Не сталкер, это любовь.

Чонгук вместе со своим еще лучшим другом поплелся в самый ближайший бар, чтобы выпить. Брюнет намеренно хотел забыться, а Тэхен просто хотел быть рядом с любимым, он знает, что сможет развеселить его в любом случае и просто помочь. — Знаешь, — многозначительно начал Ким, — я за это время столько узнал о Юнги. Помнишь, ты как-то просил разведать... — Помолчи, — грустно хмыкнул парень в ответ и сморщился, — давай не об этом упыре. — На самом деле, он не такой уж и плохой. Чего ты взъелся? — с искренним удивлением спрашивает Тэ, ибо шатен ничего ему не рассказывал и не хотел, но когда рюмка была опрокинута за рюмкой, все сменилось со своих мест. — Он выбрал не меня, — почти проскулил парень другому в плечо, — как же мое солнышко не понимает, что он не нужен Юнги... Тэ закатывает глаза и издает что-то наподобие "хех". Но ему в любом случае пришлось продолжать говорить про Чимина. — Зато о ваших недоотношениях трезвонят все газеты и интернет, — тоскливо сказал он, — можешь гордиться своей популярностью. Так они и продолжают пить. Пока разговоры стали не стали слишком откровенными, парни изливали друг другу души и говорили о наболевшем. — Но ты ведь пойми, — жалобным тоном говорит Тэхен, — ты должен понять его чувства к Юнги. Подумать, как и с кем ему лучше. — Но я не понимаю его, — брюнет раскинул свои руки в стороны и зашипел от недовольства. Мало ли что там чувствует этот охренительный паршивец?! — Значит он и шанса тебе не дал, — кряхтит Тэхен при виде своего любимого друга, он видит, как парню больно, но почему-то ничего не может сделать, а Чонгук вообще не обращает внимания. Ви неожиданно кладет свою руку ему на плечо и аккуратно поворачивает его к себе. — Чонгук, — зовет он, — вы разные с этим парнем. Вы словно инь-и-янь, он звезда и привык к роскоши, ему скорее всего нравится когда ему делают больно, ведь по-другому никак не объяснишь его любовь к Мину. А ты простой и отличный паренек, который не даст ему того, что он хочет. — Даже если я люблю его, чувствую взаимность, а Чим просто привык к Юнги? — жалобно простонал Чон на что Тэ лишь покачал головой. — Чимин слишком открыт, болтлив и безнадежен, а ты... ты другой. Ты по-другому очень классный парень, — тяжко вздыхает Ви, — к тому же он знаменитость, а мы с тобой... Мы ближе, понимаешь? Мы гораздо ближе. Лицо Тэхена начинает понемногу приближаться, а глаза закрываются. Он прикоснулся к чужим горячим губам, уже опустил руки на талию Чонгука, но не успел он и углубить поцелуй, как его отталкивают. — Если бы ты действительно хотел моего счастья, то поддержал бы любую мою любовь! — вдруг вскрикивает брюнет, — мы уже не сможем быть друзьями, как прежде, не вини меня, Тэ. Уж прости. Чонгук быстро уходит из заведения, громко шагая и так же яростно хлопая дверью. Он явно разозлился, на что Тэхен лишь прикрыл руками раскрасневшиеся глаза. Глубоко в сердце щемило, а слезы подступили к глазам. Он просто хотел как лучше. Кто знал, что все так обернется? Он продолжил сидеть в баре и пить, тихо плача и шмыгая носом. Парень думал и пил, даже когда алкоголь уже попросту не лез. Интересно, что делает Чонгук? А этот парень зря время не теряет, он буквально помчался к дому Чимина на крыльях ветра. В голове застряла фраза Тэхена: "Ты можешь ему сделать так же морально больно." Но хотелось сделать ему больно физически, оставить синяки, повалить на кровать и жестко втрахивать его туда. Чтобы он громко стонал его имя, а никого-нибудь Юнги! А больше всего хотелось оставить на нем метку, что говорило бы о том, что Чимин занят! Чимин — это собственность Чонгука и точка! С этими мыслями парень не замечает, как уже бежит по лестнице на восьмой этаж. Он словно летит и уже врезается в дверь, начинает яростно и громко стучать. Интересно, а вообще на том ли он этаже? Но это не важно, Чон уверен, что сейчас откроет его любимый... И да, на пороге стоял испуганный Пак Чимин с накрашенным лицом, в чокере, но в домашней пижамке. Он такой милый, что сердце начало бешено колотиться. Его лицо расслабилось при виде брюнета, он нежно улыбнулся и Чон забыл как дышать. — От тебя соджу тащит за версту, — своим милым голоском щебечет блондин и запихивает парня в квартиру, где аккуратно раздевает его, делая всякие ненавязчивые движения, от которых Чонгук готов выть. — Ну и сколько ты выпил? — Чим встает напротив парня и надувается, вот же его угораздило. Он ложит свою маленькую ладошку на чужую голову и тихо хихикает, — нажрался, мелкий. Чимин слишком идеальный и... он настолько недосягаемый, что не может принадлежать Чону, брюнет поджимает губы. — Чимин, ты мне нужен. — Это говорит алкоголь, а не мой любимый Чон Чонгук, — хмыкает парень в ответ и вешает чужую куртку, — Чонгук, я хотел сказать тебе, что... Но парень ничего не успевает сказать, как на него наваливается туша брюнета, которая заключает его в страстных объятьях и дышит куда-то в шею. — Ты меня так заебал, всем собой, что я просто устал, — вздыхает Чон и следом он поднимает Чимина и валит себе на плечи, — моя очередь тебя ебать, Чимин-щи. Он неаккуратно кидает Пака на кровать,от чего блондину даже понадобилось пару секунд, чтобы вернуть свое равновесие. — Чонгук, я... — блондин хотел что-то сказать, но его затыкают поцелуем. Таким, какого еще не было в его жизнь. Чонгук прикусывал чужие губы настолько сильно, что из пухлых губ казалось, пошла кровь. А когда Чон углубил поцелуй, засунув язык в чужой рот, Чим замычал, но отстраниться ему не дали. Поцелуй дышал мятной жвачкой Чимина и алкоголем. Паку, казалось, что он опьянеет прямо сейчас. Воздуха почти не хватало, а Чонгуку было все равно, он целовал резко, больно, оттягивая пухлые губы и изучая чужой рот, он просто игрался с языком Пака. А когда отстранился, блондин начал рвано собирать воздух, чтобы успокоиться. Он метал взгляд куда угодно, лишь бы не на Чонгука. Было страшно... А брюнет наблюдал за своей жертвой, он читал мысли Пака наперед. Он хотел сделать ему так же больно, как и Чим сделал ему. Раскрасневшегося лица противника не хватало, его растерянного взгляда, красивого запуганного лица и искусанных, зацелованных губ тоже. Хотя член уже встал. Чонгук не медля стягивает с Пака кофту, на что тот лишь пищит или пытается сопротивляться. "Нет" — срывается с его губ, но Чонгуку все равно. Изящные ручки Чимина мешают, парень быстро стягивает свой ремень и привязывает блондина к кровати за руки. Потом он облизывает свои губы и наклоняется к чужой шее. Он давно понял, что именно это является эрогенной зоной Пака. Еще одна его слабость. Так мило. Чон специально дышит ему на ушко и спускается ниже, заставляя парня невольно пускать мурашки и закрывать глазки от приятных и щекотных ощущений. Но так было не долго. Чон резко прислоняется губами к шее и причмокивая, начинает сосать ее, иногда больно прикусывая участок, заставляя Чимина вскрикивать и охать. — Чонгук! — вскрикивает он, когда брюнет переходит к его торсу, — я хотел сказать тебе, что..! Но брюнет чмокает его в губы, после чего он удобно укладывает Пака и разводит чужие ноги, нависая сверху так, чтобы блондин чуял чужой стояк через свои штаны. — Чуешь? — губы Чона искривляются в полуулыбку, — это настолько сильно и глубоко я хочу тебя, Чимин-щи. — Не надо! — шепчет он в ответ, — я не хочу! Отпусти меня, Чонгук! Но парень не слышит его, в голове играет месть и он по-прежнему хочет задеть Пака даже самым глупым способом. Он кладет свою руку Чимину на штаны и смеется. — Не хочешь значит? А твой друг говорит об обратном. — Н-ничего он не говорит! — пропищал парень. — Тогда сейчас заговорит, — шепнул брюнет и начал массировать член через штаны, заставляя Чимина сжимать губы до крови и пыхтеть, пытаясь скрыть свои постыдные стоны. Брюнет то замедлялся, то ускорялся, специально мучая Пака, который постоянно дергался в предстоящем оргазме. Чон решил стянуть с парня штаны вместе с бельем и Чим уже почти почуял облегчение, как вдруг брюнет зажал головку члена, не давая кончить. — Мое имя, — холодно говорит парень, — стони мое имя. И Чимину ничего не остается, лишь бы кончить. Послушное " Чонгук" слетает с его губ, но Он по-прежнему не дает кончить. — А теперь смотри мне в глаза. — Ч-чонгук! — стонет блондин и наконец свободно кончает. Но расслабляться ему не дали, парень стягивает с себя рубашку и штаны, оставаясь в одних трусах, которые отлично подчеркивали его задницу. — Где смазка? — спрашивает он, словно в пустоту, ибо Чим не отвечал,а лишь постыдно свел ноги и стоящий член. Было очень стыдно и обидно. — Не хочешь говорить? Тебе же больнее будет, — пригрозил брюнет и Чимин послушно сказал ее местоположение. Ему что-то подсказывало, что Чон злой и будет грубо, специально делая больно Чимину. А может, даже порвет... Поэтому когда Чон попытался развести стройные ноги в стороны, блондин сопротивлялся и вообще долго не поддавался, пока Чонгук снова не накрыл его поцелуем и ненадолго отвлек. — Не бойся, — прошептал он прямо в пухлые губы и снова поцеловал их. Так нежно и с такой печалью, что Чимин сейчас мог расплакаться. Брюнет вылил достаточно смазки на пальцы и медленно вошел в колечко мышц, от чего Чим зашипел от неприятных ощущений. Ничего не менялось, даже когда парень добавил пару пальцев. Все так же неприятно. Чон пришел с мыслями о причинении боли, но при виде Чима, при его стонах и манере поведения, брюнету просто приходится быть нежным и думать о том, как сделать своему любимому приятнее. Не мог он по-другому. Просто не могу, ведь видел взаимность в карих глазах напротив. Он вытащил пальцы и подставил головку к проходу, вылил еще больше прохладной смазки и медленно начал входить. Лицо Чимина моментально изменилось и скривилось от пронзающей боли, из глаз брызнули слезы,а в горле застрял крик. — Больно! — Потерпи малыш, — шепчет Чон и зализывает чужую шею, мягко целует ее, словно извиняясь за кровавые засосы. Парень стирает горячие слезы и почти хрипит: — В тебе слишком узко, Чимин... И я чую, как ты меня сжимаешь. Я б-больше не могу. Брюнет начинает быстро вдалбливаться в тело, слыша болезненные крики в такт каждому толчку. В порыве страсти он не замечает, как слегка меняет угол и Чим перестает кричать, блондин прикрывает глаза. Он лишь накрывается пеленой оргазма и теперь стонет в такт толчку, все громче и громче, он чует, как его приятно накрыло, а рядом очень красивый, мужестевенный и... любимый Чонгук, который всегда защитит. — Ч-чонгук! — стонет блондин и обхватывает руками чужой затылок, притягивая брюнета в нежный и яркий поцелуй, который передал все их чувства и переживания. Они целовались так, будто делают это в последний раз, сминая губы и зализывая новые ранки, отдаваясь полностью друг другу. Чон отстраняется после страстного поцелуя и смотрит в прекрасное лицо напротив. Растрепанные волосы, зацелованные губы, шея в красных и бордовых засосах,а особенно его поразил взгляд Чимина перед оргазмом. Даже в таком положении он очень милый, думает Чонгук и замедляя темп, кончает вместе с Чимином одновременно. — Я люблю тебя, мой Чимми, — грустно хмыкает парень, стоя в дверях и собираясь уходить, — люблю, поэтому собираюсь уходить... Чонгук бросает на растрепанного блондина последний взгляд и тихо шепчет себе под нос: — Нам ведь обоим это нужно, да? Он уходит, закрывая дверь, а Чимин поджимает свои многострадальные красивые губы. Почему так больно? Почему все получается именно так? Может, наконец стоит быть более открытым к себе и признать, что есть любовь к Чонгук, ведь... Пак отказал Юнги. Жестоко, резко и холодно. Блондин сказал, что больше не будет терпеть и дальше держать свою боль, морально, так плохо ему ещё не было. А теперь ещё и Чонгук, для которого Пак отказался от всего. Ради этого солнышка, который сегодня нажрался и трахнул почти податливое тело. Паку больно и он понимает, что тоже виноват. Плохо. " Я ведь выбрал тебя, Чонгук" — думает блондин перед тем как камнем упасть на пол, — " А он даже не дал мне высказаться, придурок." " Все могло бы быть хорошо." Он тихо заплакал, чего же он вообще ожидает от жизни? Если чувствует такую боль непонятно от чего. Он медленно встал и поплелся на балкон, хотелось освежиться. Какого было его удивление, когда он увидел брюнета, сидящего на лавочке, парень смотрел куда-то вдаль и о чем-то думал. Его лицо было очень сосредоточенным и серьезным. Чимин смотрел на него так минут пять. Он хотел что-то сделать, крикнуть, но в горле застрял ком, а тело онемело. Он стоял, как вкопанный столб, которого обдувало прохладным ветром. "Либо сейчас, либо никогда" — про себя думает Чимин и тяжко вздыхает. — Чонгук! — кричит блондин настолько сильно, насколько можно, упираясь в ограду замерзшими руками, чуть ли не вываливаясь из балкона, — Чон Чонгук! Брюнет сразу же поднял свою голову и широко открыл рот в удивлении. На что Чимин лишь молчит пару секунд, резко закрывает глаза и кричит своим высоким голосом изо всех сил: — Я люблю тебя, Чонгук! — Я тоже, Чимин-щи! — последовал ответ от брюнета, — стой, я сейчас поднимусь! Чимин радостно и одновременно нежно улыбается. Неужели, он наконец чувствует счастье и любовь за долгие годы.