Пустая

      Через какое-то время, в комнату заходит Юрий и сонно смотрит на нас. Он просто садится рядом и тяжело вздыхает. ─ Я думал, мне приснились эти удары по бетону, ─ до меня не сразу доходит смысл его слов. Но, когда они все же врезаются в моё сознание, меня пробивает дрожь.       Мы сидим какое-то время в тишине. Каждый боится подать голос, или просто не знает, что сказать в такой ситуации. ─ Ладно, слушайте, ─ я начинаю свой рассказ.       Рассказываю в подробностях. Что чувствую в эти момент. Друзья смотрят на меня глазами полными страха… Страха за меня. Закончив свою историю, я киваю и смотрю в ожидании на Тони. Мне было стыдно смотреть в глаза Юре, сама не знаю почему. Ди предложила сходить в больницу. В мыслях сразу всплывает предположение, что что-то не так с моей головой. И возможно не только в психическом смысле. Я часто ударяюсь головой во время боя моло-ли, что там может быть. Но из-за сложившейся ситуации никто спать больше не хотел. Даже Юра, который зевал с интервалом в минуту сказал, что не сможет уснуть после такого. Я начала чувствовать вину ещё и за это…       Ровно в шесть, мы собрались и направились в больницу. Шли пешком, поэтому пришли как раз когда уже всё работало. Мы нашли врача и спросили, можно ли провериться без направления. После объяснения, что я занимаюсь боксом, он сразу принял нас. Мы пошли по длинным белым коридорам. Вскоре, передо мной открылась одна из дверей. Там стояла эта штука для МРТ, названия которой я не знаю и знать не хочу. Через несколько минут процедуры ко мне подошёл врач. — Как часто вы ударяетесь головой? — Он внимательно смотрел на записи в блокноте и терпеливо ждал ответа. — Ну… Часто? — Я неуверенно пожимаю плечами и жду какого-то вердикта, но мужчина средних лет только что-то чёркает неуместной розовой ручкой с головой котика в своих записях и смотрит на меня изучающе. — Мы проведём тщательный осмотр вашего физического и психического состояния. Возможно лёгкое сотрясение мозга или психические отклонения, — кивает, давая понять, что закончил свою мысль и разворачивается направляясь к выходу. — Прошу за мной.       Это затянулось на несколько часов. Мой искалеченный ночными кошмарами и недостатком сна мозг и не вспомнит, что именно происходило в течении этого времени. Но он чётко помнит диагноз. Небольшая трещина черепа и шизофрения. Или что-то типа того. Было много умных слов и запомнила я только то, что мне нужна операция на которой мне заклеят трещину. Ах да, возможны галлюцинации и неосознанное причинение себе увечий. Что может быть лучше?..       Кто-то нежно берет меня за руку пока я сижу в мягком кресле в кабинете психолога и жду его с расписанием, чтобы назначить дни когда буду посещать его. Я инстинктивно отдергиваю руку и когда вижу грустные зелёные глаза чувствую себя виноватой. — Прости, — звучат в унисон два голоса.       Смотрю на него слегка хмуря лоб как бы спрашивая «почему ты извиняешься», а в ответ лишь непонятный вздох и взгляд в пол. — Я не знаю, — звучит бескрасочный голос Юры и нервно дёргаются плечи. — Я же не умираю, — улыбаюсь я и по-дружески не сильно бью его в плечо. — Со мной все будет хорошо, вот увидишь, — краем глаза цепляю тёмную фигуру возле открытой двери и уже хочу обратиться к вернувшемуся психологу но, посмотрев в ту сторону, забываю все слова.       Та самая тень из моего ночного кошмара так реалистично стоит возле немного поцарапанной двери цвета сухой горчицы и смотрит на меня улыбаясь. По телу проходит крупная дрожь, по лбу стекает капля внезапно появившегося холодного пота, а рука до белых костяшек сжимает подлокотник кожаного кресла. Немигающим взглядом я смотрю на эту фигуру, пока в кабинет не возвращается рыжая женщина лет 30 являющаяся психологом. Она проходит сквозь чёрный силуэт и тот растворяется. Поднимая глаза на меня уже хочет что-то сказать, но видя моё состояние сразу замолкает и подбегает ко мне. Юра наконец отрывает свой взгляд от пола и видит, что происходит. — Что произошло? — Лидия, как было написано на бейджике прикреплённом на черную блузку, пытается привлечь моё внимание и одновременно расспросить о случившемся Юру.       Тот не смог внятно сказать даже два слова, а попытки оторвать меня от места, где недавно стоял мой ночной кошмар абсолютно тщетны. Учащенное дыхание, пульс бьёт по вискам, а сердце по рёбрами. Так хочется схватить что-то острое и напомнить себе о том, что ты все ещё в реальности. Перед глазами плывёт и всё затягивается серым. Сердце отстукивает три секунды и я открываю глаза осознавая, что пытаюсь порезать себя бейджиком с именем моего психолога, а красивая чёрная блузка украшена дырочкой на законном месте этого куска пластика. Я отдаю вещь её владельцу и виновато смотрю на Лидию бубня под нос миллионы извинений на что получаю взгляд полный фальшивого, но такого правдоподобного и отыгранного с годами понимания. — Всё хорошо, — только и слышу я перед тем как впасть в раздумия и не вникать в последующий разговор этой женщины и Юры.       Я могу наносить себе увечья только в моменты паники. И казалось бы, этого можно легко избежать если бы не одно но. От глюков ты не сбежишь, а как раз они и вводят меня в такое состояние. В психушку я не хочу поэтому остаётся только один вариант. — Вам нужно следить за тем, чтоб она не ранила себя, — слышится где-то сбоку и мои остатки адекватности, во всех её смыслах, соглашается с этим.       Ещё несколько минут и мы выходим из больницы. Нас встречает Ди с пакетом прописанных мне лекарств, у Юры в кармане лежит расписание моих визитов к психологу и психотерапевту, а в моей голове нет ничего. Я не помню как долго мы ждали такси и как долго ехали домой, но в голове чёткая картинка яркого заката, чёрных птиц летящих неизвестно куда и черная фигура сидящая на электрических проводах и деревьях…