Мафия моего сердца

— Наоборот, теперь я могу не сдерживаться, — он впивается своими губами в мои. Я не позволяю его языку проникнуть дальше. Рука Хосока расположилась на моей груди, через ткань лифчика он стал водить вокруг соска. Я дернулась, на что он сильнее сжал грудь. — Решила сопротивляться? — отлипая от губ, прошипел он.  — А ты думал, я просто отдамся тебе? — процедила ему сквозь зубы.  — Смотри не перестарайся, — с новой силой впивается в губы. Руки блуждают по телу, то причиняя боль, то нежно поглаживая. Ему надоедает препятствие в виде сжатых губ, делает мне больно, но я сдерживаюсь. Злится, надавливает сильнее и проникает в рот. «Думает, что я сдалась, не дождется». Кусаю его губы до крови. Он рычит, но не останавливается. Дерзкий, грубый, ненасытный. Он раз за разом терзал моё тело. Ему нравилось, что я сопротивляюсь, казалось, он еще больше заводился. Я не издала ни единого стона, пока он насиловал меня. Хосок прикрыл меня простыней и ушел в соседнюю комнату. «Оказывается, здесь была еще одна дверь». Удовлетворил себя и оставил меня лежать привязанной к кровати. Выбраться не получалось: я лишь сильнее натирала запястья. Пришлось покорно ждать его возвращения. Чон вернулся спустя пятнадцать минут, с его волос медленно стекала вода. Хорошо, что догадался прикрыть достоинство полотенцем. Хотя мне было все равно, насмотрелась за сегодня. Больше всего хочу, чтобы меня развязали и позволили смыть следы его прикосновений. Но он явно не торопится: вальяжно расхаживает по комнате, поднимает свои вещи и начинает медленно одеваться.  — Для первого раза пойдет, — надевает рубашку поверх ещё мокрого тела.  — А вот ты оказался хуже некуда, — насмешливо осматриваю его, останавливая взгляд на штанах.  — Будешь и дальше дерзить? — одаряет пошлой ухмылкой. — Я бы остался, но слишком много дел, — направляется в мою сторону. — Обещаю, мы ещё вернемся к этому вопросу, — шепчет над ухом, попутно освобождая мои руки. — А пока будь хорошей девочкой. Прими душ, поспи, можешь даже вспомнить обо мне. В общем, найди себе занятие в этой замечательной комнате, — он отстранился, и довольный собой направился к выходу. Остановился в дверях, после чего повернул ко мне голову. — И повторю, без глупостей, — последнее он сказал с пугающей, даже угрожающей интонацией. Как только Хосок вышел, я поспешила в душ. Тело дрожало и ныло от боли. Несколько часов непрерывного секса дают о себе знать. В зеркале я видела следы его засосов. «Может у них найдется пару тюбиков тональника, чтобы замазать их?» На моём лице проскользнула легкая улыбка — смешно до слез. Закончив с водными процедурами, возвращаюсь в комнату. На полу валяется моё нижнее бельё и куски разорванного в клочья платья. — А ведь это была моя единственная одежда. — Приступаю к поискам хоть какой-нибудь одежды. И уже через пару минут передо мной встал выбор. С одной стороны женское платье, но что если его до этого носила «благородная девушка, корни профессии которой очень глубоки»? Просто стараюсь быть спокойной. А с другой стороны мужская рубашка, явно принадлежавшая хозяину дома. Она пропиталась его парфюмом, который я надолго запомнила. Как бы странно это не выглядело, но выбор пал на рубашку. Не горю желанием носить неизвестно чье платье. Даже если мне неприятно снова ложиться на кровать, здоровый сон важнее всего. В здоровом сне — здоровое тело. А мне нужно больше сил для сопротивления.

***

Я проснулась, почувствовав приятный запах еды. Тэхён стоял возле двери, пропуская девушку с подносом в комнату. Как только она оставила его возле кровати, тут же поспешила удалиться. Парень закрыл дверь, после поместив ключ в карман штанов.  — Поешь, — коротко сказал он. Я вопросительно изогнула бровь. — Еда не отравлена и в ней нет продуктов, вызывающих у тебя аллергию… Если ты об этом. — Я лишь захлопала глазками от удивления. Они что знают… — Мы знаем куда больше, чем ты. — Он мысли читать умеет? — Ты же не хочешь, чтобы я отвечал на столь глупый вопрос, — он смотрел на меня как на безнадежно глупую.  — Тогда перестань отвечать, я тебе ни одного вопроса не задала, — возмущаюсь, спуская ноги вниз. «Нужно пойти умыться».  — Всё написано на твоём лице, — монотонно отвечает парень, провожая меня взглядом до ванной комнаты. Умывшись, возвращаюсь обратно. Он вновь провожает меня взглядом.  — Не стоит ходить в таком виде при других парнях. Из одежды на мне сейчас нижнее бельё и рубашка Чон Хосока, которая прикрывает попу, а она оказалась длиннее, чем я думала.  — А что, боишься не удержаться? — специально провоцирую.  — Я говорю не о себе, — произносит выдыхая. Слишком безразлично. — Я никогда не возьму то, что принадлежит Хосоку, — он скользнул взглядом от обнаженных ног и закончил на влажных губах. — Если только он сам не отдаст, — на его лице наконец появилась эмоция, но она не внушала доверия. «Что творится у этого парня в голове?»  — Тебе этого лучше не знать, — безумная улыбка проскользнула на его лице. «Он действительно пугающий тип».  — Я вам не вещь, — уверенно возражаю, на что он пожимает плечами.  — Еда скоро остынет.  — А ты что, будешь смотреть, как я ем?  — Можно и так сказать, но ты можешь считать, что я составляю тебе компанию.  — Хороша компания, — недовольно бухчу себе под нос. Его молчаливая компания нагоняла на меня тоску. Но я специально не торопилась заканчивать с едой. Правда растягивать и без того скудный завтрак оказалось нелегко. Долго ковыряю вилкой в еде, беру, так сказать по «горошине», медленно пережевываю, гоняя с одной стороны в другую. Со стороны выглядит по-детски. И Тэ это понимает, но молчит, у него просто железные нервы. От наших с ним гляделок отвлекает телефонный звонок. «У него с собой есть телефон», — подмечаю для себя новую информацию. Тэхён молча поднимает трубку. Мужской голос с другой стороны начинает что-то говорить. «Жаль не могу понять, о чем именно он говорит. Хотя меньше знаешь — крепче спишь. И дольше живешь». Лицо Тэ, как всегда, безэмоционально.  — Продолжай, но не оставляй следов. Я позже свяжусь с тобой, — на этом он заканчивает разговор. Я слишком увлеклась его разговором и съела весь завтрак. «Блин, оплошалась». Он хитро улыбнулся, направляясь к двери. Снаружи стояла уже другая девушка: она быстрым шагом проходит в комнату, не поднимая глаз, забирает пустые тарелки и так же быстро уходит.  — Ещё увидимся, — говорит напоследок Ким и закрывает дверь с другой стороны.