SexBusiness

— Даа-а!!! — конская струя с бешеным напором вырвалась из замятинского хуя. Золотистые брызги заметались по обводам писсуара. Мельчайшие капельки выделений долетели до подрагивающих рук, направлявших офицерский брандспойт, но Юра даже не поморщился. Замешкавшийся Семенов отстал от товарища на секунду и под страстный возглас другана несдержанно обоссал себе пальцы. — Ох ты, блядь… — Второй гидротаран резко ударил в кисейный фаянс по соседству. — КаАайф!!! Целую минуту парни оргазмически иссывались. Удовлетворено похрюкивали и сладко сопели. — Сань, ты понимаешь, что происходит? — Счастливый Зяма потряс концом, добиваясь, чтобы последние капли мочи не остались в уретре. Несколько раз оголил залупу, продавил пальцами половой отросток. — Нас пытали! — простонал Гусар. — Во всех смыслах! — Широко расставив ноги, он продолжал поливать сантехнику. Не так мощно, как на старте, а финишно-мелко. — Угу! Чаем и расспросами… — Футболист аккуратно расправил шкурку крайней плоти поверх головки и принялся паковать свое хозяйство в трусы. — Чаем было жестоко! Но зачем? — Не ебу, — лаконично признался обычно имеющий версии на все случаи жизни следак. — Надо разбираться…

***

Разбираться у парней получилось плохо. Стоило им — счастливо-облегченным — показаться на глаза своим непосредственным руководителям, как они были посланы к ебеной матери восстанавливать подорванное здоровье. Оказывается, дежурный по указанию Богомола успел предупредить Миху с Серегой, что если они задействуют травмированных подчиненных в работе, то будет им «голоебица и мохнатка на панаму»! Недоуменно переглянувшись, Юра и Саша поспешили свалить из гудящего, словно растревоженный пчелиный улей, райотдела и оказались один на один с вопросом: чего делать дальше? Возвращаться в малосемейку и бессмысленно объебываться в четырех стенах, когда происходит непонятная, волнующая хрень? Ну уж нет! Пусть их помощь коллегам сегодня не нужна, зато они могут продвинуться по своей теме. Заодно прояснят утренний прикол с бритыми яйцами. Пора уже заканчивать глупые студенческие приколы и брать подозреваемого в серьезный оборот! Прямо в преступном логове, прямо тепленьким…

***

— Все, пойдем, нет там никого, — Юра толкнул Семенова, который с упорством, достойным лучшего применения, продолжал давить на дверной звонок советинской квартиры уже добрых десять минут. — Да? — Саня с нехорошим азартом прищурился. Зяма знал этот хулиганский взгляд. С него, как правило, в его жизни начиналась разнообразная хуйня. Парень мог припомнить множество случаев: проникновение в общагу медицинской академии по газовой трубе. Тогда она оказалась плохо приваренной на уровне третьего этажа. Бухое купание в Фонтанке вместе со всеми документами. Участие в конкурсе на раздевание в ночном клубе на Думской… Хотя последнее лучше не вспоминать! Одним словом, прищур — аларм! Юрген уже набрал в грудь воздуха, чтобы разом предупредить любой возможный пиздец, но заметивший его реакцию Семенов не дал другу такой возможности: быстро выхватив из кармана какой-то предмет, он сноровисто атаковал простенький стандартный замок и всего за полдесятка лихих движений справился с нехитрым механизмом. — Если ссышь, лучше вали… — оброненная глухим шепотом фраза не оставила Футболисту выбора и он, сверкнув на товарища очами, зло кивнул на приоткрывшуюся дверь. — Проникновение на территорию частной собственности — статья 139! — зашипел Юра. — Часть 5 статья 165. У нас экстренная ситуация! — по-бараньи наклонил голову отчаянный долбоеб. — Если хочешь обсудить это с соседями, то ори громче. — С этими словами дебил при исполнении проскользнул внутрь чужого жилища. — Ссука… — Зяма поспешил за товарищем. Что они рассчитывали найти? Так-то пес его знает, но, скорее всего, наркоту или газ, которым их усыпили давешним вечером. Что это даст? Опять же не столь важно. Главное, найти, а дальше можно действовать по обстоятельствам! Юра сам себе не признавался, но обнаружить в квартире студента вещественные доказательства того, что прикол с бритыми яйцами — это не чертовщина, а технически исполненная диверсия — ему было необходимо позарез. Хреново, когда мозги начинают сомневаться в собственном здравомыслии. Знакомое помещение встретило служивых полумраком коридора и вкусным густым запахом недавней готовки. «Странно, что псиной совершенно не пахнет», — отметил про себя Зяма. Жилища знакомых собачников непременно благоухали характерным специфическим амбре. Даже те, в которых проживали миниатюрные питомцы. Логово Принца, в понимании следака, должно смердеть не по-детски, но чего не было — того не было. Вообще никаких признаков обитания крупной собаки! Парни, не сговариваясь, мрачно засвидетельствовали на кухне отсутствие каких-либо мисок с сухим кормом, поилок и характерных собачьих радостей: игрушечных уток, костей, мячиков… Вместо этого обнаружилась горка до блеска намытой посуды и здоровая семилитровая кастрюля с дивно-ароматным супом, как будто бы в хате готовят на большое голодное семейство. — Может, они из тарелок вместе хавают! — оптимистично фыркнул Санек, чтобы подбодрить нервничавшего Зяму. — Блин, закрой крышку, а то я слюной захлебнусь. — Ага, вкусно пахнет, наваристо. Мяса полкастрюли навалено! — Ну, а как ты хотел? Он же у нас миллионер, хули ему… — Семенов почувствовал приступ классовой агрессии и голодно сглотнул. — Так, давай осмотрим комнату и разделим усилия на предмет поиска захоронок: ты начнешь с ванной, а я займусь мебелью и проверю периметр, потом, если время будет, вместе переберем кухню… На все про все — час. — Час много! — возмутился Юра. — Надо быстрее! — Я только «за», — покладисто кивнул Гусар и поспешил свалить из раздражавшего аппетит помещения. Жилая комната, как помнили ее ребята, за минувшие дни практически не изменилась. Юрген отметил разложенный небрежно застеленный диван. Полдесятка распотрошенных упаковок от новых трусов, которые аккуратной стопкой лежали поверх покрывала, и легкий беспорядок на рабочем столе. На свидание, что ли, съебался? Парень усмехнулся тщательности, с которой Советин подошел к выбору нижнего белья. Пять вариантов перемерил! Белые боксеры, кстати, тоже… Пока Юра проводил поверхностный осмотр, Санек подошел к столу и завис над какими-то плашками. — Чего там у тебя? — Футболист заглянул другану за плечо. Посреди столешницы были разложены темные мореные дощечки. Довольно тоненькие. Размером с ладонь по ширине и чуть длиннее листа А4. Обычные такие дощечки. С узором… — Прикольное творчество, — Зяма потянулся к ближайшей полоске и схлопотал шлепок по руке. — Юр, это записи! — Семенов напряженно всматривался в хаотичные на первый взгляд царапины. — Не признаешь? Криптология — четвертый курс… Повторяющиеся символы и ритмичные интервалы… — Из Египта привез? — Замятину как-то сразу разонравились убористые отметины на деревянных скрижалях. Уж больно напоминали следы острых когтей. — Ты чего? Какой Египет? Там папирус, иероглифы, а это клинопись какая-то, будто бы когтями нанесена… Неприятный холодок скользнул вдоль позвоночника, Юргену подумалось, что зря они пялятся на чужие письмена, и в этот момент ощущение не уюта резко усилилось. Тяжелая портьера, закрывавшая балконную дверь, слегка всколыхнулась, дернулась и морозный воздух ощутимо прошелся по ногам. — Сааня, — напряженно протяжный голос Футболиста заставил Гусара отвлечься. — На лоджии кто-то есть! — Парень медленно попятился к выходу. — Ррявф, — деликатно раздавшееся из-за спины, заставило офицеров синхронно развернуться на 180 градусов, чтобы столкнуться с неодобрительным оскалом здоровенного черно-серого кобеля. К чести всех присутствующих, последовавшая сцена получилась немой.

***

Макс Ралдугин пребывал в смятении. Вчера поздним вечером его сосед по комнате Ярик Кудинов позвонил ему на сотовый и попросил помощи. Впервые за два с половиной года знакомства! Это событие настолько выбивалось из привычного уклада сложившихся отношений, что парень поменял свои планы вернуться в общагу ко вторнику. Ранним утром понедельника стартанул в Нижний Новгород на забитой народом электричке. Груженный картофелем и консервацией Макс забился в более-менее спокойный угол и размышлял о причинах изменений в поведении товарища. С Кудябликом последние недели творилась непонятная фигня. Вначале он с кем-то подрался, не слабо отгреб и вел себя нервно-зашуганно, потом за каким-то хером зачастил в солярий, сделал чумовую тату на пузе. Похоже, маниакально занялся спортом. Очень результативно, надо сказать. Ралдугин диву давался, как всего за две недели сосед из просто симпатичного спортивного чувака превратился в настоящую икону. Диагноз ясен — любовь, она одна способна на подобные чудеса. Почему-то Максу становилось тоскливо от этой ясности. Что за шмара вскружила голову сосредоточенному на учебе и выживании пацаненку? Почему чувак отказывается говорить о ней наотрез? Блин, вот с хера ли с нормальными тихими ребятами постоянно происходит такая хуйня? Парень поймал себя на чувстве раздражения и, более того, плохо контролируемой досаде. Добравшись общественным транспортом до общаги и притаранив тяжелые сумки до своего этажа, угрюмый Ралдугин нос к носу столкнулся с объектом своих размышлений. Бодрый Кудяблик вылетел из общего душа и радостно огорошил новостями. — Симыч, здорово! Класс, что приехал, а я съезжаю, представляешь?! Хату снял! — неприкрытая гордость товарища прямо фонтанировала посреди коридора. Максим нахмурился и, готовые слова приветствия потерялись в водовороте мыслей. — Как съезжаешь? К кому? — Говорю же, на съемную! Кстати, хочу тебя кое с кем познакомить… — Таинственная улыбка заставила Ралдугина поморщиться. Бля, ну что за детские игрища? Увидеть Ярикову мазель, безусловно, любопытно, но зачем устраивать из простого знакомства шоу? Интересно, что за роковая особа так переколбасила товарища? Скромный, спокойный по жизни Кудяблик словно с цепи сорвался. Раньше, стоило отпустить какую-нибудь скабрезную шутку или поднять тему секаса, товарищ краснел, грубил и быстро переводил разговор, а с недавних пор сам начал выступать. Да так удачно, что Ралдугин несколько раз впадал в глубокий ступор и сам уходил от беседы. — Ну, кого ждем? — белобрысый черт в сланцах на босу ногу потуже затянул полотенце на бедрах. — Пойдем знакомиться! — В общагу ее притащил? — пасмурно констатировал Максим. — Надеюсь, на моей кровати не ебались? На секунду Кудяблик опешил, а потом восторженно хохотнул. — Не-а, тебя ждем! — Чего? — А что такого? — Ярик выхватил самую тяжелую сумку с овощами. — Ух ты, как тебя любят! — парень крякнул, но без видимого напряжения двинулся к комнате. — Помнишь, ты говорил, что надо обязательно групповушку попробовать? Симыч чуть не выронил сумку с консервацией. Прозвучавшее заявление ни в какие ворота высокой любви не проходило! Светлый одуванчик Кудинов и групповушка — вещи по жизни абсолютно несовместимые! Ралдугин хотел уже сдать назад и устроить съехавшему с катушек чуваку конкретный распиздос, но не успел. Товарищ энергично распахнул дверь их бокса, соколом залетел внутрь и громко задвинул неожиданную фразу. — Ребята, не дергайтесь! Я вас сейчас с таким прикольным челом познакомлю — закачаетесь! Чисто на автопилоте Максим прошел на свою законную территорию и прямо на входе замер. — Дверь закрой! — шикнул на него Кудинов и, никого не стесняясь, быстренько заскочил в моднячие плавки цвета маренго. — Парни, это Макс! Макс — это парни! — в тон к плавкам белобрысый Аполлон поспешил напялить новенькую футболку. Студент Ралдугин дисциплинированно выполнил указание и с тупым выражением лица кивнул двум здоровенным кобелям. — Вавф! — оскалился массивный серый пес. — Гкхрай-у-у-р! — провыл коричневый волкодав и тоже похвастался белоснежными клыками. — Ты не представляешь, как вовремя вернулся… — Деловой Кудинов споро экипировался в вызывающе-продвинутые шмотки. Перед Максимом небрежно мелькали логотипы Армани. — Мне за хату надо отдать задаток, а парней оставить не с кем, — по непонятной причине барбосов товарищ явно очеловечивал. — Побудешь с ними, пока я на Минина смотаюсь? — вздернутая бровь транслировала просительно-утвердительное выражение. — С ними? — шокированный Ралдугин перевел взгляд на добродушные морды, которые выглядели неправдоподобно прянично. — Эээ… Это же звери! — Фыр! — возмутился серый, но коричневый рявкнул что-то отрывистое, и оба кобеля активно замели хвостами. — Симыч, какие звери? Смотри, они — отличные парни. Побудь с ними пару часиков. Ну что тебе стоит? Фильмы посмотрят, ты своими делами займешься… Все тип-топ будет! Под напором экзальтированных аргументов Максим упустил инициативу в разговоре и сам не понял, как согласился на роль сиделки при двух чужих собаках. Непривычно наглый Кудяблик благодарно хлопнул его по плечу, выхватил с вешалки новенький кашемировый френч и, предусмотрительно отодрав с него ценник, пулей вылетел из комнаты. 122 000 рублей. Макс в ахуе прочитал стоимость статусной вещи на оброненном черном картонном прямоугольнике. Такую сумму Ралдугин представлял себе, как траты за год. В скромном быте студенческой жизни на 10 000 можно было питаться и хороводить целый месяц. Купить шмотку за подобную сумму не позволяли себе даже университетские мажоры. С Яриком точно случилась какая-то нереальная херня! Из глубоких раздумий Макса вывели два обстоятельства: серый пес, деловито обнюхивающий его сумки, и коричневый собак, положивший лапу на лазерную мышку, чтобы прервать показ первой части культовой Матрицы. — Аркс? — лопоухий барбос за компьютером мотнул головой и в его пасти появился шнурок со светящимся желтыми переливами камнем. — Рры гав-фа ур-рр. Урф?