Мечты сбываются

— Ну как? Больно? — беспрестанно спрашивал Цзянь, что невероятно раздражало вспотевшего и раскрасневшегося Чжэнси. Он лежал животом на небольшой диванной подушке, широко раздвинув ноги, а в заднем проходе его орудовало уже два щедро политых смазкой длинных пальца друга. Цзянь то и дело поглаживал то бедро, то ягодицу парня, сжимая и оттягивая её в сторону, из-за чего Чжэнси был готов провалиться сквозь землю от стыда. Но И он не останавливал: отступать на данном этапе было слишком поздно. И хотя Чжаню было больно и в крайней степени дискомфортно из-за вторжения пальцев в девственный пока ещё анус, член его крепко стоял, пачкая смазкой ткань подушки. — Не могу найти, — сокрушённо выдохнул Цзянь, проталкивая пальцы ещё немного глубже, и Чжэнси сжал зубы от тянущей боли. — Ты как, в порядке? Судя по низкому и хриплому голосу, парень едва справлялся с собственным возбуждением, и Чжэнси со злорадством отметил про себя, что не только ему одному приходится сейчас страдать. Он представил, как развратно и соблазнительно выглядит, лёжа перед парнем в такой провокационной и открытой позе. «Насколько сильно у него стоит?» Эта мысль посетила Чжаня помимо воли; от неё лицо вспыхнуло ещё сильнее, а отверстие непроизвольно сжалось и запульсировало. — Я понимаю, что тебе очень больно, но постарайся расслабиться, Чжань Си Си, — проговорил И, и, о чёрт, собственное имя, произнесённое парнем, сейчас звучало так эротично, что Чжэнси не смог сдержать короткого стона. «Всё это время я думал, что из нас двоих Цзянь — грёбаный извращенец. Как же я ошибался». Это было неправильно, ненормально, но так сладко и захватывающе, что Чжэнси не мог противостоять своему желанию. Секс с мужчиной уже не казался таким диким, и единственное, что Чжаня сейчас всерьёз беспокоило, было то, являлся ли сам Цзянь девственником, или уже успел выебать нескольких смазливых парней до него. Дальше Чжэнси действовал, поддавшись незнакомому, колючему чувству; заведя руку за спину, скользнул рукой по твёрдому напряжённому прессу, коротким жёстким волоскам в паху, а затем крепко обхватил пальцами член Цзяня. Большой, горячий и твёрдый; он был таким готовым, таким жаждущим его, что у Чжэнси пересохло в горле, а по телу прошлась крупная дрожь. Тонкие пальцы парня не шли ни в какое сравнение с его органом, и представить его внутри было очень сложно, но вместе с тем и возбуждало в Чжане нездоровый интерес. Неужели его задница и впрямь в состоянии выдержать это? Пальцы стремительно покинули его анус, а рука Цзяня с силой сжала запястье. Хриплый выдох давал понять, что парень уже на пределе, и это подстёгивало Чжаня зайти ещё дальше, заглушая лихорадочно бьющийся в подсознании страх быть грубо изнасилованным. Ведь Цзянь И хоть и его лучший друг, он также мужчина, молодой и сильный, давно жаждущий заняться с ним сексом, и дразнить его подобным образом сейчас было очень опасно. — Что… что ты делаешь? — Голос у Цзяня был таким низким и непривычным, что Чжэнси с трудом его узнавал. Вместо ответа Чжань несколько раз провёл по горячему стволу пальцами, направляя крупную головку к своей покрасневшей дырочке, и в следующее мгновение Цзянь порывисто навалился на него сверху, накрывая всем телом. Его член сейчас упирался прямо в отверстие Чжаня, и это давление огромной плоти пугало и одновременно восхищало боявшегося шелохнуться Чжэнси. К его удивлению, чувствовать себя слабым, таким открытым и беспомощным перед другим парнем невероятно возбуждало, но инстинкт самосохранения буквально вопил о том, что нужно все как можно скорее прекратить. Попробовав слегка сдвинуться, Чжань тут же ощутил сильный и болезненный укус в шею, отчего непроизвольно двинул попкой назад, раздразнивая истекающий смазкой член Цзяня ещё больше. — Ты хоть понимаешь, что творишь? — Горячий, полный злости шёпот обжёг пылающую щеку и ухо. — Представляешь, как давно я мечтал схватить тебя за волосы и грубо выебать? Я был готов взять тебя силой, даже если бы ты начал плакать и вырываться, настолько сильно я хотел сделать тебя своим, кончить в тебя, пометить, как настоящую суку. Но вместо этого я каждый раз не помня себя дрочил в ванной, задыхаясь от своего желания. Пальцы Цзяня до боли сжались на бёдрах, с силой потянули, и Чжэнси показалось, что огромная плоть вот-вот и правда ворвется в него, разрывая в кровь нежные, неразработанные стенки. Он загнанно заскулил, получив ещё один не менее болезненный укус, а Цзянь продолжил срывающимся голосом: — Я хотел разложить тебя на диване и неторопливо, тщательно вылизывать, как девушку, чтобы ты тёк и просил меня вставить тебе поглубже, чтобы ты изнывал от желания получить в себя мой член. Я бы мучительно долго трахал твою похотливую дырку языком, а после этого, не дав кончить, поставил бы тебя раком и вогнал член по самое основание, начиная быстро и беспощадно драть тебя. Ты бы скулил и захлёбывался слезами, ты бы извивался и просил меня… Чжэнси с замиранием сердца слушал его; он и предположить не мог, насколько сильно И вожделел его. Он понимал, что сейчас лучше не двигаться и не подавать голоса, но вопрос, подталкиваемый терзающим его чувством, слетел с губ сам собой. — Ты уже трахался? — прозвучало глухо и отчего-то немного отчаянно. — Что? — опешил Цзянь, немного ослабляя хватку, чем Чжэнси воспользовался, быстро приподнимаясь на руках и поворачиваясь к нему лицом. — Ты трахался с другими парнями? — повторил Чжэнси вопрос, но в ответ Цзянь лишь пригвоздил его собой обратно к кровати, хватая за шею. Напрягшись всем телом и грубо сжимая волосы Чжаня, Цзянь И бурно, толчками выплёскивал сперму ему между ягодицами, издав низкий и хриплый стон. Чувствуя, как семя обожгло дырочку, Чжэнси задрожал под ним, сжимаясь и кончая на многострадальную подушку, прикусив нижнюю губу до крови. — Ни с кем я не трахался, тебе ли не знать, — выдохнул наконец Цзянь, отстраняясь. В его голосе сквозила нескрываемая обречённость. — Я всегда мечтал и фантазировал только о тебе. — Я только что кончил, — сконфуженно проговорил Чжань, стараясь сдержать необоснованное внутреннее ликование, вызванное словами друга. — Поэтому, думаю, мы сможем воплотить в жизнь твои… фантазии. — Что? — вновь опешил Цзянь, а Чжэнси быстро поднялся с подушки, испытывая острое желание видеть лицо парня в этот момент. Растерянный, быстро хлопающий ресницами и не верящий его словам, он напоминал того самого неуклюжего, непосредственного ребёнка из их далёкого детства, за которым не по годам серьёзному и ответственному Чжаню всегда приходилось присматривать. Чжэнси не смог подавить в себе порыв глупой нежности, которая возникала и раньше, но теперь приобретала иной, более смущающий и интимный оттенок. Одарив Цзяня лёгким поцелуем в губы, он ласково провёл пальцами по спутанным волосам, наблюдая, как по его щекам расползаются пятна яркого румянца. «А ведь совсем недавно говорил такие пошлости, идиот». — Чжань Си Си?.. — У нас осталось не так много времени, — напомнил Чжань, глядя ему в глаза. — Давай дойдём до конца. — Неужели я не противен тебе? Ты уверен в своём решении? Мои прикосновения тебе нравятся? Получается, я могу… — затараторил Цзянь, и Чжэнси накрыл его губы ладонью, нахмурившись. — Я ведь сказал, что кончил, придурок! Будешь много болтать — передумаю! — Я тебя трахну, Чжань Си Си. — Цзянь внезапно оказался очень близко, тесно обвивая талию Чжэнси руками. Голос его сменился на томный и эротичный. — Сегодня ночью ты кончишь ещё не раз. Чжэнси мучительно краснел, не зная, что на это ответить; он бы соврал, если бы сказал, что такой развратный и откровенно жаждущий его Цзянь ему не нравится. Ему самому действительно хотелось этого. «Кажется, пришло время раскрывать в себе новые стороны».