только я не люблю цветы

       Когда Чонгук впервые увидел этого парня, на том были надеты до неприличия узкие чёрные джинсы. Юнги тогда выкрикнул парнишке в след что-то типа:        — Эй, пидорок, тебе твои лосины яйца не жмут?        Парень тогда не растерялся и, смерив Юнги презрительным взглядом, ответил то, что заставило Чонгука рассмеяться. Обычно за такие слова он сразу же давал в глаз, потому что, блять, никто не смеет такое говорить, особенно его хёну. Но тут же он просто расхохотался, смотря то на гордого пацана, то на Юнги, который, сжав свои руки в кулаки, готовился к драке.        — У меня хотя бы яйца есть, — вздернул он подбородок и фыркнул.        — Ты на что намекаешь, чепушило? — попытался встать Юнги с лавочки, на которой они с Чонгуком сидели и щёлкали семечки, но Гук его схватил за локоть, притягивая обратно. Юнги смерил его непонимающим взглядом.        — Чонгук, блять, отпусти! Я ему сейчас наваляю, что, нахуй, его ёбарь даже не узнает.        Чонгуку мысль про то, что у этого парня есть какой-то «ёбарь» почему-то не понравилась.        — Я ни на что не намекаю, я говорю прямо, — подмигнул пацан.        Чону опять захотелось рассмеяться, но он сдержался.        — Да посмотри на него, Юнги. Ты его одним щелбаном убьёшь, — попытался его успокоить Чонгук. Пацан тот фыркнул, явно не соглашаясь с этим высказыванием.        Гук не особо понимал почему этот длинноногий до сих пор стоит тут и не убегает в подъезд, прячась от них. Пацану, наоборот, как будто было в кайф стоять тут и нарываться на драку. Юнги ведь действительно может. Это с виду он такой хрупкий и пушистый, но если его разозлить, то даже накаченный Чонгук его не остановит.        — Вали отсюда нахуй, пока я тебе ноги не сломал.        — Надеюсь я этого дождусь и ты не умрешь быстрее от цирроза печени, — улыбнулся пацан, подмигнув. И подошел к подъезду.        — Чё, блять? — Юнги хотел уже вскочить с лавочки и полезть в драку, но Чонгук его снова перехватил и, пока Мин не видел, кивком указал пацану валить. Тот странно посмотрел на Чонгука, но всё-таки послушался и, открыв дверь, зашёл в подъезд, в котором жил и Чонгук тоже. Соседи, значит. — Хули ты меня останавливаешь? Ты вообще слышал его?        — Гордая сучка, — только и смог сказать Чонгук.        — Я ему в следующий раз точно ноги сломаю.        «я бы эти ноги…» — пронеслось неожиданно в голове Чонгука. Что он эти ноги? Сломал бы, конечно! Что же ещё! Чтоб не ходил тут и не соблазн… не раздражал, блять!        — Хён, пошли лучше за пивом.        — Пошли, — кивнул Юнги и сплюнул на землю, явно ещё находясь в ярости от наглого парня.

***

       — Ты посмотри, он ёбаря своего привёл, — прошипел в отвращении Юнги.        Это был второй раз, когда Чонгук увидел его. Тот действительно шел с каким-то рыжим пацаном чуть ли не за ручку, и смеялся во все горло. Сжать это горло захотелось до невозможности. А ещё захотелось сломать руки… Но не ему, а тому рыжему уёбку, что этими самыми руками дотрогавался до его… то есть, не до его… а… блять, сломать захотелось теперь не только руки рыжему, но и свернуть шею этому длинноногому за то, что вызывает такие странные мысли и чувства.        — Блять, давай отпиздим их, не могу смотреть как в моём дворе два парня в дёсна сосутся.        В дёсна они, слава богу, не сосались, но выглядели уж слишком приторно счастливо вместе, что вызывало странную ярость в груди Чонгука.        — Они не сосутся, — раздраженно ответил Чон и отвернулся от длинноногого, потому что тот, поймав взгляд Чонгука, языком толкнул свою щеку, изобразив минет, и подмигнул. Сука. Зачем он это сделал? Поправить штаны в области паха захотелось неимоверно.        — Ах, ты хочешь подождать, пока они тут ебаться начнут? — зарычал Юнги. — Ну, всё, я пошел бить морды.        — Пошли лучше за пивом сходим, — попытался вновь отвлечь друга Чонгук.        — У меня ещё не закончилось, — потряс он жестяной банкой, показывая, что там еще больше половины.        — У меня зато закончилось, — соврал Чонгук и выкинул почти полную банку в мусорку.        — Ну, пошли, — понимающе кивнул он Чонгуку. — Я вам, пидорасы, чуток попозже морды начищу! — крикнул он двум парням.        — Почисть свой рот с мылом! — крикнул ему длинноногий в ответ. Чонгук почему-то опять засмеялся.        — Тэхён, это кто? — непонимающе спросил рыжий.        Тэхён. Тэхён. Тэхён.        Чонгук подумал, что это слишком красивое имя. И оно подходит его владельцу.        — Местные алкаши, Чимина, — отмахнулся Тэхён и потянул рыжего в подъезд. Рыжий, бросив последний заинтересованный взгляд на Юнги, пошёл следом за длинноногим.        — Трахаться пошли, блять, — харкнул Юнги на землю.        Чонгуку захотелось ударить себя по лицу, чтобы перестать представлять, как Тэхена раскладывает на постели этот Чимин…       Ещё, блять, и пиво своё выкинул из-за этих уродов.

***

       После этого Чонгук видел Тэхена чуть ли не каждый день.        То на лестничной площадке столкнутся, и обычно в таких случаях Чонгук угрожающе шипел «куда прёшь, сука?», но тут ограничивался тихим «осторожно». Почему-то Чону не хотелось, чтобы этот пацан сломал на грязной лестнице свои длинные ноги.        То в магазине пересекутся, когда Чонгук покупал очередную банку пива. Гук заметил, что Тэхен часто покупает сладости. Зефирки, шоколадки, мороженое.        Чонгук был уверен, что Тэхен сам на вкус как сладость, и проверить это хотелось с каждым днём всё больше и больше.        Блять, Чонгук или пропил последние свои мозги или… влюбился?        И почему-то мысль, что сам Чон Чонгук влюбился в парня не была такой страшной, но… была одна проблема. Ладно, если бы он влюбился в такого, как он сам. Разгильдяя и хулигана, но он походу влюбился в какую-то, блять, гордую принцессу, которая выглядит как ёбанная модель и пахнет как лучшие цветы в мире. И как к нему подкатывать? Уж точно не пиво дарить и не звать пиздиться с уродами с соседней улицы. Тут нужно что-то другое…        — Хён, а что девушкам нравится?        — Блять, ну цветы там… сопли всякие розовые.        Чонгук кивнул и поставил себе в голове заметку. Точно, наверное, таким сладким, как Тэхён, нравится всё такое же приторное и розовое. Цветы, значит… ну, ладно, цветы так цветы.        — А чё спрашиваешь? Нашёл кого?        — Да нет, просто.        — Чимину небось только цветы и дарят, — буркнул себе под нос раздражённо Юнги.        — Чего? — не услышал Чонгук.        — Говорю, что тот рыжий пидорас на девку уж больно похож, так и хочется ему… вдарить, — прошипел Мин и глотнул холодного пива.        — Да не знаю, нормальный вроде.

***

       Подарить цветы оказалось делом сложным. Во-первых, не подойдёт же он просто к Тэхёну с букетом и не скажет «эй, я тот самый гопник-гомофоб, вот решил подарить тебе цветы. Зачем?». Во-вторых, действительно, зачем? Не говорить же парню в лоб, что, мол, да, повёлся на твои длинные блядские ноги и дрочу на них вот уже полтора, сука, месяца.        Поэтому, поразмыслив, Чонгук решил, что подбросит ему букет и записку, в которой, возможно, будет намёк на то, что эти цветы подарил Чонгук, а не какой-то там другой ёбарь.       При мысли о других ухажёрах Тэхена, руки чесались бить морды просто пиздец. За эти полтора месяца Чонгук выяснил, что Чимин никакой не парень Тэхёна, а всего лишь друг. Так же, понаблюдав за длинноногим, он пришёл к выводу, что постоянного парня у того нет, а ухажёры на одну ночь если и есть, то домой он к себе их не водит. Ну и слава богу, от греха подальше. Если бы Гук увидел как его Тэхёна /да, да, его Тэхёна/ кто-то трогает или же целует, то за себя он не ручается.       Выбрать цветы оказалась делом не простым. Откуда Чонгук может знать какие именно любит Тэхён? Розы? Как и все девчонки? Что-то сердцу Чона подсказывало, что если Тэ и любит цветы, то какие-нибудь дикие или же колючие, как и сам парень. Но продавщица в цветочном так расхваливала розовые розы, причитая, что любая девушка будет от них безума, что Чонгук, отчего-то покраснев, кивнул и, быстро заплатив, выскочил из магазина и пообещал, что больше туда ни ногой.       Написать записку было ещё труднее. Как Тэхену намекнуть, что это именно Чонгук? Может написать «осторожнее на лестнице»? Перечитав эту фразу в сотый раз, Чонгук все-таки пришёл к выводу, что это звучит больше как угроза, чем намёк на любовное признание. Может просто «Ч.»? Хотя Чон не совсем уверен, что Тэхён запомнил его имя. Зачем такому, как Тэхён, запоминать такого, как Чонгук? И мало ли о каком «Ч.» подумает Тэхён, вдруг у него таких «Ч.» дохуя и больше? Блять, самооценка верно, но медленно уплывала на дно.        А если написать полное имя? Но вдруг Тэхён просто поглумиться над ним и начнёт расхаживать с этим букетом и запиской по району и показывать направо и налево, что, мол, смотрите, сам Чон Чонгук подарил мне цветы! Блять, Чонгук не для того морды бил всем подряд, чтоб вот так узнали о том, что он, блять, походу гей. Ну или не гей. Чонгука вообще-то не привлекают никакие там сладкие геи, или даже натуралы, короче его не привлекают другие парни, только один единственный длинноногий мудак с длинным языком и острыми коготками. Просто, блять, до скрипа в зубах хотелось его… хотелось его, да.        Так и появилась строчка на листе бумаги.       

Надевай почаще те чёрные джинсы.

если хочешь, твой Ч.

      Положив все это перед дверью Тэхёна, Чонгук выскочил из подъезда, сел на лавку и начал ждать прихода своей принцессы.       Просидев пол часа под ярким солнцем на лавочке в ожидании, попивая уже отвратительно тёплое пиво, Гук совсем отчаялся и уже хотел бросить глупую идею и пойти домой, но вдалеке наконец-то показались те самые ноги. Чонгук быстро вытащил телефон из кармана и с усердием начал делать вид, что в телефоне происходит что-то до ужаса важное, что он даже не видит мимо проходящего Тэхёна, который даже останавливается и хочет поздороваться, но не решается и заходит в подъезд.       Чонгук облегченно вздыхает и сразу же напрягается, потому что вспоминает, что, блять… «если хочешь, твой Ч.». Да ещё и цветы? Блять, ну ты и кретин! Господи! Быстрее хватай ноги в руки и уёбывай с этой лавки на какую-нибудь другую, желательно в другом городе. Какой же позор. Тэхён небось сейчас стоит там и смеётся над ним, думая как бы выставить Чонгука ещё большим посмешищем.        Пока Чонгук размышлял о своём вселенском проколе, он пропустил тот момент, когда серьёзный Тэхен вышел из подъезда с этими самыми цветами в руках и подошел к Гуку.        Чон, увидев серьёзного парня перед собой, забыл как дышать и судорожно проглотил образовавшийся ком в горле.       — Я… — начал было оправдываться Чонгук. Хотя, что он мог сказать? Это не я? Ты не о том подумал? Это розыгрыш? Меня подставили?       Но он так и не смог из себя ничего выдавить, потому что Тэхён подошёл к мусорке и выбросил туда эти самые розовые розы.       Блять. Чон Чонгук, да ты проебался.       Гук даже дышать на этот миг перестал и как будто в замедленном действии наблюдал, как эти самые розы летят в мусорный бак. Не то что было жалко сами розы. Они нахуй не сдались Чонгуку. Просто это, блять, оказывается больно видеть, как твою любовь просто выбрасывают в мусор и топчут у тебя на глазах, не давая никакого шанса. А на что ты рассчитывал, Чонгук? Что Тэхён про все забудет и побежит вешаться к тебе на шею? Да ты посмотри на него! Он же, блять, идеальный! Эти его узкие джинсы, вечные разные и до умопомрачения восхитительные рубашки, которые то и дело приподнимает ветер, оголяя светлую кожу живота. Или же широкие, такие в которых Тэхён просто тонул, зато были видны его острые ключицы. Не то, что ты, Чонгук! Одни треники и сотни одинаковых белых футболок. Тэхён небось даже думает, что ты вечно в одной и той же футболке.       Пока Чонгук сидел в ступоре и мысленно ругал себя всевозможными матерными словами, Тэхён подошёл к нему почти вплотную и сказал:       — Хочу.       Чонгук поднял голову и посмотрел снизу вверх на Тэхёна, чьи волосы просто были как у какого-то мифического бога под этими лучами солнца.       — Что? — не понял Чонгук.       — «Если хочешь, твой Ч.» — процитировал Тэхён записку. — Хочу. Хочу, чтоб ты был моим Ч. Только цветы я не люблю.       — А что любишь?       Тэхён пожал плечами и, аккуратно взяв пиво из рук Чонгука, сделал большой глоток.       Чонгук не мог перестать улыбаться.

***

      — Слушай, почему Юнги так странно смотрит на Чимина? — Тэхён очень очень близко наклонился к Чонгуку и прошептал ему на ухо.       — Не знаю, но могу сказать, что последний раз он так смотрел на целый ящик его любимого пива с 70% скидкой, — таким же шепотом ответил Чон.       — Оу…       — Вы ещё тут в дёсна ебаться начните, пидорасы блять, — заворчал Юнги. Тэхён и Чонгук засмеялись. — Чимин, пошли отсюда, от этих голубков, одни мы с тобой нормальные мужики тут остались, пойдём по пивку, я плачу, — встал Юнги с лавочки и, кивнув Чимину, чтоб тот шёл за ним, пошёл в сторону магазина.       — Эм, ну… давай, — заулыбался Чимин и, бросив смущенный взгляд на Тэ и Гука, побежал за Юнги.       — Блять, Юнги по уши…       — В Чимине, — закончил за него Тэхён и хихикая уткнулся в шею Чонгука. — А Чимин по уши…       — В Юнги, — теперь закончил за него Чон. — А я по уши в Тэхёне, — улыбнулся он.       — А я по уши в Чонгуке, — засмеялся Тэ и полез за долгожданным поцелуем.

Да, и такое бывает.