Сборник интерлюдий.

      Ник сидел в кабинете своего дома и думал о том, как же ему повезло с местом работы и хорошими друзьями. Но сейчас не это было главным — через несколько минут его ждёт разговор с любимым сыном и хулиганом — Пиберием Уайлдом. Чуткое ухо Ника расслышало тяжёлые шаги двух медведей, ведущих маленького пепельношёрстного лисёнка, и небольшой разговор сына с медведем-телохранителем перед дверью. — Мы пришли, маленький Уайлд, папа ждёт тебя, — обратился к Пиберию медведь. — Даже если я буду против, то это ничего не поменяет? — задал вопрос лисёнок. — Да, — степенно ответил телохранитель. — Ты должен постучать и войти сам. — Хорошо, — вздохнул Пиберий и задал вопрос. — Папа будет сильно ругаться? — Не знаю, — честно ответил медведь. — Но консильери нашего дона ни разу за всё время в этой должности не был излишне суров или несправедлив. Каждому было отмерено по делам его. Поэтому иди с высоко поднятой головой и прими наказание как должно.       Ник улыбнулся, слыша эти слова. Подобной характеристики мало кто удостаивался. В этот же момент раздался звук стука в дверь; казалось, он был полностью пропитан обречённостью. — Заходи, — пригласил сына в кабинет Ник и, не сводя с него глаз, продолжил. — Садись в кресло передо мной, будем говорить, сынок. — Хорошо, папа, — тихо произнёс Уайлд младший, садясь в кресло. — Будешь пить? — задал вопрос Ник. — Есть вода, соки, содовая. — Воду, — выбрал Пиберий. — Хорошо, держи, — дал ему чашку Ник, после чего поставил кувшин с водой на стол между ними, налил себе яблочного сока, отпил и начал разговор. — Сынок, я понимаю, что у тебя были конфликты с этим львёнком, что он старше тебя и сильнее и тебе хотелось его побить. Но скажи мне, почему ты взял «Крылья чести» — мои парные саи? Я не буду тебя ругать за это, бить тем более, мне просто хочется помочь тебе понять твою ошибку. — Пап, лучше ремнём выпори, — попытался уйти от разговора Пиберий. — Не надо разговоров. — Никакого ремня и рукоприкладства, — разрушил иллюзию Ник. — Я не сторонник насилия в семье и никогда за всю свою жизнь не ударил твою маму, хотя иногда мозг она мне выедала начисто. Так что я жду твой рассказ. — В общем, дело было так, — начал говорить лисёнок, по характеру, повадкам и внешне — копия своего отца, только маленькая и цвет шерсти другой. — Этот глупый львёнок сказал, что хочет со мной подраться один на один после школы и если я его побью, он отстанет от меня, но я знал, что он врёт и придёт не один, поэтому и взял твои саи, чтобы защититься. А я ведь только в подготовительную школу хожу! Когда они взяли меня в кольцо и начали толкать друг на друга, я достал их и бросился на них, чтобы они больше не трогали меня. — Хорошо, я услышал тебя, — со вздохом сказал Ник, думая, как решить проблему с родителями пострадавших детей, но сейчас и всегда сын и его проблемы были намного важнее всех остальных. — А теперь послушай меня. Я рад, что ты не стал отступать и принял бой, но вот оружие было выбрано неправильно. За драку ругать и наказывать не буду, ты поступил правильно, попытавшись защитить себя. Но вот в остальном ты был неправ. Запомни на всю свою жизнь, сынок, одну фразу: «Если достал оружие из ножен — бей, иначе нет смысла доставать». Обнажил оружие, чтоб убить, — убей. Я понимаю, что ты хотел испугать их и сделать им больно, но для этого не надо было ждать, пока тебя окружат, — можно было взять палку и по одному бить их так, чтобы потом боялись к тебе подходить и мочились при мысли о том, чтобы побить тебя. Но бить надо так, чтобы не убить и не покалечить, — этому я уже начал учить тебя. Я ругался бы меньше, но ты взял именно «Крылья чести», сынок, а их я использую только в исключительных случаях — когда кто-то задел меня или мою семью и мне предстоит разобраться с обидчиком лично. За всё время я их использовал всего лишь дважды. Ты готов выслушать своё наказание и принять его? — Да, — сокрушённо ответил Уайлд младший, допив вторую кружку воды. — Тогда ты на месяц отправляешься на кухню, будешь тёте Элли помогать готовить, особенно чистить картошку, — вынес вердикт Ник. — После этого мы с тобой снова поговорим на эту тему, если ты захочешь. — Хорошо, — тихо ответил Пиберий, хлюпая носом и думая, что лучше бы папа ремнём его наказал, намного хуже вот так — словом, показывая его ошибки и рассказывая, как их можно было избежать. Но, по его личным ощущениям и словам того же папы, именно так доходит лучше всего. Ну что же, он виноват и ему придётся месяц работать на кухне, а что может быть хуже для пятилетнего мальчика летом? Только три месяца такого наказания! У-у-у, какой ужас. — Тогда иди ко мне сынок, — раскинул лапы Ник, показывая, что хочет его обнять. — Я люблю тебя. — И я тебя люблю, папочка! — плача, сказал Пиберий, обнимая Ника. — Помни, что здесь — твой дом, где всегда ждут, помогут и защитят, даже если весь мир будет против тебя, — сказал ему на ушко Ник и немного прикусил его. — Хорошо, пап, я запомню это, — тихо прошептал маленький Уайлд, пачкая соплями рубашку Ника и не замечая этого. — Тогда не надо разводить сырость, а то скоро грибы расти начнут, — пошутил Ник. — Сегодня можешь отдыхать, а завтра с самого утра иди на кухню. — Да, — сказал Пиберий, со всей силы обняв Ника, и задал вопрос. — Тогда я пойду, пап? — Иди, — с улыбкой сказал Ник, провожая своего сына до дверей. — И помни, что твоё наказание не отменяет тренировки со мной.       Глаза Уайлда младшего засияли, и он с улыбкой пошёл по коридору в свою комнату, провожаемый взглядом своего любимого папы. Но за углом он неожиданно встретился с доном Бигом. — О, привет, внучек, что ты тут делаешь, в этих пыльных и старых коридорах, променяв их на солнце и мяч улицы? — задал вопрос дон своему любимому внуку. Нет, внуков у него было много, но вот сына, на которого можно было оставить семью, к сожалению, не было — ни официального, ни бастарда. — Я иду от папы, дедушка, — сказал маленький Пиберий, поцеловав лапу дона, выказывая ему своё уважение, хотя дон разрешил семье Ника этого не делать. — Он меня наказал, и я должен буду месяц работать на кухне, помогая тёте Элли. — Что же такого страшного ты сделал, чтобы тебя папа так наказал? — задал вопрос дон. На самом деле он всё знал, но хотел посмотреть, насколько будет честен его внук.       Пиберий вздохнул и рассказал всё, не приукрашивая ничего и не выставляя себя жертвой. Дон Биг кивал, слушая его, и, после того как его собеседник закончил свой рассказ, вновь обратился к нему. — Я не могу как-то повлиять на твоего папу или отменить его наказание. Кто я такой, чтобы поступать так? Но у меня для тебя есть подарок: после того, как ты закончишь свою работу на кухне, приходи к Андрео — он держит сейчас меня, — и тебя будет ждать кое-что интересное. — Хорошо, дедушка, — вновь поцеловал лапу Пиберий и, получив разрешение идти, направился в свою комнату. До вечера осталось мало времени, а ему очень хотелось поиграть в свой Z-Воx, который недавно был подарен родителями.

Спустя месяц.

      Пиберий, проснувшись рано утром, хотел пойти на кухню помогать тёте Элли, но вспомнил, что вчера был последний день его наказания и сегодня он уже свободен. Немного подумав, он всё-таки пошёл помочь ей, ведь ей было не очень удобно чистить картошку своими больными лапами, а у него это теперь выходило очень хорошо, да и готовить обычные блюда он тоже научился.       После обеда они вместе с папой зашли к Андрео и все вместе поговорили о дальнейшем обучении Пиберия и даже дали пострелять из пистолета в тире под особняком. Но настоящий класс показал его папа — он стрелял очень быстро, выбивая на мишенях разные фигуры, силуэты зверей, цифры и слова. Как он сказал — постоянно попадать в десятку слишком скучно, поэтому он так развлекается.       Оставшиеся два месяца лета прошли намного интереснее — папа и Андрео учили его драться, решать головоломки и делать другие очень интересные вещи, которые ему очень нравились, особенно кататься на джипе, хотя это и случалось нечасто. Естественно, за рулём сидел его папа, а ему разрешали сесть на пассажирское сиденье рядом с ним.       В начале осени он вместе с родителями пошёл в школу и стал первоклассником, а через несколько дней, когда его вновь начал задирать львёнок, ставший третьеклассником, просто сбежал. Казалось бы, что львёнку можно было праздновать победу, ведь сын Того Самого Уайлда оказался простым трусом, но это было не так — просто Пиберию понадобилось несколько дней, чтобы проследить за своим обидчиком и узнать, где он живёт. Думаю, вы уже догадались, что было потом? Правильно, Пиберий избил палкой этого задиру, сделав всё так, как его учили папа и медведь, постоянно носящий дедушку, — много синяков, несколько слабых ударов по носу и клятвенные заверения больше не трогать его стали закономерным финалом его обучения.

Вечер этого же дня.

      Ник ужинал вместе со своей семьёй, все рассказывали, как у них прошёл день, и, в свою очередь, Пиберий поделился своим рассказом, что и как он сделал. Конечно, его мама начала его журить, но немного и для вида, мол, драться нехорошо, но он видел, как она избила до полусмерти какого-то тигра, посмевшего угрожать её детям. Если драться нехорошо, то почему она сама делала это? Хорошо, что папа рассказал, когда это можно делать, а когда нельзя.       Ужин закончился, и Пиберия, неожиданно для него самого, но не для его родителей, позвали к дедушке — дону Бигу, который в честь его похода в школу и победы в драке сделал небольшой подарок — грушу и комплект защиты, чтобы он мог учиться драться дальше.       Засыпая поздно вечером, Пиберий, счастливый из-за подарка и объевшийся любимого черничного пирога, чётко, неожиданно сам для себя, сформулировал мысль, которая стала целью его жизни: «Хочу защищать тех, кто не может сделать этого сам. Хочу быть полицейским, как мама».