Драконья кровь

24 Руки дождя 4Е 202 Ни в одной из книг Арканеума не было ответа. Каждый автор описывал Посох Магнуса по-своему, преувеличивая его мощь или изменяя возможности. Даже внешний облик на иллюстрациях разительно различался. Этот артефакт возникал в совершенно разные эпохи у представителей разных народов и рас, и отследить его путь сквозь время до сегодняшнего дня было невозможно. Никто не знал где тот сейчас находится, но что хуже всего — не было никаких намеков на связь между Оком и Посохом. Вендир совершенно не хотел рассказывать Архимагу о разговоре с Авгуром, поэтому теперь пытался придумать достаточно логичную версию, почему им нужно найти один из самых загадочных и могущественных артефактов Нирна, и как он может быть связан с Оком. После долгих размышлений, он придумал теорию, слишком слабую, чтобы выдержать серьезные вопросы, но достаточно стройную, чтобы на первый взгляд казаться логичной. После обсуждения с Толфдиром и недолгой подготовки, он попросил Савоса Арена о встрече. Тот был недоволен, что его отвлекли от его собственных исследований, но согласился. С собой Вендир принес стопку записей — некоторые были не более чем бутафорией для внушительного вида — и сказал с самым серьезным видом. — Рад вас видеть, Архимаг. Мне нужно сообщить важную информацию, касательно нашей находки. — Правда? И что же это? — тот особо не заинтересовался, но для приличия принял внимательный вид. — Мы с Толфдиром работаем над исследованием этой сферы уже почти две недели. Мы заметили, что её магический фон меняется в зависимости от положения солнца, провели некоторые наблюдения, и выяснили, что имеется прямая корреляция… Он долго рассказывал о различных наблюдениях, выводах, магических расчетах, Архимаг рассеянно кивал, то и дело, смотря в сторону двери в собственную лабораторию. Вендир понял, что тот дошел до нужного состояния и может согласиться на что угодно, лишь бы его оставили в покое, поэтому перешел к заключительной и самой важной части. — После недолгих размышлений, мы решили назвать нашу находку Оком Магнуса. — Хм, весьма… громкое имя. — Но вполне подходящее, — Вендир хлопнул по внушительной стопке бумаг в своих руках. — Здесь находятся более полные выкладки наших наблюдений, если хотите можете ознакомиться… — Нет-нет, можете оставить их себе, — Архимаг поспешно отказался. — Я вполне верю в ваши с Толфдиром наблюдения. Это всё, что вы хотели мне сообщить? — Нет. На и без того серое лицо Архимага легла тень. Выслушивать ещё полчаса разглагольствований он был не готов и теперь искал хороший предлог чтобы откланяться. — У нас появилась теория, — продолжил тем временем Вендир, — что Око Магнуса является вместилищем бесконечной сырой магии. Одно его присутствие искажает все прочие магические токи и плетения. Поэтому мы с Толфдиром решили найти и использовать на нем другой артефакт, эквивалентный или близкий к нему по могущественности. — И у вас есть такой на примете? — с сомнением спросил Архимаг. — Да, думаю, нам надо найти посох Магнуса. — Ну… — Савос Арен прокашлялся, собираясь с мыслями. — Я… Я поражен вашей расторопностью. Посох Магнуса, нечто совершенно особенное… такая редкая вещь… Не знаю даже, случалось ли нам раньше находить предметы такого масштаба… «Одна из них сейчас находится прямо в Зале Стихий», — подумал Вендир, но вслух спросил: — Как думаете, где ещё в Скайриме помимо Арканеума можно найти упоминания о нем? — Кажется, про Посох недавно говорила Мирабелла. Попробуйте спросить у неё, — предложил Архимаг. — Надеюсь, она поможет с поисками. После получения официального разрешение на исследования в этой области, Вендир спешно откланялся и ушел в направлении кабинета мастера-волшебника. Он постучал, дождался согласного «Войдите!» и зашел внутрь. Мирабелла Эрвин сидела в окружении груд бумаг, которых с каждым разом, как он приходил сюда, становилось только больше, в руках она держала счёт, который не так давно вычитывала. Вендир кратко описал ей ситуацию, в том числе выводы их с Толфдиром исследований Ока, а затем приступил к главному вопросу. — Тебе что-нибудь известно о посохе Магнуса? — Хм, странный вопрос. Почему ты хочешь это узнать? — Архимаг Арен говорил, что ты недавно о нем упоминала. Он может быть связан с Оком Магнуса. — Я признаю, что эта… вещь, эта сфера… Она с трудом подбирала слова, стараясь быть одновременно дипломатичной и рациональной. Видимо, за последние годы к ней не раз приходили восторженные маги со своим «невероятными» открытиями, которые затем оказывались вполне заурядными наблюдениями. Так что такой скептицизм был оправдан большим опытом. Наконец она сказала: — Она весьма впечатляет, раз вы с Толфдиром дали ей такое название. Уникальная вещь, наверняка заслуживает исследования, — на миг в её голосе промелькнула едва сдерживаемая зависть. Она уже давно отбросила все исследования, тратя всё время на более низменные вещи вроде закупки продовольствия или поиска работы для членов Коллегии. — Но не стоит делать преждевременных выводов или преувеличивать её ценность, пока мы ни в чем не уверены. — Именно для доказательства мне и нужен Посох. С его помощью можно в полной мере раскрыть весь потенциал Ока. Тебе что-нибудь о нем известно? — Только общеизвестная информация. Говорят, что это могущественная вещь. Его создал для себя сам Магнус, если ты веришь в подобные легенды. Припоминаю, что слышала, будто это единственная вещь, которая могла вмещать его силу. Своего рода преувеличение, которыми часто приукрашены истории магов древности. Но это же просто сказание, — она неопределенно хмыкнула. — Я не сомневаюсь, что он действительно существует, но никто его не видел уже десятки лет. Или дольше? Точно не знаю. На моей памяти о нём упоминали единственный раз — когда пару месяцев назад появились эти личности из Синода. «А вот это уже очень плохо. Хуже было бы только окажись на их месте талморцы». — Синод? — переспросил он. — Да, твои бывшие коллеги. — Скорее противники. Я же был в Коллегии Шепчущих. — Точно, извини, немного запамятовала. — она откинулась в кресле и сделала глоток остывшего чая из большой жестяной кружки. — В любом случае, я очень удивилась, когда увидела их у нас на пороге. Они были очень вежливы, но их расспросы меня… обеспокоили. Стало понятно, что они охотятся на могущественные артефакты, ищут то, что может способствовать укреплению власти. — Похоже на них. Много политики, но мало магии. — Вендир покачал головой. — Значит, никто не знает, где находится посох? — Из нас — никто, но Синод, похоже, убежден, что он где-то в Скайриме. — Это сужает круг поисков. — Скажу даже больше. Они расспрашивали про руины Мзулфта, но больше я ничего не припомню. Похоже было, что они собирались туда отправиться, хотя и не сказали зачем. Полагаю, если ты намереваешься отыскать Посох, они могут всё ещё быть в Мзулфте. Но не жди от них помощи. Вендир ответил ей ироничным взглядом, безмолвно говоря: «А я и не надеялся». — Мзулфт? Руины двемеров? — Да. Я знаю только, что они где-то на востоке, у подножия Велотийских гор. Лучше спроси у Арнела. Он бывал почти во всех двемерских городах Скайрима.

***

Свиток перемещения лежал в его руках. Осталось только активировать его. Вендир сглотнул и нервно поправил пряжку на подбитом мехом плаще, стараясь успокоиться. Доверия к непроверенным магическим устройствам он не испытывал, даже если они были созданы им самим. Особенно если они созданы им самим. Конечно, в процессе создания прототипов, они проверяли действия аналогичного свитка, но только в пределах Винтерхолда. Данстар же был слишком далеко, чтобы можно было быть хоть в чем-то уверенным. Ещё большую неуверенность придавал факт того, что он опоздал. Они с Лидией договорились провести перемещение ещё вчера, но из-за прихода псиджика, разговора с Авгуром, поисков информации о Посохе Магнуса и всех сопутствующих этому проблем, времени совершенно не осталось. Конечно, они обговаривали такую возможность, но легче от этого не становилось. «Будь у нас крылья, мы бы уже к утру следующего дня были в Солитьюде», — прошипел MirMULNir. «Увы, но драконьим телом я не располагаю. Поэтому будем использовать, что есть». «А что у нас есть?» — с притворным удивлением спросил дракон. «Мои высокоразвитый разум и знания. А теперь помолчи, пожалуйста. Мне нужно сосредоточиться», — со всё нарастающим раздражением ответил Вендир. «Будем надеяться, что нас не выкинет в Обливион. Не хочу провести остаток вечности в компании даэдра. Они, знаешь ли, не лучшие собеседники». Оставив за собой последнее слово, MirMULNir замолк. Вендир взял свиток, окинул взглядом комнату, в которой провел последние два месяца, и произвел активацию. Пространство мигнуло, сложилось само в себя и приобрело вид темной комнаты. Небольшая спальня была пуста, сквозь мутное слюдяное окно пробивался рассеянный свет. Ни Лидии, ни Хейва нигде не было видно, но вот знакомые сумки с вещами стояли в углу. Вендир отряхнул сапоги от остатков свитка: кусков обгорелой бумаги и пепла. Должно быть Лидия куда-то отошла, и чтобы не пропустить его появление, активировала свиток заранее. На прикроватном столике лежал ключ от комнаты и записка: «Приветствую вас, мой тан! Если меня нет в таверне, значит я на охоте, вернуться не успела. Торинг — хозяин таверны, знает, что вы скоро приедете. За комнату и еду заплачено. Хейв со мной. Лютик и Верный — в конюшне». Вендир повертел в руках бумагу и нахмурился. Странно, совсем не в её характере. Лидия слишком ответственная и преданная, чтобы вот так просто уйти на охоту в самый ответственный момент, когда от её действий зависит жизнь её тана. Он потянулся за магическую нить к Хейву. Тот был совсем не в соседней комнате, а где-то на северо-востоке, вне пределов города, далеко, так далеко, что сказать точней просто невозможно. Более внимательный осмотр спальни показал, что в ней никого не было уже три дня, не меньше. Застоявшийся воздух и зачерствелый кусок хлеба на столе только подтвердили это предложение. С каждой секундой происходящее нравилось ему всё меньше и меньше. Он отпер дверь и вошел в главный зал таверны. На него круглыми глазами смотрел хозяин и от удивления даже перестал вытирать тарелку. Вендир подошел ближе и представился. — Моё имя Вендир. Лидия, ваша постоялица из того номера, должна была сказать о моем приезде. — Д-да, — хозяин таверны, кажется, узнал его. — Говорила. — Где она? — Пропала. — он заметно испугался, когда из запертой и пустой комнаты вышла высокая фигура в плаще и латах, сделал шаг назад от стойки и зачастил. — Ещё три дня назад ушла на охоту. А вместе с ней и тот громила. Жуткий тип. — Ясно, — Вендир закрыл глаза, обдумывая ситуацию. — В какую сторону она пошла? — На восток. Сказала, что там хорошее место для стрельбы по диким уткам. — хозяин пожевал губу и неохотно добавил. — Ты уж меня извини, но девица твоя точно пропала с концами. — Откуда такая уверенность? Норд потер шею, скосил взгляд на молодую служанку в противоположном конце таверны, понизил голос: — Девицы у нас пропадают. Не меньше десятка с начала этого года. Сначала Видда, молочница, потом травница Марла, потом ещё несколько, моя вторая подавальщица пару недель назад исчезла. Все они молодые, на вид хорошенькие… Были. — И вы их не искали? — Искали, а как же? Да толку? Сначала думали, что первых двух дикое зверьё утащило. Зима же, они и одурели от голода. Но волки и саблезубы оставили бы… — его губы задрожали, но он продолжил говорить, — что-нибудь оставили бы. Косточку какую, чтобы похоронить по-человечески. А так… была девка и нет её. Пропала с концами. — Ты предупреждал об этом Лидию? — А как же! А она, упрямая, только посмеялась, показала на топор на поясе, хороший такой, стеклянный, да сказала, что она не молочница и не служанка — постоять за себя сможет. Сам видишь, что из этого вышло. «Скампово дерьмо, Лидия, во что ты ввязалась?» — ругнулся Вендир про себя. Столько планов полетит в Обливион, если с ней что-нибудь случится. О худшем варианте он старался даже не думать. — У вас есть здесь разбойничьи шайки или… фалмеры? — спросил он. Как-то внезапно, вспомнились рассказы Лидии о снежных эльфах и их любви к похищениям и убийствам. — Нет, эта братия к нам, к счастью, не заходит, особенно зимой. Да и в окрестностях им делать нечего, а вот дальше, на юго-востоке — это да, эти слепые скоты вылазят по весне, как грибы. Значит остался только один вариант. — А колдуны? — Колдуны?! — трактирщика перекосило. — Нет, в городе нет. Один только дурак Сул Весул, но он из своего музея почти не выходит. Что ему наши девицы? «Только второго Мясника мне и не хватало. Опять мертвые — или просто пропавшие? — девушки, опять странный владелец музея на которого никто и не подумает, опять город в снегу». Словно прочитав его мысли, трактирщик помотал головой и сказал: — Хотя, погоди-ка. Был один. Жил у меня где-то полгода назад. Эльф из высоких. Как же его звали? Рондил? Арантил? Нет, не помню, да это и не важно. Наглый он был, на всех с высоты смотрел и член в штанах еле держал. Всё к нашим девицам лез… Видда, помню, ему такую пощечину залепила, когда он к ней под юбку полез, — тут лицо трактирщика озарила страшная догадка. — Во имя Кин! Ты же не думаешь, что… — Возможно. — Вендир сосредоточенно кивнул. — Где он? — Да мы как узнали, что он мертвецов с нашего кладбища поднимает, так выдворили вон из города. Куда он потом делся — не знаю. Ох, зря ярл ему сразу башку его остроухую не отрубил. Падаль! Трактирщик ещё долго бранился, пока Вендир пытался точнее понять в какой стороне и на каком расстоянии находится Хейв. Он отзывался, значит был цел и другой некромант не взял его под свой контроль. Это дарило слабую надежду. Он кивнул на прощание перепуганному трактирщику и направился к выходу. Уже в дверях тот окликнул его, вспомнив, с чего всё началось. — А как ты вошел? Номер же был заперт. И я внимательно наблюдал! — Магия, — пожал плечами Вендир и вышел наружу.

***

Из-под копыт коня летел последний весенний снег. Горизонт Моря Призраков белел от льдин. Вблизи берега они давно стаяли по весне. Вендир следовал на северо-восток вдоль горного хребта по пустынной дороге, в место, куда вела его путеводной нитью связь с подчиненным ему мертвецом, и с каждым шагом он всё яснее понимал, в какую сторону стоит двигаться. Каменные арки нордского кургана виднелись издалека. Руины вблизи оживленной дороги или крупного города — лучшее пристанище для некроманта. Легко можно скрыться, есть постоянный приток материала, а при нужде в любой момент можно купить все необходимое вроде утвари и припасов в городе. Много лет назад, когда его звали иным именем, в Великом лесу, рядом с Черной дорогой, ведущей к Корролу, он сам скрывался в заброшенном городе айлейдов — Вендире. Скрывался долго и успешно, почти год, пока обстоятельства в виде клинка талморского агента у горла не вынудили сменить место жительства, имя и внешность. В очередной раз. Руины находились на небольшом острове, вести коня вброд по колено в ледяной воде было не лучшим решением. Вендир спешился, привязал Лютика к коряге под скалой и, на случай, если рядом появятся бандиты или хищные звери, оставил несколько ледяных рун. Дальше идти пришлось пешком с помощью заклинания хождения по воде. Чтобы подняться к аркам, пришлось обойти половину острова, пока склон не стал достаточно пологим, а среди талого снега вперемешку с грязью не показалась узкая тропа. На вершине холма не было привычных уже очертаний кургана в виде перевернутого блюда, каменного котлована или выбитого прямо в скале храма. Единственным ходом была пещера среди скал. Прежде чем идти вниз, Вендир призвал Потему, затем отрешился от всех чувств и сосредоточился на поиске нежити. Первый, второй, третий… На двадцатом он сбился. Переходы кургана испещрили остров, и в каждом из них стоял мертвец. Они не спали: ходили из стороны в сторону, собирались группами, вели себя довольно разумно, но что страннее всего — они не были подчинены чьей-либо воле. Даже в обычных курганах драугры выполняли приказы своего мертвого командира или драконьего жреца. С последними он ещё не сталкивался, но доверял знаниям MirMULNir о драконьем культе. На первом уровне, пустынном и холодном, всё насквозь промерзло и покрылось толстой коркой льда. Мертвецы здесь были, но при ближайшем рассмотрении оказались удивительно слабыми и какими-то странными. Три женщины: одна в виде драугра, а две другие — призраки. Если первая, хотя и была тупа, как и все древненордские мумии, но хорошо обращалась с мечом, а вторая могла дать небольшой отпор — видимо при жизни была бандиткой или охотницей, то третья только неуклюже размахивала кинжалом. Все они развеялись, стоило только оборвать их магическую подпитку, идущую к… К кому? Или к чему? Вендир остановился, задумчиво разглядывая нежить. Они двигались по собственной воле, это точно, но их не-жизнь поддерживало что-то достаточно мощное. И находится оно где-то глубоко в руинах, там, где находится Хейв. Здесь же нашлись и тела драугров, сваленные в кучу в одной из комнат. Как ни странно, все они были мужскими. Вендир озадачено смотрел на них, пытаясь объяснить себе, почему столько качественного — пусть и не самого разумного материала — просто отбросили в сторону? Ответа он не находил, зато на одном из столов нашел книги, колдовские манускрипты и записи по некромантии. Большая часть содержащихся в них знаний была прекрасна ему известна, ничего интересного, кроме пары вырванных листов и заметок на низком альдмерисе, совершенно не относящихся к исследованиям. «День 1 Эти болваны в Данстаре, похоже, оказались не так тупы, как казалось. Они узнали о моих экспериментах и, понятное дело, не пришли в восторг. Ну что ж. Мою работу невозможно вести в окружении непросвещенной толпы. Я отыскал пещеру на северном побережье Скайрима, и для моих изысканий этого будет более чем достаточно. Среди развалин Ингвильда я наверняка отыщу все необходимое, чтобы поднимать мертвых и подчинять их души». Записи того самого некроманта внесли ясность в происходящее и подтвердили уже имеющиеся догадки. Вендир уже готов был отбросить лист в сторону, как заметил небольшую пометку на обратной стороне страницы. «Два слова о личном. Мне будет ВЕСЬМА не хватать юных дев Данстара. Их красота воистину опьяняет. Мои мысли частенько отвлекались на то, как я мог бы приятно проводить время с одной из них, а то и не с одной…» «Трактирщик дал ему довольно точную характеристику. Действительно, думает членом, а не головой». Вендир чуть поморщился от воспоминаний. Увы, но было время, когда подобным образом можно было описать и его самого. Половину юности он бесславно провел в беспросветных гулянках, каждое утро просыпаясь рядом с новой любовницей, а иногда даже и не с одной. Для большей части молодых меров неразборчивость в связях совершенно нормальна. Человеческие расы смотрят на такое поведение с брезгливым непониманием, данмерских женщин за их темперамент и ненасытность и вовсе порой равняют с проститутками. Впрочем, члены его семьи были в свое время ненамного лучше. Всё же именно Диренни и их подданные внесли свой неоценимый вклад в появление целой расы бретонцев. Как говорил дорогой отец, когда его не слышала матушка: «Наши предки перетрахали весь залив Илиак». Но всё это считается нормальным в возрасте примерно от восемнадцати до сорока, затем плотские утехи отходят на второй план, меры перерастают этот период и входят в более сознательный возраст, задумываются о карьере, поиске постоянного партнера и начинают распределять время более разумным способом. Для взрослого мера такое поведение считалось инфантильным. Исключением были только Алинорские короли с их многочисленным штатом наложниц. Традиции, тут ничего не поделаешь. Здесь же было и продолжение записей. «День 8 Я обустроил временную лабораторию в холодных пещерах и отыскал многочисленные захоронения среди снега и льда. В первой усыпальнице я извлек на свет несколько подопытных образцов, все они оказались женского пола. Поразительно, но мысли мои вновь устремились к девам Данстара. Сперва это изрядно смутило меня, но затем я задумался и увидел некоторые вещи в ином свете…» Вендир решил не заострять на этом моменте внимание. Мало ли какие мысли могут придти в голову мужчине после вынужденного воздержания. Моряки, вынужденные годами выживать на необитаемых островах после кораблекрушений, и вовсе готовы увидеть женщину в каждом встреченном дреуге. «День 9 Первые испытания прошли безукоризненно. Каждый из объектов вернулся к жизни абсолютно покорным, готовым исполнять малейшие мои прихоти. Нескольким новым слугам я отдал приказ охранять остров, прочие же станут отныне моей личной свитой и будут постоянно находиться при мне. Пусть стерегут мой сон…» Вендир сложил листы, чтобы предъявить его ярлу Данстара как косвенное доказательство вины этого некроманта в нападениях. Но будет значительно лучше, если найдется найти что-нибудь более существенное, помимо призрака одной из горожанок. Его, в отличие от тела, на приеме не покажешь. Он спустился дальше, упокоив по пути ещё нескольких мертвецов. Впервые он видел столько драугров женского пола. Некоторые из них даже владели Криком, но противится силе его Голоса и магии не могли. На нижнем уровне, куда больше похожем на знакомые курганы, он нашел вторую часть записей. Видимо, по мере изучения Ингвильда, некромант продвигался всё дальше вглубь руин, оставляя за собой ненужные теперь записи и вещи. День 21 Любопытный поворот событий. Сегодня моя охрана доставила некую особу, обнаруженную близ пещеры. Поначалу, понятное дело, я был взволнован и расстроен. Мало того, что мне помешали проводить время с моей любимой служанкой, так ещё и особа эта оказалась молочницей из Данстара. Она также вспомнила меня и принялась выдвигать нелепые обвинения: якобы я постоянно отирался поблизости от неё. Наглая ложь! Конечно, пару раз я обращал на неё внимание, но в городе были девицы и позаметнее. Её неутихающие обвинения вкупе с моим страхом перед незваными гостями навели меня на мысль, что ей нельзя возвращаться в Данстар. Мои слуги немедля привели сей приговор в исполнение. Её тело лежит сейчас рядом, когда я пишу эти строки. Занятно. Её глаза до сих пор так полны жизни! Возможно, сегодня мне стоит провести новый эксперимент на более свежем материале. Это достаточно очевидное доказательство вины. Ярл должен выплатить хорошую награду за голову этого некроманта. Деньги будут как нельзя кстати, за время в Коллегии он сам того не замечая потратил слишком большую сумму на ингредиенты для многочисленных экспериментов. И всё-таки странно, что же такого он нашел в этой молочнице? Слишком слабая, чтобы быть полезной в бою. Из такой можно сделать только служанку или пустить на расходный материал. — А он будет даже безумнее моего племянничка. Тот хотя бы ограничивался своей данмерской шлюхой. Призрачное лицо Потемы исказила жесткая усмешка. Она говорила редко. В Коллегии бывало делала замечания или вносила предложения по поводу исследований Вендира в области некромантии. К Оку он её, разумеется, не подпускал. Она бы не повременила воспользоваться такой мощью для освобождения от чужой воли. Сейчас в её руках был ещё один листок, и судя по её реакции, приятного там мало. «День 28 Новый эксперимент прошёл успешно! Молочница (чьего имени я так и не вспомнил) вернулась к жизни, подобно всем остальным, покорная моей воле, за одним любопытным исключением. Она словно бы развоплотилась, превратившись в ожившую фантазию. Узрев перед собой её светящееся лицо, я протянул к ней руку. Мои пальцы прошли насквозь, но в этот миг я ощутил ни с чем не сравнимое чувство, как будто её естество наполняет силой мою душу, сливаясь со мной так, как это было недоступно никакой женщине из плоти и крови. Это поразительное открытие! День 35 Я приказал первым из моих слуг подыскать новый материал для опытов — людей, которых никто не станет искать. В недрах Ингвильда мне удалось обнаружить внутреннее святилище, где хватит места для всех тех, кого я превращу в моих новых рабов. Я возвращаюсь мысленно к тем мечтаниям, что преследовали меня в Данстаре, и гадаю, не были ли они предвестьем грядущего…» Некоторое время Вендир смотрел в пустоту, осознавая прочитанное, перечитал и закрыл глаза и стоял так, пока Потема разбиралась с ещё парой мертвых женщин. Малоприятные картины мелькали перед глазами Вендира, и он едва ли не впервые в жизни проклял собственную слишком бурную фантазию. Конечно, он слышал, что некоторые из его коллег… нет, просто чокнутых колдунов готовы использовать даэдра или мертвецов сильно не по назначению, но это больше казалось байками слишком впечатлительных обывателей. От воспоминаниях о драуграх женского пола ему и вовсе поплохело, чего не было лет с шести. Но тогда он впервые нос к носу столкнулся с живым умертвием, весьма в паршивом состоянии. Запах стоял тогда жуткий… А ведь есть ещё Лидия. От одной мысли его передернуло. «У неё есть Хейв и отличные боевые навыки. Этого хватит, чтобы справиться с некромантом. Возможно, она ранена или даже перехватила управление. Должен же быть какой-то толк от моих рассказов о некромантии и её обучения в Коллегии». — Впечатлился? — Потема издала короткий смешок, наслаждаясь его реакцией. — Знала, что тебе понравится. — Когда ты молчишь, ты нравишься мне больше, — безэмоционально ответил он и пошел вперед. — Поверь, это абсолютно взаимно, — она сверкнула синими огнями в глазницах. В самой глубине крипты была дверь. За ней находился Хейв, десяток слабых мертвецов и одна живая душа. Варианта только два: Лидия или некромант. Он навалился на дверь, и та с шумом отворилась. Они вошли в зал. На многочисленных лавках сидели призрачные женщины, все они разом повернули головы в его сторону. На противоположной стороне стоял пустой постамент и трон. Его занимала Лидия. На её левую ногу была наложена шина, а голова перебинтована. В одной руке она держала кусок хлеба с сыром, а в другой — черный камень душ. Призраки разом встали, смотря на незванного гостя со страхом, опаской и враждебностью. Все они выглядели как при жизни: кто в легком платье, кто в чепце, одна вообще едва не в неглиже. Вендир сделал глубокий вдох, готовясь снести их Безжалостной силой. Лидия неуклюже встала, опираясь на подлокотник трона и крикнула: — Стойте! Призраки и не думали останавливаться при виде ещё одного некроманта и подчиненной ему женщины. В этот раз Потема сослужила ему не лучшую службу. Но мертвые женщины были слабы и не смогли противиться силе его Голоса и магии. Одной только волей он перехватил управление и разорвал нити, тянущиеся до черного камня душ. Призраки рассеялись, в зале остались только они с Лидией. Вендир подошел ближе к ней и посмотрел в глаза, ожидая ответов. Она с трудом стояла, опираясь на трофейный посох, неуклюже поклонилась и сказала: — Рада вас видеть, мой тан. Я подвела вас и прошу прощения. — Я так подозреваю, это была не твоя вина. Он посмотрел на пустой зал и трон и спросил, не скрывая иронии: — Решила пойти по моим стопам? — Нет, это… — она пожевала губу, стараясь подобрать верное слово, — случайность. Давайте я всё расскажу подробнее. Начало этой увлекательной истории он уже знал в пересказе трактирщика. В исполнении Лидии всё отличалось только деталями. Три дня назад она ушла на охоту вместе с Хейвом, надеясь порадовать его свежей дичью. Время взяла с запасом — два дня. Колосс тащил на себе туши убитых птиц и держался на отдалении. Именно поэтому мертвые прислужники некроманта и смогли её поймать. Лидия убила не меньше трех, прежде чем те сломали ей ногу, связали и притащили в Ингвильд. А вот после этого началось самое интересное. Некромант, не зная, что перед ним не просто очередная нордская воительница, а ученица Коллегии и спутница другого, более могущественного некроманта, потерял бдительность, чем Лидия и воспользовалась. За время их долгих путешествий она наслушалась от Вендира о всех видах нежити, их особенностях и способах привязки к колдуну. Пока некромант готовил ритуал, Лидия поняла, что тот от недостатка сил замкнул привязку не на себе, а на черном камне душ, от которого и черпал энергию. Остальное было делом техники. Стоило сбить тонкую фокусировки камня душ, и Лидии оставалось только наблюдать, как разъяренные призраки разрывают на части своего убийцу и насильника. Но оказалось, что мертвые женщины сохранили разум в ущерб силе. Они просили Лидию освободить их от своего мертвого существования и позволить им мирно упокоиться, но та не владела приемами экзорцизма. Несмотря на приветливое отношение, отпускать её они не желали, пока она не дарует им полноценную смерть. Хейв пришел в Ингвильд к утру следующего дня, но хоть он следовал за Лидией, ей напрямую не подчинялся. Натравить его на призраков было сложно, возможно, но чревато. Сама Лидия из-за травмы ноги не была бойцом. Поэтому всё что ей оставалось — ждать, когда вернется тан, и не подставляться самой, а также обещать измученным призракам, что он придет и освободит их от участи нежити. О его профессии она, разумеется, умолчала. Стоило признать, что она не соврала. Призраки упокоились. Пусть их вторая смерть и не была столь же мирной, как им того хотелось. Вендир слушал всю эту историю с непроницаемым лицом. Кажется, его странная особенность притягивать неприятности стала распространяться и на окружающих. С ногой Лидии следовало что-то делать, равно как и с телом некроманта, а также останками призраков. В первую очередь он отдал Лидии зелья заживления. Её навыков школы восстановления хватало на раны, растяжения и ушибы, но никак не на сложные переломы. Во вторую, он осмотрел изуродованный труп. В мешанине заледенелой плоти голову удалось найти только по смутным очертаниям и волосам на куске скальпа. Увы, но ярл не оценит, если ему покажут такое зрелище. В третью, он занялся останками призраков, точнее оставшейся после них эктоплазмой. Через дыру в потолке пробивался закатный свет. Завтра будет уже двадцать шестое. Через два дня должна состояться встреча в Солитьюде, а за три дня проехать такое расстояние почти невозможно. Они точно опоздают, даже если загонят лошадей. На подготовку у них останется совсем мало времени. — Дельфина нас убьет, — с тоской сказал он.