Королева Червей. Королева Ночная Тень

      Немногие живые смертные знают о существовании Королевы Червей. Но те, кто о ней знают, знают и её истинное имя - Ночная Тень. Давным-давно ей дали такое прозвище за то, что она всегда следовала за своим возлюбленным, хозяином и повелителем, альтмером, ступившем на путь зла. Всегда, всегда и везде она была на шаг позади него, рядом с ним, её полупрозрачные тёмные одежды несли холод, прекрасные густые волосы пахли свежей землёй, смородиной и розами. Страсть и красота вдохновляли будущего Короля Червей на новые свершения, достижения новых познаний в запретной чёрной магии... Казалось, что она будет и была с ним всегда, но это было неправдой. После кратковременного союза двух сердец эльфийка была убита. Маннимарко долго искал способ, как вернуть её душу назад. Вернуть только тело для него было просто.       Когда-то эльфийка была не тёмной госпожой, а светлой волшебницей, дружившей с двумя подающими надежды альтмерами. Это были Галерион и Маннимарко. Втроём они достигли невиданных высот магии и дошли до черты, переступать которую смертным было непозволительно. "Лишь Боги имели право решать, кому жить, а кому умереть", - часто повторял Галерион. Отнятое время нельзя было вернуть назад, нельзя было воскрешать мёртвых. Ванус Галерион чтил заветы Богов и отступил назад, боясь и прикоснуться к этой черте, а Маннимарко не побоялся. Он заглянул в Бездну и бросил ей вызов, приглашая с собой волшебницу. Эльфийка колебалась, слушала увещевания Вануса, он умолял её присоединиться к нему и дать отпор тому, кто посягнул на святое. Двое легендарных магов предложили ей свою руку и сердце.       Одетый в длинный синий бархатный наряд, вышитый золотым орнаментом в виде звёзд и рун, Галерион преподнёс ей в подарок роскошный узорный посох с крупным и чистым зачарованным сапфиром, золотую зачарованную диадему в виде переплетённых лилий и белое шёлковое платье, которое бы ей подошло идеально. Любая девушка на месте волшебницы согласилась бы сразу же, молодой Галерион был писаным красавцем. Длинные волосы цвета созревшей пшеницы обрамляли его высокий и чистый лоб. Ясные глаза, вся его фигура дышала одухотворённостью, мудростью и величием.        Маннимарко же скромно стоял по левую руку от избранницы, одетый в простой чёрный балахон, подол которого был испачкан грязью. Руки его были в мозолях от долгого перекапывания могильников, некоторые ногти были сломаны об неподъёмные каменные крышки саркофагов. Ему никто не хотел помогать, у Галериона уже в молодости была свита соратников и почитателей, а Маннимарко трудился до последней капли магии, выкладываясь по полной так, что не хватало сил на прочтение слабого заклятия телекинеза. Глаза альтмера в дешёвом балахоне были словно две прорези в мрачную пустоту, откуда сочилась нечеловеческая сила. Будущий Король Червей принёс в дар чёрный камень душ, его новое изобретение, при помощи которого можно было ловить души высших разумных существ, древнее, но не истлевшее платье, снятое с айлейдской принцессы и потускневший от времени ритуальный кинжал из метеоритного металла.       Галерион, с усмешкой бросив взгляд на бывшего друга, протянул невесте великолепное золотое кольцо, усыпанное редкими самоцветами. - Зачем тебе всё золото мира, если его нельзя унести с собой на тот свет? Зачем жить в роскоши, наслаждаясь драгоценными минутами, утекающими сквозь пальцы? Их так ничтожно мало... Я предлагаю тебе бессмертие, - приложил правую руку к груди Маннимарко, вынимая левой из-за пояса обыкновенные песочные часы, которые можно было купить в любой алхимической лавке за три септима. Контраст был разительный. Галерион едва не рассмеялся, но потом снова взглянул на чёрный камень душ и посмотрел в глаза Маннимарко. - Это не бессмертие, а проклятие! Ты будешь обречена доживать последние дни в болезнях и бедах, которые напустят на тебя Боги! Нельзя нарушать законы мироздания!!! - со сталью в голосе процедил Галерион. - Всё – прах, - невозмутимо кивнул Маннимарко на богатые одежды. - Эту дорогу осилит идущий, а не тот, кто побоялся даже на неё ступить. Я стану всемогущим, тем, кто преодолеет саму смерть! Я уже им стал! - Всемогущий? Ты не всемогущий, о нет, ты грязный предатель обычаев своих предков, нарушитель спокойствия мёртвых! Ты обречён на мучения после непременной кончины! - глаза Галериона полыхнули праведным гневом, а от рук посыпались огненные искры. Наполненные глубокой любовью и спокойствием синие, пронзительные глаза Маннимарко, казалось, заглянули в самую душу девушки. - Зачем ты кощунствуешь и грабишь могилы? Ради чего ты так алчешь бессмертия и власти, ставя опыты над мёртвыми? - сомневаясь, произнесла девушка. И будущий Король Червей тихо ответил ей скорбным голосом: - Потому что я знаю, что мне будет мало даже вечности, проведённой вместе с тобой. ...Как после этого невеста могла сказать "нет"?       Светлые глаза Галериона заволокло тьмой, в которых показались чудища ещё страшнее тех, которые водились у Маннимарко. С презрением он бросил последний взгляд на счастливую пару и с достоинством произнёс: - Ты будешь очередной принцессой, которая сгниёт без могилы и с которой твой муж снимет платье, чтобы преподнести в дар избраннице помоложе. Ты не выдержишь его пыток. Это твой выбор и ты ещё пожалеешь об этом.

***

- Ты не выдержишь его пыток, ла-ла, ты ещё пожалеешь об этом, ла-ла, - передразнила Галериона эльфийка, смахнув пот со лба.- Но в одном он оказался прав. Я уже пожалела о своей новой фамилии и ежедневной уборке. Стираю-отстирываю твои балахоны целыми днями, отмываю жертвенники, и где благодарность? Спина отламывается, руки в цыпках, надо было тогда не соглашаться! - по-доброму фыркала Королева Копатич-Раскопайко, сгорбившаяся, с тряпкой в руках отмывая грязный пол. Маннимарко, услужливо приподнимая ноги, ласково произнёс: - Ну-ну, не сердись, хочешь, новые позвонки вставлю, тут у одного графа невеста умерла, анахорет сказал - просто загляденье! Свежатина! - Загляденье? - выпрямилась во весь рост Королева. - Седина в голову, бес в ребро? Ты мне ещё на прошлый день рождения обещал... - Да-да, - устало отмахнулся величавый колдун и откинулся в кресле. - Я всё помню, обещаю, любимая, после того, как разберусь с кознями магов заменю тебе и кожу, и позвонки, и ванну сделаю из крови девственниц... - Не ври, - рассмеялась Королева. - Не обещай то, что не сможешь сделать - где ты столько девственниц найдёшь? Монастырь святой Алессии ещё после прошлого раза не оправился, а настоятельница не опомнилась. - За что я тебя полюбил - так это за острый язычок и прозорливый ум, - вскочил с трона седовласый эльф и потянулся с поцелуем к жене.       За дверьми раздался вскрик, двери распахнулись, и в комнату влетел сын Маннимарко, принц Червей Корвус Пестус Тенебрас со всклокоченными волосами. - Мама! - Уже не одну тысячу лет как "мама", - Королева упёрла руки в боки. - Надеюсь, у тебя важная причина, раз ты нарушил тишину и оскорбил слуг. - Ну... Я... Это, как его, - замялся седой молодой эльф, накручивая прядь цвета серебра на палец. В повисшей тишине Маннимарко забарабанил длинными когтями по костяному трону, что изрядно поспособствовало формированию мысли сына. - Там Роза, с нашими... Ну... Сначала дремору женского пола призвали, танцевали, потом.. - И куда я смотрю, - хлопнул себя по лбу Маннимарко. - Любимая, прости это недоразумение, прости меня, что не воспитал дочь должным образом. - Идите-идите, только вытирайте ноги в следующий раз! - помахала изящной рукой Королева, со вздохом возвращаясь к работе. Едва двери за ними закрылись, она за считанные секунды призвала десять скелетов и отдала приказ мыть пол до блеска, а сама уселась на трон, подставив под ноги подставку: - Приятно хоть иногда устраивать себе небольшой отдых, - сладостно вдохнула она подземный затхлый воздух полной грудью. От её выдоха затрепетали свечи. - Рожать надо пораньше, а армию нежити никогда призвать не поздно. Под ней что-то зашевелилось, и она подскочила: кости, которыми был украшен трон, ущипнули её за ягодицу. - Полнолуние скоро, сила выходит через край, - сняла она чары с трона и села назад. - Опять будет пьяный дебош, философские споры, кто кого перепьёт и быстрее на тот свет отправит... Стирка, уборка, готовка, стирка, уборка, дети-дети-дети... - Мама, ты чего грустная? - дёрнула задумавшуюся эльфийку за платье маленькая дочка Модеста Виктория Мортис. - Доченька, уже поздно, почти двенадцать часов дня, тебе давно пора быть в кровати! - пригрозила ей пальцем Королева. - Роза шумит, спать не даёт, - запрыгнула к маме на коленки дочурка, надувая губки. - Пора с ней побеседовать, - серьёзно настроилась мать. Поднявшись с трона, она поручила последить за скелетами и пошла в зал для собраний. Люцифер с Маннимарко потерялись по дороге. Их путь лежал мимо костра с котлом, видимо, это стало для них непреодолимым препятствием. - Поиграем, пуськи? - ущипнула за косточку стоявшего рядом скелета Модесточка. Скелет тотчас рассыпался в прах от её прикосновения. Девчушка залилась хохотом, закрыла ладошками глаза и начала считать: - Играем в прятки! Считаю до десяти, кто не успел - того душу съем! Раз, три, пять, девять, время выходит, десять!       В зале для собраний был сущий хаос. Форт Линчал был прекрасно обустроен, но блистал внутренним убранством лишь в те периоды, когда его не посещали отпрыски Маннимарко. Ковры и гобелены были загажены всем, чем можно, воск со стола никогда не оттирали, объедки валялись на опрокинутых серебряных блюдах. Высокая седая эльфийка с синими глазами, белой кожей и впечатляющим бюстом сидела одна одетая в компании двенадцати раздетых догола смущающихся членов Ордена мужского пола. Её брат с ехидной улыбкой, притаившийся на скамеечке в углу в ожидании расправы, был не в счёт. - Не умеешь - не суйся, - гоготала во всю лужёную глотку Роза, бросая костяные карты на стол. - Не суй свой взнос не в своё дело! Я выиграла! Даниэль, - обратилась она к жмущемуся худосочному скромнику-некроманту и подмигнула: - снимай всё! Сейчас будет зрелище!       Раззадоренные вином, солёными шутками и красотой эльфийки, члены Ордена одобряюще зашумели, забарабанили кулаками по столу. Роза обожала "расшевеливать могильник", потому что кругом были все "как сушёные мухи". После месяцев беспрерывного слушания лекций от Маннимарко появление дивного цветка было словно глотком свежего воздуха для давних покойников. - Не жмись, если разденешься - я сниму платье! - провозгласила седоволосая бестия. - Зрелище отменяется, - вплыл в комнату Маннимарко и воздел правую руку с устрашающим посохом Червей.       Тотчас всех живых существ сковало невидимой прочной цепью и заткнуло рты. Воцарилась звенящая тишина. Совершив нескольких точных пассов руками на ходу, Маннимарко начал наводить порядок. Потухшие свечи загорелись, опрокинутые подсвечники и блюда вернулись на положенные места, а снятая одежда проигравших разлетелась в лица хозяев. Король Червей встал рядом с дочерью, смеряя её рассерженным взглядом. Верёвки на шкафу порвались, и из дверок по воздуху пронеслась мимо перепуганная молоденькая культисточка, раздетая до белья как остальные, но связанная. - Хватит устраивать ритуалы с девственницами и насмехаться над моим алтарём! - спокойно произнёс Король Мёртвых. Когда он так грозился, у смертных по коже мурашки табунами пробегали, слов на ветер он не бросал, а крика Короля никто никогда не слышал. Но Розе был закон не писан. - Ну пожалуйста, алтарь такой удобный, и она сама согласилась... - начала канючить эльфийка-зачинщица. Все присутствующие в тайной резиденции семьи Короля знали, кто кем является, поэтому особо не переживали за её судьбу. - Хорошо. Вы все знаете догматы Ордена - каждому по заслугам, все равны перед богом Смерти, - от короткого жеста изящной ладони Маннимарко снялось платье с Розочки, и все увидели татуировку в виде двух змей на груди. Слава всем Богам, Розочке именно в этот раз захотелось надеть нижнее бельё. Может, предвидела... - Все пошли прочь, - громко сказал Король Червей, скривив губы и прищурившись. Народ, трясясь, разбежался в разные стороны, похватав своё добро. - Такой душевный вечер загубил... - закатила глаза Роза, хватая платье. Король Мёртвых решил начать издалека, приводя примеры и аргументируя свою точку зрения. - Роза Присцилла Мордреда Саббатиэль, ты ведёшь себя неправильно. Посмотри на своего брата Корвуса. Целыми днями он корпит над научным трудом, оскверняет церкви, ездит по миру с героиней Кватча и всячески насмехается над зарвавшимися даэдра, а что делаешь ты? - Вот докопался, - фыркнула Розочка, скрещивая руки на груди. - Докопался? Я ещё не начинал! Твой склеп полон скелетов жрецов, которых хранить нельзя! - возразил Маннимарко. - Тебе нужно срочно выйти замуж, я ищу для тебя подходящую партию среди великих смертных и полубогов, но пока никто не достоин твоей руки. У них слишком маленькие и тусклые души. - Правильно, папа, люблю чтобы побольше... - Не перебивай! Не скабрезничай! Ведёшь себя, как последний смертный из таверны! Теперь ты будешь всегда в пещере, хватит тратить деньги Ордена на свои прихоти! - Папа, ты успел и в таверне побывать? Ну надо же! Лихая молодость, кроме тех соборов ещё и таверны были? - Присцилла! - Ладно, почти сдалась. Как современная колдунья может жить без золотого котла? - воскликнула разбалованная дочь. - Будешь сидеть дома до тех пор, пока я не заменю тебе кожу. - Папа!.. - Да. Заменю. Будешь знать, как портить совершенство! Знаешь, как долго я рассчитывал верное расположение на небе Мессера и Секунды, расположение звёзд, чтобы получилась ты? Сколько чёрных камней душ было принесено в жертву? - Угу, не посохом деланная. Всё равно узоры снова набью, - пробурчала Роза. - Присцилла. Любимая Присцилла, - прошипел Король, от которого начали сыпаться искры. - Ты ведь уже взрослая и должна подавать правильный пример подрастающей Модесте. Смотря на тебя, она учится лишь плохому! - Не ругай ребёнка, - вошла в зал Королева Ночная Тень. - Ребёнка? Она уже взрослая и сознательная, вот-вот меня выше ростом будет, - обернулся высоченный альтмер в богатом наряде главы Ордена. - Маленькое дитятко, сладкая ягодка! - погладила по голове не родную дочь жена Маннимарко. - Играется, она ещё маленькая, пусть развлекается, только не так громко шумит. - Это всё ты! Ты её разбаловала! - Папа обижает, - спряталась за спину мамки Роза и положила голову на плечо Королевы Принцесса Червей. - Давит на жалость, - сжал руки на посохе Король. - Давайте договоримся - доченька больше не шумит и всё будет по-прежнему. - По пунктам: не трогать кожу, не шуметь в поздний час, не осквернять честь Ордена, брать пример с Лютика... - Ты же его дрючишь и ругаешь каждый месяц! - Потому что он - наследник престола. С него спрос больше. - Папа, ты обещал мне подарок на день рождения, но до сих пор не подарил, - перешла в наступление дочка. - У нас сейчас с деньгами проблемы, извини. Маги слишком разошлись, уже который месяц не можем ни один приличный могильник раскопать, так что не ругай отца, - вступилась за Маннимарко Королева. - Раз на раз не приходится. - Обойдётся ещё столько же без подарка. Уверен, что это очередная безделушка вроде сотого по счёту ножа для жертвоприношения, кольца или... - Золотого котла, - широко улыбнулась Роза. - Ещё лучше. Как я и предполагал, - с сарказмом покивал Король. - Зачем тебе котёл для зелий из чистого золота? - спросила заботливая мать. - Даже у нас серебряный. - Это вещь практичная, грязь будет въедаться меньше и дольше будет чистым - раз, два - как заначка на чёрный день, три - статус, престиж! - Что-то мне подсказывает, что надо было начинать с конца, - усмехнулся отец чертовки. - А ты, сестрёнка, сразу надень его на голову да стучи кулаком по нему, привлекая внимание - такого престижа ни у кого не было! - расхохотался из тёмного угла Лютик. - Сгинь, нечистый! - Я в этом месяце мылся, - обиделся некромант и с шелестом скрылся в тенях. - Как глава семьи и Ордена приказываю: всем разойтись по постелям и носа до заката не высовывать, сейчас маги распоясались, один из анахоретов-магов, мой друг Килиан, сказал, что на нас готовится облава.       Со вздохами члены семейства разошлись в разные стороны. Люцифер с новой книгой Хермеуса пошёл в очень нужную и важную комнату постигать вершины мудрости, Роза прокралась на нижний этаж, чтобы приложиться к винным запасам и тоже постигать вершины мудрости, а Королева с Королём, уложив спать маленькую дочку, со всеми удобствами устроились сами на роскошном ложе. В тишине раздался такой звенящий звук, будто кто-то решил по всем коридорам бить в металлическое блюдо. Вдалеке, наверху, что-то явно затевалось. - Если это снова Роза, то я сделаю из неё лича, - процедил Маннимарко, вставая с ложа. Надев домашние туфли, он магией зажёг свечи, взял посох Червей и пошёл на шум. - Стой! Я с тобой, хоть за неё заступлюсь, - подскочила следом красивая эльфийка в одной белой длинной ночнушке, хватая свой посох. - У тёбя волосы не расчёсаны, нет времени на приличный туалет, - остановил её муж. - Сердце подсказывает, что что-то не в порядке, - обеспокоенно надёла тапочки Королева. - Форт Линчал - тайная и хорошо охраняемая резиденция. Нам ничто не угрожает. Кроме наших детей. - О да, дети могут всё что угодно разнести...       Столкнувшись в неосвещённом коридоре нос к носу с ошарашенной Розой и сонной Модестой, Маннимарко понял, что маги всё-таки докопались до них. - Где Корвус Тенебрас? - спросил Король. - Читает, - кратко, но многозначительно ответила Роза. - Всё ясно. Беги к нему, предупреди об опасности, пусть последит за Модестой. - Да она сама за всеми нами проследит, души жрёт так, что... - Не медли, - оборвал её отец. Высокая седая эльфийка вприпрыжку рванула вниз по лестнице к своему брату. - Господин, - прибежал местами обгоревший и обмороженный анахорет Килиан. - Там маги... - Ясно, - оборвал его Маннимарко. - Собери всех братьев и сестёр в зале, я им дам отпор.       Во вход в форт уже ломились боевые маги, но Король Червей шагнул вперёд без тени страха. Он с силой растворил настежь огромные врата и магией отбросил штурмующих воинов. - Всегда рады дорогим гостям, - по-змеиному улыбнулся он собравшимся по его душу магам. - Сам барсук вышел из норы, да не один, а с семейством, - насмешливо крикнул молодой боевой маг, восседающий в серебряных доспехах на белом коне. Его магический посох из берёзы с янтарём нестерпимо блестел на ярком солнце. Маннимарко даже прикрыл глаза рукой - он привык к темноте пещер и форта. - Вы как раз вовремя. Мне нужно перезарядить несколько вещей, а души в чёрных камнях закончились, - спокойным голосом ответил Король. - Мы убьём тебя! И тебя, и весь твой сброд. От твоего логова не останется и камня на камне! - крикнул маг. - Ну попробуйте, - сжал пальцы на Посохе Червей Маннимарко. Тут же в него полетела зачарованная стрела, но она была остановлена в полёте магией и сожжена. - Нечестно играете, воины света. - Вы вообще некроманты, молчали бы в саван, - сказал кто-то из толпы. - ТАК! КТО ЭТО ТАКОЙ УМНЫЙ, ВЗОБРАЛСЯ НОГАМИ НА ЖЕРТВЕННИК? - прокричала Королева Ночная Тень так, что от страха у первых рядов магов капюшоны сползли на затылок вместе с бровями. - Кто это? - зашептались боевые маги. - Его наложница, жертва?.. - Я его жена, - вышла вперёд эльфийка. - Законная, первая и настоящая любящая жена! Мыла-отмывала в три погибели этот огромный жертвенник, а тут пришли какие-то маги и снова его пачкают? Вам это с рук не сойдёт! - Дорогая... - тронул жену за плечо Маннимарко, но Королева на него так рявкнула, что он чуть не присел: - А ты мне обещал новый позвоночник! Вот иди и достань мне его, он сам к нам пришёл, и никаких оправданий я не потерплю! - Сейчас вы все отправитесь на тот свет и будете держать ответ перед Аркеем за все свои гнусности, - не растерялся голосистый посланник архимага. Видимо, его из-за голоса и выбрали. - А тебя, колдунишка, вообще никто не спрашивал! Чего ты хочешь, чего ты не хочешь! Сам свой позвоночник принёс! - запыхтев, Королева замахнулась своим посохом, воздела свободную левую руку к небу, и из-под земли начали вылезать скелеты, вцепляясь в магов. Судя по истлевшим балахонам на скелетах, маги ходили войной на Короля Червей уже не одно столетие. - Роза, возвращаемся в форт, - тихо произнёс Маннимарко, наблюдая за тем, как Королева в одной ночнушке укладывает по очереди двадцать сильных магов. - Да, папа, - сразу согласилась дочурка, и они вдвоём закрыли за собой двери. Анахорет Килиан обеспокоенно спросил: - Что с вашей супругой, господин? - Не выспалась, худеет, не ужинала, только закончила уборку, ещё и дети весь день доводили. - Не хотел бы я сейчас оказаться на месте магов, ох не хотел, - ответил мужчина. - Моя от меня с дочкой зверела, а у вас трое детей! - Мой Король, - бросился под ноги Маннимарко Лютик, держа в руках томик знаний. - Такой момент просрал. В буквальном смысле, - сказала Роза. - Следи за своим языком, Присцилла, иначе я тебе его слегка укорочу. - Хорошо, папа, - вздохнула некромантка. - Снова выкрал мою чёрную книгу? Следы от ремня уже зажили? - выдернул книгу из рук сына эльф. - Ой, простите, господин великий некромант, о Бог Смерти, о неподражаемый Король Червей! - хором заголосили детишки. - Пусть Леди Полночи решает, что с вами делать. - Но она же перебила всех магов, она же злая вернётся! - запричитали отпрыски. - Сами виноваты, ибо каждым воздастся по заслугам его. Луна некромантов и Бессмертный, вы должны подавать пример остальным членам культа и вести себя благопристойно. Когда я в последний раз слышал весть об осквернении храма? Когда в последний раз вы ловили жрецов Аркея? Вот я в вашем возрасте уже написал Некрономикон, сжёг аж три... - Бу-бу-бу, - тихо начала передразнивать отца белокурая бестия, пихая брата локтём. - Присцилла! Ты меня слушаешь? Или за уши оттаскать, они у тебя слишком короткие, вижу! - Не надо, папа... Врата снова открылись и вышла злобная Королева. Ноги босые, платье испачкано, волосы дыбом, глаза сверкают. - Ногами на алтарь! На алтарь, вы понимаете? А гобелены на входе, вы знаете, ЧТО они с ними сделали? А привратники? Мне их снова три ночи из костей собирать! - Успокойся, милая, успокойся, выпей вина Сурили 399 года... - ласково обнял жену Маннимарко. - Вырву сердца! Прокляну на веки вечные! Души отправлю в... И я тебя люблю... О, и дети здесь, идите спать, завтра будет сложный день, будем прибираться... А ваш папа подарит маме новый позвоночник и даст деткам на карманные расходы. Маннимарко обречённо вздохнул, но раз дал обещание жене, то придётся выполнять. Кто ещё, как не любящий муж и отец-некромант, подарит супруге новый позвоночник и купит деткам котёл из чистого золота, переплавленного из могильных ценностей?