No good

      — Читай, — Мартин сунул мне в руки лист бумаги. — Наша новая песня.       Я бегло пробежался по печатным строчкам и, сжав текст в кулаке, протянул его обратно:       — Я не буду это петь.       Он саркастично улыбнулся и медленно процедил, глядя мне в глаза:       — Ты не понял. Читай вслух.       Я посмотрел на Гора взглядом, полным ненависти. Как же хотелось набить ему его самодовольную морду. Его красивую похотливую самодовольную морду. Он картинно скривился:       — Ну же, Дэйви, будь хорошим мальчиком.       Флетч хохотнул из-за синтезатора, но тут же заткнулся под двумя грозными взглядами. Как и всегда, это была игра только для двоих. Вне зависимости от того, сколько зрителей присутствует вокруг.       — Let's play.       Слова слетают с губ Гора тихо, почти неслышно, но этот полушёпот буквально взрывается в моей голове. Перед глазами пробегают жаркие, душные образы, и я опускаю веки, чтобы картинка стала ярче.

***

      Свет, запутавшийся в бледных волосах.       Пальцы, пытающиеся нащупать застёжку, но уже который раз подряд соскальзывающие дальше.

Get me down on my knees

      Дыхание, обжигающее кожу.       Зубы, безжалостно терзающие ключицу.       Жадные, ненасытные пальцы, исследующие каждый дюйм и беспрепятственно проникающие всюду. Такие умелые ловкие пальцы.       Брюки, смятые и бесполезные, с варварски заломленными стрелками, в спешке отброшенные в угол. Уродливая чёрная клякса на полу.       Выпавшая из кармана зажигалка.       Шалые глаза, с одобрением смотрящие сверху вниз.       Ладонь, мягко касающаяся щеки, тёплая и ласковая.       Большой палец, очерчивающий контуры губ.       Пощёчина. Звонкая, сильная. Чудовищно жестокая в своей неожиданности.       Рука, недвусмысленно ложащаяся на затылок и больно стягивающая волосы. Задающая начальный темп.

Forget all about equality

      Холод свежих простыней, растёкшихся под спиной.       Каблук на груди. Зрелище настолько великолепное, что непрошенный стон прорезает воздух.       Новая пощёчина. Сегодня ночь тишины.       Хищная улыбка в тусклом свете и короткое жёсткое: «На живот. Сейчас же».

In bed or in life They're both just the same Except in one you're fulfilled

      Уверенные, твёрдые движения. Широкие, рваные, с оттягом. Выбивающие дух.       Электрический разряд. Ещё один, и ещё, и ещё… Мартин немилосердно скользит своим членом по моей простате, и я теряю последние капли контроля над собой.       Шлепок по бедру отрезвляет. Снова слишком громко. Выгибаться дугой можно, нарушать тишину — нет.       Непрошеные слёзы и закушенные до крови губы.       Чужие пальцы, обхватывающие член. Движущиеся в общем ритме.       Пересохшие губы ловят воздух, но не могут надышаться.       Чувство приближающегося оргазма, которое хочется растянуть, чтобы оно длилось… вечно?       Приятное ощущение заполненности и целостности. Правильности.       Тяжесть и согревающее тепло чужого тела сверху.       Липкие пальцы, оглаживающие и очерчивающие скулы, губы, подбородок. Терпкий, неприятный запах собственной спермы.       Медленно накатывающие волны сонливости.       Пустая кровать и холодное утро.       Сигарета и новая доза.

Come on

***

      Одинокий аккорд Флетча возвращает меня в настоящее.       — … Master and servant, — я произношу это тихо, но Гор умеет читать по губам.       Делаю медленный вдох и открываю глаза. Мартин смотрит на меня твёрдо и почти высокомерно, на его губах играет тень улыбки. Я с достоинством выдерживаю его взгляд.       Затем расправляю смятый текст и начинаю читать:

I'm going to take my time…