Наследие Ланнистеров

      Королева Шипов однажды сказала, что нет ничего в мире скучнее судов. Должно быть, за всю свою долгую жизнь она не посетила ни единой помолвочной церемонии. Знатные лорды и леди повторяют одинаковые фразы, сопровождая их слащавыми улыбками. Тост за тостом, речь за речью гости пересказывают одно и то же разными словами. Так было на церемонии Эддары Толхарт и Торрхена Уайтхилла. Санса едва пережила тот день, не умерев от скуки, абсолютно не понимая, зачем она здесь находится. Лорд Винтерфелла вполне мог бы сам отправиться в Вершину, но король настоял на присутствии старшей сестры. Он объяснил, что Рикону нужно учиться править и лучше всего учиться этому у Сансы. Она не знала лесть ли это, или же король действительно считает её успешным правителем, но Санса согласилась обучить лорда Винтерфелла всему, что знала сама. И теперь ей предстояло пережить ещё одну помолвочную церемонию, на сей раз её младшего брата. Старки вместе со слугами стояли во внутреннем дворе, ожидая гостей. Леди Старк посмотрела на заметно нервничающего брата. Он так изменился за последние годы. Милые кудри, придававшие ему немного детский вид, исчезли. Рикон зачёсывал волосы назад, как отец и Джон, отрастил небольшую бороду и значительно возмужал. Однако несмотря на внешнюю суровость, в душе он остался тихим и скромным мальчиком, волнующимся перед встречей с будущей невестой.       — Ты дрожишь, что стук твоих зубов слышно птицам в Волчьему лесу. Ты Старк. Ты волк. Неужели ты так боишься её? — тихо спросила его сестра.       — Я переживаю, Санса. Вдруг я ей не понравлюсь, — ответил Рикон.       — Возможно, я удивлю тебя, но у неё не будет выбора. Она обещана тебе, вы поженитесь. Её вкусы во внимание никто не берёт.       — А если ей не понравится здесь, в Винтерфелле? Север мало кому нравится.       — Тогда ты построишь ей прекрасный замок в Дорне или в любом другом королевстве, где пожелает твоя невеста.       — Но, Санса…       — Довольно, Рикон. Ты лорд Винтерфелла, ты будущее нашего дома. Веди себя достойно.       — Я знаю, ты злишься из-за…       — Всадники! Открыть ворота! — закричали стражники, перебив тем самым догадку Хранителя Севера.       Тяжёлые дубовые ворота распахнулись, впуская долгожданных гостей. Первым проскакал на великолепном чёрном коне лорд Штормового Предела. Санса не видела его около полугода и почувствовала неприятное жжение в груди. Однако от этой встречи никуда нельзя было деться. Король решил, что девушка, сопровождаемая лордом Баратеоном, будет достойной партией для его младшего брата. Волк и олень всё-таки объединят свои дома, даже спустя столько лет. За ним проследовал сир Акселл Флорент. Он был двоюродным дедушкой и одним из двух оставшихся живых родственников той, кто доселе сидела в карете позади всадников. Вместе с сиром Акселлем в Винтерфелл прибыл лорд Даймонд Кафферен из Фонтона и лорд некто из неизвестно откуда в сопровождении штормовых рыцарей.       Дверца кареты приоткрылась и из неё вышла достаточно худая девушка, ростом едва достававшая Рикону до середины плеча. Её волосы были русого цвета, а на правой щеке виднелась серая корка. Она была в тёмно-синей дорожной мантии, украшенной брошью в виде чёрного миниатюрного оленя под горлом. Девушка вышла из кареты вместе с септой, проследовав вместе с братом и сопровождающими их лордами к Старкам.       — Добро пожаловать в Винтерфелл, милорды, миледи. Моё имя Рикон Старк, я лорд Винтерфелла и Хранитель Севера. Это моя сестра, леди Санса Старк, — парень указал рукой на стоящую справа от него Сансу.       — Лорд Рикон, имею честь представить вам мою сестру леди Ширен из дома Баратеонов, — ответил ему штормовой лорд.       — Это большая честь для меня, лорд Старк, — едва слышно проговорила девочка после реверанса, избегая взгляда Рикона.       — Я рад знакомству с вами, леди Ширен, — безупречно вежливо ответил лорд Винтерфелла, поцеловав руку своей будущей леди.       — Милорд, миледи. Это сир Акселл Флорент, лорд Даймонд Кафферен, мой ближайший друг, и лорд Ричард Морриген, — сказал лорд Штормового Предела.       — Прошу вас проследовать вместе со мной в замок, — сказал Рикон, приглашая гостей зайти вовнутрь.       Он и Ширен шли впереди, за ними следовал Кафферен и Морриген, и старшая дочь Неда Старка поспешила за ними, не желая оставаться наедине со штормовым лордом.       — Санса, мы можем..? — раздался тихий голос за её спиной.       — Рада вас видеть, лорд Баратеон, — ледяным тоном процедила леди Старк.       — Мы пробудем здесь неделю. Тебе придётся со мной поговорить.       — Кто меня заставит? Ты? — ухмыльнулась девушка.       — Я хочу только лишь…       — Но я не хочу, лорд Баратеон. Мои извинения, — холодно отрезала Санса, догоняя брата.       В Большом Чертоге замка полыхал огонь, согревая гостей и обитателей. Не смотря на приближающийся конец зимы, снега ещё не сошли, и на севере было так же холодно, как и всегда. Глядя на рассеянного Рикона, Санса взяла на себя роль радушной хозяйки:       — Слуги покажут вам ваши комнаты, милорды, миледи. Вам следует отдохнуть, дорога была не летней. Вечером мы с братом будем ждать вас к ужину, — радушно сказала гостям рыжеволосая девушка, наблюдая, как они удаляются. Лорд Штормового Предела задержался ненадолго, видимо, надеясь поговорить с леди Старк, но его надежды не были оправданы.       — Ты не научишься править как лорд Винтерфелла, если я всё время буду говорить за тебя, — сказала она брату, когда все гости покинули чертог.       — Прости, Санса.       — Север суровое королевство, ему нужна твёрдая рука. Ты должен быть этой твёрдой рукой. Тебя должны уважать и порой бояться, если ты хочешь править долго.       — Я знаю. Я просто растерялся… Она такая… Её лицо…       — Король предупреждал тебя.       — Мне всё равно, что у неё остался след от серой хвори. Мне понравилась леди Ширен. Но понравился ей я? — озадачено спросил Рикон.       — Выйдя за тебя замуж, она станет леди Винтерфелла. Конечно ты ей понравился.       — Ты думаешь, что ей важен лишь титул?       — Я думаю, что Джон сделал слишком многое для спасения дома Баратеонов. Он мог бы выбрать тебе более подходящую невесту. Много столетий Старки женились лишь на северянках.       — Но отец женился на маме, а она не была северянкой. И Джон женился на Дейенерис, — возразил лорд Старк.       — Джон полюбил Дейенерис.       — Ширен тоже полюбит меня.       — Джону и Дейенерис повезло. Хоть Таргариены и женили братьев и сестёр, но любовь в таком браке это чистой воды удача. Я не знаю, повезёт ли так же тебе и Ширен, я знаю лишь то, что вы должны продолжить династию Старков.       — А кто продолжит династию Баратеонов?       — Я уверена, что лорд Баратеон выберет себе достойную жену, а если нет, то наш королевский брат сможет ему помочь.       — Ты злишься на Джендри.       — Это был его выбор.       — Но он потерял и Арью, и тебя.       — Я не хочу об этом говорить, Рикон. Увидимся за ужином.       Леди Старк покинула чертог и отправилась в свои покои. Встречу с Джендри она пережила более чем достойно, осталось продержаться ещё шесть дней. С сыном Роберта Баратеона и сёстрами Старк приключилась неприятная история, которую никто из них не любил вспоминать, но в этот раз вспомнить всё же пришлось.       Великая война принесла в Вестерос не только смерть и разрушение. Всё время, что живые воевали с мёртвыми, Санса влюблялась в Джендри. Будущий лорд Штормового Предела прибыл в Винтерфелл вместе с Джоном и Драконьей Королевой за несколько дней до первой атаки Белых Ходоков. Он спас Сансу, подкупил своей добротой и заботой, и, казалось бы, чувствовал то же самое, что и она, пока однажды не выяснилось, что единственной настоящей любовью лорда Баратеона была Арья Старк. Однажды, в Орлином Гнезде, после Битвы у Кровавых Врат, Санса призналась Джендри в свои чувствах. Она заметно нервничала и теребила в руках перчатки, с огромным трудом выговаривая каждое слово, а Джендри рассказал ей о чувствах к младшей сестре Сансы. Она обронила перчатки и больше не могла сказать ему ни слова. Нервно улыбнувшись, леди Старк покинула их тайное место, оставив лорда Баратеона наедине с чувствами к Арье. Каждый раз, вспоминая тот случай, Санса чувствовала ужасную горечь во рту. Её отвергли, унизили, семья распалась. И теперь ей вновь предстояло с этим жить.       После победы жизни над смертью Джон стал королём Эйгоном Таргариеном, седьмым своего имени, женился на Дейенерис Таргариен и теперь они вместе правили Семью Королевствами, Бран вернулся за Стену, вернее за то, что от неё осталось, Рикон был обещан леди Ширен, а Арья заявила, что она отправляется в плаванье к руинам Валирии. Старшая Старк осталась одна, как и в начале своего пути, когда в Королевской Гавани её отцу отрубили голову, а младшая сестра пропала без вести.       Санса закрыла за собой дверь, устало раздеваясь. От воспоминаний закружилась голова, девушка присела на постель, ощущая, как в памяти всплывают ненужные воспоминания. Их встреча с Джендри, первый поцелуй — всё то, что она упорно старалась не вспоминать. Уж в чём, а в любви леди Старк не везло. В своих сокровенных мечтах она представляла, как после окончания войны выйдет замуж за Джендри, станет его леди и матерью его детей. Она не думала о подобном с тех пор, когда была маленькой девочкой, мечтавшей выйти замуж за принца Джоффри. Но Джендри не был жесток и безумен, он был полной противоположностью бастарда королевы Серсеи. «И поэтому ты решила, что он не причинит тебе боль. Не сильно ты поумнела, Санса Старк» — сказала девушка сама себе. В её горле образовался ком, на глаза навернулись слёзы, но стук в дверь не дал ей расплакаться — она не одна, а значит, сейчас не время для слёз.

***

      Прошло несколько дней с тех пор, как Баратеоны переступили порог Винтерфелла. Близилась свадьба Рикона и Ширен, на которую должны были приехать король с королевой. За день до торжества они прибыли, и практически все Старки вновь собрались в Винтерфелле. Санса была рада вновь увидеть Дейенерис, с которой они успели сблизиться во время Великой войны. Девушки сидели у камина в комнате, где остановились владыки Семи Королевств. Этот вечер они провели в компании густого красного дорнийского вина. Санса расчёсывала волосы Дени, расплетая её дотракийские косы.       — Ты прекрасно выглядишь. Материнство тебе к лицу, — сказала она королеве.       — Близнецы отнимают столько времени и сил. Не понимаю, как Джон ещё не начал ревновать, — Дени улыбнулась, отпивая немного вина.       — Я рада за вас. Вы напоминаете мне отца и мать. Идеальный брак, идеальная любовь.       — Тебе нелегко видеть Джендри, я понимаю, — драконья королева обернулась, взяв ладони Сансы в свои.       — Не нужно о нём говорить.       — От Арьи нет вестей? — перевела тему Дени.       — Я знаю, что она была замечена в Браавосе в одной из лавок картографов.       — Я могу попросить Вариса…       — Не стоит. С ней всё будет хорошо, я уверена.       Следующим вечером в Богороще состоялась свадьба Рикона и Ширен. Санса отвела её к чардреву, где невесту ждал будущий муж. Нужные слова были произнесены, лорд Старк покрыл свою жену белоснежным плащом с серым вышитым лютоволком, что означало его опеку и покровительство над супругой. За время, проведённое вместе, девушка немного привыкла к Рикону, их стеснение стало заметно меньше, и со стороны они выглядели вполне счастливыми. Ширен Баратеон стала Ширен Старк, и гости отправились на пир в замок. Зал украшали букеты из зимних роз, знамёна с лютоволками и коронованными оленями, вино лилось рекой, столы ломились от изысканных блюд, а музыканты не прекращали играть ни на минуту. Лорд и леди Винтерфелла даже станцевали под печальную, но красивую песню «Золотые руки всегда холодны…», так полюбившуюся Рикону. Санса сидела на помосте рядом с королевой Дейенерис, допивая очередную чашу вина.       — Вы останетесь? — спросила она у среброволосой девушки.       — Завтра мы уезжаем. Я не могу надолго оставить близнецов, — ответила ей королева.       — Джейгону и Лианне очень повезло с матерью.       — Поезжай с нами в Красный Замок. Реставрация окончена, он полностью восстановлен. Тебе не помешает развеяться, — с надеждой сказала Дейенерис.       — Моё место здесь, рядом с братом. Я думаю, ты должна меня понять, — грустно улыбнулась Санса.       — Конечно, — с лёгкой досадой произнесла девушка, отпив ещё немного вина.       Двери чертога неожиданно распахнулись, и в зал вошёл высокий мужчина с золотистыми волосами и ярко-изумрудными глазами. На нём был тёмно-красный кожаный плащ с застёжками в виде львиных голов, чёрные брюки и чёрные кожаные высокие сапоги, а вместо правой обычной руки сверкала золотая.       — Мои извинения, лорд Старк, дороги были не летними. Примите мои поздравления. Я надеюсь, что вы и леди Ширен будете счастливы, — сказал он, стоя перед Хранителем Севера.       — Благодарю, лорд Джейме. Добро пожаловать в Винтерфелл, — ответил мужчине Рикон Старк.       — Ваша милость, моя королева, — Ланнистер поклонился королевской чете, сидящей справа от лорда Старка. — Я слышал о пополнении в вашей семье. Мои поздравления вам.       — Я рад вас видеть, лорд Джейме, — ответил ему Джон, едва заметно улыбнувшись.       Ланнистер с сопровождающими его лордами отправился за стол, поднять кубок за здоровье и счастье новоиспеченных мужа и жены. Незадолго до Первой битвы сир Джейме прибыл в Риверран, встретившись там с Эдмаром Талли и его армией. Он привёл за собой огромное ланнистерское войско на войну между живыми и мёртвыми. Однако, Семи Королевствам воевать пришлось не только с Белыми Ходоками, но и с тогдашней королевой Серсеей Ланнистер. Сир Джейме рассказал, что она не собирается участвовать в этой войне на стороне Таргариенов и Старков, королева и Эурон Грейджой решили удержать за собой власть, во что бы то ни стало, обманув при этом всех, кто был на переговорах в Королевской Гавани. Таким образом, сражаться пришлось ещё и с огромным наёмным войском Безумной Королевы. Джейме оставил сестру, поддержав Таргариенов и Старков, а жизнь победила смерть. Но не для Серсеи Ланнистер, практически разрушившей столицу и Красный Замок, как это хотел сделать Эйрис Таргариен во время Восстания Роберта Баратеона. Им обоим помешал сир Джейме, убивший безумных правителей с разницей в 25 лет. Дважды Цареубийца. Но после убийства королевы Серсеи никто его так не назвал. Он отважно сражался с мёртвыми, прекратил тиранию сестры и помог взойти на престол достойному правителю.       Лорд Гловер поднялся с места, держа в руках серебряный кубок, и обратился ко всем гостям с широкой улыбкой на губах:       — Милорды, миледи. Не пора ли нам проводить молодых в постель?       По всему залу раздались одобрительные возгласы и грохот кубков. Рикон Старк поднялся со своего места, Ширен, дрожа, как осенний лист, встала за ним, но лорд Винтерфелла не был согласен с лордом Темнолесья.       — Мне это кажется неуместным, милорд.       — Но это традиция, лорд Старк, — возразил лорд Робетт.       — Мою жену никто не тронет, — твёрдо сказал Рикон, упираясь кулаками в деревянную столешницу.       Музыка затихла, улыбки с лиц северных лордов сползли, а лорд Старк подал руку Ширен и они вместе покинули зал Винтерфелла.       — Все мужчины из дома Старков запрещают посторонним касаться своих жён? — с улыбкой спросила королева Дейенерис у супруга. — На нашей свадьбе ты тоже отменил проводы.       — Мою королеву никто не смеет трогать, — ответил Джон, крепко держа за руку жену.       — Достойный поступок, — сказал Джейме Ланнистер, вставая из-за своего стола. — Леди Санса, в прошлый раз, когда я был в Винтерфелле, у меня не было возможности посетить Богорощу. Вы не покажете мне её? — обратился он к сестре Хранителя Севера.       Санса на миг замерла, скрыв недоумение за вежливой улыбкой, и вышла к мужчине с помоста. Её взгляд скользнул по штормовому лорду, сидящему около пустующего места леди Ширен, по королю и королеве, ободряюще улыбающейся ей, и остановился на Ланнистере.       — С удовольствием, лорд Джейме, — сказала Санса, взяв мужчину под руку и покидая Великий чертог.