Предсмертная записка

POV Чимин Я увидел свет, он буквально ослепил меня и моё сознание. Сердце перестало биться, а тело стало холодным. Что я натворил? Зачем? На кой чёрт мне это надо было??? Чего я добился? Я неощутимая материя, что-то вроде призрака или духа. Как же это больно – смотреть на себя со стороны. Вот валяюсь я на холодном полу в своей комнате. В руке держу предсмертную записку. Да, я даже записку написал. Я не хотел жить, я просто не мог жить. Я не виню никого в моей смерти, ведь я сам принял смертельную дозу снотворного. Я выпил всё, что у меня было. Это было больно, наверное. Я даже не знаю, как это было, но я точно знаю, что это произошло через полчаса после принятия таблеток. Быть духом – ужасное ощущение, но оно явно лучше чем то, что я чувствовал весь этот грёбаный год. Я был ненормальным. Нет, даже не так. Я был конченым уродом. Да я и сейчас такой. Стою тут, смотрю на свой труп. Хочу посмотреть на тех, кто найдет меня. Буду любоваться их реакцией. Вот урод! Я ведь любил их. Я любил всю мою группу, каждого из них уважал и ценил. Но Юнги… К Юнги я ощущал нечто большее. Он был моей музой. Бля, это и есть так. Я ощущал к нему невыносимое тяготение. Каждое его прикосновение вызывало табуны мурашек. А его ласковое слово в мой адрес доводило меня до инфаркта. Но он об этом не знал. Я старательно скрывал свою любовь. Но разве это можно скрыть? Как, находясь наедине с любимым человеком, не сойти с ума? Какой же я урод. Как я мог так с ним поступить?! Я ведь поклялся себе не прикасаться к Юнги. Но вчера этот чертов красавец не оставил мне выбора. Мы с ним вместе репетировали новый танец. Никого рядом не было. А Юнги был в обтягивающей футболке. Она меня так манила. Я хотел снять её с него и вылизать каждую частичку его тела. Оставить засосы на его белоснежной коже. Вставить в него, заставить стонать. Всё так и произошло. Я сорвался. Он сопротивлялся и кричал, и умолял, чтобы я не делал этого. Но мне было плевать на его чувства. Я был с головой погружён в адскую похоть. Я не уставал его трахать. Ему было больно, а мне было чертовски приятно. Когда я кончил в него, я будто проснулся. И увидел перед собой заплаканное лицо любимого. В его мокрых глазах явно читалась ненависть ко мне. Он смотрел на меня, испепеляя взглядом. Когда я отпустил его руки, первое, что он сделал – это смачно ударил меня кулаком в челюсть. Я потерял бдительность, а он вмиг подскочил с пола и принялся избивать меня. Почему он не сделал этого раньше? Почему он дал мне совершить эту ошибку?Мне было больно, он бил меня руками и ногами. Он ничего не говорил, только смотрел взглядом, полным ненависти, на меня. Я тихонько мямлил:«Извини». «Извини? Извини?»– кричал на меня Юнги, продолжая избивать. «Ты изнасиловал меня!»– после этих слов я резко встал и выбежал из студии. Я побежал домой, заперся в своей комнате и ненавидел себя. Я хотел лишь одного – умереть! Я написал эту поганую записку с извинениями, но ничего уже не вернуть. Я сделал свой выбор. Боже, кто-то стучится ко мне в комнату. Это Юнги, он один. Он посмотрел на меня взглядом, полном ужаса и страха. «Чимини! Чимин! ТЫ ЖЕ ЖИВ?» – он тряс мой холодный труп, проверяя пульс. Когда он понял, что я умер, он приподнял меня к себе. Он плакал. Он реально плакал опять из-за меня. Потом он взял мою записку и начал читать её. «Дорогой и любимый Юнги. Если ты читаешь это, значит меня уже нет в живых. Я просто хочу сказать, что это я сделал сам, по собственной воле. Я не мог по-другому. То, что я сделал с тобой вчера, это… Это. Я достоин только смерти. Не вини себя, ведь это я урод. Я тебя изнасиловал. Я просто хочу, чтобы ты знал. Я люблю тебя. Я любил тебя весь этот год, и вчера я любил тебя. Поэтому я это сделал. Я просто не смогу смотреть тебе в глаза после всего. Я не должен был прикасаться к тебе. Прости, прости меня!!! Мне нет оправданий! Я знаю, ты меня ненавидишь. Я понимаю почему, но ещё раз я умоляю тебя. Прости. Прости. Прости. Прости. Прости. Прости. Прости. Прости. Прости. Прости. Прости. Прости меня, любимый!» Юнги упал на колени и начал рыдать, он кричал от боли. Я заплакал, я не думал, что он так отреагирует. Я никогда его таким не видел. У меня ручьём потекли слёзы, а Юнги валялся возле моего трупа и бился в истерике. Он тряс меня и кричал:«Чимин! Чимин!» Слезы заполнили мои глаза, а страшная черная рука схватила меня за плечо. Она сжала меня и начала тащить в ад. Я не сопротивлялся, я онемел, выпуская слезы ужаса и боли в пустоту.