Только попробуй!

Утро летнего дня было настолько теплым, что хотелось выйти босиком на улицу и бежать навстречу легким порывам ветра. Настолько легко и хорошо было, и чувствовалась безграничная свобода. Обычно, в такие дни, туман освежал за ночь нагревшуюся землю и повсюду стоял приятный запах свежести. Люди, позабыв многие проблемы, выходили, чтобы насладится теплыми деньками уходящего лета. Травка зеленеет, солнышко блестит, птички поют – по-детски, не правда ли? Может и так, но это, как никогда лучше описывает состояние природы в такие деньки. На траве переливаются, как алмазики, еще не высохшие капельки росы, солнце согревает всех своим теплом, а щебет птиц слышен отовсюду и ничто не сможет заглушить их. Можно еще много чего описать, например, слегка волнующееся море, радостные чувства животных, яркие неровные точки цветов на зеленой траве. И его. Казалось бы, неприметный молодой человек сливался бы с серой городской массой, но здесь он выделяется на фоне всего светлого и яркого. Этого парня зовут Мин Юнги и он, действительно, как серая мышка, выделяется своей манерой одеваться, осанкой и отношением ко всему что движется, или любым способом взаимодействует с ним. Нельзя сказать, что он боится их, возможно, даже наоборот, встретившись с этим подобием приведения, невольно вздрагиваешь от его пронзительного взгляда, который так и говорит прокуренным голосом: «Посмей перейти мне дорогу и тогда тебе не о чем будет думать, кроме того как избежать меня» Он как грозовая туча: заденешь случайно и не сможешь увернуться от его грозных слов. Парень уже привык, что его никто не трогает и включает музыку в наушниках на максимум, не боясь, что его кто-то окликнет. Так, кажется всем, но не Юнги. Даже в самые дождливые дни на землю попадает лучик солнца, лучик надежды. И у парня есть этот лучик в образе Чон Хосока. Хосок – надежда не только для Мина, но и для остальных людей. Этот парень, словно солнце, постоянно смеется и шутит, с ним никогда не бывает скучно и он надежная опора и поддержка. Его рыжую макушку сложно не заметить, его смех нельзя не услышать. Его улыбка ослепляет всех и дает надежду на светлое и беззаботное будущее. Эти двое – однокурсники, чьей дружбе позавидовали бы многие. Их и правда не разделить ни водой, ни пламенем, между ними невидимая связь, которую не разорвет даже смерть. Эта дружба была настолько крепкая, что Мин незаметно переступил ту грань отношений, когда хочется оберегать его всем сердцем и узнаешь его настроение по мельчайшим деталям. Он перешел ту тонкую черту между дружбой и... влюбленностью? Черт. «Юнги, ты никогда не был геем» - пронеслось в голове у парня, но эти мысли приходили вновь. И он ждал. Но чего? Когда наступит удобный момент признаться или когда Хосок сам заметит это? Нет, никогда. Поэтому Мин ждал, когда Хосок забудет его, начнет жить по-новому и без него. Прошла неделя после такого решения, но Юнги лучше не стало: мешки под глазами, бессонница и он снова начал курить. А ведь Хосок пытался отучить его от этой плохой привычки и у него почти получилось. Опять он. Прошел месяц, а Юнги так и продолжал существовать. Жить стало невозможно, когда по университету пролетели слухи о том, что Чон Хосока заметили на прогулке с девушкой, на что парень говорил, что они только друзья. Разве нельзя гулять друзьям? Нет. Таким друзьям даже видеться нельзя. Юнги, определенно, был зол на Хосока. Но есть ли смысл злиться на невинного парня? Нет, поэтому Мин злился на себя. За то, что он слабохарактерный, за то, что он такой, какой есть. Вам покажется это глупым и неправильным и Юнги согласился бы, но он сам не понимая этого, начал удалятся от своего идеала, от своего солнца. Стал пропускать занятия, не ходил в места, в которых любил гулять Хосок, и постепенно уничтожал себя. Морально и физически. Прошел уже целый месяц мучений. В календаре Юнги этот месяц помечен черным цветом, каждый день заштрихован темной пастой. Ему не хватало их дружеских объятий, его смеха. Это было нетерпимо больно, и парень не мог терпеть это больше. Встав раньше будильника, парень решил не прогуливать сегодняшние пары и начал собираться. Погода была на удивление хорошая, после прошедшего ливня, и день предвещал позитивный настрой и такой же, как начало, конец. Только для кого? Юнги, не обращая внимания ни на кого, не спеша направился к университету. Несмотря на то, что уже середина осени, было довольно тепло, даже немного душно. Но легкие порывы ветерка приносят с собой свежий воздух. Вместе с этим ветер поднимает листья к небу, выше деревьев, с которых несколько дней назад они же падали к земле. Некоторые деревья все еще стоят в своих убранствах и не спешат прощаться с ними. Корейский кедр все так же зеленеет на фоне золотистых сугробов из листьев. Одну такую небольшую кучу, Юнги пнул ногой, и она разлетелась в разные стороны, подхватываемая ветром. Дорога до университета оказалась очень короткой, и над многим парень не успел поразмыслить. Зайдя в здание, Мин огляделся и, не увидев знакомых лиц, скрылся за одной из дверей коридора. Кабинет физики был достаточно большим и просторным с огромными окнами и несколькими шкафчиками с задачниками и прочими нужными предметами. Усевшись за последнюю парту, Юнги надел капюшон и положил голову на скрещенные руки. В кабинете повисла тишина. Даже шум из коридора не было слышно за массивной дубовой дверью. Он пробыл в таком состоянии долго. Может пять минут, может десять, а может и полчаса. Парень полностью погрузился в свои, далекие от реальности, мысли и не заметил, как дверь скрипнула и в класс стали заходить остальные ребята. Кажется, и они не видели его, никто не подошел, не узнал как он, где он был. А зачем? Никто не хотел потом выслушивать его философские и никому не нужные мысли о том, как они ему надоели. Не заметил он как в аудиторию зашел Хосок. Его Хосок. Только прозвеневший звонок вернул его в реальность и заставил встать, когда в помещение зашел преподаватель. Пары тянулись медленно и скучно, и Мин начал потихоньку никнуть и вскоре, как только его голова коснулась твердой парты, веки сомкнулись и парень заснул. Теплые ладони касаются его плечей, от чего он невольно вздрагивает и ежится. Кто-то хлопает его по спине призывая проснуться, но какая-то неведомая сила не отпускает его. Руки начали легонько потряхивать его за плечи, но парень не откликается. И только после резкого и громкого удара чего-то об парту в районе головы, Юнги, наконец, соизволил встать. Грозное лицо учителя смотрит в упор, а однокурсники обернулись в ожидании чего-то грандиозного. Тут же на первой парте сидит Хосок, но он не радуется, что весь пыл преподавателя сейчас уйдет на Юнги, наоборот смотрит с какой-то мягкой жалостью в глазах. Они такие родные, что парень на некоторое время улетает в облака, но тут же резко летит вниз и ударяется о землю. Физик тихо постукивает по парте указкой в ожидании объяснений. Но объяснять нечего, поэтому Мин молчит, уставившись куда-то вдаль. Молчание прерывает звонок и все заметно оживились, а преподаватель лишь устало вздохнул, потер переносицу и оставил парня одного. Но ненадолго. Сразу же у его парты нарисовался Чон Хосок собственной персоной. Юнги бы в сию же минуту забыл обо всех своих делах, забыл бы, какой он мрачный и серый и повис на шее друга. Он обнял бы свой лучик и не отпускал и, возможно даже, поцеловал лишь бы навсегда остаться вместе. Но нет. На лице не дрогнула ни одна мышца и парень, взяв свой портфель, направился к выходу. Он чувствовал непонимающий взгляд Хосока, чувствовал, что вот-вот сорвется, побежит к нему. Нет, он просто вышел из аудитории и повернул за угол. Ускорив шаг, Юнги почти выбежал из здания университета и замедлил шаг только когда ворота остались позади. И куда он пойдет? Вернется обратно? Пойдет домой? Нет, парень направился в сторону железнодорожного вокзала, где он любил прогуливаться в тени деревьев. Звук колес успокаивал Юнги, но не сейчас. Сейчас он готов броситься на рельсы, чтобы больше никогда не чувствовать эту тяжелую боль, которую парень хранит внутри уже давно, но от этого легче не становится. Одна ступенька, две, три... Юнги на мосту. Четыре, он снимает рюкзак и кладет возле перил. Пять, он уже стоит на краю и смотрит вниз. Где-то там загорается красный свет – оповещение о прибытии поезда. Говорят, смерть под колесами вагонов безболезненная. Боль чувствуешь всего несколько мгновений, а потом. А потом тишина. Вдруг чьи-то теплые и крепкие руки прижимают к себе прямо через перила, и на шее чувствуется сбившееся дыхание. «Идиот»- еле слышно произносит родной голос, но Юнги не оборачивается. «Попробуй только наделать глупостей»- уже чуть громче повторяет голос и целует в шею. Сердце пропускает удар и набирает самую высокую скорость. «Чон Хосок, я тебя люблю» «Дурак, вылезай оттуда» «Ты слышишь меня?» «Да, но если не перелезешь обратно, то я собственноручно скину тебя, Мин Юнги» «Я полечу туда только с тобой» В следующий миг они уже стояли настолько близко и обнимались настолько крепко, что, кажется, ребра вонзаются в тело другого. Это были не дружеские объятия встретившихся людей после долгой разлуки, нет. Определенно нет. Наконец-то, тот самый лучик спасения пробрался через тучи и достиг земли. Теперь тучи появятся не скоро, и появятся ли вообще?