаружит – ей придется не сладко. Я-то сбегу, это не проблема, но бросать и подставлять ее вот так, учитывая то, что она согласилась мне помочь.. Она же моя подруга. Хотя, мы знали, на что шли, поэтому, в случае чего, мне придется вытаскивать её из королевской тюрьмы.       Пока девушка заканчивала необходимые приготовления, я, не желая больше медлить, устремилась вниз. Я замерла около ветхой двери, что отделяла меня от этой судьбоносной комнаты. Ярость. Ярость вытесняла здравый смысл, ярость заглушала голоса Уртир и Каина. Я не слышала ничего, кроме своей собственной ярости. Все тело словно горело, а кровь в висках пульсировала с небывалой силой, причиняя мне боль. Меня трясло, а мышцы начало сводить.       Я заношу руку и с силой ударяю по двери, сбивая ее с петель. Она падает с шумом, но мне плевать на это. Эта чёртова комната. Мне казалось, словно она насквозь пропитана кровью. Кровью Анны Хартфилии. Моей кровью.       От каждого угла разило чёрным драконом. Я чувствовала его запах в каждом уголке, в каждой трещине этой комнаты, он исходил ото всюду. Живот до боли сжался, а во рту я почувствовала что-то кислое. Мне казалось, словно меня сейчас вырвет от всего этого. До моего сознания едва доносилось все, что было вокруг. Краем глаза я заметила, что Уртир уже закончила и стоит рядом, переводя взгляд то на меня, то на этот «шедевр» темного мага. А посмотреть было на что. Они были такими же огромными и отвратительными, как и в тот день. Темно-синие врата, с зелеными вставками и золотой окантовкой. А в середине – Солнце, под ним Луна, а вокруг – место для двенадцати знаков Зодиака. Я все это уже знала, я обо всем этом читала. Я помнила все это. Я подошла к вратам почти вплотную. Мне казалось, что воздух вибрирует от нестабильности эфира, что разряжался из-за материи врат. Сейчас они поглощают большую часть используемой магии, поэтому Уртир так долго возилась со льдом. Но я понимала, что нужно делать. Правой рукой я дотронулась до изображения солнца. Холодное. Как и сами врата. Ничего удивительного, но от одного этого прикосновения вся моя кожа покрылась мурашками, а внутри появилось странное, удушающее чувство. Ярость.       Я видела свое отражение в холодной синеве. Видела свои чуть отросшие, еще золотые волосы. Я видела свое обвитое метками тело. Жжение в сердце заставило меня согнуться, но руку я так и не убрала. А внутри все ужасно ныло, заставляя меня взвыть от накатывающей боли. Ещё рано. – Люси, – её взволнованный голос не доходил до меня.       Рывком, преодолев боль, я поднялась, опуская левую руку параллельно правой, на пустое углубление. Там должна была быть луна. Это как кнопки «вкл» и «выкл», только масштабнее и сложнее. Это был режим, когда врата прекращали поглощение магии, по факту, выключались, для преобразования и распределения внутри полученного волшебства. Медленно, со скрипом, но Луна все же встала на свое место. Я сняла руки на какой-то момент, но потом, словно завороженная, провела ладонью по стыку, прямо по середине. Сколько же боли они принесли мне. Ведь если бы их не было, я бы не оказалась здесь. Их бы не открыли. Моя жизнь была бы другой. Счастливой. Я могла бы жить счастливо, если бы только не они.       И в этот момент мне словно было видение. Словно эти врата говорили со мной, пробираясь в мой разум. «Ты можешь открыть врата» – металлический скрежет обретал голос, а я была погружена в какую-то иллюзию. Неужели этот поехавший чернокнижник дал им свою волю. Сквозь пелену я видела, как открываю врата, как перемещаюсь в тот день и не даю попасть себе в ту комнату. «Только открой их, и вся твоя жизнь изменится, ты станешь тем, кем должна была стать» – я вижу ребят из Фейри Тейл, что радостно обнимают меня. Все вокруг улыбаются. На секунду мне показалось, что я могу это сделать. Мне показалось, что всю боль и скорбь внутри меня вытащили, убрали, и заменили на счастье, о котором я так мечтаю. Вот только это была самая паршивая иллюзия из тех, которые я видела. – Сука, – во рту пересохло, а в ушах начинало звенеть. Я подергала головой, словно пытаясь таким образом освободить свой разум. Я вспомнила, как оказалась внутри. Я помнила все в мельчайших подробностях, словно это произошло минуту назад. Но тут моя рука напоролась на какую-то неровность, что царапала мне кожу. Я едва бы заметила ее глазами, не дотронувшись. Я убрала руку, и заметила какой-то меленький скол прямо на стыке этого шва между плитами во Вратах, и именно в этот момент меня словно пронзило изнутри. Тряска в теле усиливалась, а в глазах начинало мутнеть. Отсюда этот осколок. Это он попал прямиком мне в сердце. Я видела, как Уртир забивается в угол, начиная огораживать себя Ледяными стенами. Злость, ненависть, они вытесняли все из моей головы, заставляя меня желать только одного – разрушения. В последний раз я бросила взгляд на свое лицо: белок становился чёрным, а красная радужка сменяла свой цвет на сияющий желтый. Это конец. – Драконья Ярость: Повелитель Драконов.       В эту же секунду, как я произношу заклинание, вокруг прокатывается огромная, сбивающая все на своем пути волна магии. Я почувствовала, что весь дворец содрогнулся. Я не верила, что получится, не верила, что оно сработает. Видно, мое желание настолько велико. Моя ненависть настолько глубока. Метки на теле начинают сиять, а свободная кожа словно покрывается мелкими чёрными чешуйками. Волосы начинают отрастать, падая мне на руки, они становятся голубыми. Я не вижу себя в отражении, я вижу лишь плохую женскую копию Акнологии. А от этого гнев лишь усиливался. – Боже, Люси, – дрожащий голос едва дошёл до моих ушей. – Рёв Демонического Дракона! Крылья Демонического Дракона! – неестественным голосом я выкрикивала одно заклинание за другим, не понимая, что начинаю разрушать все вокруг. Магия смешалась с пылью, что так и не оседала после моих атак, но я не успокаивалась, мне было мало. Я накапливала магию в руках и яростно наносила удары по этому магическому пережитку времени. Боль в сердце была невыносимой, но ярость была сильнее. Безумие, в котором я тонула, притупляло любое чувство. – Разящий Молот Демонического Дракона! – огромное скопление эфира черного цвета обрушилось на врата, что уже трещали по швам, но мне было этого мало. Я хотела превратить их пыль. Все вокруг разрушалось. Уже ничем было не скрыть наше присутствие: я не контролировала свою силу, я не думала о последствиях, было только желание. – Вечная Вспышка! – я знала, что это заклинание разрушит половину дворца. Но отступать было некуда. Сотни голубых огней окружили меня, а затем начали с разрушительной силой обрушиваться на врата, на пространство вокруг. Уртир. Я бегло повернула голову, и заметила, как она изо всех сил обновляет ледяной барьер. Вспышки начали достигать врат, лопаясь и выпуская всю накопленную магию наружу. Я видела, как врата опадают, превращаясь в груду металла. Когда последняя вспышка достигла цели, раздался еще более громкий и оглушительный взрыв, чем были до этого, и вся накопленная во вратах магическая сила вышла наружу. Мои инстинкты обострились на столько, что мне казалось, будто я слышу каждое живое существо в Крокусе. И я слышала, с какой скоростью к нам приближались стражники. Мне не нужны их жизни. Не сейчас. – Люси, за мной, – все вокруг начало ходить ходуном, я понимала, что та часть дворца, которая сейчас над нами, просто обвалится. Я не заметила, как она разломала остатки своего льда и протянула мне руку, я просто закрыла глаза и пыталась успокоиться. Я чувствовала движение, как пространство вокруг изменяется, а потом… tomorrow - nevesom       Мне в лицо ударил холодный воздух, который в секунду отрезвил меня. Я открыла глаза, и не сразу поняла, что происходит, ведь на улице было темнее, чем ожидалось. Солнце вот-вот должно было зайти за горизонт, купая все вокруг в оранжево-розовых лучах. Хотя, прошло наверняка не больше часа, я была готова поклясться. Не могло стемнеть так быстро. Мы оказались зажаты в каком-то узком переулке между домами. Уртир пыталась отдышаться: щитов она поставила много. Даже для нее, казалось бы, человека, с огромным магическим источником. Видимо, моя магия все же мощнее, чем я могу себе представить. – Сумасшедшая, – я чувствовала страх и дрожь в ее голосе, а потом оглядела себя: чешуйки спрятались под кожу, метки прекратили сиять. Рука потянулась к волосам: такие же короткие, и, вроде как, светлые. Мой рассудок начинал приходить в более-менее стабильное состояние, а вместе с ним пришло главное осознание. – Я сделала это, Уртир, – я повернулась к ней лицом и обхватила руками ее плечи, – Уртир, я сломала врата, – я шептала это, потому что не могла справиться с внутренним восторгом и чувством облегчения. Это все было ново, это было странно, оно с огромной скоростью накрывало меня, поглощая бушевавшую ярость и злость. На глазах выступили слезы. Я не знала, что делать дальше, я не знала, как справиться с последствиями и куда двигаться, но мне было важно одно. Я сломала эти чёртовы врата. – Люси, – она обняла меня, пытаясь удержать мое дрожащее тело, а я почувствовала, что она сама не лучше: запах слез ударил мне в нос, заставив сморщиться, а вместе с тем, с новым дуновением ветра, я снова почувствовала свою кровь, только еще свежую: костяшки были слегка задеты, чешуя приняла на себя основной удар, но повреждения все же были не самые приятные. – Во вратах было настолько много волшебной силы, что когда ты их сломала, она высвободилась, но не в чистом виде, – я отпрянула от нее и натянула на себя плащ, который она мне протянула, достав из своего пространства, – она конвертировалась во временные частицы, а потому, этот выброс сдвинул время на… – она опустила голову, отодвигая рукав плаща и всматриваясь в лакримо-часы, что были у нее на левой руке, – на 6 часов, примерно; я еще никогда не видела ничего подобного. – Посмотри, – я прервала ее, указывая пальцем на горизонт. Мы находились на возвышении, потому вид на Меркурий, что стоял вдали, у нас был просто отличный. Левая часть дворца была в руинах. Я чувствовала суматоху и неразбериху, которая там происходит, а из развалин валили огромные клубы дыма и пыли, – пиздец. – Ахахах, – девушка начала заливаться истерическим смехом, а я, понимая всю масштабность, казалось, тоже начала съезжать с катушек, заливаясь смехом вместе с ней, – боже, ты только что разнесла половину Меркурия. – Круто, да? – я начинаю быстро смахивать текущие по щекам слезы, смеясь все громче. Уртир садится на корточки, а я пытаюсь успокоить наступающую истерику. Она держится за голову, а потом скидывает с себя капюшон плаща, словно ей все равно. Я повторяю за ней. Нас не должно это волновать. Мы слишком далеко, а нам открывается такой прекрасный вид. Никто не успеет обнаружить нас так быстро, да и обнаружить вообще. Раз нам даже никто не помешал, то о чем вообще может идти речь. Я слышу щелчок – и в нос ударяет табачный дым с каким-то странным запахом. Я опускаю глаза, и вижу, что она достала сигарету. – Давно ты куришь, а? – Ты еще многого обо мне не знаешь, – она пропустила мой недовольный тон и расслабленно запрокинула голову наверх, деля очередную затяжку, а я заметила, как ее левая рука потянулась ко мне, держа еще одну сигарету и зажигалку. Серьезно? – Бери, все равно терять уже нечего. – Пф, – я возмутилась, но сигарету все же взяла, опьяненная какой-то эйфорией от происходящих событий. Что вообще происходит сейчас? Слегка дрожащими пальцами я взяла сигарету губами и прикурила ее, от неумения делая сильную затяжку, что в эту же секунду обожгла мои легкие и горло. – Легче, легче, – девушка с нескрываемой насмешкой и какой-то забавой посмотрела на меня, словно на малое дитя. Ну, конечно, это она ведь вся такая тут у нас опытная сидит, а не я. Я сползла по стенке, опустившись рядом с ней, и уже спокойнее сделала очередную затяжку. Виноградный дым обволакивает мой рот и внутренности, заставляя меня вновь дрожать, только в этот раз от какого-то странного расслабления. А в голове лишь одна фраза. Я, вашу мать, сделала это. – Выкуси, сраный дракон дерьма, – я выпустила струйку дыма и засмеялась одновременно с Уртир, что, казалось бы, просто выпала из реальности. Мне плевать, что будет, когда Он об этом узнает. Это не важно. Я смотрела как лучи солнца пронзают темное небо, и как медленно белый дым поднимается наверх, представая передо мой в причудливых узорах. Я неаккуратно стряхиваю пепел, прикрывая глаза. Это был первый шаг. Начало моего пути. – Представь, что скажет Жерар, когда узнает – сквозь зубы она выпускает дым и мы опять начинаем смеяться, одновременно представляя его побелевшее лицо. Да, любой, кто узнает об этом, вряд ли сможет сказать что-то вразумительное какое-то время. – Да пошёл он, – солнце окончательно скрылось за линией горизонта, а я взяла свою, не побоюсь этого слова, подругу, за руку, не в силах прийти в себя от переполнявших меня чувств. Последняя затяжка показалась мне особенно сладкой, а потому я растянула ее так, как смогла, и потом медленно, словно смакуя, выпускала тонкие струйки дыма изо рта. – Как ты смотришь на то, чтобы напиться до беспамятства? – я, не отпуская руку, начала подниматься, а вместе с тем и поднимать её за собой. – Читаешь мои мысли, Хартфилия, – я улыбнулась и опять изо всех сил обняла её. Мне все равно, что будет сейчас. Меня это не волнует. Я просто хочу насладиться этим чувством. Чувством блаженства, спокойствия, которых мне так не хватало. Завтра, потом, я буду думать о том, что делать дальше. Буду думать о последствиях своего очередного приступа. Буду размышлять о ненужных жертвах и о ценности человеческой мысли, но не сейчас. Не сегодня.