Брак по расчету

С момента выяснения отношений прошло уже около трёх недель и все это время, к моему удивлению, мы жили мирно и дружно. Больше не было никаких подколов, кстати, всю информацию с компьютера Хон перекинул на флешку, поэтому моя дипломная работа не пострадала. Скажем так, в наших отношениях наступил конфетно-букетный период. Это и походы в кино, на выставки, в рестораны, подарки и прочая составляющая этого самого периода. Мы начали, наконец-то, узнавать друг друга, я открыла для себя другого Хона, не властного, серьёзного и влюбленного в работу, а нежного, заботливого, веселого… Прям как в песне: «Мой ласковый и нежный зверь.» Он настолько внимательный и заботливый, что мне по началу даже не верилось, как в этом человеке могут считаться такие противоположные качества. Порой эта забота переходила в разряд гиперзаботы, но смотря на его искреннюю улыбку и сияющие глаза, когда я находила очередной подарок с букетом у себя на кровати, не возможно на него сердиться. Так же он замечательно управляется с моими заскоками, уже за это ему можно медаль выписывать. А о том, как мы порой дурачимся и говорить нечего, в такие моменты вообще забываешь, что человеку перед тобой тридцать. Но, в каждой бочке меда есть хоть одна, да ложка дегтя. И эта ложка проявила себя именно сегодня… Проснувшись утром, я обнаружила на кровати огромный букет белых хризантем и записку: «С добрым утром, солнышко! Я уже на работе, постараюсь прийти пораньше. Целую :)» Повалявшись на кровати ещё немного, я решила, что мир без меня не справится, поэтому встала с кровати. Часы показывали десять утра, надев халат, я направилась в ванну, после чего заглянула на кухню. Пока я варила кофе и параллельно делала бутерброды, зазвонил телефон, не глядя подняла трубку. — Привет, доча! — поздоровался папа, а на заднем плане что-то кричала мама. — Привет, чего это мама бушует? — полюбопытствовала я, наливая кофе в чашку. — Да не можем договориться то ли мы скромно, в семейном кругу отпразднуем годовщину, то ли с размахом, — грустно вздыхает отец. — И кто выигрывает? — Мама со своим размахом… — Так в чем проблема, купи ей шикарный подарок и она на все согласна! — улыбнулась я. — Не прокатило! — Да ладно? — удивилась, откусывая, при этом, кусок от бутерброда. — А то, я устал ей доказывать, что это лишняя трата и времени и денег, а она упрекает меня в жлобсте, — сокрушался отец. — Ну хочешь я с ней поговорю? — А это что-то изменит? Ты же сама знаешь, если она уперлась, то её ничего не сдвинет с намеченного пути. — Тогда отстаивай минимальное количество гостей, — подвела итог я, допивая кофе и поставила чашку в посудомойку. — Я тогда побегу выбирать вам подарок. — Уже придумала что-то? — заговорческим голосом спросил папа. — Нет, но все ещё впереди, — в тон ему ответила я. — Ладно, я пошла собираться, а ты до последнего держи оборону. — Хорошо, я тебе потом, сообщу результаты. Передавай привет Хонбину. — А разве ты сегодня не будешь в офисе? — Твоя мать забаррикадировала дверь и не выпустит меня, пока мы не решим все дела насущные! — выдохнул папа. — Что ж, попытайся выжить, — засмеялась я и отключилась. Нужно было срочно думать, что же дарить родителям, как-никак, вместе уже сорок лет! Но обычный подарок, увы, не подходит, нужно что-то этакое, ведь они те ещё Петросяны. Одевшись, я вызвала такси и поехала в центр, решив, что придумаю уже по дороге. Обойдя десятки магазинов ничего так и не приглянулось, к тому же, я обнаружила, что забыла кредитку дома. Возвращаться не хотелось, а вот заскочить на работу к Хону можно, к счастью, его главный офис находился недалеко от центра. Позвонила на мобильный, но оператор сообщила, что абонент не абонент и вообще его нет! Оставив сообщение на автоответчике, я направилась в офис. Ну что ж, будет ему сюрприз, тогда я ещё не знала, что сюрприз ждёт меня! Проходя во внутрь огромного небоскрёба, я направилась к лифту. Нажав на нужный этаж, лифт бесшумно начал подниматься и с характерным писком открыл двери на двадцать третьем этаже. Ориентировалась я по рассказам Хонбина, поэтому без труда нашла кабинет директора Ким Хонбина. Открыв дверь меня ждал сюрприз номер раз, этот сюрприз сидел за столом секретаря в лице известной мне Анжелы. Пышногрудая блондинка окинула меня пристальным взглядом голубых глаз, явно выискивая недостатки. Наткнувшись на мою кислую мину, она сама скривилась, а её накачанные силиконом губы исказились в нечеловеческой гримасе. — Смотри осторожней, а то так и останешься! — с усмешкой сказала я, проходя внутрь и закрывая за собой дверь. — Хонбин у себя? — Да, у Хонбина сейчас совещание, но через пару минут он освободиться, — напыщенно проворковала курица. — Хорошо, в таком случае, я подожду, — спокойно ответила я, усаживаясь на диванчик в приёмной. Блондинка только цокнула языком в ответ и начала листать какие-то бумаги и усердно клацать ноготками по клавиатуре. Через минут десять из кабинета начали выходить типичные белые воротнички. Когда за последним человеком закрылась деверь, я встала с дивана и уже направилась к кабинету, как передо мной возникла Анжела. Выпятив свои дойки, она стала заслонять дверь: — Подождите пожалуйста, я предупрежу Хонбина, а то он не любит когда к нему вламываются без предупреждения! — отсалютовала блондинка и юркнула в кабинет. Решив, что минуты этой курице, в принципе, достаточно, чтоб сказать Хону о моём приходе, я потянула за ручку двери и открыла её, так и застыв на пороге. Перед моими глазами открылась замечательная картина: МОЙ Хончик сидит в кресле и держит за руку эту курицу, а последняя, в свою очередь, своими дойками навалившись на него, присосалась к его губам. Слов нет, одни эмоции, захотелось взять и запустить в них что-то тяжёлое. Ясен пень, что я им помешала, открыв дверь, две пары глаз уставились на меня, одни голубые так и светились уверенностью, надменность и победой, а вторые — синие, смотрели на меня с недоумением и страхом. Что застукала с поличным, урод?! — Извините, что помешала, — спокойно ответила я и закрыла за собой дверь. Дальше как в тумане: бросилась к выходу, помню, что слышала как этот козёл меня звал, но я прибавила ходу и пулей вылетела из офиса. Поймав такси, я направилась домой. Слез не было, был шок и осознание того, что меня развели как дуру. А ведь как правдоподобно распинался, ухаживал, ага, бдительность усыплял! Что ж, думаю этого времени достаточно, чтоб слияние компаний произошло в полную меру… Потому что жить под одной крышей с этим человеком я не намерена! Попросив водителя подождать, я заскочила в дом. Тамара уже во всю убиралась, поэтому, когда я переступила порог, чуть не столкнулась с ней лбом. — Здравствуйте, Таня, — улыбнулась женщина, но увидев моё лицо тут же добавила. — С вами все хорошо? — Лучше не бывает! — проревела я сквозь зубы и направилась в гостиную. Найдя записник, я вырвала листок и написав «Я подаю на развод, счастливо оставаться! Вечером пришлю грузчиков за остальными вещами.» сложила его пополам и отдала Тамаре. — А это отдадите Хонбину, когда он приедет, — и направилась в свою комнату, в которой находились мои вещи. Пособирав самое необходимое в дорожную сумку, я направилась на выход. — Вы собираетесь путешествовать? — обеспокоенно спросила Тамара. — Да, как можно дальше отсюда. До свидания, Тамара, — сказала я и выскочила за дверь. Кинув сумку в багажник, я запрыгнула в салон и назвав адрес Леры откинулась на спинку сидения. Таксист тронулся, а я достав телефон набрала подругу: — Алло, привет Танюшь, что-то случилось? — весело спросила Лера. — Да, я еду к тебе прямо сейчас, — холодно ответила я, откидываясь на сидение. — Через сколько тебя ждать? — Минут через тридцать. — Хорошо, держись, — сказала Лера и отключилась. Она, за все то время, которое мы с ней дружим, успела научиться вычислять моё настроение по голосу. Поэтому лишних вопросов сейчас не задавала. Спрятав телефон, я уставилась впереди себя невидящим взглядом, а в голове роилась такая куча мыслей… Что самое обидное, так это то, что Хонбин до сих пор не позвонил, ни чтоб извиниться, ни чтоб подтвердить мои опасения. За этот, почти что, месяц, я успела не то что влюбится, а действительно полюбить этого человека! Было больно и противно от сложившейся ситуации, я ведь думала мы обо всем поговорили, все обсудили и выяснили. А оказывается нет. Зачем тогда нужно было это всё: цветы, подарки, свидания? Задобрить, отвлечь — не понимаю? Решил на два фронта и вашим, и нашим, нет уж увольте. А самое обидное то, что я ведь повелась, как наивная дурочка! Ведь давала себе обещание не кидаться в омут с головой… Хотя чего сейчас слёзы лить, все уже сделано. Вот такой вот я человек, вместо того, чтобы плакать, я закрываюсь и превращаюсь в льдинку. Абстрагируюсь от ситуации, мне проще её не замечать, не давать выход эмоциям. Что-что, а в делах любовных, я далеко не самый открытый и импульсивный человек. Приехала я к Лере уже в состоянии анабиоза. Выгрузив вещи, я поднялась к подруге в квартиру, на пороге которой меня уже ждала хозяйка. — На тебе лица нет, все так серьёзно? — обеспокоено спросила подруга, закрывая за мной дверь и усаживая за стол в кухне. — Ну как сказать, всего-то застукала своего мужа с секретаршей, подумаешь. — дернула я плечом, смотря в одну точку. — Это с той, которую тогда в дом притащил? — глаза Леры округлились. — Она самая, — горько улыбнулась я. — И что ты делать собираешься? — Подавать на развод, а что есть другие варианты? — перевела взгляд на подругу. — А он тебе вообще звонил, говорил что-то, оправдывался? — наливая кофе в чашки, спросила девушка. — В том-то и дело, что нет. Молчит, нет может он понимает, что я сейчас трубку не возьму, а перебешусь и все нормально будет. Да вот только нихера нормально не будет! — обнимая руками чашку, я уставилась на дымящуюся жидкость. — Ещё бы было нормально… — вздохнула Лера. — Можно я у тебя перекантуюсь, пока найду квартиру. К родителям нет смысла ехать, у них сейчас на уме годовщина, да и не будут они меня жалеть, а только скажут успокоиться и возвращаться обратно. — Чего ты так думаешь, может они тебя поддержат! — удивилась подруга. — Да вряд ли. Вот и сходила за подарком… — А ты все-таки попробуй. Нет, ты можешь оставаться у нас сколько захочешь, но все-таки позвонить им стоит.  — Ладно, но не сегодня, — согласилась я. Поговорив ещё немного, я пошла спать, потому что в такие моменты сон — это самый лучший выход их ситуации. Но поспать мне не дали. Потому что, буквально, через часа два мой телефон разрывался от звонков родителей. Принципиально не стала отвечать на звонки отца, потому что это ведь по его инициативе я замуж вышла! А вот на звонок мамы мне пришлось, не люблю я её волновать. — Алло, — вздохнула я, приготовившись в очередной тираде. — Солнышко, ты как? — мягко спросила мама. — Нам уже звонил Хонбин и все рассказал. — И что же он вам рассказал? Что я помешала его рабочему процессу? Или о том, что я в своём положении должна сидеть тише воды, ниже травы и закрывать на все глаза? — я срывалась на крик. — Нет, ты неправильно его поняла, он… — Так ты ему веришь, значит! Ха, что и требовалось доказать, вам удачный бизнес важнее моих нервов и вообще важнее меня самой! — грустно констатировала я. — Нет, что ты, милая! — начала мама, но в трубке послышались шуршание и из динамика донесся голос отца. — Что ты хочешь, папа? Очередную лекцию провести о том, как важна вам эта сделка, это чертов бизнес, да? — на глаза начали наворачиваться слёзы. — Нет, — коротко ответил отец. — А что тогда? — Приезжай домой. — Ага, щас, чтоб вы меня этому уроду лично из рук в руки передали? — заорала я. — Нет, его здесь не будет, я тебе обещаю. Подумай о матери, она будет переживать не зная где ты находишься. — А где я могу находиться, кроме как у Леры? И не собираюсь я к вам ехать, мне и тут хорошо. — Ну правда, приезжай. Даю тебе слово, что ноги Хонбина здесь не будет! — серьёзно заявил папа. Что-то, а если отец давал слово, то он его никогда не нарушал. — Ладно, но это только ради мамы! — грозно заявила я и отключилась. — Ну что там? — в комнату заглянула Хлеб те. — Да что? Домой зовут, говорят, мол « вернись, я все прощу!», — усмехнулась я, откидываясь на спинку дивана. — И что, поедешь? -А у меня есть выбор, он на самое больное надавил… — Мама, — понимающе улыбнулась подруга и обняла меня. — Ага, — только и ответила я. Спустя минут десять, я уже ехала в такси по направлению к дому родителей. Через час машина въехала на территорию дома, где у входа меня караулил папа. Он помог затащить мои вещи в дом. С порога ко мне тут же кинулась мама и я не выдержав разрыдалась ей в плечо. Она ничего не говорила, а только гладила меня по голове, как в детстве. На душе было так паршиво и хотелось верить, что это ошибка, недоразумение или злая шутка. Но перед глазами стояло выражение лица этой Анжелы, такого самодовольного оскала я еще не видела… Да, победила она, что ещё сказать. Весь оставшийся день я провела в своей комнате, обдумывая, что делать дальше. Утром, сообщив родителям, что я поеду подавать на развод, уже готовилась к нравоучениям, но они спокойно отпустили меня. Папа даже отдал в моё пользование водителя. К обеду я уже вернулась и переступив порог, услышала крики с гостиной. — Да ведь он рассказал как все было, — утверждала мама. — И что теперь? — возмутился отец. — Верить всему, что он говорит? Я и так слишком долго корил себя за эту сделку. Ведь и сам мог поднять бизнес на новый уровень… — Я ему верю, он порядочный мужчина! — парировала мать. — Конечно порядочный! Знаешь ли ему тоже выгодно это слияние компаний… — Да ты же слышал, каким он голосом говорил… — начала мама. — И что, может он хороший актёр! Все, больше я свою дочь так не подставлю и в обиду не дам! — стукнул кулаком по столу папа. Решив вмешаться, я зашла в гостиную, где сидела мама и туда сюда бродил отец. Резко в комнате образовалась звенящая тишина, которая сильно давила. — Спасибо, — обратилась я к отцу и пошла в свою комнату. Ещё минут десять я слышала как продолжают ругаться родители, но вникать в это все не хотелось. Заявление о разводе подано, пути назад нет. Я прилегла на кровать и не заметила как уснула. Меня разбудила вибрация телефона в кармане джинс, посмотрев на экран, я увидела знакомый номер и тут же сбросила вызов. Но абонент упорно пытался до меня достучаться, не выдержав, я взяла трубку: — Что? — рявкнула я. — Развод значит? — вопросом на вопрос ответил Хон. — Ну и, какие-то проблемы? — холодно ответила я. — Тань, солнышко, выслушай меня… — Ты все не так поняла, это не то чем кажется, — перебила его я и закончила за него фразу. — Именно! — воскликнул он. — И ты думаешь, что я поверю? Красноречивый взгляд этой блондинистой курицы говорил сам за себя, — начала заводиться я. — И давно вы с ней развлекаетесь на работе? Как часто ты задерживался допоздна на работе по важным организационным вопросам? Давно я рогами потолок царапаю? А главное как красиво распинался, я даже поверила! — … — Красноречиво, или что сказать нечего? — съязвила я. — Есть что, только смысл, ты же все равно слушать не станешь, — с досадой сказал Хон. — Именно поэтому ты мне не звонил все это время, правильно, думал, что не стану слушать. Ну, а что, правильно, КОНЕЧНО НЕ СТАНУ! — заорала я. — Тогда я сделаю все, чтобы ты мне поверила! — безапелляционно заявил он. — Удачи! — сказала я и отключилась. После чего слёзы хлынули из глаз, до чего же обидно, а ведь явно не первый раз они вместе, ведь это он её попросил помочь ему меня разыграть. Значит пока не появилась я, эта пышногрудая во всю развлекалась с этим придурком. Ох, простите, что помешала вашей идиллии! С такими мыслями я провалилась в сон. Утром меня ждал сюрприз в виде посыльного с цветами, расписавшись за заказ, я отнесла букет в гостиную поставить в вазу. После чего, в обед, по факсу, в папином рабочем кабинете, пришла копия приказа об увольнении некой Грибковой Анжелы Степановны. Отец подтвердил, что документ настоящий, только от этого легче не стало. Вру, стало конечно, но не настолько чтоб бежать и вешаться на шею к Хону. Цветы и открытки продолжали прибывать каждый день, а то и по два раза на дню и наш дом постепенно превращался в оранжерею. Меня это начинало порядком выбешивать. Можно подумать, что одними цветами он будет прощен. Но в один из дней, мне позвонили и сказали о том, что развод был подписан. Но при этом сделку не расторгли и компании и дальше продолжали слияние, которое должно было закончиться только через пару месяцев. Это окончательно выбило меня из колеи. Следующим утром я проснулась от дикого ора, который стоял у нас во дворе. Выглянув в окно, я увидела раскрасневшегося папу и спокойного как удав Хонбина, который стоял рядом с ним. Одевшись наспех, я спустилась к выходу, где возле двери стояла улыбающаяся мама. — Что происходит? — спросила я, глядя на неё. — Налаживают семейные отношения. — И это ты называешь налаживают? — спросила, переводя взгляд на красного папу, который был готов взорваться в любую минуту. Решив, что с папы достаточно, я вмешалась. — Что ты тут забыл? — рявкнула я, придерживая отца, который порывался кинуться с кулаками на Хона. — Приехал с тобой поговорить, — сказал спокойно мужчина, а в глазах было столько мольбы, что щенок по сравнению с ним отдыхает.  — Ладно, — сдалась я. — Пап, иди в дом, все нормально будет. — Ну хорошо, но если что, ты сразу зови! — простояв ещё минуту, папа двинулся в дом. — Я слушаю, — холодно ответила я, переводя взгляд с отца на Хонаа. — Прости меня, пожалуйста, — начал он. — А что-нибудь из нового репертуара имеется? — с сарказмом спросила я, проходя к качели и усаживаясь на неё. — Есть, — ответил Хонбин, следуя за мной. — Ты ведь видела заявление об увольнении? — Видела, — я начала раскачиваться. — Только ты ведь можешь и не подписать его или потом опять её взять на работу. В конце концов, что тебе мешает с ней встречаться просто так. — То, что я тебя люблю! — воскликнул мужчина, притормаживая качели. — И что дальше? — равнодушно спросила я, смотря ему в глаза. — Выходи за меня, — ответил Хонбин, становясь на одно колено и вытаскивая из кармана бархатную коробочку красного цвета. Он открыл её, а внутри блестел под лучами солнца камешек, вставленный в кольцо. — Не впечатляет. Мой ответ нет! — с напускным равнодушием сказала я, опять раскачиваясь. Самой же так и хотелось примерить колечко и с ответом «да», кинуться ему на шею. —Танечка,ты не умеешь врать! — усмехнулся Хончик, тормозя качели. — Ну что мне сделать, чтоб ты поверила, что ничего не было? — взмолился мужчина. — Ну давай, поведай свою версию, я послушаю, — недовольно скривилась я. — Да, было у нас с ней пару раз, — начал он, но заметив мой взгляд, добавил. — Но это было до того, как тебя встретил, ещё тогда у кафе. После того столкновения я не мог выкинуть тебя из головы. А когда узнал, что ты и есть та дочь нашего будущего партнёра, я был на седьмом небе от счастья! Анжела постоянно пыталась обратить на себя внимание, но оно всецело принадлежало тебе. А когда ты вызвала мальчиков, я не удержался и попросил её помочь, потому что знал, что она не откажет. — Ну допустим, но это не объясняет тех обнимашек-целовашек, что вы устроили в кабинете! — огрызнулась я. — Тогда она зашла ко мне и спросила буду ли я обедать в кафе или ей сюда еду заказать, а когда она протянулась чтоб поправить мне волосы, я перехватил её руку. Ну, а эта буйная взяла и навалилась на меня, я этого не ожидал, ещё и ты так неожиданно заглянула… — Неожиданно? — повысила я голос. — А ты не пробовал телефон включать, говорят помогает! — Он разрядился, а потом у меня было совещание, вот я и не успел зарядить! — оправдывался Хонбин, все ещё стоя на одном колене. — Хочешь, я сменю номер, хочешь я вообще не буду нанимать в секретари женщин? Пожалуйста, прости меня! — осипшим голосом сказал мужчина. — Я согласна, — тихо ответила я, глядя на стоящего передо мной мужчину, который был похож на нашкодившего щенка. Для осознания мною сказанного, ему потребовалось меньше минуты. Хон вскочил на ноги, подлетел ко мне, схватил меня на руки и начал окружить. Остановившись, он притянул меня к себе и поцеловал нежно, бережно, словно я мираж и в любой момент могу исчезнуть. Обхватив его руками за шею, я сильнее прижалась к нему и в порыве укусила его за нижнюю губу. — Ау, — обижено сказал Хон. — Это тебе сам знаешь за что! — улыбнулась я, снова его целуя. — Злюка, — прошептал мне в губы мужчина. Отстранившись он надел мне на палец колечко. — А я говорила! Гони мои деньги! — кричала радостно мама. Мы уставились на танцующую, вокруг недовольного отца, маму. — Вы что опять поспорили? — возмутилась я. — Ой, только не начинай, — веселясь сказала мама. — Ну, где мои заслуженные десять тысяч? — В сейфе! — огрызнулся папа. — Сколько? — изумленно хлопая глазами, спросила я. — Ты же знаешь, я играю по крупному! — засмеялась мама и помчала в дом, а бурчащий отец пошёл за ней следом. Я услышала, как тихонько заржал над ухом Хо и ткнула его локтем в бок. Он только сильнее меня обнял и приподняв подбородок пальцами снова поцеловал. И мы счастливые и довольные направились в дом за родителями.