Склад канона по моей вселенной.

      За окном были грузные серые тучи Берлина, Райнхард не знал и не понимал, чем они отличались от Питерских, хотя и чувствовал, что эти тучи другие, такие же родные, но другие. Парень и рад бы думать о чём-то таком: о природе, городе, архитектуре. Да все мысли перебивали фантазии и образы, связанные с одним, достаточно умным и красивым хирургом. Ганс очередной раз что-то высчитывал и ставил опыты на сердце вне организма. Вольфу же просто было скучно, в углу лежала скрипка его мужа, и умей Райн играть, он бы играл - этим развлекая себя. Голос скрипки очень нравился медбрату, а в купе с образом его мужа, так вообще сносил крышу. Райну не нужен был секс, простого внимания, ласковых объятий и мирного шёпота хватало, чтобы чувствовать себя счастливым. - Пиздец – Слово сказанное по-русски с немецким акцентом резануло слух. Русый приподнялся на локтях поглядывая на взбешоного и взвинченного Иоганна. Лицо мужчины было красным, вены на шее заметно пульсировали. - Так, живо ешь свои таблетки, успокаиваешься, а потом уже рассказываешь мне что случилось. И сядь уже наконец! – Достаточно агрессивно рыкнул Райн, чтоб мужчина его послушался. Через двадцать минут двое супругов лежали в кровати и сонно болтали. - Вот все гипертонии как гипертоники а ты… а ты… - Идиот – закончил фразу за мужа Ганс, целуя того в висок. - Хуже. Хотя идиотия это самая последняя стадия. - Райни, не вдавайся в подробности. Будь так добр, мне сейчас думать и соображать лень. - Хорошо –Парень замолчал, задумчиво поглаживая своего супруга. Кончики пальцев мягко прошлись воль позвоночника в районе поясницы, заставив хирурга довольно замырчать, выходило это совсем не специально. Из-за аномалии гортани воздух, иногда, проходил вызывая вибрацию, чем и создавался этот мурчащий звук. - Будь добр отстань от моего копчика и верни свои руки на место. *медбрат усмехнулся и послушавшись снова положил руки на грудь хирурга.