Призрачный гонщик VS Слендера

«Неважно как далеко вы сбежите, есть такие демоны, от которых вам не скрыться» Джонни Блэйз «- Чем мы сегодня займёмся? - Тем же, что и всегда, - отправимся сжигать лес!» (популярная переделка диалога Пинки и Брейна)

Ещё не закончил реветь мотор в огнедышащем чоппере - наездник, с силой упёршись ногами в грунт и прописав задним колесом идеальный круг, резко затормозил. Всё это было проделано прямо на скорости почти мгновенно, и с таким сильным физическим трением, что даже влажная трава воспламенилась под его подошвами. Объятый пламенем череп гонщика медленно осмотрелся вокруг. Не зря его тянуло сюда все эти километры, практически с другой точки земли. Оголодавший демонический хищник учуял такую тёмную душу, которую неспособен был носить смертный, - столько грехов было на ней. И этой тёмной силой насквозь пропах весь этот лес, что стоял перед ним. Он вынул из походной сумки крупные стальные цепи, которые запросто можно было бы использовать для удержания средней подлодки, и ступил на территорию своей потенциальной жертвы. Охота началась. Ещё не наступило ранее утро, часа два ночи, лес укутывал плотный туман. Здесь было очень влажно и каждый раз, как гонщик ступал ногой в какое-нибудь маленькое болотце – то закипало и быстро испарялось, подымая в воздух полупрозрачные облака белого пара. Тот, за кем пришёл всадник уже наверняка ощутил уже его присутствие, с того самого момента, как нога чужака ступила в эти границы. Где на каждом шагу скрипели стоны в каждом листочке куста, и древесные жилы по-прежнему всасывали в себя из земли кровь невинно убиенных. Всё это дух Мщения чувствовал на запах, видел ясно, сквозь время и пространство. Ощущал каждой своей частицей, которая когда-то побывала в руках самого дьявола. Чувствовалось, что жертв у местного чудовища было во много десятков раз больше, ежели в целом Сан-Венганзе, где лично собирал грешную дань отбывший всадник Картер Слэйд. «Моя история проста… пожадничал и оказался на виселице» - с горькой иронией повторяло в воображении его невозмутимое светлое и ещё не старческое лицо. – позитивный человек этот Слейд, и замечательный наставник, жаль, что так скоро отправился в верхний мир. Бог за его помощь должен был простить все его грехи, просто обязан. Старина Картер. Блейзу всё-таки очень не хватало родственной души, пусть и по проклятью… Тянущийся звук среди шелеста крапивы и можжевельника заставил Блейза обернуться. Нет, это - фантомные звуки бегущей по древесным жилам крови. Слишком непривычно, слишком шумно. Слишком много бегущей влаги, слишком влажный воздух. Здесь всё указывает на то, что он не в своей среде. Но ему плевать. Бывало, что Блейз беспрепятственно разъезжал по воде и под водой. Увлекательно, но через чур медленно для его железного коня разгоняющегося быстрее 800 км/ч по прямому шоссе. *Шаг* - Под ногой гонщика сморщился и почернел листок папоротника. Как же выглядит то существо? Наверняка оно умеет хорошо мимикрировать и не прячется под землёй, она пропитана человеческой болью, но не его запахом. Ею пропитаны ветви и листья. Сами деревья. Опять стало слишком много шуршащего шума, но на этот раз имеющего сомнительное отношение к лесным звукам. «Ну, где же ты?» Его пальцы в нетерпении сжимали и теребили цепь, намотанную наискосок на скелет в кожаной куртке. Лес огромный. Большинство деревьев – молодые, лет по тридцать. Но чем дальше в глушь, тем старше и выше, так что молодые ростки по логике просто задыхались в образуемой ими темени. Некоторые стволы совсем одряхлели и от них отслоилась вся кора, обнажив гладкие серые стволы. На которых виднелись небольшие отметины, будто регулярно к ним что-то приколачивали гвоздями… И вот, долгожданный момент - все звуки пропали, воцарилось гнетущие безмолвие. Это означало, что враг уже не просто рядом, ОН УЖЕ ЗДЕСЬ. Блейз остановился. «Он, как и я, любит тёмные места. Пламя обожает ночь, во тьме оно только яростней и ярче. А он является в этой темноте её безмолвием. Что ж, интересно». Он уже слышал шорох метущихся ног, но нет, это не оно, это не тот, кто ему нужен, шаг слишком лёгкий и шумный, принадлежащий не хищнику, а скорее жертве… На дороге с фонариком и камерой стояла дрожащая девушка, прижимая к груди, намокшие от ночной сырости записки. - Зачем, зачем вы меня преследуете? – воскликнула она, стоило Блейзу обернуться в её сторону. Но как только она побежала в противоположную сторону, как снова наткнулась на гонщика, чуть не столкнувшись с ним на бегу. Тот схватил её за грудки и внимательно двигая черепом рассмотрел. «Невиновна» - вдруг вынес вердикт грубый утробный голос, доносящийся скорее не из горла, а из всего костлявого тела. - Э-эт-то значит – вы меня отпустите? – с какой-то слабой надеждой в голосе спросила она. Но гонщик ничего не ответил, он смотрел куда-то в сторону, прислушивался к неслышимым шорохам. Секунды спустя он грубо отпустил её и та, едва коснувшись земли, - кинулась бежать во всю прыть, но бежала она не долго. На алее, прямо на ходу её схватило нечто, появившись неизвестно откуда и мгновенно разорвало на части. Внутренности вываливались прямо на дорогу и нечто выползающее из кронов, хватало их и утягивало за собой. Этот манёвр напоминал охочущегося осьминога, да и лапы до боли напоминали конечности этого беспозвоночного. Блейз постарался проследить их движения, но они как по команде тут же остановились и замерли. Снова тишина. *Наивная тварь, я же чую тебя, как никого другого!* Но это как раз и оказалось проблемным, запах чудовища пропал, он пропитал насквозь этот лес от и до, он был везде, как единый организм и в отдельности сам в себе был неразличим. Гонщик не стал медлить и направился туда, где только что погибла девушка. Что-то изначально было с ней не так, словно на корове, на ней кто-то ещё давно оставил своё невидимое клеймо… На дороге, кроме органов остались лежать фонарик и камера – все, что оставили чёрные лианы, прежде чем застыть и исчезнуть. Камера до ужаса была вся пошарпанная и побитая, удивительно, что эта техника так преданно продолжала свою работу - даже сейчас в ней велась запись, хоть и перебиваемая редкими помехами. Эта камера побывала в руках у ни одного десятка жертв и её роняли неоднократно. Блейз перемотал запись, его чутьё пока молчит, а значит, есть время узнать, как выглядит чудовище, прежде чем оно первым нападёт на него. Запись сильно рябила, видимо, когда убийца был совсем близко, механизм записи прекращал свою адекватную работу, но издалека всё же смогла запечатлеть его… Белое пятно на месте лица, быстро приближающееся чёрное тело. Двигалось оно как полтергейст, будто шагами, но всё же не по-человечески, с перемещениями в пространстве. Гонщик испытал лёгкое разочарование. «У противника нет глаз, Карающий взор к нему не применить…, а жаль… такое количество жертв хорошо сказалось бы на нём». Дальше по записи идёт тряска, во время того, как девушка убегала, вот она бежит на какой-то просвет и натыкается на Блейза… дальше жуткая рябь, но ряби не было на этих местах, значит она не на записи, а опять на камере… В этот момент его чутьё дало понять, что чуть припозднилось. Блейз поднял голову и взглянул наверх. Над ним, расставив свои невероятно длинные тонкие конечности на манер гигантского паука над мушкой, склонившись несколько раз, метров шести высотой возвышалось длинное, одетое в чёрную одежду тело. Белая голова, лишённая лица склонилась над ним, смотря прямо в глаза. На миг гонщик впал в оцепенение, но это от неожиданности. Противник подкрался слишком быстро, слишком незаметно… Прежде чем от последнего произошло какое-либо движение, гонщик громко взвыл, сгоняя с себя своеобразный столбняк. Существо над ним охотилось как удав – долго выслеживало жертву и, вгоняя в неподвижное состояние – осуществляло последний бросок. Но вой гонщика спугнул его, так как крика без пламени не обошлось. Чудовище исчезло не оставив и следа. Ну, точно призрак… Это стало и спасением и оплошностью со стороны Блейза – он спугнул свою потенциальную добычу и если та не захочет показаться – уйдёт слишком много времени на её поиски, а до рассвета времени всегда меньше, чем кажется. Блейз шёл по лесу и громко ругался, оглядываясь по сторонам. Глаза и чутьё говорили об одном - противник удрал быстрее пули. - Чёрт бы тебя побрал! Скотина!